Перевод

Палочка для Рой 2229

Mollfar переводчик
Alex_Pancho бета
Реклама:
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Роулинг Джоан «Гарри Поттер», МакКрей Джон «Червь» (кроссовер)

Автор оригинала:
ShayneT
Оригинал:
https://www.fanfiction.net/s/13220537/1/A-Wand-for-Skitter

Пэйринг и персонажи:
Гермиона Грейнджер, Северус Снейп, Тейлор Хеберт
Рейтинг:
R
Размер:
планируется Макси, написано 635 страниц, 108 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Насилие Нецензурная лексика Повествование от первого лица Попаданчество Учебные заведения Экшн

Награды от читателей:
 
Описание:
Очнувшись в теле убитого ребёнка, Тейлор Эберт, в прошлом суперзлодей, а затем супергерой, пытается выяснить, кто стоит за убийствами магглорожденных. Вынужденно отправившись в Хогвартс, Тейлор оказывается среди наиболее вероятных подозреваемых.

Посвящение:
Samus2001.
За рекомендацию великолепного фанфика.
За выполненную львиную долю перевода. Не все понимают, насколько чудовищные объёмы текста уже переведены.
Восхищаюсь твоей работоспособностью и тем, сколько труда ты вложил в текст.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Перевод фанфика также опубликован по адресу:
http://fanfics.me/fic129024
И там он не глючит как тут, зараза!

А ещё у фанфика появилась обалденные иллюстрации
http://fanfics.me/fanart25902
http://fanfics.me/fanart26740
Korsa_maxi - просто молодчина!

Глава 35. Смертенины

11 июля 2019, 00:00
      — Может, не стоит? — пробормотала Миртл.       После двух часов Танца Скелетов я устала и обнаружила, что хочу лишь отправиться в свою комнату и отдохнуть. Но я обещала Миртл, и это значило, что мне нужно по крайней мере появиться.       — Именно ты хотела пойти, — сказала я. — Хочешь отступить?       Миртл засопела.       — Ты просто хочешь вернуться и проводить время со всеми своими живыми друзьями.       — Это неправда, — сказала Гермиона. Она каким-то образом ухитрилась утянуть Невилла и Милдред за собой. — Мне очень интересно, как проходят вечеринки у привидений.       — Я слышал, как, — сказал Невилл. — Именно поэтому я взял с собой это.       Он приподнял банку… чего-то.       — Что это? — спросила Милдред.       — Привидения любят приносить на свои вечеринки самую протухшую еду, какую только могут достать… они считают, что если запах будет достаточно силён, то они смогут его унюхать, а может и попробовать немного, — сказал Невилл. — Это Сюрстрёмминг [1]; предполагается, что это самая вонючая еда в мире.       — Это… действительно предусмотрительно, — сказала я.       Я не обеспокоилась тем, чтобы что-то с собой взять.       — Мы что-нибудь принесли, Милдред?       — Эм-м… я Миллисент, — сказала Милдред. — И нет… мне кажется, ни одно из привидений не сможет унести ни один из подарков.       Мы направлялись в одно из более просторных подземелий, и при помощи насекомых я видела, что они приложили все усилия, чтобы украсить его. Повсюду были чёрные свечи, испускавшие голубоватое сияние, и имелся возведенный помост, на котором призрачные музыканты играли на призрачных инструментах. Мелодия была сверхъестественно-мрачная, но всё же каким-то образом прекрасная.       Тут и там стояли Танцующие Скелеты, и привидения роились вокруг них, возбуждённо переговариваясь и собираясь в маленькие группы вокруг каждого. Я заметила стол, уставленный гниющей едой; мои насекомые были бы в восторге от такого, но холод делал их вялыми. Привидения проходили сквозь еду, словно могли вернуть утерянное чувство вкуса, пускай и всего лишь на мгновение.       Над столом висела люстра, сиявшая тысячей свечей голубоватого цвета. Сотни привидений, большая часть которых танцевала вальс.       Я вытащила палочку, и Гермиона и остальные тут же насторожились.       — Здесь будет холодно, — пояснила я.       Я наложила согревающее заклинание на себя, затем на остальных. Гермиона овладела заклинанием, но у остальных пока ещё не получалось. Оно уже оказалось удобным пару раз, в более холодные дни в подземельях, хотя Снейпу и не нравилось его использование рядом с определенными зельями; очевидно температура окружающей среды иногда оказывала влияние на ингредиенты.       Вследствие этого я научилась исключать определенные части своего тела из воздействия согревающего заклинания; для такого я не придумала других применений, но Гермиона, кажется, считала, что старшие студенты может быть даже заплатить будут согласны, чтоб ему научиться, хотя она рекомендовала подождать до зимы, когда цена окажется выше.       Когда мы вошли в подземелье, я увидела подлетающего к нам Почти Безголового Ника. Он сердито смотрел на Миртл.       — Она со мной, — пояснила я. — Мой «плюс один».       Он посмотрел на меня, и на мгновение показалось, он хочет возразить. Наконец, он сказал:       — Пока ты следишь, чтобы она не доставляла неприятности, как в прошлом году.       Обернувшись к Миртл, Ник сказал:       — Держи свои стенания при себе. Никто не любит нытиков на Смертенинах.       —Смертенины? Чьи? — спросил Невилл.       Он, кажется, многое знал о жизни и времяпрепровождении привидений.       — Мои! — гордо ответил Ник. — Мы просто совместили их с афтепати Танцующих Скелетов. Такая честь!       Я заметила несколько живых учеников, смешавшиеся с привидениями. Большинство из них были с Рейвенкло, вероятно заманенные сюда той же причиной, по которой пришла Гермиона. Они по большей части игнорировали привидений, сосредоточившись на Скелетах.       — Так что, кто-нибудь знает, в чём фишка со Скелетами? — спросила я, когда Николас развернулся, чтобы уйти. — Они как привидения, или они зачарованные артефакты, или что? Они великие музыканты, и если магия может такое делать… я и правда впечатлена.       — Я слышала, что это результат магического инцидента, — сказала Гермиона. — Убило всю труппу, но не до конца. Они решили не падать духом, и после смерти оказались более успешны чем когда были живыми.       — Привидения завидуют им, — сказала Миртл, глазея на ближайшего скелета. — Они могут на самом деле трогать вещи, и некоторые даже говорят, что они могут обонять запахи, хотя носов у них и нет.       — Это ничем не подтвержденный слух, — сказало привидение поблизости. — И они не разговаривают.       По логике, скелеты должны были уметь разговаривать. Если они могли дуть в трубы, то для разговоров их возможностей должно было хватать.       Невилл поднял свою банку:       — Куда мне это положить?       Я указала на стол. Он подошёл к столу, нашел пустую тарелку и открыл банку.       Ближайшие к нему студенты начали зажимать рты и разбегаться, хотя привидения, наоборот, начали собираться ближе. Невилл выглядел слегка зеленоватым в районе подбородка.       Мои насекомые, внезапно, ожили и возбудились.       Принимая во внимание, что я начала ощущать запах с того места, где находилась, я решила на какое-то время остаться в этой части комнаты. Я слышала со стороны Гермионы сдерживаемые рвотные позывы, да и от большинства других учеников тоже, и я целенаправленно удерживала лицо ничего не выражающим. Вытолкнуть свои эмоции в насекомых было не так уж трудно.       — Тебе следует потанцевать, — сказала я Миртл.       — Что? — спросила она. — Никто не захочет…       — Здесь больше мужчин-привидений, чем женщин, — объяснила я. — И это означает, что у тебя довольно хорошие шансы.       И вот она я, выступающая в роли эксперта по танцам. Никогда ещё мне такого не доводилось. До Эммы я была слишком юной. После травли я стала затворницей. Как только я стала Рой… ну, там не было времени танцевать, а уж, когда я превратилась в Шелкопряд — и подавно.       Выбросить всё из головы и выйти на танцпол, было странно катарсичным; и я могла понять, почему люди наслаждаются подобным.       Приблизившись к ближайшему скелету, не окруженному людьми, я сказала:       — Парни, вы просто супер!       Его голова повернулась ко мне; в глубине его глазниц виднелось тёмное сияние, но мимика и жесты не были враждебными, по крайней мере, в тех частях тела, что у него имелись.       — Спасибо, — сказал он. Голос его был странно глубоким. — Я Билли Боунс [2].       — Боунс… не слишком ли это очевидно? — спросила я.       — Сценический псевдоним, — ответил он. — Мы решили оставить свои старые личности в прошлом, и преобразить самих себя. Тебе и самой это знакомо, не так ли?       Я застыла, холодок пробежал по спине.       — Что вы имеете в виду?       — Ты загадочная американка, — ответил он. — Та, о которой никто ничего не знает. Убийца тролля и Демоническая Ведьма Хогвартса.       — Люди так меня называют?       — Даже мы слышали о тебе, — пояснил он. — А мы знамениты.       Я нахмурилась.       Логично, что родители учеников обо мне из писем своих детей, но что я оказалась знаменитой, было странно. Конечно, магическая Британия представляла собой эквивалент маленького городка, и люди в таких городках любят сплетничать, но тем не менее, это причиняло неудобства.       За мной уже охотился, по крайней мере, один Пожиратель Смерти. Я подозревала, что это был Эйвери; парень, которого я макнула в зелье волдырей, был его племянником, и у него, вероятно, имелся на меня зуб. Насколько я знала, младший Эйвери уже был Пожирателем Смерти.       Билли наклонился вперёд:       — Хотя, есть что-то в твоих глазах… не могу сказать, что именно.       Я достаточно часто видела, как призраки пялятся на меня, и эти слова вызвали во мне небольшую паранойю. Я быстро опустила взгляд. Сомневаюсь, что скелет был легилиментом, но это не являлось невозможным. В конце концов, когда-то он был волшебником. Он, кажется, не носил палочку, но оставалась возможность беспалочковой магии.       — Нам завидуют и нас жалеют одновременно, мы существа, принадлежащие двум мирам, — сказал Билли Боунс. — Лучше, чем привидения, но не совсем люди. Уверен, что ты ощущаешь то же самое, будучи магглорожденной в доме змей.       — Мне не завидуют, — ответила я. — Боятся иногда, но завидовать?       — Люди завидуют силе. Они, может, и не говорят, что завидуют, но это правда. Слизеринцы уважают силу и завидуют ей больше, чем все остальные дома. Подозреваю, что ты заметила, что в последнее время с ними стало легче иметь дело, правда?       Я медленно кивнула.       — Ты был слизеринцем? — спросила я.       — Магглорожденный, когда-то, — сказал он, но, тем не менее, кивнул. — Дом не всегда был таким, как сейчас. Были времена, когда магглорожденный мог присоединиться, и тогда как там всегда был какой-то стресс, ты мог проложить себе дорогу, при условии, что мог доказать, что ты достоин. Теперь всё не так, как я слышал… за исключением тебя.       — Боюсь, что мне придётся создать несколько новых привидений, прежде чем меня оставят в покое, — признала я. — Что сделает мои следующие шесть лет в школе слегка неловкими.       В моем арсенале не было ничего, что могло бы справиться с привидениями, и из того, что я видела, они, как правило, таили обиды очень долгое время.       Была ли у Волдеморта такая проблема? Преследовали ли его привидения его жертв, или у волшебников было нечто вроде ловушек на привидений, как у Охотников, чтобы избавляться от раздражающих духов с астрального плана?       — Тебе не будет легко, — сказал он. — Не с тем, что приближается. Война на горизонте, и все об этом знают. Это наше последнее выступление в Британии; мы отправимся в длительное мировое турне, пока всё тут не закончится.       — Всё настолько плохо?       — Последователи Сама-Знаешь-Кого любят нелюдей ещё меньше, чем магглорожденных. Они полностью готовы использовать тех, кто может быть полезен, но остальные? Если он победит, тут, скорее всего, станет неуютно.       — Почему тогда никто ничего не делает? — спросила я. — Волдеморт, может и является вторым по силе волшебником в Британии, но его люди — нет.       — Кто лучше в сражениях? Законопослушный гражданин или преступник? Уверен, что ты такое видела и в маггловском мире.       Я кивнула.       — Пожиратели Смерти сражаются часто и сражаются хорошо, а большинство волшебников просто хочет, чтобы им позволили мирно жить своими жизнями. Они полагаются на авроров, чтобы те их защитили, но авроров недостаточно, чтобы сделать то, что необходимо.       Я нахмурилась.       Это была проблема партизанской войны.       Общество, как правило, было большим и имело фиксированные месторасположения, места, где враг мог атаковать, обладая твёрдой уверенностью, что цель будет на месте.       Партизаны, как правило, растворялись в тумане, нападали и затем исчезали. Всё было ещё хуже, если они получали поддержку от местного населения, что практически всегда и происходило в маггловских конфликтах.       Людям Волдеморта не нужна была такого рода поддержка. Если они были умны, волшебники могли сами снабжать себя практически всем необходимым, а то, чем не могли себя обеспечить, вроде еды, они могли получить от магглов.       В каком-то смысле они были как кейпы-суперзлодеи. Замаскировавшись, они совершали преступления, а затем растворялись среди населения.       Лучшим способом справиться с партизанской войной было поддерживать населением счастливым, чтобы они изначально не восставали. Но этот корабль уже отчалил.       Чистокровные ощущали угрозу со стороны магглорожденных, отчасти из-за того, что те пытались изменить статус-кво. Они угрожали власти старого порядка, и люди всегда становились беспокойными и, как правило, начинали бунтовать, когда считали, что их позиции в обществе стали непрочными.       Я не видела решения проблемы, иного, нежели просто сжечь всё дотла и начать заново, и я вообще-то была не в состоянии проделать такое.       — Было мило поболтать с тобой, — сказал Билли Боунс. — Но я обещал танец юной леди.       Старшая ученица Рейвенкло приблизилась, неуверенно глядя на меня, но затем Билли взял её под руку, и они присоединились к танцующим на танцполе.       И они были не одни такие; я видела Милдред… эм-м, Миллисент, танцующую с одним из скелетов. Это была странно выглядящая пара.       Миртл танцевала с пожилым привидением, носящим нечто, выглядящее как средневековая броня. Ранее я не видела выражения счастья на её лице, и сейчас она на самом деле выглядела практически хорошенькой.       Гермиона бочком придвинулась ко мне.       — Здесь есть привидения, которым больше тысячи лет! — воскликнула она. — Я поговорила с некоторыми из них! У них потрясающие истории, хотя никто из них не захотел рассказывать о том, как они умерли.       — А тебе бы захотелось? — спросила я, глядя на нее. — Вероятно, лучше всего не спрашивать. Это как спрашивать кого-то, об ощущениях от травли, за исключением того, что тут всё ещё хуже.       Она секунду она смотрела на меня, затем кивнула.       — Вот так, как я считала, будет выглядеть приезд в Хогвартс, — сказала она, оглядываясь, — Не…       — Травля и угрозы смерти? — я покачала головой. — Люди везде одинаковы, будь они волшебники, ведьмы или магглы. Они мелочны и грызутся друг с другом. Дай им немного силы и всё станет ещё хуже.       Гермиона бросила на меня взгляд.       — Ты и правда цинична для одиннадцатилетней.       — Сказала двенадцатилетняя, — ответила я. — Здорово, наверное, иметь столь подавляющий и всеобъемлющий опыт.       Нахмурившись, она слегка толкнула меня.       — Не всем нужно носить ножи в школу.       Я пожала плечами:       — Должно быть, было прелестно, ходить в школу, где нет постоянной угрозы получить удар ножом.       После этого мы обе затихли.       Этим вечером я ни с кем не танцевала; привидения были немного чересчур призрачны на мой вкус, а Скелеты оказались монополизированы старшими учениками. В любом случае, я всё равно никогда не умела танцевать вальс.       Тем не менее, мы остались на пару часов, и неизбежно вечер закончился, к всеобщему удовлетворению. К тому моменту, я была истощена, ситуация, которая, кажется, происходила всё чаще и чаще в эти дни. Может быть, я страдала от психологического перенапряжения, из-за необходимости всегда быть настороже.       Милдред сразу отправилась спать, но я чувствовала себя потной и поэтому решила принять ванну. Погрузившись в тёплую воду, я закрыла глаза.       Пожиратели Смерти собирались напасть на меня летом; как минимум, они будут поджидать на вокзале. Мне предстояло придумать план, как справиться с этой проблемой. Скорее всего, мне придется скоординировать план с тем, кого там Дамблдор выбрал на роль моего опекуна.       Я, вероятно, могла ускользнуть прочь, прежде чем они меня поймают, но меня беспокоило то, что железнодорожный вокзал будет идеальным местом для нападения на магглорожденных. У них никогда не будет лучшей возможности разом собрать так много магглорожденных в таком небольшом месте.       На вокзале имелись авроры, но если у Пожирателей были люди в Министерстве, то они могли использовать Империо на аврорах ещё до того, как те отправятся на работу.       Именно это я и сделала бы, если бы управляла организацией Волдеморта и ненавидела магглорожденных. Это стало бы превосходным местом для начала войны, и это невероятно затруднило бы работу Министерства по поддержанию Статута Секретности.       Министерство, вероятно, обставило бы всё так, чтобы это выглядело атакой террористов, но туда оказались бы вовлечены маггловские следователи, и всё оказалось бы труднее прикрыть.       Сможет ли Министерство в будущем продолжать сохранять секретность? В мое время сотовые телефоны были уже повсеместно, и они продолжали улучшаться. Сколько времени пройдет до того момента, когда какой-то маггл сделает снимок, который Министерство не успеет перехватить, прежде чем тот попадет в интернет.       Смогут ли они вообще управлять интернетом? Это потребует людей с технической смекалкой, которые являлись противоположностью волшебному обществу.       Будь я на их месте, я бы организовала магглорожденным получение обычного образования, наряду с магическим. Я бы отправила их в колледж, в армию и технические сектора, и затем у меня были бы люди во всех составляющих частях маггловской жизни.       Бывший военный магглорожденный, вместе с магглорожденным из полиции, смогли бы научить авроров лучше делать свою работу, и это сделало бы волшебный мир безопаснее, исходя из предположения, что я была доброжелательным Министром Магии.       Я нахмурилась.       Мои насекомые ничего не видели и не слышали, чуяли странный запах. Хотя и не могли его распознать.       Я прислушалась сама, своими ушами и не услышала ничего.       Он пах не как яд, нагнетаемый через вентилляцию, и никто из моих насекомых не умирал и не засыпал. Хотя, это был химический запах; пахло практически так же, как спиртное.       Дверь в ванную открылась; на другой стороне никого не было.       Я бросилась за палочкой.       Мои насекомые видели рябь на воде на полу; выглядело как отпечатки ног, хотя я ничего не слышала.       Выстрелив режущим заклинанием, я увидела, как пол обагрился красным. Я снова ударила, но неожиданно ощутила руки, сомкнувшиеся на моем горле; стало очень трудно дышать.       Огромная сила сунула меня под воду, и палочка выпала из моей руки. Я схватила незримые, невидимые руки, пытаясь отогнуть назад большой и остальные пальцы. Всё было бесполезно; в моих руках не было силы, и кто бы это ни был, он был очень силён.       Практически помимо моей сознательной воли, насекомые начали появляться роями из вентиляционных отверстий. Они появлялись отовсюду, и среди них были насекомые, насчёт которых я даже и не подозревала, что могу их контролировать.       Я продолжала бороться, даже ощущая, как насекомые жалят того, кто пытался задушить меня до смерти. Они продолжали кусаться и жалить, и на мгновение я ощутила надежду.       Мои легкие горели подобно раскаленной лаве, я царапалась и пихалась. Мои ноги скреблись по дну ванны в поисках опоры, но продолжали соскальзывать.       Всё погрузилось во тьму.
Примечания:
[1] швед. Surströmming, состоит из слов sur и strömming, https://ru.wikipedia.org/wiki/Сюрстрёмминг

[2] Billy Bones — В принципе, обычные английские имя и фамилия. На курсе Поттера, как мы помним, училась Сьюзен Боунс. Однако с учётом того, что «bones» — переводится как «кости», имя скелета можно также перевести как «Костяной Билли».
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Реклама: