Cheer up, Mr Kim

Донван ехал в маленьком автобусе, набитом людьми. Должно быть, это были деревенские жители - они везли плетеные корзины, видимо, на продажу, хмурые старики и их уставшие жены. Донван прислушался, но все молчали, только какая-то женщина уговаривала непослушного ребенка перестать плакать. Донвану хватало знания тайского, чтобы понять, о чем говорят люди, но они хмуро молчали, наблюдая сменяющиеся панорамы в больших окнах автобуса. По стеклу бил крупный дождь, небо было хмурым и неприветливым, но Донван знал, что этот дождь - теплый и сильный, благословение небес для уставшей от жаркой и сухой зимы природы. За окном проносились какие-то поля - земля была сухой и потрескавшейся, немногочисленные растения теряли цвет, сожженные злым солнцем, и дождь, так давно ожидаемый в этих землях, приносил с собой надежду на жизнь и радость. Донван часто бывал в Тайланде, брал с собой фотоаппарат, и ехал по этой удивительной стране. Она была как-то созвучна ему - он мог часами гулять по Бангкоку, фотографировать и удивляться. Страна, наполненная контрастами - многоэтажные небоскребы, стоящие рядом с жалкими лачугами, богатство и власть рядом с бедностью. Ему нравилось, что грязь можно встретить с небесной чистотой - это было почему-то важно для Донвана. Он видел Тайланд с самых разных сторон - например, сидя в этом маленьком автобусе, несущемся в сторону тихих деревень, Донван подозревал, что хмурые жители, зарабатывающие плетением корзин, ничего не знают о тайландских трансвеститах, известных всему миру. Донван любил путешествовать - он всегда делал это налегке, срывался с места, собрав лишь легкий походный рюкзак и аккумулятор для фотокамеры, и уезжал, сам не зная, куда стремится, от чего бежит или что пытается найти. Он фотографировал людей, их улыбки, детей, занятых своими играми, фотографировал панорамы, а потом даже не просматривал фотографии, по возвращении скидывая их на диск. В кармане завибрировал телефон, поставленный на беззвучный режим, и Донван, догадался, что ему пришло голосовое сообщение. Донван всегда брал с собой телефон - но не отвечал на звонки, звонки привязывали его к тому, что оставалось за плечами, к тем, кто остался дома. Донван понимал: стоит ему хоть раз поднять трубку - он тут же возьмет билет на Сеул, а он еще не все видел. Нужно было решаться. - Чтобы прослушать сообщение, нажмите "один". Донван долго колеблется, смотрит на экран телефона, потом решительно кладет его в карман. Когда он путешествовал так, налегке, он не чувствовал груза прошедших лет за плечами. Он был словно бы пуст и чист - как будто он не имел никакого опыта, ни о чем не знал. Так, собственно, и было - Донван наполнялся знаниями, которые не мог получить ранее, вдыхал другой, знакомый или незнакомый, воздух, впитывал атмосферу чужой страны. Солнце проглядывает сквозь облака, осветив маленький кусочек поля, и Донван фотографирует этот неожиданный эффект. Дождь сходит на нет, и земля мгновенно просыхает, снова становится душно и немного неуютно. Ребенок, совсем недавно успокоившийся, снова начинает плакать, и Донван выходит из автобуса. Он еще немного едет на попутной машине, набитой изделиями из керамики, долго идет пешком, пока не добирается до деревни, где есть мотель, правда, без электричества. Улыбчивый хозяин дает ему номер, и Донвану хватает расплатиться наличными. Уже темнеет, поднимается легкий туман, и Донван накидывает куртку, садится в гамак, достает телефон и считает пропущенные вызовы. Потом долго решается, глядя в темное небо с россыпью бесконечных звезд, думает о том, как все труднее с каждым разом становится убегать, и закрывает глаза, начиная слушать голосовое сообщение. - Итак, ты, видимо, снова сбежал, - раздается приятный голос в трубке. - Понятия не имею, где ты, но, надеюсь, там сейчас тепло и полно знойных красоток. Если ты опять променял меня на общество беззубых старушек, я узнаю, можешь не сомневаться, и тебе не поздоровится. Донван усмехается, оглядываясь. Тихий мотель без электричества на пересыхающей реке - в принципе, здесь тепло, правда, относительно тепло. А красоток тут точно нет - такая экзотика не для красоток. - Думаю, ты видел, что тебе звонил Энди. Я знаю, что ты не расстаешься с телефоном и прослушиваешь все мои сообщения. Хесон сказал, что ты дибил. Я не помню точную цитату, но там было что-то про то, что "это невозможно раздражает". Так что ты раздразнил зверя, поздравляю!.. О чем я? Ах да, надеюсь, ты скоро вернешься. Мы снова собирались, впятером. Почему твой менеджер тоже ничего не знает? Сообщал хотя бы ему о своем местоположении... Чонджин сказал, что ты, наверное, в Восточной Европе, но Эрик подозревает, что вообще в Корее. Надеюсь, ты в другой стране, иначе я лично придушу тебя, - Донван снова усмехается, слыша неподдельную угрозу в голосе. Гамак чуть слышно поскрипывает, легонько раскачиваясь, становится все холоднее. - Но, если ты в Европе, у тебя сейчас уже ночь. Спокойной ночи, чувак. Иногда мне хочется, чтобы ты помнил, что у тебя есть куда возвращаться, - Донван немного напрягается серьезными нотами в тоне друга, но тот быстро говорит, - Это был главный танцор и гениальный композитор из Шинхва, Мину~ Почувствуй мой стиль, насладись им... Господи, как глупо... Донван слушает смущенный смех Мину, прежде чем сообщение обрывается, смотрит на все более ярко горящие звезды, и вдруг замечает, как сильно продрог. Он вздыхает, набирая номер, но решительно нажимает на вызов, дожидается ответа и говорит: - Добрый вечер, не подскажете, во сколько ближайший рейс на Сеул?