Под прицелом

Секунда – и тонкая игла входит в тонкую кожу на шее, достигая вены. После того, как содержимое шприца оказалось в организме женщины, мужчина аккуратно вытащил тоненькую иглу и посмотрел через стеклянные стены на молодую женщину, которая внимательно следила за тем, что делал патологоанатом. Последний слегка кивнул и рыжая, тихо усмехнувшись, покинула помещение. Мужчина скрылся в том же направлении. Остановившись около морга, они заговорили: - Вколол? – Поспешно, с ноткой раздражения. Она, как будто не верила собственным глазам, когда приятель убивал человека. - Да. Что не видела, что ли? – Те же нотки. А он, оказывается, оскорблен. - Да ладно тебе, не зверей. Через сколько яд подействует? – Ей нужна была точная цифра. Глаза горели неистово. Она, как волчица, будет до последнего бороться за жизнь своего ребенка, только почему-то чужими руками. Из-за этого все-таки не волчица… - Не знаю, все от организма зависит. Ни точно, ни примерно. – Борис был спокоен, как никогда. Он будто не колол сейчас яд начальнице и бывшей подруге, а просто выпил кофе и готовится идти домой, но Рита не обратила на это никакого внимания, у нее другие заботы. - Ясно, - гневно, – будем ждать. – Бросив короткую фразу, она разворачивается и уходит. Борис лениво толкает дверь в морг и медленно заходит. Оглядев с порога все свое рабочее место, он опускает глаза в пол и сем себе говорит: - Не умрет она. Нет. От витамина С еще никто не умирал. Я тоже не смог стать ее убийцей. От этого признания себе или моргу, а может и трупу в холодильнике, становится легче. Только сейчас он осознает, что не убил, в памяти всплывает Галина фраза про убийц: «Каждый убийца в первую очередь убивает самого себя». Значит, он не убил себя. Он остался человеком. Он просто ранил себя и еще имеет шанс на выздоровление. Боря только сейчас понял, что таким своим поступком мог подорвать отношения с сыном, а так Селиванов еще имеет надежду на то, что сынишка будет им гордиться. С момента «убийства» прошло около трех часов. Как ни странно, никто не заглянул в кабинет к Гале, одни потому что знали, что там будет. Другие же пытались понять, что делать и просто дали время полковнику побыть одной. Сидя в раздевалке, Круглов все же решил позвонить Галине. Телефон. Номер. Гудок. Гудок. Гудок. «Аппарат абонента не отвечает». Дальше – противный писк, как у приборов, которые за работой сердца следят. Нехорошая ассоциация. Вот и Коля, поняв. Что что-то не так, пошел проверить женщину. Войдя в кабинет и увидев спящую Галю, Николай за одну минуту стояния в дверях, смог подумать практически обо всем. Опомнившись, он буквально подлетел к женщине и стал нащупывать пульс на ее шее. Легкий удар в палец. Еще и еще. Майор облегченно вздохнул. От прикосновения чужих, мужских рук Галя проснулась. - Коль, сколько я спала? – Догадываясь, что ее усыпили, спросила женщина. - Не знаю, я тебе минут десять трезвонил, ты не отвечала, и я пошел проверить тебя. Мало ли что они могут устроить! – Кивая на последних словах в сторону, произнес он. - Они и так устроили. В кофе снотворное было. И, ой… Вот, смотри в шею укол сделали. Похоже, смогли, хотя бы так. – Галина подняла глаза на Круглова, потом посмотрела на результат от иглы в зеркальную дверцу шкафа. Состояние полковника было абсолютно уравновешенным, в отличие от Николая. - Галь, ты так спокойно об этом говоришь? Они же убить тебя хотят! Как ты это не понимаешь! И у них, видимо, уже все получилось! Все, я звоню в «скорую»! – Майор опять «взорвался». Он никак не мог понять спокойствия этой женщины с заледеневшими опять чувствами. - Коль, я до сих пор жива. Это не мог быть яд, просто по причине того, что прошло уже много времени. – Женщина стала переделывать прическу и, положив одну из шпилек на стол, заметила клочок бумаги в клеточку. Она взяла его в руки и, развернув, прочла вслух: «Галь, это витамин С. Он не убьет тебя. Я тоже не смог стать твоим убийцей. Хотя ты знаешь это и без меня.» А вот и подтверждение ее словам. Боря не смог, не сможет, просто потому что у него другой характер и закалка. Коле становится чуть легче от этого, но не в силах находится в душном кабинете, он кидает на прощание «Пойду на улицу, освежусь!» и уходит, не забыв прикрыть за собой дверь. Вскоре, мимо кабинет специально проходит Рита и, увидев живую и невредимую Рогозину, понимает, что-то не так. Женщина ураганом несется в морг. Селиванов ее обманул, так дело не пойдет. - Селиванов, какого черта! – Власова с гневным воплем распахивает дверь и врывается в рабочее помещение Бориса. - Что именно? – Наиграно - удивленно спрашивает тот. На самом деле причина ясна. - Ты еще спрашиваешь «что именно?» - Женщина перекривила патологоанатома. – А сам-то не догадываешься? Почему Рогозина еще жива? Она часа два, как должна была умереть! Как это называется, а, Боречка? - Во – первых, сядь. Во – вторых, успокойся. В – третьих, выслушай меня! – Бориса начинал выводить из себя эта капитан. – Да, я не убил ее, потому что не смог, потому что не смогу потом смотреть в глаза сыну! Да, я хочу ее убить, но понимаю, что просто рука не поднимется так что… - Так что капитан Власова будет делать все сама. – Женщина встала и уже хотела направиться к выходу, как Борис схватил ее за руку и этим жестом остановил. - Нет уж, достаточно! Хватит! Рита, ты, так или иначе, привязалась к ней и в тебе сейчас говорит материнство, злость, обида, но в тоже время и бессилие. Ты тоже не сможешь ее убить, я уверен в этом, поэтому оставь эти глупые попытки! – Патологоанатом обнял Риту за плечи, а она просто уткнулась мужчине в плечо. А в это время на тоже место, как в первый раз, некто подкладывает большую коробку синего цвета.