Помоги мне измениться

Посреди ночи шатен бодро распахивает глаза и долго не может врубиться, почему он чувствует себя так, словно выпил кружки три крепкого неразбавленного молоком или сливками кофе. Из-за предстоящего события Осаму долго не мог сомкнуть глаза снова и уже потянулся к телефону, а когда увидел сообщение от Чуи, решил подоставать рыжего, который в половину второго ночи, скорее всего, мирно спал, не подозревая о том, что случится через минуту. Казалось бы, минут десять (на деле лишь несколько секунд) он пялился на имя нужного контакта и не замечал, как медленно, но верно уголки его губ поднимаются в приятной улыбке. Для кого: Чуечка «Чу-у-уя ~ Я проснулся и не могу уснуть… Поговори со мной» Бодрости сейчас было хоть отбавляй. Выспался за пару часов или же еле заметный мандраж перед предстоящим событием — да какая разница? Осаму привык спать по несколько часов благодаря мучавшей его когда-то бессоннице. Парень пытливо вглядывался в экран смартфона некоторое время, но долгожданное сообщение так и не приходило. Грустно, что без рыжего время тянулось необычайно медленно. Он слегка потянулся и поморщился от легкого хруста костей: несколько позвонков встали на место. Комнату озарял голубой свет луны. Йокогама словно особенный город, больше походил на отдельную маленькую планету со своим особенным спутником, что время от времени по загадочным обстоятельствам менял цвет. То холодный голубоватый, то кроваво-красный, то чарующий фиолетовый. Сейчас же было ощущение, что Чуя одним глазом наблюдает за ним. Но почему-то не пишет! Для кого: Чуечка «Если ты мне ответишь, я сразу же лягу спать. А так буду без остановки доставать тебя. Я уверен, что разбудил тебя» Дазай растянулся на кровати звездой и периодически сверлил взглядом то потолок, но телефон с не потухшим дисплеем. Когда пришёл долгожданный ответ с характерным бздыком, сердце зашлось в бешеном ритме. Это же всего лишь сообщение, ну же, уймись. От кого: Чуечка «Какого чёрта, Дазай?» А следом за ним ещё одно: «Если я не усну из-за тебя и буду таскаться овощем, соберу все силы и ты точно костей не соберёшь» Кажется, будто любая вещь или фраза хоть как-то связанная с Чуей вызывала чувство эйфории и желание прибежать к нему и быть рядом. Для кого: Чуечка «Злюка (ﾉ´ з `)ノ» «Спи крепко» Смешок сам вырвался. Накахара всё время так мило злится. От кого: Чуечка «Идиот» Хоть с раздражением, но он ответил. Осаму бы сдался после сообщения пятнадцатого, сообразил, что телефон рыжик мог поставить на «беззвучный». Чуя мог после нескольких сообщений просто вырубить телефон, но он ответил ему. Кажется, сегодня будет хороший день.

***

Дазай разлепил глаза только часам к двенадцати. Телефон был полон сообщений из беседы класса, где бурно обсуждалось, во сколько намечается всё-таки общий сбор и не изменилось ли чего. Брюнет недовольно сощурился на активно сменяющие друг друга оповещения: он вообще не состоял в беседах раньше — уж слишком много ненужной информации поступало в них. А сейчас сам попросил Ранпо-куна добавить его на неопределённый срок. Так и пришли все к единому соглашению, что лучшим временем для встречи будет район семи-восьми вечера. — До-о-олго, — недовольно фыркнул он, медленно потягиваясь. Уже готовый встать с кровати, Дазай с замиранием сердца схватил со смявшегося за ночь одеяла вибрирующий телефон в надежде, что звонит тот самый номер. Но, увы. На экране высветился номер Юкичи. — Да-да? — задорным, но слегка недовольным голосом протянул суицидник. — Привет, Осаму, — голос мужчины на том конце связи был вымотанным, — Выдалась свободная минутка, решил узнать, как ты там? — Всё прекрасно, — улыбнулся сам себе в ответ и, собравшись с силами, сполз с постели и подошёл к окну. — Ну надо же. Не игнорируешь меня, а в голосе отсутствует привычная отстранённость. С тобой точно всё хорошо? Не заболел? Или случилось что-то чересчур хорошее? — Можно и так сказать, — улыбка сама своей мягкостью растеклась по лицу, — Ты не собираешься приезжать? — Пока нет, если быть честным. Осаму бросил сухое, но такое привычное обоим «Понятно», на что мужчина только хмыкнул. Ещё пара привычных фраз о работе и учёбе и разговор как-то сам собой подошёл к концу, заявив о себе короткими гудками. На протяжении двух часов брюнет исходил всю квартиру вдоль и поперёк, изучил каждый угол, до которого раньше ему не было никакого дела. Правду говорят, что ожидание безумно томительно, только вот, удостовериться данному факту Дазаю удалось только сейчас. Ближе к четырём часам солнце скрылось за хмурыми облаками, отчего-то стало тоскливо. Он уже вытянул из шкафа и натянул на себя кремового цвета штаны, голубую рубашку и синий пиджак. Ткань брюк легко зашуршала, когда Осаму подошёл к зеркалу ради своего личного одобрения собственного образа. «Ну, так… неплохо», — кивнул он отражению со слегка приподнятыми уголками рта на лице. Периодичный стук крупных капель дождя резко участился, и этот звук активной барабанной дроби выхватил из раздумий расслабившегося на кровати парня, листающего ленту новостей в телефоне. Даже шея затекла от неудобного положения, в котором он лежал прежде. Постойте-ка… Не стук дождя по стеклу его оторвал от «интереснейшего» времяпрепровождения, а громкие удары по входной двери. Кого притащила нелёгкая в такую погоду, да и в почти вечернее время (через час Дазай собирался уже выдвигаться в назначенное место), к школьнику-отшельнику, которого в жизни помимо редких визитов крестного никто не навещал. Как будто начинался фильм ужасов, ей-богу. Сначала парень сел на кровати и стал внимательно слушать: бывали у него раньше слуховые галлюцинации, но они быстро проходили, да и появлялись немного в других обстоятельствах и ни сколько не пугали. А вот сейчас даже холодок неприятный пробежал по спине от осознания того, что барабанили в дверь с небольшими паузами, после которых удары становились сильнее предыдущих. Ладно. Чего ему бояться? Не смерти уж точно. Быстро преодолев расстояние от комнаты до входной двери, он только сейчас заметил так некстати отсутствовавший всё это время дверной глазок. «Чёрт», — фыркнул Осаму и стал внимательнее прислушиваться. Стук, вроде как, стих. Дверь из-за резкого открытия с неприятным скрипом открылась. Какого…? — Чуя?! — заметил рыжий промокший затылок у калитки. И не только затылок, он весь промок. — Ты спал? — голубоглазый быстро развернулся и засеменил к открытой двери, на входе даже невежливо толкнул хозяина дома. — Нет. — Тогда какого чёрта так долго открывал? — Накахара быстро стянул промокшие ботинки и по-хозяйски направился в ванную, чтобы поставить на батарею. — Ко мне обычно никто не приходит. Тем более без предупреждения, — он стоял в проходе, внимательно наблюдал за тем, как Чуя роется в ящиках шкафчика в поисках полотенца, — Там нет, — покачал головой, пресекая чужие поиски, — Погоди немного. Осаму прошёл в свою комнату и выудил из шкафа чистое махровое полотенце. — Спасибо, — кивнул в ответ гость, сразу же принимаясь избавляться от излишней влаги на волосах. Дазай до сих пор не пришёл в себя: вдруг всё-таки галлюцинации? Он внимательно наблюдал за быстрыми движениями Чуи, рассматривал тонкие пальцы, вцепившиеся в ткань полотенца, на четверть утопающие в ней. — Ты чего? — голубые глаза не сразу заметили этот пристальный взгляд. — Какими судьбами? — оцепенение, наконец, прошло. — Я… — Неужели так хотел увидеть меня? — на лице засияла ослепительная самодовольная улыбка. — Тц, ещё чего придумаешь? Я боялся заблудиться, вот и приехал пораньше, — Чуя недовольно фыркнул и отвернулся к окну. — Так ведь я тебе подробно расписал, куда и как добраться. Чу, у тебя что, топографический кретинизм? — Осаму подсел рядом с ним на кровать и уткнулся в плечо лбом. Влажное. — Заткнись, — недовольно, но достаточно тихо буркнул рыжик, так и оставив полотенце на голове. Отталкивать Дазая совсем уж не хочется. Сидя в таком положении, брюнет повернул голову и перед глазами заметил маленькие язычки пламени, к которым с лёгкостью можно было прикоснуться, подержать в руке и перебрать пальцами. Расплавленная медь заструилась между пальцев. Глаз не отвести, как красиво переливался цвет из-за яркого света лампы. «Когда я успел включить её? Неужели с момента прихода Чуи так быстро потемнело…?» — Дазай? — Что? — карие глаза не отвлекались от такого завораживающего зрелища — не каждый день удаётся прикоснуться к столь прекрасному. — Прости меня за это. — За ч… Сердце зашлось в бешеном ритме, стоило почувствовать прикосновение чужих пальцев на подбородке и нежную теплоту на губах. Словно молнией поразило. В голове появилась пустота и лёгкость, какой никогда раньше не было, а душа, в купе с сердцем, рвалась наружу. Ответ не заставил себя долго ждать. Осаму подался навстречу, бесцеремонно проникая языком в чужой рот. Уголки чуиных губ слегка приподнялись, и, поддавшись напору, рыжик позволил в полной мере изучить его уста и всё, что они скрывали. Хотелось большего. Где-то отдалённо звучала вибрация телефона. Дазай крепко схватился за тонкие плечи, с силой надавливая и опрокидывая, кажущееся столь хрупким, желанное тело на кровать. Чуя едва слышно шикнул. Как же хочется большего. — Дазай. У тебя телефон звонит. — Плевать, — вибрация стала слышна сильнее и словно отдавалась где-то в груди. — Тебе нужно ответить. — Подождут, — коротко замотал головой из стороны в сторону, не отрываясь от посерьёзневшего в одно мгновенье взгляда. — Просыпайся. Подскочил Осаму на кровати, как ужаленный: сердце билось, словно бежал кросс на стадионе, щёки стали пунцовыми, ощущение, что поднялась температура. Какого чёрта он уснул вообще?! Уж лучше бы досмотрел это прекрасное ведение — вряд ли увиденное когда-нибудь будет реализовано. Телефон надрывался всё время, пока парень, сгорбившись, схватился за левую часть груди и пытался выровнять дыхание, периодические задерживая его. Лишь спустя долгие полминуты он рвано выдохнул и резко потянулся к телефону, рассмотрев мигающее «Чуечка». — Ты сдох что ли?! — пронеслось громом в трубке, которую Дазай поспешил отнять от уха. Мало ли, оглохнет ещё, — Я звонил тебе пять раз! — В чём дело? — улыбнулся сам себе тот. — Ты передумал идти? — Что? — Осаму ещё не до конца проснулся. Он задумчиво озирался по комнате и заметил, что уже потемнело. Разве они куда-то собирались? — Куда? — Ты тупой, беспамятный или просто прикидываешься, чтобы меня побесить? — Накахара стоял на улице, было слышно, как пару раз рядом с ним проехали машины. — Чёрт! Воспоминание о вечеринке у Танизаки нахлынуло сильной волной. Как-то он и запамятовал о том, что вообще куда-то собирался идти — настолько сильно ждал сие событие. — Ага. Только не «чёрт», а «идиот», — фыркнул Чуя на том конце провода, — Поторопись. Я жду тебя у твоего дома. — Правда? В подтверждение его слов, Осаму подошёл к окну и увидел знакомую, слегка ссутуленную фигуру. Брюнет радостно замахал рукой, а Чуя же обошёлся лишь неприличным жестом в ответ. — Шевелись активнее, мумия. Давно пора было собраться. — Что ты тут делаешь? — Я… — Неужели так хотел увидеть меня? — вот это дежавю сейчас его накрыло. — Тц. Я боялся заблудиться, — и повисла тишина. Отходя от окна, Осаму вслушивался в размеренное дыхание Чуи (почему он до сих пор не отключился? Контролирует быстроту дазаевских сборов?) и невольно возвращался в тот сон. — Чуя? — Что? — недовольный голос. Как и всегда. — Может… зайдёшь? — наверняка в этих словах можно было уловить нотки надежды. — Ещё чего? Мы уже опаздываем, — Дазай представил, как тот недовольно вздёрнул носик. «Не стоило и надеяться», — улыбнулся брюнет сам себе и положил трубку, чтобы ничего не мешало натянуть кроссовки и поспешить улыбнуться недовольному гному.