That Town Is a Bitch

«Несмотря на некоторые заминки, настроение восхитительное, а #orangefest все еще впереди! Дорога любит импровизацию, никогда не угадаешь, куда тебя может занести. Черт, я понятия не имею, как называется этот город, и даже не могу отметить геолокацию (что здесь вообще с интернетом?!), но он действительно потрясающий! И даже если он встретил меня недружелюбно (теперь я стану чуть меньше любить неоновые вывески) — здесь просто крышесносно красиво, а местные ребята офигенно КРУТЫЕ! Джихун~и, ты клевый, спасибо за помощь, и обязательно еще затусим вместе!» Сунен вдохновленно завершает месседж набором смайликов: подмигивающий эмоджи, сразу несколько морских волн и искрящиеся звездочки. Добавляет еще парочку хэштегов и, наконец, публикует. Фотка загружается мгновенно, сразу срывает порцию лайков от многочисленных суненовых фолловеров — и никаких проблем с интернетом. А стоило только совсем чуть-чуть отъехать от города! Пустой автобус движется медленно, однако неумолимо увозит Сунена от залитых солнечным золотом мощеных улочек, от лучших в его жизни вафель, и море обиженно дышит ему в затылок. Сунен дергает плечами, стряхивает странное ощущение, пробежавшее колючими мурашками по загривку. Он лениво листает инсту, заглядывает в директ, забитый новыми сообщениями, и одно из них оказывается от Джихуна — Сунен находит это неожиданно милым. Он пишет «спасибо», потому что он вежливый и ему приятно, и, щурясь на солнце, записывает для него сториз с собственным улыбающимся лицом на фоне проплывающих за окном пейзажей. Даже немного жаль, что дорога не ждет, думает Сунен, но по-честному обещает себе и правда вернуться… Спустя пару-тройку часов оглядываясь на этот момент, Сунен не знает, злиться ему на себя или иронично смеяться. Кровать, в которой он провел беспокойную ночь, за время его отсутствия успела сменить белье и теперь виновато розовеет свеженькой наволочкой. Злосчастная вывеска так и осталась лежать у входа в мотель мертвым неоновым якорем. Сунен пялится на нее из окна номера с такой обидой, словно это она источник всех его бед — якорь для него самого, приковавший к неожиданному чекпойнту, пригвоздивший к полустертой точке на карте. Все-таки Сунен зол. Зол на идиотский автобус, гротескно расчихавшийся облачками дыма, едва отъехав от города, и подохший посреди дороги. На дорогу, непослушную и капризничающую, не дающуюся Сунену как нарочно — он отчаянно пытался тормознуть попутку, пока водитель автобуса что-то там безуспешно ковырял в автобусном нутре. На катастрофически редкие попутки, игнорящие Сунена с настойчивостью спам-фильтров, будто он всплывающий баннер с порнушкой. Ну и на самого себя конечно. На свое глупое желание вернуться. Как будто оно и в самом деле что-то значило. По удивительному совпадению (от которого у Сунена аж скулы свело) попутку в обратную сторону удалось найти до обидного легко. Сам Сунен, возможно, предпочел бы остаться прямо на этой обочине, голосуя до победного, но с окружившей его стаей байкеров, так (не)удачно возвращающейся в город с какого-то мотопробега, спорить оказалось сложно. — Уедешь завтра! — уверил его парень в кожаных штанах, с улыбающимися лисьими глазами, представившийся Чжухоном. — Починим твой автобус! Или другой пустят! — Серьезно? И рейсов на сегодня больше нет? — обреченно закатил глаза Сунен. — Не то чтобы это популярный маршрут… — развел руками еще один обладатель кожаных штанов, ужасающе широкоплечий, и без лишних вопросов подхватил суненов рюкзак. — Поехали, понту нет тут торчать. И вот Сунен здесь. Безнадежно падает спиной на кровать и гуглит местные транспортные компании, подключившись к полуживому мотельному вайфаю. Фестиваль начинается без него. «Все идет не по плану. Впрочем, все еще успеваю хотя бы на второй день. Завтра уж точно…» Никакое «завтра» Сунена новостями не радует. Здание автовокзала встречает абсолютно нелепой табличкой «Закрыто», и Сунен недоуменно крутит головой по сторонам — если закрыто, значит, должен быть другой вход? Ни души вокруг, ни следа автобусов на пустынной стоянке. Приветливые прежде улочки тусклее обычного, окутанные дымкой серого мышиного тумана, — как если бы насыщенность им выкрутили на минимум. Солнечный вчера город сегодняшним утром больше напоминает город-призрак, и Сунен, раздраженный до стиснутых зубов, давится клочьями тумана и усаживается прямо на пыльные ступеньки. Он всерьез подумывает, не начать ли ломиться в запертые двери, но пока что держится.

***

— Бедный мальчик… Лучше бы ему поскорее уехать своей дорогой, — сетует в телефонную трубку Хвиин и ойкает, прикрыв ладошкой накрашенный матово красным ротик, заметив Сунена. — Я перезвоню тебе позже! — Да ладно, — ворчит Сунен, запустивший с улицы рваный порыв ветра. — Можешь сказать Солар, что я какого-то черта все еще здесь. — Да, он какого-то черта все еще здесь, — послушно сообщает в трубку Хвиин с растерянной улыбкой. — Я перезвоню. Сунен по-свойски плюхается на диванчик рядом с Хвиин за администраторской стойкой и дует щеки. У Хвиин странное выражение лица, вопросительное и задумчивое, без тени улыбки. — Погода испортилась, — замечает она печально. Сунена в последнюю очередь волнует погода. — Как мне уехать, если ваш дурацкий вокзал не работает? — бессильно стонет он. — Хотела бы я тебе помочь, милый, — сочувственно вздыхает Хвиин и делает такую мордашку, будто и в самом деле отчего-то ощущает себя виноватой. — К сожалению, это вряд ли в моих силах. — Пойду туда снова завтра. И если автобусы все еще не будут ходить — придется ловить попутку. Да я и пешком пойду, если придется! — Я бы не советовала. Думаю, завтра будет дождь. — Вообще-то, я продуманный! Какой автостопщик дернется в дорогу без дождевика! — улыбается Сунен, и Хвиин мягко смеется маленькими колокольчиками, разряжая атмосферу. — Ты такой целеустремленный. Я буду варить кофе, сделать и для тебя? — Да, если тебе несложно! Холл наполняется густым и теплым кофейным запахом. Негромко играет Бруно Марс в шипящей колонке. Сунен скидывает кеды и подбирает под себя босые ноги, утомленно откидывая голову на мягкую спинку дивана. Пытаясь принять ситуацию. Словить дзен. Ветер на улице усиливается, разгоняя мышиный туман. Город волнуется.