Пора возвращаться домой

Ты уходил, Не успел проститься, Так далеко, только мне всё равно Не получится забыть. Ты не один, Ты мне будешь сниться, И видит Бог, что в плену у дорог Одному не стоит быть.

***

— Кира, ты же выпила… Давай возьмем такси, — Вика смотрела на то, как подруга пытается попасть ключами в зажигание, боясь ехать с ней в таком состоянии. — К черту такси, я сама сяду за руль. И все будет нормально, не трясись, — с этими словами Кира выехала с парковки. Странно, но за рулем она вела себя собрано и осторожно. — Я не настолько пьяна… Виктория послушно сидела на пассажирском сидении, но хватило ее ненадолго. Она начала мучить магнитолу, пытаясь найти музыку повеселее, потом принялась громко обсуждать какую-то свою знакомую, которой «всего двадцать лет, а она ездит на Майбахе». Кира пожалела о том, что взяла с собой Клочкову минут через десять. — Вика, ты можешь помолчать? — Могу. Но зачем? Оставив этот пассаж без внимания, Кира выключила музыку и перевела внимание на дорогу. Не хватало им для полного счастья попасть в аварию. После того, как погибли родители, Кира целый год не садилась за руль, пока однажды Андрей не вывез ее за город, посадил на водительское место и предложил немного проехаться. С тех пор она уверенно водила, но аварий и прочих опасных ситуаций боялась как огня.

***

Андрей заметил в глубине двора круглосуточный небольшой магазин и, то и дело поскальзываясь на обледенелом асфальте, направился к нему. Иначе местное отделение милиции он искал бы до второго пришествия. А так была надежда на то, что продавщицы подскажут, в какую сторону ему идти. Когда до магазинчика с типичным названием «У дома» оставалось метров пятьдесят, Жданова окликнули. — Эй, дядя! Закурить не найдется? — Черт, ну как не вовремя, — выругавшись сквозь зубы, Андрей все-таки обернулся. Его положение портил один существенный момент — сигарет, денег и вообще ценных вещей не имелось. Хотя, для такого контингента этот факт не играл роли. Главное было найти жертву, обратить внимание на себя, а уже после делать то, что хотелось — издеваться, избить, если девушка — то еще и надругаться. — Не курю. — Че такой дерзкий, что ли? — к Жданову шагнул один из гопников, одетый в толстовку и кожаную куртку. Невысокий и плотный, он показался Андрею практически ребенком. — Да отвянь ты, Жало, он же нищий, — самый высокий из четверых попытался остановить лидера компании, но тот уже чувствовал азарт. — Тебе слово не давали, Дятел. — Я спешу, парни, дайте мне пройти. — Спокуха, дядя. Ты уже везде успел, — Жало противно хмыкнул и подал знак одному из парней, мол, сейчас повеселимся. Первый удар Андрей к собственному удивлению пропустил. Высокий рыжий парень, тощий, но сильный, ударил его в челюсть, лишив на несколько секунд ориентации в пространстве. Второй, пользуясь моментом, ударил по ногам, подсекая. Но даже лежа на асфальте Андрей не собирался сдаваться просто так — он с удивлением обнаружил, что знает, как и куда бить. Пусть их было трое, но позволить забить себя насмерть он не собирался. Четвертый, как велел Жало, стоял на стреме. Кого и куда он кидал, Андрей не признался бы и под пытками — потому что не видел. Очки разбились и слетели еще в самом начале. Когда его успели обыскать, Жданов тоже не сообразил, но в один момент ему, разгоряченному от адреналина, стало чертовски холодно. Пальто валялось где-то в стороне, а рваный свитер совсем не грел. Жалу надоело церемониться с наглым мужиком и он, взял возле урны пустую бутылку из-под пива. В очередной раз, когда Андрей, шатаясь, но все-таки встал на ноги, Жало опустил на его затылок пустую бутылку. Удар был достаточно сильным, и Жданов повалился обратно на асфальт. Последним ощущением была ледяная земля под щекой и резкая боль в голове. Того, как его пинал Жало, стараясь попасть по ребрам и рукам, но главное, по лицу, Андрей не чувствовал. И не знал, что стоявший на стреме парень оттащил Жало в самый последний момент — когда из пробитой в еще одном месте головы потекла кровь. Сплюнув, Жало вытер кровь из разбитой губы. — Зацени, че нашел, — Дятел показал Жалу помятый журнал. — На растопку пойдет. Айда греться. — Леха, в магаз зайди. Водки возьми, — распорядился Жало. — Так у меня ж это… — Леха растерянно глянул на друзей. Денег у него не было. — Лидка тебе бесплатно даст, скажешь, я занесу. Все, погнали. Пока мусора не приехали, — Жало сплюнул себе под ноги и, старясь не хромать, пошел в к проходу между домами. На пустыре за гаражами они частенько собирались летом, а сейчас в основном сидели в пустом гараже у Лехи. Для согрева пили водку, дешевые коктейли и жгли все, что придется, устроив печку из старой ржавой бочки. Все четверо учились в местном ПТУ на электриков, у Жало в семье сидели практически все родственники, за исключением матери и младшей сестры. И он всегда говорил, что будет как отец — уважаемым человеком, живущим по понятиям. На Андрея Жалу было наплевать. Они так развлекались, зная, что живущим в девятиэтажках глубоко все равно на их драки, все были заняты своими делами и не лезли, если дело только не касалось их самих. Как только гопники ушли, из магазина выбежала девушка, на ходу набирая номер скорой помощи. Сдавать своих же соседей она не собиралась, но помочь несчастному казалось самым верным решением. Подойти к лежащему мужчине она так и не рискнула, но красочно описала диспетчеру раны, которые ей удалось рассмотреть. После чего вернулась обратно в тепло. Бригада обещала приехать через несколько минут, а незнакомец без сознания спокойной пережил бы и без ее присутствия.

***

Справа от пустыря темнели обшарпанные двухэтажки, за которыми начиналась промзона. Кира, мелко дрожа от холода, прятала ледяные руки в карманах пальто, пока они шли к нужному, как ей казалось месту, а Вика, цепляясь за подругу, с трудом переставляла ноги на своих шпильках — окраина города была явно не создана для того, чтобы здесь ходили в модельной обуви. — Кир, как ты думаешь… Он вообще появится? — Надеюсь. Выкуп мы заплатили, Андрей звонил… — А ты точно уверена, что это он? — Вика, тебе не надоели эти вопросы? — Кира, и без того нервничающая, сорвалась. — Ты устроила на заправке скандал, отказалась платить. Между прочим, моя машина и мои деньги! Что-то не нравится — можешь быть свободна. Я дождусь Андрея одна. — А чего кричать-то, чего кричать… Я понимаю, — Вика вздохнула. — Просто мне страшно. Тут темно и явно водятся всякие маргинальные личности. А мама меня не для этого растила… — Меня, мама, не поверишь, тоже не учила тому, как выкупать женихов у преступников. Ну и где он?! Сказал, что будет ждать, — еще раз беспомощно огляделась Кира. Становилось понятно, что Андрея, как и вообще людей, в округе не наблюдалось, они торчали на пустыре вдвоем, не имея при себе даже перцового баллончика в случае чего. Они стояли на освещенном пятачке, как раз под фонарем. Зорькин, чувствуя себя супер-героем, не иначе, расплатился с таксистом и велел чуть-чуть подождать. — Дамы, помощь нужна? — Коля, дорогой! — Вика кинулась к нему с такой радостью, как будто увидела перед собой мужчину из клана Рокфеллеров. — Нам нужна помощь, да. Мы тут стоим, мерзнем, ждем. — Очень информативно, — не удержалась от комментария продрогшая, не до конца протрезвевшая Кира. — Давайте поедем домой. Думаю, ждать Андрея нечего. Сколько вы тут? — Часа два, наверное… — Кира пожала плечами. — Поехали, отвезу вас домой на такси. — Я тут оставила машину. Сядете за руль? — Не вопрос, — Зорькин, ловя на себе восхищенные взгляды Виктории, отпустил водителя такси и, подхватив обеих женщин под руки, повел в указанном направлении. Как он и думал, ни одна не поинтересовалась, откуда он здесь взялся и как узнал адрес. Что Викторию, что Киру сейчас занимали более серьезные вопросы. Кира думала о том, где теперь искать Андрея и том, что Павел с Маргаритой не так уж и не правы — выходило, что Андрей инсценировал свое исчезновение, и пропал с их деньгами. А Вика уже мечтала о горячей ванне и крепком сне, намереваясь прийти завтра на работу к обеду. Ведь она потратила столько сил в поисках жениха своей лучшей подруги Киры. Александр как никто другой должен был ее понять. А уж как перед ним извиниться она прекрасно знала. От секса Воропаев отказывался только в одном случае — когда ел. В остальное время он домогался до нее, находя такие места в офисе, что Вике иногда становилось страшно. Сашка в порыве страсти мог ее и придушить, а остывшее тело нашли бы далеко не сразу. Зорькин же думал об организаторе — Михаиле, — надеясь на его деньги. Большую их часть он планировал потратить на Викторию, чтобы доказать ей серьезность намерений и то, что он не нищий, а вполне достойный ее молодой мужчина. Вот только не догадывался, что Вике он не был нужен от слова совсем. Кроме Александра Вика не видела никого вокруг, принимая помощь от Коли лишь по инерции и для того, чтобы не утруждать ерундовыми вопросами Воропаева. Кира, как только они выехали ближе к цивилизации, набрала номер Ждановых. Ее трясло от необходимости снова сообщать плохие новости, но Павел ее попросил и отказать практически отцу Кира не могла. Слушая гудки, она запоздало вспомнила, что Роме так и не позвонила. А он наверняка ждал ее звонка. Отношения с Малиновским в новом статусе ее приятно удивляли. Ей было легко с ним, Рома не скупился на комплименты, проявлял инициативу, был ласковым и нежным — в отношениях с Андреем ей часто этого не хватало. Думая о том, как там сейчас Ромка, Кира усмехнулась. Поехала спасать одного своего мужчину, думая о другом. Все очень запутанно, но логично. — Кира Юрьевна, вас домой? — Нет, — Кира мотнула головой и назвала адрес Романа. — Кира, я тебя слушаю, — в трубке раздался голос Павла Олеговича. Судя по тону, он уже все знал.

***

Игорь Евгеньевич наводил порядок на столе, собираясь домой. Его никто не ждал и возвращаться в пустую квартиру он мог тогда, когда пожелает. Раньше не обходилось без скандалов — бывшая жена ревновала его к работе, считая, что раз он оперативник, то сто процентов успевает помимо основных дел ходить еще и налево. А он, как ни странно, ее любил и не собирался изменять. Только вот она ему не верила и все закончилось некрасивым тяжелым разводом, с манипулированием детьми и прочими мерзкими вещами. И только спустя четыре года Баженов научился думать и обсуждать тему собственного развода спокойно. Он сложил документы в сейф, выключил компьютер, убрал папки с делами клиентов в шкаф, стоящий позади рабочего стола. После чего улыбнулся сам себе — возле монитора стояло три кружки с остатками кофе на дне. Он, как всегда, заработавшись, не утруждал себя мытьем посуды, а его секретарша Галечка, взявшая над ним своеобразное шефство, постоянно ругала за беспорядок и вредные привычки. Решив доказать Гале, что он вполне взрослый самостоятельный мужчина, способный помыть за собой кружки и поставить их в шкаф, вышел из кабинета в приемную. Неприятный сюрприз в лице мужчины средних лет, с гладко зализанными волосами и с некрасивым, отталкивающим лицом, заставил слегка измениться в лице — позднему гостю Баженов не обрадовался. Мужчина стоял у входной двери с таким видом, как будто его здесь должны были ждать с распростертыми объятиями, но почему-то не ждали. — Что вы здесь делаете? — Жду вас, Игорь Евгеньевич. — Приемные часы до двадцати двух ноль-ноль, — меланхолично отозвался Баженов. Мужик ему активно не нравился, и как с ним быть, он пока не очень-то понимал. Но на всякий случай отметил про себя, что в шкафчике с банками чая, кофе и кое-какой едой лежал нож. Простой столовый, с закругленным носом, но тем не менее способный если не обезвредить, то немного напугать. — Думаю, для меня вы точно найдете пять минут, — Ярослав был настроен решительно. Во-первых, он знал, какие за ним стоят люди. Они его всячески поддержат, в какой бы то ни было ситуации. А во-вторых, собранной информации о детективе Баженове И.Е. оказалось достаточно для того, чтобы осуществить задуманное без шума и пыли. Александр редко прибегал к таким мерам, но сейчас, когда на кону стояла его репутация, промедление равнялось смерти. Но вместо того, чтобы погибать самому, Воропаев придумал легкий и изящный способ избавиться от неугодного человека. Ветров ни за что бы не признался, на каких условиях он «пошел на дело», однако отступать ему, так же как и Александру Юричу, было некуда. А значит оставался один единственный выход — выполнить приказ. — А мы с вами раньше не встречались? — разобравшись с чашками, Баженов немного приблизился к мужчине. — Это уже неважно, Игорь Евгеньевич, — на губах Ярослава появилась странная улыбка. Из кармана пальто он извлек полу-прозрачный флакончик с дозатором и распылил немного вещества в воздух. На какие-то мгновения Ярослав подумал, что все это ерунда и его план не сработает. Все произошло за считанные секунды и гораздо быстрее, чем предполагал Ветров. В руках у финансиста была небольшая камера — он снимал доказательства того, что заказ выполнен. Руки при этом у него не дрожали, несмотря на то, что на его глазах человек умирал впервые. Детектив тяжело и шумно задышал, рефлекторно сгибаясь от боли, скручивающей внутренности в узел. Его лицо, резко побледневшее, покрылось испариной, губы посинели. Спустя несколько секунд мужчина упал, потеряв сознание. Ярослав же, со знанием дела, совершенно спокойно, достал из кармана спиртовые салфетки и стал протирать все, чего успел коснуться за время пребывания в офисе. Закончив начатое, Ветров прикрыл за собой дверь, спустился вниз и уже на улице достал телефон с левой сим-картой. — Я все сделал. — Вот и славно, Ярик. Вот и славно. Теперь Воропаев со спокойной душой мог отправляться спать. Андрюшенька — любимый почти родственничек, так и не нашелся, Баженов ему больше не угрожает, а любимая сестренка Кира справилась со сбором выкупа сама. Словом, после тяжелых напряженных дней, ситуация начала понемногу, но налаживаться.

***

На часах было шесть утра, когда Катин мобильник, оставленный в кармане пальто, настойчиво зазвонил. Елена Александровна, смущаясь от того, что пришлось залезть в карман, достала его и быстро прошла в комнату дочери. — Катюша, у тебя мобильный звонит. — Что? Кто там? — донеслось из-под одеяла. Катя уснула только под утро и ей меньше всего на свете хотелось с кем-то общаться. — Ответь, там Юлиана. Вместо ответа из-под одеяла высунулась рука, схватила телефон и нырнула обратно. — Да, Юлиана. Разбудили, но это не страшно… Что случилось? — Кать, это не ночка, а дурдом какой-то… Я вообще в тихом ужасе, с четырех утра на ногах, успокоительных выпила море. — Что случилось? — «Мармеладоff» сгорел, Миша недоступен и дома его тоже нет! — Как сгорел? — По предварительным данным — проводка подвела. — Я сейчас приеду, — не вылезая из своего теплого домика, Катя уселась на диване по-турецки. Утро началось очень и очень плохо. — Да не суетись, Катюша. Но хорошо бы ты подъехала часам к восьми. И постарайся, пожалуйста, дозвониться до Михаила. Мы должны хотя бы попробовать его найти. — Конечно, я постараюсь… А может съездить к нему? — Кать, я только что вышла из его подъезда. Тишина, как в склепе, прости Господи. — Точно, я что-то не то говорю… А второй квартиры у него не было? — Кажется, нет. Я об этом ничего не знаю. — Поеду в офис, и надеюсь, что с Мишей ничего не случилось, и пожарные ошибаются… Ой, Катюша, мне пора, поеду. Нам еще со страховщиками разбираться, с поставщиками… — В смысле ошибаются, Юлиана? Виноградова на том конце провода ругала себя последними словами. Ну кто ее тянул за язык? — Кать, в общем в сгоревшем ресторане нашли чье-то тело. Его увезли на экспертизу… Не факт, что это Михаил. Я не хотела тебе говорить такое с утра пораньше… — Но я бы все равно узнала, — Катя старалась говорить спокойно, но голос у нее все равно дрожал. — А долго экспертизу проводить? — Три дня, как мне сказали… Ладно, хватит о плохом. Скажи, как там у Андрея дела. Он уже дома? — Если бы, — Катя горестно вздохнула. — Кира вчера ездила за ним, ждала… Андрея в обмен на выкуп не отдали. И тут, впервые за все время знакомства, Катерина услышала, как матерится Юлиана. — Так, ладно. Паниковать пока рано, руки опускать не будем. Ты собирайся, и приезжай. Будем думать, что делать дальше. — До встречи. И тут Катя поняла, что по щекам текут слезы. Слишком много всего оказалось для нее одной — предательство Андрея, ее побег, возвращение, обвинения в воровстве, встреча с Воропаевым, попытки спокойно работать у Юлианы, вроде бы теплеющие отношения с Мишей, исчезновение Андрея, пожар в ресторане у Миши и теперь уже его исчезновение… И как с этим всем справляться, Пушкарева не очень-то понимала. Где искать Жданова? Что происходит с Мишей? Почему ей звонила Кира, вела себя так странно, что это не могло не настораживать. Размышляя обо всем этом, Катя отложила телефон и поднялась с постели. Для начала надо было успокоиться, отдышаться, привести себя в рабочее состояние и уже после звонить Михаилу, попутно составлять план действий и собираться на работу. Мысленный приказ собраться на удивление помог — Катя не стала метаться по дому, как курица, а быстро приняла душ, оделась, умудрилась выпить чаю и четыре раза набрать номер Михаила. Он по-прежнему не отвечал. Елена Александровна лишь поглядывала на дочь, но вопросов не задавала. — Мам, я побежала. Там у нас со спонсором сложности… И Мишин ресторан загорелся. Поеду, надо решать вопросы с неустойкой, страховкой, — Катя быстро влезла в пальто, взяла сумочку и, не дожидаясь охов и ахов, ушла. На выходе из подъезда она налетела на кого-то, не глядя, и чуть не упала, успев в последний момент зацепиться за перила. — Пушкарева, ты с дуба рухнула так бегать? А если бы мы тут убились? — Зорькин, невыспавшийся и чем-то недовольный, придержал подругу в вертикальном положении. — Ну так не убились. И вообще, Коля, я тороплюсь. — Нам надо поговорить. Давай я тебя отвезу и мы заодно побеседуем. — Коля… Опять что-то случилось? — Случилось. Но давай не здесь, — Коля выглядел настолько серьезным, что Катя не могла ему отказать. Но что-то внутри противно заныло. Разговор, как ей подумалось, обещал быть тяжелым и наверное даже болезненным.