Я снова готов поверить

Дженни Белл ненавидит скандалы. Скандалы сопровождали её большую часть её жизни. Собственно, они были её жизнью. Сначала отец по поводу и без срывающийся на мать. Жуткий, когда напьётся и ещё страшнее, когда трезвый. Затем Дон Мастерс, которому вечно что-то не нравилось: слишком горячая еда, слишком холодная; чересчур длинная юбка, безобразно короткая, - и конца не было претензиям. После краткого затишья скандалы принялась закатывать Габриэль, а за ней соседи по дому в Портсмуте. Дженни Белл так часто видела скандалы и становилась их участницей, что могла бы зарабатывать, давая мастер-классы с названием "Как довести мужа одной фразой". Она устала от ссор, упрёков, взаимных обвинений и драк. И однажды она поклялась себе, что если когда-нибудь снова попытается жить с кем-то, кроме деловитых тараканов, в её жизни не найдётся места выяснению отношений и истерикам. Больше она не намерена их терпеть. Никогда! Аарон Хотчнер в курсе, что ни он, ни его работа не подарок для любимой женщины. Когда-то он не поступился работой и командой ради Хэйли. И, вроде, зачем вновь наступать на те же грабли? Он много думал об этом. Вспоминал недовольство первой супруги, её упрёки, что их жизнь стала бы много лучше и светлее, откажись муж от безумного графика и нескончаемой очереди серийных преступников, которых нужно арестовать, пока они – убийцы и насильники – не утопили мир в крови невинных жертв. Но он не может уйти из отдела. Считает себя не вправе подводить своих людей. И он прекрасно понимает, что однажды наступит тот самый день, когда Дженни откажет ему в чувствах. Устанет от всего этого дерьма, вечного ожидания и тревог, закатит грандиозный скандал и уйдёт. Мысль о будущем, которого нет, давит на сердце. Разумеется, уже поздно. Для него поздно. С каждым днём Аарон влюбляется сильнее и сильнее. Ему сложно вспоминать, что когда-то в его жизни не было Дженни. Казалось, с ним всегда была только она, а Хэйли приснилась. И от того лишь больнее. Хотч ждёт, что однажды Дженни прорвёт, но ничего не происходит. Порой они ссорятся, но почти сразу мирятся. Самая глобальная их размолвка, после ареста Дона Мастерса, заканчивается двухнедельной паузой. И снова мир. Бога ради, Дженни даже не ворчит на него, а если и ворчит, то настолько несерьёзно, что даже смешно. Коллеги-мужчины в праздных разговорах сетуют на стервозных жён, которые вечно жалуются на маленькие зарплаты мужей и отсутствие внимания к их женщинам. Коллеги-мужчины вокруг Аарона то и дело разводятся, а Дженни целует его, уставшего после командировки, и с гордостью говорит: "Мой герой!" Что с ними не так? Когда чаша непонимания причины её долготерпения переполняется, Аарон решается осторожно переговорить с ней об этом. - Я чего-то не понимаю? – выслушав его, она насмешливо изгибает бровь. – Ты соскучился по ощущению, когда тебе медленно выедают мозг? А я думала, мозг жизненно необходим тебе для работы. Или одного начальства мало? – она веселится. – Ах, да, забыла совсем. Мы же с Штраусс обе тебя имеем. Только она в переносном смысле, а я буквально. – Дженни сдавленно хохочет, чтобы не разбудить Джека. - Но ты не можешь быть всем довольна, - не видя причины для веселья, возражает Аарон. - И это так. Однако мне казалось, тебе известно значение слова "компромисс", - Дженни шутливо поправляет воображаемые очки. – Итак, класс, компромисс – есть разрешение некоей ситуации путём взаимных уступок ради достижения некоей цели. - Перестань. Я знаю, что такое компромисс! - Значит, слово "стратегия" тебе также знакомо. – Она устраивается у него под боком и переплетает их пальцы. – К примеру, ты свалился из очередной командировки. У меня есть два пути. Первый, когда я с порога начинаю ныть, что ты меня не любишь, не ценишь и вообще ты – скотина. Мы ругаемся. Пугаем Джека. Ты ложишься спать голодным на диван. Путь второй: я кормлю тебя ужином, даю отдохнуть и всё своё недовольство спускаю, втрахивая тебя в постель. Считаешь, второй путь непродуктивным? Я всю жизнь прожила среди криков, скандалов и истерик, Аарон. Не отнимай у меня шанс пожить в тишине, - и спустя секунду с тёплой усмешкой добавляет: - Скотина. Они больше не возвращаются к этому разговору. Только теперь Хотч знает – если Дженни настойчиво тянет его в спальню и выматывает до седьмого пота, это означает, что он где-то накосячил, и её терпение на пределе. Но потом всё вновь приходит в норму. Они не скандалят. Стены их квартиры не слышат истерик. В их небольшой квартире живут лёгкая тишина и уютная любовь…