Под прицелом

- Ребят… - Тихий шепот с нотками хрипоты и слез. – Так же нельзя… Ребят… Это же Галя… - Женщина смотрела в глаза стоящей напротив подруги. В них ничего не отражалось, казалось, что ей все равно, хотя только несколько человек понимали, что это не так. – Галь… - Валя не могла сдерживать эмоции, глаза были красными от слез, сердце щемило от холодных глаз напротив. – Там мои девочки, они же еще совсем маленькие, но Галь… Я не хочу, не хочу тебя потерять… - Последние слова были сказаны одними губами. Силы были на пределе, так же, как и напряжение. - Валь, я все понимаю… - Галя! – Женщина неожиданно перешла на крик. – Ребята! Как так можно, мы одна команда! Мы всегда были вместе! Галя, не раз кидалась под пули из-за вас, мы даже «убивали» ее, ради ребенка Белозерова, она постоянно за вас отдувается перед начальством! – Патологоанатом давилась слезами, но продолжала, не понижая тон. – Она ночами переписывает ваши отчеты, только чтобы вам всем не попало! – Со стороны слушателей показалось недоверие. - А вы вот так благодарите ее, да?! Знаете, я очень жалею о том, что вы пришли в ФЭС! – Валя была на грани. Она с презрением смотрела на людей, которых называла друзьями. Мысли перемешались в один непонятный ком. Женщину резко притянул к себе Майский, и она, уткнувшись ему в грудь, разрыдалась от усталости и из-за этой ситуации. В переговорной наступила тишина, и появился какой-то непонятный и противный холод, леденящий кожу. Когда человек первый раз заходит в морг, его преследуют те же ощущения. Каждый из оперов, экспертов, программистов смотрели на все, как сквозь пелену. Было стойкое ощущение того, что их запрограммировали на это, и от этого было бы гораздо лучше. «Пусть убьют, но, не понимая и не осознавая, что делают, чем будут соображать.» - Галина обвела помещение глазами, смерила взглядом людей, находившихся там, и покинула кабинет. За ней пошел Круглов. - Галь, Галя, постой! – Мужчина нагнал женщину только на выходе из здания. – Ты куда собралась? – Голос был встревожен, в нем чувствовалось недопонимание. - Какая тебе разница, Коль? - Рогозина говорила спокойно. Ну, и выдержка… Стоп. Глаза. Они выдают ее. В них плескается боль, вперемешку с решительностью и пониманием. – Что изменится от того, что я скажу? - Галя, не надо. Не делай глупостей. Потом тяжело отвечать придется. Галя! – Майор отчаянно пытался переубедить ее, привести в себя. - Коль, они практически все решили выполнить требование, пусть уж лучше я сама попаду в аварию и погибну, чем они, вместо того, чтобы с детьми играть, будут шить форму и вырубать лес! – Женщина была непоколебима. Если полковник Рогозина что-то решила, то ее не переубедить, будет упираться и все равно получит то, чего хотела. Но только не в этом случае. - Нет! Ты НИ-КУ-ДА не поедешь! Пошли обратно! Будем разбираться! – Взяв Галину за руку, он потащил ее в сторону лифта, ведущего на их этаж. Круглов даже и не думал послушать то, что говорит ему Галя. * Мужчины и женщины смотрели вслед удаляющемуся начальству. Валентина и Сергей так и стоя посреди помещения, женщина начала успокаиваться и потихоньку приходить в себя, но иногда она все же всхлипывала. - Так, все. Давайте прекращать этот балаган. – Неожиданно начал Майский, прервав мысли многих. – Галя, то есть Галина Николаевна всем нам не посторонний человек! Давайте проявим уважение и нач… - Да какое к черту уважение!? У нас близких похитили! Ты понимаешь это?! БЛИЗКИХ! – Аристов не на шутку взвился, но все же проигрывал Вале. - А такое, представь себе! У меня тоже маму похитили, но я не собираюсь убивать Галю, а хочу начать расследование! А еще меня наводит на мысль ваши действия! – Он указал на ребят, которые были по ту сторону баррикад. – А если это вы подкладывали эти конверты? Если вы решили ее таким образом напугать? Проверить на прочность, так сказать? Может, вы хотите отправить ее на тот свет, а следом Круглова и занять их местечки? А что, очень хороший ход, правда, Аристов? Новый руководитель! Или ты, Рита, чем не заместитель!? – Теперь вскипел Сергей, он не хотел осознавать то, что происходит вокруг, хотя с каждым своим словом, он все глубже и глубже забивал в свое, да и не только свое сердце занозу огромных размеров. Название которой - предательство. - То есть теперь ты обвиняешь нас во всем этом!? Отлично, молодец! Послушай, а если это ты! Но сейчас прикидываешься овечкой, чтобы не заподозрили, а? – Аристов говорил, словно шипел, смотря в глаза то майору, то Валентине. - А может, хватит уже? – Неожиданно подал голос Иван, до этого молча стоявший в стороне с Оксаной, которую успокаивал и поддерживал, чтобы она не раскисала. – Вы спорите о том, кто из вас мог такое сделать, но не предпринимаете попыток найти настоящего преступника. Все ваши пугающие слова – вода, которая течет в пустоту и не приносит никакой пользы. – Хакер был как никогда серьезен. Никто ни разу не слышал от него таких слов. – Видимо никто из вас не осознает, как тяжело ей, Галине Николаевне, вы все срываетесь на крик, опускаете глаза, а она стояла здесь слушала и делала выводы, только сейчас понимала, с кем работала, кого прикрывала. А ведь позапрошлой ночью, она пришла в буфет в два или три часа выпила кофе и в четыре пошла переделывать твой отчет, Рита, потому что ошибок в нем было предостаточно. Сам видел. Следующий день, был последний для приема твоего отчета в Министерстве, и если были бы какие-то ошибки, ты в курсе какие были бы последствия. А она не пожалела своего времени и сил, помогла тебе. Вот тебе пример, вижу же, что не веришь Валиным словам. – Тихонова сейчас никак нельзя было назвать Ванькой или чертиком, он говорил коротко, спокойно, блуждая взглядом по собеседникам. – Подумайте, ребят. А надо ли вам вообще брать такое на себя? Потом же всю жизнь жалеть будите, а поздно будет, небо уже в клеточку будет. – Он хмыкнул и отошел обратно к Ксюше. - Ладно, я согласна начать расследование. – Исподлобья пробурчала Власова. - Я тоже. - И я. - И я. Единогласно. Только из глаз не пропал тот нехороший, недобрый огонек. Он заставлял насторожиться, а тем временем к переговорной подошли Николай и Галина. А Лисицын, сверкнув глазами, незаметно покинул помещение.