Cheer up, Mr Kim

Донван знает о себе, что избалован вниманием. Быть самым популярным в группе - это хорошо или плохо? Донван боится, что не знает ответа на этот вопрос. Это так же хорошо, как и плохо. Это так же плохо, как и хорошо. Плюс и минус дают ноль. Станет ли Донван нулем для тех, кто для него важнее популярности? Должно быть, глупее вопроса не придумаешь. Но он не может остановить подобные мысли. А как что-то изменить? Как изменить то, что от тебя не зависит? Донвану говорили как себя вести, что говорить, во что одеваться - он привык, так даже проще в чем-то, но стоило ли оно того? Стоит ли вообще что-то из того, ради чего он так изнурял себя? Донван боится и закрывается. Он старается не говорить больше того, что может отдалить его от одногруппников, потому что волнуется, что они начнут думать, что он так себя ведет из-за популярности, не замечая, что потеряв откровенность, он так уходит еще дальше. Донван запутывается в собственных шагах - он хочет остаться на месте, но сам шагает назад. Страх потери сковывает его по рукам и ногам, но он не понимает этого, и, будучи натурой деятельной, разрушает то, что составляло основу его жизни. Он становится почти параноиком, и тогда в его жизни появляется лучик. Энди. Энди совсем еще юный - ему скоро 20, но он ничего не хочет знать о популярности, вершинах чартах и тому подобном. Энди рвется в семью, и думает о возвращении в Америку. Ему неинтересны конкурсы и соревнования - он просто любит танцевать и не боится быть смешным. Энди неглуп и искренен, и Донван просто отдыхает душой, когда тот рядом. Донвану не страшно - он сам не может объяснить почему, но ему легко рядом с этим мальчишкой, легко быть собой и не думать. Энди чаще молчит, чем говорит, но когда он говорит, Донван понимает, что тот старше своего возраста. Он рассудителен и спокоен, хотя частенько вытворяет совершенно безбашенные поступки. Это становится привычкой - быть рядом с Энди, и Донван чувствует что-то, похожее на благодарность и трепет, только вместе и вперемешку. Энди все время наблюдает - он пристально следит за каждым из Шинхва, и тогда Донван вдруг начинает смотреть на группу его глазами. Он замечает, что Эрик мягкий и озорной, Хесон вредный и добрый, Джини сильный и трогательный, а Мину - веселый и нежный. На собственные впечатления накладывается картина мира от макнэ, и Донван вдруг понимает, какие глупые мысли растил в себе все это время. В мире Энди Шинхва жили до ста лет вместе - должно быть, он представлял себе что-то вроде поселка, в котором они доживали последние дни в счастливой старости, окруженные огромными семьями и вечными друзьями. В Энди каким-то неимоверным образом сочетается рассудительность и невинность - он по-настоящему, искренне мил, и Хесон тает каждый раз, когда Энди просительно поднимает на него свои большие глаза. Донван замечает благодаря Энди много вещей, которых не видел ранее - и то, как устает Эрик, и то, как заботлив к ним всем Мину, и то, как Хесон строг к себе, и нерастраченные таланты Джини. Донван поражается, насколько был слеп все это время, и начинает совать Эрику витамины, благодарить Мину в каждом интервью, хвалить Хесона в глаза и ходатайствовать за Чонджина перед компанией. Донвану все это дается не очень ловко - он немного перебарщивает, стесняется, смущается и тупит, но группа почему-то прощает ему все за искренний порыв, и он вдруг теряет свое одиночество, сомкнувшееся когда-то вокруг него плотным колоколом. А Энди улыбался, продолжая мечтать о возвращении в семью, и Донван разрывается на части, понимая, что удержать макнэ не удастся. Что тот уедет, становится точно известно перед записью нового альбома. Донван всегда оставался в репетиционном зале дольше всех - ему требовалось больше времени, чтобы запомнить танец и хореографию. Иногда Донван просил остаться Энди за компанию, иногда гнал его домой, чтобы тот успел отдохнуть. Донван чувствовал ответственность за этого парня - тоже незнакомое, свежее чувство, разбуженное в нем именно Энди. Донван смотрит в зеркало, дожидается счета и начинает повторять движения. Он видит, как приоткрывается дверь, как Энди проходит и садится у стены на пол, обхватив колени руками. Но Донван продолжает танцевать, удивляясь, что до сих пор не сбился. Он думает, что вместе с Энди уедет какая-то огромная часть его души, оставив жалкий кусочек собственной никчемности, что-то внутри умрет, и станет пусто. - Скажи, что вернешься, - резко поворачивается Донван, быстро подходит к Энди и не придумывает ничего умнее, чем сказать, - иначе... не знаю, изнасилую прямо тут! - Глупость какая, - морщится Энди. - Совсем не смешно. - Жаль, - искренне говорит Донван. Ему хотелось разрядить атмосферу, но не вышло. Энди просто встает и обнимает его, и Донван целует младшего в висок, и закрывает глаза, не зная, что вместе с ним останется огромная часть души Энди, и что тот сейчас думает о том, как что-то умирает внутри, оставляя звенящую пустоту. Донван не знает, что Энди мысленно обещает вернуться, но что-то чувствует, глядя на улыбающееся лицо своего друга. И Донван улыбается в ответ, еще ничего не зная, но какая-то надежда окрыляет его подернутые печальной дымкой мысли, и он чувствует то невидимое, связывающее их обоих, и понимает, что никакое расстояние не сможет разорвать эту связь.