Сбитые костяшки

После того инцидента Цзян Чэн стал... Каким-то отстранённым. Нет, он заботился, обнимал, разговаривал, но... Но совсем не обращал внимания на Хуайсана, как на парня. Конечно сам Хуайсан немного боялся близости, но это было буквально пару дней. А теперь уже три чертовых недели совсем без секса. А ведь он успел все перепробовать! От ненавязчивых ласк до расхаживания голышом дома. Ну не реагирует и все тут. А просто сказать "трахни меня" как-то язык не поворачивался. Он же из знатной семьи и дохуя воспитанный! На самом же деле после всего произошедшего Цзян Чэн чувствовал огромную вину перед своим парнем. Он, сильный мужчина, не смог его защитить и теперь винил себя в случившемся. Ему было до сих пор страшно за Хуайсана, а внутри едва ли не инеем все покрывалось от одной мысли, что он своим желанием сделает Хуайсану больно или, что страшнее, противно. В боях он продолжал участвовать, но Хуайсану настрого запретил даже близко появляться. Да, порой его поддержка была необходима, но Ваньинь прекрасно помнил, чем это ранее обернулось для его возлюбленного. На сексе теперь тоже было табу. Цзян Чэн знал, что тогда сделали эти ублюдки с его мальчиком, а потому и пальцем Хуайсана не трогал. Да, объятия и нежные поцелуи остались, но дальше они не заходили. Мужчина все еще боялся навредить своему мальчику, хотя пару раз был готов сорваться, ведь Хуайсан часто щеголял по дому то полуголый, то вовсе обнаженный. Бесстыдник. В итоге сам Хуайсан как-то охладел к сексу. Нет, ему все ещё хотелось, но не до зуда в заднице, как раньше. И стали они, как пожилая пара. Сидеть вместе в соцсетях и изредка разговаривать на общие темы. Зато появилось время на совместный отдых. Вот сегодня за городом открылось одно любопытное место. Там выстроили небольшой городок в древнем стиле. Каждому за определенную плату предоставят костюмы и роль в этом спектакле без сценария. Хуайсан посчитал это место довольно интересным. Не активный отдых, но и не ленивый выходной. Как только они зашли в домик на входе в город, на них накинулся юноша, который сразу начал щебетать что-то про костюмы и роли, которые отлично им подойдут, а после разогнал по примерочным. И сразу после он отвёл Не Хуайсана к торговой улочке. Улицы этого городка уже полнились людьми в тематических костюмах, но не сказать, что их была прям толпа. - Итак, ты у нас единственный сын чиновника. Благородный, красивый, утонченный. А твой спутник будет твоим телохранителем. Скоро я его приведу. Наслаждайтесь этой игрой! Не Хуайсан так хотел сказать, что это все больно походит на сценарий какого-то порно, но удержался. Он принялся молча ходить по улице, но все же старался не отходить от того самого магазинчика, осматривая его. И правда хорошая историческая достоверность. Даже расписной веер нашелся, который как нельзя подходил к наряду парня. Вообще Хуайсан любил подобные штуки. По юности даже занимался росписью вееров, но со всеми его работами случилась одна большая гомофобная неприятность в лице Не Минцзюэ. Но окунуться в историю, почувствовать себя ее частью... Так волнующе и интересно... Просто до мурашек. Цзян Чэну же сразу рассказали суть его свободной роли. Он - телохранитель сына богатого то ли купца, то ли еще какой шишки - Ваньинь не вдавался в подробности, но такой сценарий ему нравился. Он поправил длинные, лилового цвета, одежды, мельком взглянул на себя в зеркало, оценив внешний вид, и, удовлетворенный, отправился на поиски своего парня вместе с сопровождающим, который то и дело восхищался тем, как Ваньиню идет костюм. Хуайсана они нашли быстро: он стоял у торговой лавки и обмахивался веером. У Цзян Чена от его вида аж рот приоткрылся: в исторических одеждах, с тонким веером в руках, его Хуайсан выглядел изящно и утонченно. Словно создан был для этого. Мужчина шумно сглотнул и подошел к юноше, облизывая пересохшие губы и вживаясь в роль. - Вы прекраснее цветка лотоса, юный господин. - Хуайсан аж вздрогнул от такого обращения и тут же повернулся к Цзян Чэну. Его яркие одежды однозначно привлекали внимание, а черный пояс очень кстати подчёркивал его фигуру. - Благодарю, Ваньинь. - Хуайсан как-то слишком естественно прикрыл нижнюю часть лица веером. Будто всегда так делал. - Мне приятна твоя лесть. - Что вы, господин. Я искренен с вами. - на эти слова Хуайсан только улыбнулся, что все равно осталось незамеченным из-за веера. - Вам понравился этот веер? - Да. Поразительно тонкая работа. Даже боюсь представить, сколько труда вложил мастер в этому работу. - Цзян Чэн молча слушал, а потом снял с пояса мешочек для денег. Все же организаторы не могли позволить носить с собой кошельки. - Можно приобрести его? - Он посмотрел на лотки с украшениями и взял шпильку для волос. - И ее тоже. - Ох, Ваньинь, не стоило... - Но Цзян Чэн совсем не вежливо перебил своего господина. - Вы не примете подарки от слуги? - Нет, что ты! Конечно приму! - В этот момент лоточник отдал сдачу, а Хуайсан прикрыл лицо уже своим веером, пряча покрасневшие щеки. Следующей остановкой стал постоялый двор, в котором они арендовали комнату, чтобы иметь возможность отдохнуть. Хуайсан первым делом подошел к зеркалу. Оно хоть и было совершенно обычным, но резная деревянная рамка придавала явно новому зеркалу вид старинной реликвии. Как же детально продуман этот городок! Действительно старое зеркало было бы непривычно современным девушкам и они не смогли бы прихорашиваться перед ним. А тут новенькое и ровное, идеально. Хуайсан подошел к нему, вытащил шпильку из волос и достал новую, которую подарил ему Цзян Чэн. Такая красивая, аккуратная, но не слишком нежная. Подойдет и мужчине. Хуайсан долго пытался правильно заколоть волосы, но получалось то криво, то просто как-то не так. А ведь речь шла об обычном пучке. Как вообще девушки тех времён умудрялись делать такие сложные причёски с накладными прядями? Он уже хотел бросить это дело, когда почувствовал на талии сильные руки. Уже в отражении Хуайсан увидел, как Цзян Чэн уткнулся носом в его распущенные волосы и прикрыл глаза, будто хотел насладиться запахом. - Не получается? Может так и оставите? - Цзян Чэн чуть потянул головой, глубже зарываясь носом в волосы своего господина, а потом перекинул их на его плечо, тут же прижимаясь губами к обнажённой шее. - Вы и так выглядите просто прекрасно. А Хуайсан уже поплыл от прикосновений мужчины, чуть вздохнул и прикрыл глаза, делая небольшой шаг назад и прижимаясь спиной к груди Цзян Чэна. - Ты льстишь мне... - Хуайсан завел руку назад, касаясь щеки своего охранника и притягивая к себе для лёгкого поцелуя. Только вот лёгким он не получился, ведь Цзян Чэн крепче прижал Хуайсана к себе и ответил на поцелуй настойчиво и в какой-то степени требовательно. И под этим напором не было никакого смысла сопротивляться. Пояс Хуайсана упал на пол как-то слишком быстро, а следом за ним к ногам упали и штаны, а ханьфу, перекинутое на одну сторону, так и осталось висеть на плечах. - Ч-что же ты творишь... - Тихонько скулил Хуайсан, послушно опираясь руками о туалетный столик и прогибая поясницу. Цзян Чэн же, проведя рукой по прямой спине и грациозно изогнутый пояснице, повёл ей дальше, с явным удовольствием сжимая обнаженную ягодицу. - Этот слуга так хочет своего господина... что уже не может себя сдерживать. - Смазка здесь тоже была совершенно обычной - как Цзян Чэн вообще притащил ее сюда? - Поэтому пальцы Ваньиня приятно скользят в узком от долгого перерыва в интимной жизни анусе, растягивая и лаская. Юноша от этих движений задушенно стонал, пытаясь не выдать их постыдное занятие, но как же Цзян Чэн был хорош! Как же умело он ласкал самые чувствительные места, будто играл на возбужденных нервах. - Господин, вы позволите мне..? - Член Ваньиня весьма красноречиво упёрся головкой прямо в приоткрытое после тщательной подготовки отверстие, давая понять, что он не спрашивает. Ставит перед фактом. Но даже так Хуайсан не сдержал протяжного стона, принимая в себя горячий член. Первые толчки осторожные, чтобы не навредить после долгого воздержания. А уже потом резкие и размашистые толчки просто выбивают из груди Хуайсана громкие стоны, а у самого Цзян Чэна вызывают довольное урчание. Вот вроде собак любит, а ведёт себя, как довольный кот. - Юный господин... просто посмотрите на себя. - Цзян Чэн взял Хуайсана за подбородок и поднял его голову, заставляя посмотреть в зеркало, которое все еще было прямо перед ним. - Вам так нравится ваш покорный слуга? - Хуайсан охнул, ощущая, как сомкнулись пальцы мужчины на его тонкой и до безумия чувствительной шее. - Или вам нравится, когда над вами берут контроль? - Хуайсан лишь мельком глянул в глаза Цзян Чэна в отражении, но этого уже хватило, чтобы тихо проскулить его имя, кончая. Цзян Чэн же продолжил движения, теперь придерживая парня поперек живота, чтобы не упал на пол, а уже потом сам кончил, так и не выйдя из Хуайсана. За это он потом крепко от него получит, но сейчас его мысли вообще в другой стороне. Пришлось, краснея, заплатить за химчистку костюмов, но Цзян Чэн никогда еще не был настолько доволен после посещения культурных мероприятий. Да и Хуайсан тоже.