Поттер из рода Малфой

      Драко сидел на подоконнике и монотонно перелистывал страницы старой книги о зельях. Он был лучшим учеником в классе и даже на каникулах не переставал трудиться, чтобы стать гордостью для своих родителей. Уже скоро начнётся третий курс, как говорят — переломный момент в учёбе. Середина пути, которая определит, сможешь ли ты двигаться дальше, или же, уже достиг своего предела. — Неужели мне тоже придётся так много читать? — в комнату бесцеремонно вломился Поттер, недовольно хмыкнув, — Ты обещал, что сегодня мы пойдём гулять! — Прости, Гарри, — мягко ответил тот, устало коснувшись переносицы, — Я совсем тут запутался. Видимо, без профессора я не смогу разобраться в программе. — Ты так говоришь про каждый предмет, — мальчишка забрался с ногами на широкий подоконник, усаживаясь напротив брата, — А потом всё решаешь сам. Так что, и в этот раз у тебя получится. — Спасибо, — Драко едва заметно улыбнулся, закрыв книгу и взглянув на младшего, — А ведь в этом году и ты поступаешь в Хогвартс. Как же быстро летит время. — Да пустяки, — Гарри почесал кудрявый затылок, — Я ведь поступлю на Слизерин и ты будешь во всём мне помогать, правда? — Конечно, — Драко кивнул, — Но, неужели ты совсем не переживаешь? — Наоборот, я очень рад, — Поттер широко улыбнулся, — Я так долго ждал, когда наконец смогу уехать вместе с тобой. Видеться только на каникулах это невыносимо, тоска смертная! Драко уже и забыл те времена, когда и сам бродил по особняку в полном одиночестве, озлобленный на весь мир. Когда родители привели в дом Гарри, вся его жизнь кардинально изменилась: этот кудрявый комок вечно ходил за ним по пятам, прятался за его спиной, если вдруг что-то натворит, с огнём в глазах хвастался своими успехами и надеялся на похвалу. Драко больше некогда было скучать, ведь ему предстояло стать опорой и поддержкой для нового младшего братца. Кто знает, если бы Гарри не появился в его жизни, каким бы он стал? Был бы он лучшим учеником на курсе? Или, быть может, стал бы обычным хулиганом и задирой, который только пакостит другим из-за собственной неполноценности? Нет, юноша даже не хотел думать о той, другой жизни. — Я хотел спросить, — голос Гарри вдруг стал таким робким, — Ты ведь не будешь стесняться меня? — В смысле? — Ну, ты же скажешь своим друзьям, что я твой брат? — мальчишка смущенно отвёл взгляд, — И, мне можно будет с тобой видеться, ведь так? Всё же, у меня другая фамилия и я не хочу доставлять тебе неудобства… — Перестань, — Драко вытянул руку, коснувшись тонкими пальцами тёмных волос брата, — Ты Поттер, но вместе с тем ты Малфой. Пускай мы не родные братья, но ты моя семья, слышишь? И никто этого не изменит. — Угу, — изумрудные глаза Гарри, кажется, заблестели, — Я просто подумал, что в школе у тебя наверняка много друзей и тебе будет не до меня. Пообещай…просто пообещай, что мы всегда будем вместе! — Я всегда найду время для тебя, — старший вновь мягко улыбнулся, мазнув большим пальцем по щеке брата, — А если будешь плакать, то всем девочкам из твоей группы расскажу! — Какой же ты противный! — младший фыркнул, грозно скрестив руки на груди, — И ничего я не плакал. — Вот и замечательно, — Малфой слез с подоконника, разминая затёкшую спину, а после, протянул руку Гарри, — Ну что, идём гулять? *** Первый день в Хогвартсе был куда тяжелей, чем обычно. В поезде Гарри почти сразу же познакомился с какими-то ребятами, а после и вовсе самостоятельно разгуливал по вагонам, заставляя старшего брата поволноваться. Друзья Драко же с интересом разглядывали кудрявого юнца, о котором уже не знал только глухой, ведь Малфой постоянно в разговорах упоминал о нём. Некоторые перешёптывались, даже не скрывая этого. Ведь та история с усыновлением и смертью родителей Поттера до сих пор являлась горячей темой для сплетен. Казалось бы, прошло уже почти 8 лет с той роковой ночи, но в магическом мире ничто не забывается даже через столетья. Гарри не стеснялся отвечать им прямо в лицо, заставляя этих шептунов смущенно замолчать. Никто не мог взять в толк, как настолько разные люди могли так долго жить под одной крышей, да и как вообще суровые Малфои вытерпели такого непоседу. Драко же был вежлив и холоден с большинством студентов, загадочно улыбался и предпочитал иногда просто помолчать. Он создавал впечатление человека, который не нуждается ни в ком, кроме себя самого. Гарри наблюдал за ним, жадно выхватывая каждое слово и каждый взгляд. Он всегда знал, что старший очень популярен в школе как среди студентов, так и среди преподавателей. Его часто ставили в пример, но Драко никогда не думал зазнаваться и задирать нос, напротив, он лишь едва заметно улыбался и молчал. В разговоре с ним никогда не услышишь пустых слов или бессмысленной болтовни, в отличии от Гарри. Его сердце было горячим и неспокойным, каждая эмоция тут же отражалась на лице, а держать язык за зубами представлялось для него попросту невозможным. Юный Поттер был из тех, кому интересно абсолютно всё в этом мире. Но если Драко проявлял интерес осторожно, изучая что-то новое без спешки, то Гарри кидался в омут с головой. Он был безрассудным и весёлым, настоящим сорванцом, но рядом с братом становился послушным котёнком. Драко единственный, чьё слово было для мальчишки законом. — Волнуешься? — Малфой протиснулся в ряды первокурсников, осторожно отводя брата в сторонку, — Уже скоро распределение. — Не могу дождаться, — глаза Гарри горели ярче чем, когда-либо, — Займёшь мне место рядом с тобой? — Обязательно, — Драко потрепал младшего по кудрявой голове, — Ну, мне пора бежать. Выпрями спину и выдохни, я буду рядом. — Так точно! — Поттер широко улыбнулся, а после, вновь растворился среди чёрных мантий своих однокурсников. Драко, кажется, волновался куда сильнее чем он. На своём собственном распределении он чувствовал себя куда спокойнее. Заняв место за столом Слизерина, Драко вместе с остальными поприветствовал первокурсников громкими овациями. Такие юные волшебники и волшебницы, которые жаждут открыть для себя новый мир, найти друзей и познать самих себя. Четыре факультета с замиранием сердца ожидали пополнения своих рядов, радостно хлопая и улыбаясь, когда очередной малыш садился за один из столов. Когда же настала очередь Гарри, никто даже не сомневался, какого цвета ему нужна будет нашивка. — Мистер Поттер, — распределительная шляпа с интересом изучала мальчишку, заглядывая в самые потаённые уголки его души, — Очень занимательно. Я вижу, что вы хотите попасть в Слизерин, но ваше сердце принадлежит другому факультету. — Что? — прошептал Гарри, непонимающе захлопав глазами, — Я всего лишь хочу быть рядом с братом, моё место в Слизерине! — Занимательно, — повторила шляпа, — Но я не могу перечить своим инстинктам, мистер Поттер. Ваше истинное место — Гриффиндор. Вы ещё скажете мне спасибо… Не успел Гарри возразить, как за красным столом уже послышались громкие крики и хлопки, а после, его попросту уволокли старшекурсники, усадив рядом с каким-то рыжим мальчиком. Его ободряюще хлопали по плечу, поздравляли, но для Гарри это всё было словно во сне. Поттер не мог дышать, его распирало от обиды и непонимания. Как его место может быть здесь? Почему шляпа не прислушалась к его желаниям? Как отреагируют родители? А Драко? Ох, Драко. Мальчишка лихорадочно бегал взглядом по лицам вокруг, едва сдерживаясь, чтобы не вскочить с места и не броситься прочь. Сердце так бешено колотилось, на лбу выступила испарина, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Но, стоило мальчишке найти взглядом старшего брата, как невообразимый груз будто бы упал с его плеч. Драко сидел за зелёным столом и, улыбался. Он смотрел прямо на него и хлопал вместе с остальными, нет, даже сильнее, чем кто бы то ни было. Малфой всем своим видом пытался приободрить младшего, показать ему, что совершенно не важен цвет их мантий, как не важно и расстояние между факультетскими столами. Он всегда будет рядом. Гарри облегченно выдохнул, улыбнувшись брату в ответ и, наконец, позволив себе взглянуть на лица тех, кто сейчас сидел рядом с ним: вот тот самый рыжий мальчик с круглым лицом и крупными веснушками, напротив — серьёзная девочка с кудрявыми каштановыми волосами, чуть поодаль — пухлый мальчишка, который зачем-то принёс за стол свою ручную жабу. Гарри быстро вклинился в разговор, уплетая при этом вкусный ужин и громко смеясь, будто бы ничего не произошло. Раз Драко не сердится, значит всё хорошо — так он думал. Но Поттер не знал, что всю ночь после ужина Малфой не мог уснуть, сжимая в пальцах подушку. Он ведь так сильно боялся такого исхода, боялся, что младший будет постепенно отдаляться от него, погружаясь в новую жизнь с головой. Если в Слизерине он бы смог проводить с ним почти всё своё время, собираться в общей гостиной или в комнате, обсуждать прошедший день и смотреть на его радостное лицо, то Гриффиндор полностью лишал его всего этого. Раньше у Поттера был только он на всём белом свете, а теперь так много новых лиц, что мальчишке больше некогда будет тосковать по старшему брату. Именно в ту ночь Драко почувствовал нечто, зарождающееся капля за каплей в его сердце, нечто, именуемое ревностью. — Может, тебе и правда будет лучше там, — прошептал Драко, утыкаясь носом в подушку, — По крайней мере, я не заставлю тебя переживать из-за таких пустяков. Мы ведь всегда будем вместе, да?