5.
12 июня 2019 г., 20:43
Как две капли похож И под дождь, как под нож, Промокая до нитки сюжета, В этот город меня отпустила зима На свидание короткое с летом. Мне не нужен ответ, чтоб увидеть рассвет, Словно заново надо родиться. Этот город погас в этот утренний час, Только сон продолжает сниться…
— Катюша, поехали, — Юлиана махнула зонтом в сторону машины, дожидавшейся их на парковке. — Подброшу тебя домой, заодно поговорим, вечер был суматошный, толком ничего не успели. — Спасибо, Юлиана, но не стоило… Виноградова вместо ответа с улыбкой закатила глаза. В этом была вся Катя, смущаться и бесконечно благодарить за любую приятную мелочь, сделанную в ее адрес. — Ну, рассказывай, дорогая, как все прошло на обеде с Кирой. — Как-как… Она почти с порога заявила мне, что я где-то прячу Андрея. — Кира перегибает палку, — Юлиана покачала головой. — Я понимаю, что это стресс, но нельзя же так. Вы с Ждановым виделись вообще после приезда? — Нет, я только с Воропаевым пересекалась… Когда доверенность оставляла. Ну и сами знаете, на мероприятиях, мельком и издали. — Да, ситуация тяжелая… Но не безнадежная. Лишь бы только этот безголовый нашелся живым. Остальное все поправимо. — Я должна ему помочь, но я не знаю как, Юлиана. Как я могу помочь его найти? Я ничего о нем не знаю… Где он был, с кем, чем занимался… Но я чувствую ответственность за него. — Это любовь, Катя. Как не пытайся сбежать от себя, не убежишь. Жаль, что к Мише ты не чувствуешь и сотой доли того же. — Ну Юлиана… — Катя покачала головой. — Вы же знаете, что я благодарна за встречу с Мишей, он показал мне то, что не все мужчины такие, как Андрей… Но сердцу ведь не прикажешь. Я все равно его люблю, и мечтаю, что мы будем вместе… Когда он найдется. — Найдется. Андрюшенька у нас живучий, но иногда так ловко находит себе приключения на голову, — Юлиана усмехнулась. — Знаешь, я почему-то склоняюсь к мысли, что он просто устал и все бросил. Залег на дно, чтобы потом появиться, как ни в чем не бывало. — Вы думаете? — Мы знакомы достаточно давно. Андрей, поверь мне, иногда совершает такие феерические глупости, о которых потом сам же жалеет. — Будем надеяться, что вы правы, — Катя вздохнула и уставилась в окно. Спать хотелось ужасно, вечер был насыщенным в плане общения, но Катя знала, что первым делом уединится со своим дневником, а уже после будет отдыхать — мыслей в голове роилось очень много, и без «бумажного друга» обойтись не получилось бы.***
Михаил с облегчением откинулся на спинку сиденья, прислушиваясь к что-то бормочущей магнитоле. Водитель такси, к счастью, попался молчаливый, и всю дорогу Борщев мог спокойно обдумывать свои дела. Откровенно говоря, необходимость постоянно наведываться домой и проверять Жданова его напрягала, но Миша тут же себя одергивал, думая о том, что совсем скоро у него будет очень много денег, а Андрей останется ни с чем. Сейчас, после презентации, прошедшей мимо сознания, он распрощался с Юлианой и Катей, не без радости отметив, что Виноградова повезла помощницу домой самолично. А значит ему не надо было искать предлоги, чтобы отказать Катерине в сопровождении до квартиры и очередного душного вечера в компании ее родителей. Смахнув с лица вечную вежливую улыбочку, Миша вздохнул. Он любил Катю, готов был мириться с ее непростыми родственниками, недалеким, но гениальным финансистом Колей, с ее вечной зажатостью и занятостью. Но мириться с тем, что Жданов при любом раскладе будет для нее номером один, не желал. Он не сделал для Катерины ничего хорошего ровным счетом — унизил, растоптал, предал, и отпустил сразу же после того, как она стала ему не нужна. «И сейчас он в моих руках… Интересно, долго прособираются его жадные до денег родственники? Мне казалось, что у такого упакованного красавчика все в полном порядке. А оказывается, нет. Тот еще гадюшник у богатых… И чем больше денег, тем жальче с ними расставаться», — Михаил смотрел на мелькавшие огни фонарей, фары машин, понимая, что имеет реальные шансы отбить все те финансовые сложности, все свои мытарства в Москве, просто воспользовавшись случаем. Ведь похищения Андрея Жданова он совсем не планировал, все получилось спонтанно, но от этого не менее захватывающе. Когда машина с шашечками на бортах остановилась у нужного подъезда, Миша был крайне собран и спокоен. Он знал, что будет делать дальше, и старался принять вид уверенного в себе, в своем финансовом положении человека, чтобы произвести на помощника нужное впечатление. Расплатившись, Борщев вышел из машины и направился к нужному подъезду, мечтая только о том, чтобы поскорее добраться до дома и лечь спать. Оказавшись в ветхой однушке, Михаил в который раз поразился прожорливости Николая. Тот сидел за компьютером, в окружении коробок из-под пиццы и лапши быстрого приготовления, увлеченно набирая что-то на клавиатуре. — Ну, как у нас успехи? — Все готово, — самодовольно улыбнулся Зорькин, тыча пальцем в экран монитора. — Ярослав заходил, мы с ним посовещались, там кое-какие сложности были. В итоге все хорошо работает, я уже скинул на счет первую сумму. На пробу. — Отлично. А что с досье? — Пожалуйста. Получите, распишитесь, — Коля отодвинулся, давая Борщеву возможность прочитать текст и посмотреть на фотографии. — Неплохо, очень даже неплохо. Смотрится достоверно, тем более, что качество фото… — Миша изобразил жестом то, что хотел сказать. — В общем, видно, что это все любительское. У него не должно возникнуть сомнений, что биография липовая. — Да не будет он всматриваться очень-то. Главное, что вся подноготная есть. Квартира тоже есть, как я понимаю? — Есть. Скромная, конечно, но он же недавно развелся, все имущество поделили. В общем, вот вам аванс, — перед Колей на столе появилось несколько крупных сложенных купюр. — Остальная часть гонорара после того, как сумма окажется на счетах. — Угу. Завтра как договаривались? — Да. Если что-то поменяется, я позвоню. — Ну, я поехал? — Зорькин выбрался из-за компьютера, надеясь, что трудовые его подвиги на этом закончатся. Они и без того засиделись допоздна, а ему еще нужно было ехать домой, правда ночью пробок не было, и этот факт приятно грел душу. Добраться до родительской квартиры он мог за час с небольшим. — Да, до завтра. — До завтра, — уже из прихожей отозвался Николай, быстро влезая в стоптанные ботинки. Он накинул пальто, поправил очки и, еще раз проверив наличие денег в кармане, ушел, осторожно прикрыв за собой дверь. Любой громкий звук перебудил бы соседей, а ему этого было совершенно не нужно. Через несколько минут уехал и Михаил, раздражаясь от приземленности Катиного друга и его готовности предать при любом удобном случае. Однако это же качество сыграло ему на руку — времени искать толкового экономиста, к тому же отлично разбиравшемуся в компьютерах, не было. К тому же услуги Коли-Николая стоили совсем не дорого. Платить ранее обещанные четыре тысячи долларов Миша не собирался. Эта работа, по его мнению, не стоила этих денег. Хватило тех десяти тысяч, что Зорькин получил только что и радостный уехал домой.***
Долго думать о плохом Роман Дмитрич Малиновский не мог и не умел. В отличие от своего друга Андрея Жданова, он смотрел на мир гораздо проще и легче, особо не рефлексируя по пустякам. Но вот уже несколько дней существование Ромы отягчало одно важное обстоятельство, раздиравшее его на части: пропал Андрей. И самым неприятным было то, что ему, как настоящему другу, надо было обязательно искать Андрея. Жить фактически на телефоне, отодвинув на задний план рабочие обязанности. На производство Малиновский махнул рукой, понимая, что ничего там модернизировать особо и не надо. Не для этого его вместе с Клочковой туда сослали. Но в «Зималетто» Роман приходил исправно, не опаздывая, чтобы заниматься поисками друга дистанционно. Он часами сидел не телефоне, ругался на медленный интернет, зависая в поисковых группах в соц.сетях. Словом, не скучал. Терзался и мучился Малиновский еще и потому, что приходилось как никогда много общаться с Кирой, они даже к детективу ездили вместе и он, Рома, старался быть для Киры настоящей поддержкой и опорой. Мириться с симпатией к Кире в отсутствие Андрея было куда как сложнее. Если в прочее время Рома мог переключиться на очередную модель, найденную в очередном клубе, то сейчас подобные замены казались полной ерундой и лишней тратой времени. Сейчас, после нервного рабочего дня, Роман расслаблялся в компании Киры — он заехал к ней, чтобы обсудить поиски Андрея. Не обошлось, разумеется, без хорошего виски, и к полуночи они оба порядочно захмелели. А душа требовала искреннего разговора, выхода из тупиковой ситуации хотя бы в их с Кирой отношениях. — Кирюш, — начал Роман, глядя на то, как Кира, подкатившись к краю кровати, тянется к миске с фруктами, чтобы отщипнуть немного от веточки с виноградом. — Тебе давно не говорили, какая ты красивая? — Давно. Погоди… — Кира удивленно посмотрела на Малиновского, уловив тот самый подтекст. — Ром, зачем ты сейчас мне это говоришь? — Затем, что ты мне очень давно и безнадежно нравишься. Можешь назвать меня уродом, лишенным морали, но я завидую Андрею все то время, что мы знакомы. Его любит такая девушка… — он махнул рукой и сделал глоток виски. Кира, убрав виноград обратно, села на постели, провела по волосам рукой и почему-то улыбнулась. — К этому, Ром, все и шло. Я что-то такое подозревала… Но для меня существует только один мужчина, прости. — Тут нечего прощать. Просто кто-то, — Рома хохотнул, — лицом не вышел. — Ром! Ну что ты такое говоришь? Ты хороший, обаятельный и остроумный, с тобой весело, ты заботливый… У тебя есть только один недостаток. — Это какой же? — Ты бабник, Рома. Кобель сотого уровня. — Вот уж спасибо за комплимент, Кирочка, — Малиновский неестественно рассмеялся. Потом выпил еще, чтобы решиться и сказать то, что давно было на уме. — Это правда, Рома. Вы с Андреем бабники, не пропускающие ни одной юбки. Андрея я, правда, таким и полюбила… В этом Роман услышал «я могу полюбить и тебя, только докажи, что ты этого достоин» и расслабился. — Я бы все отдал ради того, чтобы быть с тобой рядом. Чтобы проснуться однажды утром, увидеть тебя рядом и поцеловать. Но я знаю, ты на это не пойдешь. И тут случилось то, во что Рома в первые секунды и не поверил, думая, что алкоголь сыграл с ним злую шутку. — Почему ты так уверен? — Ну… Вместо дальнейшего разговора Кира взяла инициативу в свои руки и, усевшись к Роману на колени, поцеловала его, доказывая на деле свою решительность. Они были пьяными и, несмотря на проблемы, счастливыми. Потому что они были живы, молоды и жизнь в перспективе обещала быть яркой, красивой и полной всяческих удовольствий. Оба посчитали возможным отстраниться от проблем и получить то, что хотелось именно сейчас — любви и тепла.
