Dancing with Mephisto/Танец с Мефистофелем

— А я тебе говорил, что все они одинаковые, и что все этим и закончится, — не без гордости в голосе заявлял Алексей, лучший друг Андрея. — Да нет, Леха. Он хороший парень, просто потерялся немного. — Не будь дураком, Андрей! Не спорю, кавказцы хороши в сексе, но на что-то большее они не способны. — Он не такой! — защищал Тимура Андрей. — Он другой, совсем «нетипичный», — и он засиял, вспоминая своего, не такого как все, мальчика. — Ну ну. Все они из одного теста! — злорадствовал друг. — Слушай! Не греби всех под одну гребенку! — Андрей промочил горло прохладительным глинтвейном. — Вспомни Ника и его мальчика… почти восемь лет вместе. Леха язвительно ухмыльнулся, предвкушая победоносное шествие по разрушению наивного верования Андрея в людей. — Чаще надо общаться с друзьями и выходить на связь, чтобы знать последние новости. Ник полностью обеспечивал малолетку, пока тот учился в медицинском и заканчивал ординатуру, — он намеренно сделал паузу, акцентируя внимание на дальнейшем, — а потом малой заявил, что его собираются поженить и он не может противится родителям. И умотал к себе восвояси, прихватив все «нажитое» имущество. Под «нажитым» имуществом Алексей подразумевал все те вещи, что неплохо обеспеченный папик покупал своему малолетнему любовнику. — Во-первых, Тимур не такой! — твердо заявил Андрей. — А, во-вторых, ну у них там так: раз родители сказали, нужно слушаться беспрекословно. — Первобытный строй! — фыркнул Алексей. — Уж лучше так, чем посылать родителей на три буквы, а потом еще и денег с них требовать, — уколол Андрей своего друга, намекая на его взаимоотношения с родителями. Алексей постарался сделать вид, что не услышал язвительное замечание Андрея, но лицо его похмурело. — Слушай, Дрон! Завтра планируем на байках по склону… Надеюсь ты с нами? — резко решил сменить тему Алексей. — Даже не знаю, — протянул Андрей. — Да ладно тебе! Мы ж команда! Без тебя никак! Кто у нас проводник и душа компании? — Я думал к маме съездить. — Ну так поезжай сегодня. Еще не поздно. — Не хочется что-то… — Дрон, вернись! Хватит киснуть! Все образуется. Найдешь еще свое. — Уже нашел… и надеюсь, что еще не потерял. Отвечая себе на вопрос, Андрей слышал голос своего Неба, который нежно шептал ему: «Все хорошо, мой мальчик! Ты же знаешь я всегда буду рядом». things are changing… (1) Андрей барабанил по старой деревянной двери, давил на неработающий звонок. Дверь долго никто не открывал. Ему стало тревожно! Может что случилось, а он опять не был рядом. Наконец послышался успокоительный лязг замка и дверь отворилась. — Мам! Ну ты совсем меня довести решила? — крепко обнимая маму, протянул Андрей. — Извини, бабулю укладывала, — виновато ответила она. — Звонок не работает. — Напомни посмотреть, — разуваясь, и сбрасывая с рук пакеты, сказал Андрей. Андрей занес продукты в маленькую кухоньку и положил их на стол. Надежда Александровна, так звали его мать, уже суетилась на кухне и подогревала супчик для своего сынули. — А накупил-то столько… — благодарила мать, разбирая пакеты, — и лекарство не забыл, — вздохнула она. — Чтобы я без тебя делала? — Да ладно тебе, мам. — Мой руки, обедать будем. Как же он скучал по домашней маминой еде, такой теплой и приготовленной с любовью. Он с аппетитом наворачивал маминого супчика, а она просто сидела и смотрела на него, то и дело заботливо поправляя ему волосы. Она сочувственно погладила его лицо огрубевшими руками. — Все так же не общаетесь? — переживая, спросила она. Андрей опустил голову и ничего не смог ответить. — Хороший мой, Андрюша! Что ж жизнь так несправедлива к тебе. — Все образуется, мам, — вздохнул он. — Остынем, поговорим и все будет как прежде. — Будет, обязательно будет, — подбадривая, заявила она. — Хоть сейчас поживешь в свое удовольствие. Она подскочила. Хватаясь за свистящий чайник, она разлила кипяток по чашкам. — У тебя ведь и детства не было, — продолжила она. — С тринадцати лет мамки помощь и поддержка, пока батя твой жил в свое удовольствие. Андрей ужасно не любил эти разговоры. В последние годы мать разговаривала с ним постоянно оправдываясь, прося прощение, за то, что не смогла дать ему в детстве. — Ладно тебе, мамуль. Забудь уже. Сейчас мне на все хватает, — успокаивал он ее. — Как видишь и одет неплохо, не голодаю, еще и на югах отдохнул. Андрей опять тяжело вздохнул, вспоминая свое яркое южное небо и самый счастливый месяц в его жизни. — Вы наверно слишком разные, — аккуратно начала она, — все-таки он не наш. — И что он не человек от этого? — постарался спокойно, не повышая тона, возмутиться Андрей. — Разное воспитание, понимание жизни, менталитет, — она протянула морщинистую руку к чашке, и ухватившись за обод двумя пальцами, сделала небольшой глоток горячего чая. — Мам! Да, мы разные, но именно это нас и объединяет. А ты не будь националисткой. Отнюдь, она не была националисткой, ведь она прожила счастливую молодость в многонациональной стране. Просто ей казалось, что в таком сложном деле как отношения, да еще и нестандартные, не стоит выбирать того, кто смотрит на это совсем по-другому. Ей — бывшей учительницы русского и литературы, и истинной патриотке уже несуществующей страны, сложно было принять его выбор. — Я просто не хочу, чтобы тебе было больно, — постаралась оправдаться она. — Боль не зависит от того какой национальности человек, — тихо произнес Андрей, — Мой бывший был наш и чем это все закончилось? Надежда Александровна опять тяжело вздохнула, чувствуя свою вину. Но признать это и согласится с сыном ей было не просто. — Прости. Наверно ты прав, — сделав над собой усилия, ответила мать. — Когда ты узнаешь его, он тебе понравится, мам. — Да что я… главное, чтобы ты был счастлив. Как бы ему хотелось их познакомить. Отужинать в дорогом ресторане, угостить хорошим вином, перед этим сводить ее в салон, подобрать одежду, сделать ей прическу. Он был уверен, когда она узнает Тимура получше, то все поймет и уже не будет сомневаться в выборе своего сына. but nothing changes… (2) — Кавказ — дикий нрав, но теплая душа. — Вот-вот! Он правда хороший, мам. Просто молод еще. Андрей и правда считал, что Тимур еще слишком молод, а как гей он и того моложе. Наверно, с его стажем (количеством лет в осознании ориентации), вполне нормально, что он ведет себя так. Ведь в отличие от Андрея, он не был таким от природы и/или не осознал этого с детстве, как осознавал Андрей. — Я твоя мать и я в любом случае поддержу тебя, чтобы ты не решил. — Спасибо мам! Ты же знаешь как для меня это важно. Они еще долго разговаривали. Мать как могла поддерживала своего сына. Говорила, что если Тимур того заслуживает, то надо бороться, надо научить его, показать ему что отношения между парнями могут быть другими и иметь перспективу. — Мне правда стало легче, мам. Я знаю, тебе это нелегко, но спасибо, что понимаешь меня и поддерживаешь, — благодарил Андрей, поглаживая ее руку. — Ты мой сын и я люблю тебя таким какой ты есть. — Я тоже тебя люблю, мама! После событий с Игорем и разговора с мамой, Андрей многое переосмыслил. Может, на самом деле, он во много был не прав и чрезмерно давил на своего парня, требовал от него в одночасье невозможного. Наверно Андрею стоит просто подождать и дать своему Небу возможность раскрыться самому. Кому-то нужно чуть больше времени, чтобы довериться и открыться другому человеку. Кто знает, может его Небо, когда-то сильно ранили, и теперь он защищается, чтобы не повторить ошибок прошлого. and still there are changes… (3) И будто во сне, его судьба звонила ему… Андрей радостно подпрыгнул и выбежал с кухни. В одну секунду краски вернулись в его жизнь, и мир расцвел яркими переливами. Вот он, тот, кто заставляет одним своим звонком трепетать его сердце. Тот, кто вдыхает в него жизнь и наполняет ее смыслом и красотой. — Да, любимый! — залучился Андрей в трубку… Андрей в секунду помрачнел. Его лицо исказилось болью, а с глаз закапали слезы. Его тело задрожало, безвольно сползая по стене. — Андрей! Андрей! — слышал он голос мамы эхом вдали. — Что с тобой? «Солнце мое, взгляни на меня», — призывно шептал его Небо в глубине уходящего сознание. x ray delta one… this is mission control… roger, you are one niner-three zero… (4)