Призраки времени

Гэвин зашёл в нужный корпус и поднялся на второй этаж. На первом было какое-то подобие вечеринки - судя по всему, местная спортивная команда праздновала победу. Нужная комната обнаружилась не сразу, номер на двери был немного стёрт, а сразу под ним была почти отодранная наклейка «осторожно, злая собака». Рид взялся за ручку и замер. Нужно ли было постучать? Вдруг Найнс не один? С девушкой или с парнем в обнимку, может быть даже голышом, а Гэвин ввалится и… И что? Привет, я не умер, как дела? Никаких стонов и скрипов из комнаты не доносилось - так что стучать он всё же не стал, распахнул дверь и зашёл. Найнс полулежал на кровати в обнимку с ноутбуком. Его очки немного отражали экран - на нём было сплошное полотно текста. Вживую он выглядел старше, чем на фото. Он возмужал, стал немного шире в плечах. — Хэй, Девятка, — Подал голос сосед Найнса по комнате, которого Гэвин и не заметил сразу - так пялился на знакомое лицо в родинках. — Кажется, это к тебе. Найнс поднял голову от экрана. Его брови поползли вверх, а глаза начали расширяться от удивления. Губы пошевелились, но он не произнёс ни звука. — Ты как будто призрака увидел, — Усмехнулся Гэвин. Найнс скинул ноутбук с колен и вскочил с кровати, впечатываясь в Рида с объятиями - тот едва устоял на ногах, перенося вес на здоровую. Его сжали так сильно, что в спине что-то хрустнуло, Гэвин попытался ответить на объятия, но его тут же отпустили и обхватили руками лицо. — Живой, — Выдохнул Найнс, гладя Ридовы щёки и разглядывая. Общупал плечи и грудь, дёргано вытянул из джинсов длинный подол Хэнковой футболки и задрал её под самые подмышки - секундно осмотрел открывшийся вид с пулевым шрамом на груди и снова кинулся обниматься. — Живой, живой, живой, — Как заведённый повторял он, сжимая чужие плечи и вцепляясь в спину. Тут же вернулся к ощупыванию щёк со свежей щетиной, прислонился лицом - лоб ко лбу, нос к носу - и поцеловал. Коротко клюнул в губы, чмокнул в щёку и спрятал лицо в Гэвиново плечо, смущаясь. — Ээээ… Я, наверное, пойду, — Вытаращив на них глаза, сообщил сосед по комнате, и бочком, всё ещё пялясь, вышел за дверь. Рид постоял немного, наслаждаясь объятиями и теплом - его ждали, ему рады - а потом всё-таки попросил: — Может хотя бы сядем? Мне немного больно стоять. Найнс взял его за руку и повёл к своей кровати, заметив, что Гэвин прихрамывает на левую ногу. — Что случилось? Тебе нужна перевязка? Может, в больницу? — Нет, — Замотал головой Рид, улыбаясь, и присел на край кровати. — Всё хорошо. Заживёт. Найнс сел рядом на корточки, погладил щёки, шею и плечи. Улыбался, кусал губы и смотрел с нежностью. Потом потянул куртку с Гэвина - тот не сопротивлялся, а вот когда с него начали стягивать футболку, всё-таки тихо спросил: — Что ты делаешь? — Я хочу… — Замялся Найнс, — Почувствовать тебя. Хочу знать, что ты рядом. Что это не сон. Можно? Гэвин разрешил. Он бы Найнсу что угодно разрешил. — Ты мне снился, — Доверительным шёпотом сообщил Найнс, лёжа у Рида на плече и кончиками пальцев поглаживая заросшую дыру от пули на груди. Он помолчал, а потом вдруг дрожащим голосом продолжил, — Прости, что бросил тебя там, я не мог… — Чшшш, всё хорошо, — Уверил его Гэвин и чмокнул в макушку. — Я вернулся, я здесь. Ты ни в чём не виноват, я знаю. Найнс поднялся на локте, нависнув над Ридом. Шмыгнул носом и строго произнёс: — Никогда так больше не делай. — Как? — Не вышвыривай меня из дверей. Я чуть с ума не сошёл. Думал что ты умер… Не бросай меня так больше никогда. — Хорошо, — Согласился Гэвин с улыбкой, — Обещаю больше никогда не вышвыривать тебя из дверей. Найнс придвинулся чуть ближе, снова шмыгнул носом, успокаиваясь, и почему-то шёпотом спросил: — Можно? Это было не случайно, не от эмоций — Найнс действительно хотел его целовать. Гэвин приоткрыл рот, похлопал глазами и закивал.

***

— Вставайте, шериф! Это я, Коннор! — Шт… Как ты… Кто? — Коннор. Извините, мне пришлось разбить окно. Обопритесь на меня, я доведу вас до ванны. Немного протрезвевший Андерсон никак не мог понять, почему Коннор его помнит, почему он вообще его знает - но все сомнения развеялись, стоило увидеть монетку. — Вы подарили мне её и научили этому трюку, — Напомнил Коннор, перекидывая четвертак по пальцам. — Помните? — Такое не забудешь, — Прохрипел Хэнк, отпивая воды из стакана. — Боже… — Покачал он головой, — Как такое возможно? Я ведь… Ты умер у меня на руках. Как это может быть? — Я не знаю, — Покачал головой Коннор и улыбнулся.

***

1800. После внезапной пропажи Коннора и Найнса Кэра Златова пишет заявление в полицию. Маркус Манфред проживает в поместье ещё около двух месяцев, пока ведётся расследование, но после уезжает в Детройт на заработки. Знакомится там с престарелым художником и с его разрешения начинает писать картины под его фамилией - потому что у афроамериканцев ещё очень мало прав и революция далеко в будущем. Картины мистера Манфреда обретают успех, и через год Маркус возвращается в Роадленд-роуд, забирая Саймона с собой в Детройт в качестве помощника. О дальнейшей судьбе обоих неизвестно. Кэра Златова проживает в поместье около полугода, потом уезжает в Детройт на заработки и чтобы быть ближе к дочери, учащейся в пансионе. Там Кэра знакомится с беглым рабом Лютером и переживает бурный роман. О дальнейшей судьбе неизвестно. Аманда Нерст остаётся верна своим нанимателям и проживает в поместье Аркейштернов до конца своих дней, ухаживая за домом в ожидании его хозяев. С почестями похоронена на кладбище Роадленд-роуд. 2018. Хлоя с помощью денег мужа помогает Норт и обеим Трейси адаптироваться в новом времени, помогает с жильём и документами. Одна из сестёр берёт себе имя «Амелия». Все трое проходят реабилитацию в центре помощи женщинам, пережившим насилие. После реабилитации Норт остаётся работать там, помогая другим женщинам. О дальнейшей судьбе неизвестно.

***

2022. — Что ты делаешь? — Спрашивает сонно Гэвин, щурясь от света ноутбука. — Пишу книгу, — Отвечает Найнс, сосредоточенно пялясь в пустой лист. Рид подползает ближе, прячет лицо от света в Найнсов голый бок и щупает под одеялом его бедро. — О чём будет книга? — Бубнит он. — О тебе. О нас. О том, что мы пережили, - Отвечает Найнс, поправляя очки и глядя на Ридову макушку. - Как бы ты начал книгу? — Меня зовут Гэвин Рид, — Бубнит он, не поворачиваясь, — Мне… ммм… — Вспоминает он, сколько ему было тогда, — Мне тридцать шесть и я путешественник во времени. — Нельзя с самого начала выдавать основную идею произведения! — Возмущается Найнс, — Просто расскажи, с чего всё началось. — Я уже рассказывал, — Тянет недовольно Рид, — Час ночи, детка, имей совесть. — Пожалуйста? Я очень тебя прошу, расскажи ещё раз. Гэвин не может ему отказать. Никогда не мог. — Ладно, — Соглашается он и приподнимается, садится рядом, взъерошенный и тёплый со сна. — Меня зовут Гэвин Рид, мне тридцать шесть. Я работаю детективом. На выходных пытаюсь отсыпаться, люблю острую еду и ненавижу очереди — в общем, всё, как у людей. Но однажды мне пришло письмо.