Надеюсь ты готов сегодня проиграть.

Тэхёну противно, противно от самого себя и от Чонгука который так сильно уверен в том, что блондин первая шлюха в школе. Ким на самом деле не может его понять, это что-то на грани фантастики узнать, что творится в этой голове. То Чон мил и нежен, но в ту же секунду становится грубым и жестоким, становится тем, кого он всегда ненавидел, хотя в чём уже очень сильно сомневался. Тэхён смотрит на брюнета, в надеждах найти в его глазах хоть что-то чтобы оправдать его, он не верит, что он настолько мерзок гриффиндорцу, он не хочет в это верить, но с каждым словом и действием он начинает сомневаться, сомневаться во всём. Любое его действие оставляет отпечаток в памяти, в их отношениях, в его чувствах. Тэхён честно желает, чтобы все эти мысли были вызваны алкоголем, он вообще хочет, чтобы это был просто сон. Просто проснуться в замке и слышать подколки от младшего – это и правда то, чего он желает сейчас больше всего на свете.Ведь это точка невозврата, как раньше уже не будет. Но в глазах напротив лишь отвращение, то чего так не хочет видеть Ким, он не знает почему, почему ему так важно не видеть разочарование именно в этих глазах, а не в чьих-то иных. Тэхён зажмуривает глаза, в надежде проснуться, но всё безуспешно. Чон, наверное, и сам не понимает зачем так издевается над Кимом, он конечно не сахар, но такого обращения не заслуживает никто. Скорее всего оба понимают, что между ними не просто ненависть, не просто вражда. Это и правда слишком странно и сложно, чтобы можно было даже описать словами. У всех свои обиды и мотивы, но они продолжают мучить друг друга изо для в день, несмотря на то, что каждый из них страдает. И Чон снова притягивает и вовлекает его в поцелуй. Столь грязный и пошлый, столь откровенный и безумный, как и они сами. Сначала Тэхён противится, но слишком быстро и легко поддаётся напору брюнета, сам понимая, насколько это глупо, но сейчас его это не волнует, его не волнует кем его считает Чонгук, не волнует, что он просто пользуется моментом, он просто хочет этого, а значит он будет это делать. И Тэхён поддаётся, он поддаётся Чонгуку, не смотря на последние сигналы рассудка, кричащие о том, что пора врезать этому наглому придурку и поставить на место. Он просто сдаётся. И обхватывает плечи Чона, будто это его личный спасательный круг, будто он сможет вывести его из этой пучины, и притягивает его ближе. Они понимают, что это проигрыш для них обоих. Они оба погрязли друг в друге, и уже слишком давно, чтобы можно было это хоть как-то изменить. Чон отстраняется запускает холодные руки ему под свитер оглаживая бока, и льнёт к его шее, наверное, шея Тэхёна это личный фетиш брюнета. Припуская воротник свитера, он начинает оставлять багровые следы на ключицах. Киму плохо, ему плохо от такого Чонгука, запыхавшегося в своей свободной, расстёгнутой на три пуговицы, полупрозрачной рубашки, с красными от грубых поцелуев губами, с расширенными зрачками и затуманенным взглядом. А Чону нравится, нравится такой податливый и послушный блондин, ему нравится, то как отчаянно он пытается сопротивляться, ему нравится подрагивающие от его поцелуев ресницы, возможно ему нравится Тэхён, но он это не признает, не в этой жизни. Тэхён тянется к рубашке, и быстро расстёгивает пуговицы ненужной ткани, на что Чонгук лишь усмехается и снимает с него слишком мешающий свитер, оголяя подтянутое мужское тело и начинает проводить дорожку поцелуев, на что из уст блондина вырывает протяжный стон. Чон снимает наконец рубашку, обнажая подкаченный торс и пресс. Тэхён всё больше и больше понимает почему он так нравится девушкам из школы. Чон нежно целует блондина сначала в лоб, потом в шею. Слишком разный, слишком желанный. У слизеринца буквально дыхание сводит от любого прикосновения брюнета, он не знает почему и чем это вызвано, но всё же глубоко внутри догадывается. Чонгук плавно расстёгивает пуговицу брюк и ныряет в них рукой, обхватывая сквозь ткань нижнего белья чужое возбуждение, начиная медленно поглаживать его, наращивая темп, от чего из уст блондина вырывается сладкий стон. Когда Чон оттягивает резинку белья, Ким лишь громко глотает воздух в предвкушении. Чонгук обхватывает член блондина и большим пальцем размазывает по головке каплю выступившего предэкулятора, и почти сразу наращивает темп. Тэхён податлив, и Чона это только заводит. Брюнет целует, целует так как будто от этого и правда что-то зависит, целует будто в последний раз, он сплетает языки в горячем и грязном танце. Тэхён переходит к шее, желая оставить свои метки на гриффиндорце, но тот его останавливает. - Детка, не торопи события – говорит он с явной усмешкой, и по взгляду Кима можно было понять, что он хочет что-то сказать, на что Чон сильнее сжимает руку, блондин лишь громко всхлипывает. Чон активнее проводит рукой по вставшему половому органу, от чего Тэхён почти извивается под ним. Брюнет отдаёт дыханием на шею и уши, это всегда было слабым местом Кима, и возможно, он это знал, непонятно откуда, но знал. И когда он опять льнёт к блондину, начиная его целовать, одаривать шею новыми порциями отметок, хотя непонятно осталось ли там вообще живое место, тот изливается ему в руку. Чон поднимается и окидывает взглядом Тэхёна, такой разгорячившийся, со сбитым дыханием, с опухшими и кровоточащими от поцелуев губами, с невероятно красивыми глазами, в которых слишком легко утонуть, которые прикрывают длинные ресницы. Чон смотрит долго и пристально, а после, подбирая рубашку, надевает её и уходит из комнаты. Оставив слишком много вопросов, оставив слишком много себя.