Dancing with Mephisto/Танец с Мефистофелем

Откидываясь на спину, Андрей восстанавливал дыхание. Сделав глоток прохладительного швепса, Тимур потянулся за сигаретой. — Мой мустанг! — протянул ему Андрей. — Теперь я понимаю, что ты имел в виду, под страстным сексом. Его улыбнули признания Андрея. Он крутил в руках сигарету, затягиваясь и выпуская дым вверх. Тимур развернулся к своему парню, прижался, налегая на бок. Тонкие пальцы с сигаретой в руках потянулись к губам Андрея. Тот замотал головой, противясь едкому дыму, но Тимур не сдавался, кружа рукой вслед за ним. Андрей вжался затылком в подушку, брезгливо морщась. Тимур поймал его взгляд и цепко впившись, погрузился в омут его небесных глаз, маня его вслед за собой, предлагая разделить с ним радостное сигаретное переживание. И Андрей сдался, поддавшись демоническому призыву. Он сделал небольшую затяжку и тут же закашлял, изрыгая клубы ядовитого дыма. Тимур дьявольски захохотал, умиляясь его непорочности и чистоте. — Иди в душ! — сказал он, победоносно разворачиваясь на спину. — Давай еще полежим, — Андрей положил руку ему на живот. — Хочу еще немного насладиться тобой, — и прижался к нему. Несмотря на удовлетворенность, Тимур был неспокоен. Он уже готов был сорваться и поехать домой, но не хотел слушать зудеж Андрея по этому поводу. Совесть опять пыталась достучаться до него и предложить ему остаться, но стражи, охраняющие его принципы всегда отбивали совести почки и оставляли ее полумертвой у ворот его сознания. Андрей вскочил, натягивая трусы, и потянулся за джинсами. — Можешь не одеваться. Марина со своим кружком обездоленных свалила к подруге. — Ух ты! Значит сегодня всю ночь мы одни, — возрадовался Андрей. — Ты же останешься со мной?.. Тут же в голове калейдоскопом закружились картинки лиц всех, кого он только мог вспомнить: «Ты же останешься сегодня?», «Прошу тебя, не уходи», «Побудь со мной еще немного», «Ну почему ты всегда убегаешь?» Подобно страницам тетради они перелистывались в его голове. Их губы без умолку что-то бубнили. Их руки пытались его удержать. А он пытался высвободиться и бежать...

***

тогда… Огромной лапой он удерживает руку совсем еще юного парня, не давая ей выскользнуть. Пытается притянуть его к себе. — Отпусти! — истерил юноша. — Ты же знаешь я все равно уйду! — Я хочу, чтобы ты остался! Хоть раз! — громким басом сказал двухметровый амбал. — Я не хочу! Я этого не понимаю! И это ненормально! — вертелся он, пытаясь вырваться. — Тёма! Пожалуйста, хоть раз, — уже мягко произнес парень. — Отпусти! Я хочу домой! Мощная рука выпускает юношу, и он срывается к выходу. Амбал развернулся и обиженно проследовал в комнату. Прижимаясь к холодной обшивке входной двери, юноша впал в ступор. Неведомая, разыгравшаяся внутри него стихия, удерживает его от последнего рывка... Тонкие руки юнца тянутся к жесткой густой щетине взрослого парня, суровое лицо которого старается казаться безразличным. Уставившись в телевизор, он неподвижен словно монолит, но юноша не оставляет попыток, прилагая усилия развернуть его к себе и прикоснуться к нему губами. Руки ложатся ему на плечо. — Прошу тебя, просто дай мне время, — шепчут губы юнца ему на ухо. — Я не держу, Тём, — железным голосом ответил амбал. Движением плеча он сбрасывает его руки. — Иди домой! Тебя же там ждут! — он старался сдерживаться, но юноша чувствовал, как внутри его мужчины все закипало. — Убегай! — Арслан! Пойми, я еще не привык ко всему происходящему. Прошу не дави на меня. Амбал резко развернулся к нему... Глядя в напуганные глаза совсем еще юного невинного мальца, амбал смягчился. — Для меня это тоже все непонятно, Тём. Я же просто прошу остаться. — его большая шершавая ладонь очень нежно погладила мягкую щеку юноши. — Просто прошу. Останься…

***

— Просто прошу. Останься… — молил Андрей. Тимур судорожно натягивал джинсы. — Я не могу! Ты же знаешь! Я живу не один! Дядя будет ругаться! — отчаянно оправдывался он. Андрей подошел к нему, нежно взял его за руку и прижал ее к своей груди. — Тима, я просто хочу, чтобы ты был рядом. Хочу спать всю ночь в обнимку, чувствовать твое тепло. Проснуться с утра и первый раз за все время пожелать тебе доброе утро, глядя в глаза, а не СМСкой. Внутри него все разрывалось. Часть его хотела бежать. Бежать и не останавливаться! Не оборачиваясь, убегать вдаль! Куда угодно! Только бы не повторять ошибок прошлого. Но стоило ему взглянуть в преданные любящие глаза своего солнца, как горькая правда желания остаться и не отпускать его всплыла колким льдом на поверхность. Да так, что от боли внутри все сжалось. В такие моменты, в минуты сомнения, Тимур ненавидел себя, ненавидел таких как Андрей. Такие как он — это самые опасные люди, те, к кому не придерешься, безупречные и положительные во всем. Они тебя, законченного эгоиста, загоняют в свои силки альтруизма, что ты уже думаешь не о себе, а об их благополучии. И ты уже не можешь различить, где говорит твой разум, а где кричит их сердце, теряясь в тонких гранях сомнений и борьбы между собственным «я» и их навязанной тебе любовью. Это вечный выбор между «надо» и «хочу». Когда ты уже не понимаешь, как твое «хочу» плавно перетекает в их «надо».