Под прицелом

- Ребят, давайте попьем кофе и решим, что дальше делать? – Предложила Оксана, которая не хотела, чтобы при начальстве кто-то выяснял отношения. Она понимала, что Галине Николаеве и без этого тяжело. - Пейте кофе и нужно допрос подозреваемого провести, не забываем, что помимо этого дела нужно закрыть и предыдущее! – В голосе Николая Петровича звонко отдавались нотки раздражения. Было не по себе. – Нас с Галей вызвали в Министерство, будем ближе к вечеру. – Коля развернулся, чтобы уйти, но Галя стояла, как замороженная и смотрела в одну точку. Круглов окликнул ее пару раз и она «вернулась обратно». Мужчина с неким волнением и сомнением смотрел на женщину, но она, не обратив на это должного внимания, развернулась на каблуках и пошла в сторону раздевалок. Майор направился на ней. - Ну, что, буфет – кофе – работа? – Почти синхронные кивки. Прошло около пятнадцати минут. Сотрудники налили себе обжигающей, но приятной на вкус бодрящей жидкости и расселись в буфете. Будто случайно получилось так, что на диванчики сели Селиванов, Власова, Шустов, Аристов, а за барную стойку сели Амелина, Тихонов, Майский. Антоновой места не осталось и она стояла, но около Майского, который поняв, что женщине негде сидеть по-джентельменски уступил свое место. Она не задумываясь, присела. Дружный коллектив ФЭС опять разбился на две части края, которого острые и больно ранят. Раньше из комнаты отдыха, как ее называли ребята, доносился смех и какое-то неведомое тепло, хотелось зайти туда, чтобы отдохнуть после очередного выезда и просто поговорить ни о чем с Аленой – буфетчицей, которая заболела и временно отсутствовала на работе. Оно и к лучшему. Не надо ей видеть в каком состоянии теперь буфет, да и офис в целом. Зданием овладела холодная, колючая, раздражающая тишина, которая с каждым оборотом секундной стрелки становилась все более раздражающей. Терпение подходило к концу. - Все, я больше не могу! Чего мы все ждем? Пошлите работать, хоть какой-то толк в этом будет! – Первым не выдержал Аристов. Вспылив, он вылетел из маленького помещения и пошел в сторону камер. Видимо допрос проводить. После его слов ребята медленно стали расходиться по своим рабочим местам. Вскоре остались Майский, Антонова и Шустов, который допив свой кофе молча уладился. - Валь, а ты чего не идешь? – Заметив, что патологоанатом вертит в руках пустую кружку, спросил Сережа. – Можешь не сидеть со мной. - Сереж, я не из-за этого. – Валя смотрела на кружку и не поднимала взгляда на собеседника. – Не хочется в морг к Селиванову. Все так резко переменилось. Не хочу с ним наедине оставаться, выкинет еще чего. Хотя знаешь, - женщина резко посмотрела в глаза мужчине, тот от неожиданности вздрогнул – больше всего меня пугает неизвестность. - Валь, все будет хорошо. – Майор приобнял Валентину. – Не надо сразу думать о плохом, все наладится и вернется на свои места. Ты знаешь, мне кажется, ребята приняли необдуманный поступок, когда перешли на ту сторону… - Давай не будем сейчас об этом говорить. Не хочу. Пошли работать, надо хоть как-то отвлечься. – После сказанных слов женщина вышла из буфета под стук собственных каблуков, перед этим громко поставив кружку на столешницу. Настал вечер. Прошлое дело было закрыто. Что удивительно были написаны все отчеты. Ни единой ошибки. Каждый проверяли свой отчет на пять раз, чтобы не думать ни о чем кроме работы. Приехали полковник с майором. Лицо каждого было не пробиваемо и не выдавало никаких эмоций по поводу случившегося. Хотя никто никогда не узнает, что Галя, не выдержав, заплакала, уткнувшись в Колино плечо, на котором теперь остался влажный след. - Коль, я выйду на крышу, подышу свежим воздухом. Обещаю, не спрыгну. – Наклоняясь поближе к мужчине, тихо произнесла она. - Хорошо, но только сдержи обещание. – Так же тихо. Затем посмотрел в глаза, убедился в словах. Она опустила глаза и, не заходя в переговорную, направилась к лифту, из которого вышла буквально три минуты назад. На крыше здания было прохладно. Дующий ветер освежал голову, давая ей мыслить чуть чище и понятнее. Полковник прикрыла глаза и пыталась понять, как жить? Что делать? Где искать этих уродов? Что будет дольше? Всегда чистый разум Рогозиной сейчас дал сбой. Расчетливость и хладнокровность «застыли» под влиянием накопившихся эмоций. Она, кажется, даже не заметила, что вслед за ней поднялся еще один человек. До случившегося она обязательно бы пошла с ним не только в разведку, но и позволила подойти со спины, а такого доверия у Галины тяжело добиться с ее-то работой. Хотя большая часть населения Москвы позволяют подойти со спины даже незнакомому человеку и зря. Это тоже хорошая ловушка. Ночь. Безлюдно. Тонкая веревка. Попытки вырваться. Последние секунды. Оп, жертва мертва, а свидетелей нет. Разве что только ливень оставит на память маленькую зацепку – след от ботинка. Вот и сейчас накрапывал дождь. Мужчина сжимал в руках веревку, в глазах – готовность, руки вцепились в орудие убийства, но вдруг все резко меняется. Будущий убийца аккуратно складывает и убирает веревку, так, чтобы не услышала полковник. Он достает пистолет. Как же все прозаично. Чем лучше орудуешь, тем и убиваешь. Проверяет, заряжен ли. Да. Все готово, только один выстрел и все. Она на мушке. Палец на курке. Три. Два. Один. И…