Сквозь время, минуя вечность.

      Пришёл в себя я уже в квартире. В комнате никого не было. Я сел на диване и сразу же схватился за живот. Острая боль будто бы резала меня изнутри. "Нужно уходить отсюда, пока не стало слишком поздно!" - подумал я, приподнимаясь.       Но не успел я встать, как в комнату зашёл мужчина с небольшим чемоданчиком в руках. Я узнал его, и от неожиданности застыл на месте. Габен смерил меня взглядом, затем ровным тоном он начал разговор:       - Здравствуй, Оноре. Пришёл в себя, и сразу вставать? Не советую тебе сейчас этого делать, ты не в том состоянии.       - Что вы здесь делаете? - я не ожидал его увидеть, и этот вопрос первое, что пришло мне в голову.       - Ну... - он серьёзно задумался, - Я здесь живу? - как бы спрашивая у меня, ответил Габен.       - П-понятно... Ну... Мне... Я... - я начал искать причины, чтобы уйти отсюда, - Мне нужно идти, простите, что вас побеспокоили... Уже всё хорошо, правда...       - Настолько хорошо, что криков от боли сдержать невозможно? - перебил он меня, - Не делай такие глаза, Бальзак. Я все слышал. Только вот сразу не понял, что это было. А вот когда тебя привели, то сразу сообразил.       Он встал напротив меня.       - Садись, давай. Может кровь остановлю для начала, - он указал свободной рукой на мою правую ладонь.       Я посмотрел на свою руку: и правда, она была вся в царапинах и порезах, в которых осталось мелкое стекло. Видимо, досталось от разбившегося стакана.       - Баль, пожалуйста, сядь, - Габен взял стул и поставил его рядом с диваном.       Я покорно сел. Мужчина закатал рукава толстовки и осторожно осмотрел израненную руку. С каждой секундой он хмурил брови сильнее.       - В ранах много стекла, - сказал Габен то ли сам себе, то ли мне, - Где ж тебя так угораздило?       Я отвёл глаза в сторону. Габен же приступил к делу и начал доставать осколки.       Через некоторое время он закончил работу, обработав и забинтовав руку.       - Ложись на спину: я посмотрю, что с твоим животом.       Я отрицательно мотнул головой.       - Бальзак, у тебя может быть всё, что угодно. Возможно, тебе нужна экстренная помощь, а ты отказываешься. А если ты уже умираешь прямо сейчас? - Габен начинал раздражаться, - Сколько тебе лет? Ты ведь уже взрослый парень, а ведёшь себя, как какая-то малолетка!       - Простите, но я не могу... - я начал увиливать.       - Не может он, - передразнил он меня, - Зато может прийти с подвывихом плеча, потерять сознание, потому что организм уже не выдерживает, а всё тело покрыто мелкими гематомами! Не смотри так на меня: я не идиот; я прекрасно все понял. Кто-то совершил насильственные действия, а ты его покрываешь. Я же прав, да?       Я вздрогнул от его слов.       - Это не ваше дело! Вас это не касается!!! - выкрикнул я.       И в этот момент, меня снова скрутило от боли и я громко вскрикнул.       - Упрямец! - Габен осторожно уложил меня на диван и приподнял вверх мою толстовку, ощупывая живот, - А это ещё что?       Он слегка повернул меня бок и пробежал взглядом. Габен снова нахмурил брови, но из-за очередного моего вздрагивания, он оставил эту затею и продолжил осмотр.       - Баль, ты вообще когда последний раз хоть что-то ел? - как-то облегчённо спросил мужчина.       - Я... Я не знаю... - на автомате я ответил ему правду.       - Даже примерно не припомнишь? - Габен удивлённо вскинул брови.       Я промолчал.       Габен, так и не дождавшись моего ответа, достал из чемоданчика маленькую баночку и одноразовый шприц, а затем взял меня за руку.       - Нет! Пожалуйста, не делайте этого! - я постарался вырваться из его сильной хватки, когда понял, что он хочет мне что-то вколоть.       Габ вздохнул:       - Бальзак, я уже видел следы от уколов на твоей вене, когда тебя осматривал, так что расслабься, - он показал мне иглу и повертел её перед моим лицом, - Это лекарство, оно должно снять спазмы и ослабить боль, понял?       Я задрожал, а по голове будто ударили пыльным мешком.       - Расскажешь потом, если захочешь, - продолжил Габ, - А сейчас, просто позволь мне сделать свою работу, хорошо?       Я молча кивнул и закрыл глаза.       Прошло минут десять после того, как Габен ввёл мне лекарство и оставил меня отлежаться. Боль отступала, давая дышать спокойнее и ровнее. Живот больше не крутило, но дрожь в руках я не мог унять до сих пор. Хотя дрожали не только руки, но и моё тело.       Вскоре, Габен вернулся.       - Ты как? Уже лучше? - задал он вопрос спокойным тоном.       - Да, - коротко ответил я, и потом добавил тише, - Спасибо вам...       Он подошёл ко мне и сел на стул.       - Повернись, пожалуйста, я хочу кое-что проверить.       Он снова задрал край моей толстовки и помог повернуться на бок. Через пару секунд, он спросил меня:       - Кто тебе так зашивал разрез? По всему виду, это был не профессионал, но и любителем назвать сложно. Судя по ране, могу предположить, что ей недели полторы-две. Зашивали быстро. Тот, кто зашивал, очень торопилися. Ты ведь не сам это делал, не так ли?       Я опять ничего не ответил, но предположил, что это, скорее всего, кто-то попытался достать сломанную иглу, которую вонзил мне Гюго, предотвращая моё бегство.       - Бальзак, я хочу серъёзно спросить тебя: мне следует вызвать полицию?       Габен ждал моего ответа.       - Нет... Не нужно никого звать, - пробормотал я как можно тише, - Я вляпался в неприятности, так что полиция мне не поможет. Даже находясь здесь, я подвергаю вас и вашу жену под удар. Поэтому... Поэтому я должен уйти отсюда как можно скорее. Те, кто поможет мне хоть как-то, могут подвергнуться опасности...       Габен задумался.       - Что же ты такого сделал? - напряжённо спросил мужчина.       - Ну... Скажем так, я перешёл дорогу очень опасному и влиятельному человеку. И теперь его задача: уничтожить моё существование и тех, кто будет со мной рядом, - это прозвучало настолько жалко, что мне стало противно от самого себя, и я решил свернуть разговор, - Пожалуйста, можно я больше не буду ничего говорить? Габен, прошу вас, не задавайте лишних вопросов. Просто... Можно я уйду?       Моё сердце билось гулко. Настолько, что плечи вздрагивали каждый раз в такт ударов.       - Как скажешь, Оноре, - наконец ответил Габен после паузы, - Но пообещай мне кое-что...       Я посмотрел ему в глаза. Он смотрел на меня так пристально, как отец, сдерживающий свой гнев на нашкодившего сына.       - Постарайся больше ничего не употреблять. Твой организм не переживёт ещё одного такого наркотического периода. Даже если тебе друзья предложат и скажут, что это безопасно. Есть риск, что ты подсядешь на наркотики и совсем пропадёшь.       - Х-хорошо, - пообещал ему я.       В этот момент в дверь позвонили. Габен поднялся и пошёл открывать. Я поднялся и постарался привести себя в порядок. Ноги уже держали меня гораздо лучше, но всё же колени немного дрожали. Из прихожей послышался голос Альмеды:       - Здравствуйте! Как Бальзак? Он уже пришёл в себя?       - Я же сказал Максу, что напишу, как закончу, - он раздражённо ответил Гамлет, - Кстати, где он?       - Он скоро подойдёт, - девушка ответила довольно уклончиво.       Прятаться и ждать не было смысла, поэтому я вышел в коридор.       - Бальзак! - она радостно взглянула на меня, - Как ты? Тебе уже лучше?       - Нормально, жить буду, - коротко ответил я.       - Оноре, тебе сейчас лучше не напрягаться и дать себе отдохнуть, - Габен укоризненно взглянул на меня, затем перевёл взгляд на Гамлет, - Раз уж пришла, то давай, проходи. Можешь пройти сразу на кухню. Ты тоже, - он кивком показал на меня.       Мы втроём прошли дальше по коридору. Кухня была светлой, просторной и уютной. Большой круглый стол стоял посреди комнаты.       - Садитесь, - Габен указал рукой на стулья, - Сейчас поставлю чай.       Альмеда села за стол и достала телефон. Она начала писать что-то. "Возможно Максу?" - подумал я, - "Интересно, что она делала рядом с ним?". Я сел рядом с девушкой.       - Ты перекрасилась и сделала стрижку? - я начал разговор издалека.       - О, ты заметил? - она довольно улыбнулась, - Решила, что чёрный пойдёт мне больше, чем мой прошлый цвет. К тому же, - она сделала голос тише, - Если приподнять волосы, то можно увидеть их вторую натуру.       Она подмигнула и специально забрала пару прядей волос за ухо. Под чернотой я заметил багрово красные волосы.       - Красиво, - я сказал это первым, что пришло на ум. И я не соврал, ей и правда очень шла такая изюминка, - Тебе очень идёт такое.       На её щеках образовался румянец.       - Спасибо за комплимент, - она мило улыбнулась и продолжила печатать в телефон.       Она изменилась: стала более открытой и не вызывала той неприязни, что была с момента нашего знакомства. Как будто бы совершенно другой человек сидел прямо передо мной.       - И... Спасибо, Баль, - она неожиданно продолжила, отложив телефон в сторону, - Спасибо, что помог. Макс всё рассказал мне. Если бы не ты, то я не знаю, чем бы всё обернулось тогда. Жаль конечно, что с Горьким так получилось, но... Если бы не вы, мне страшно представить, что стало бы со мной.       Она стихла и опустила голову.       - Нет, это я должен быть тебе и Максу благодарен за помощь. Спасибо, что не бросили меня.       Я решил это сказать, чтобы не расстраивать Гамлет. Сейчас нельзя вызывать подозрения и постараться уйти поскорее. Я и так разоткровенничился перед Габеном, но я был в нем уверен. Нельзя допустить, чтобы кто-то другой был втянут в неприятности.       Девушка скромно улыбнулась, пряча глаза.       - Ваш чай, дети.       Нас прервал Габен, расставляя чашки с горячим чаем. Почему-то вспомнился чай Феды. Такой по-летнему тёплый, приятный, не похожий на покупной из магазинна. Хотя о чём это я - она же травница, пусть и в прошлом. Пусть она и не помнит всего того, что было, но какая-то часть осталась сейчас.       Я снова вспомнил её казнь, и грудь сдавило от нагрянувшей тоски. Казалось бы, сейчас не время для воспоминаний, но память назло начала подкидывать всё больше и больше моментов. Снова вспомнилась Шарлотта. Моя милая, любимая Шарли. Боже, как же я по ней скучаю! Порой, мне её очень не хватает.       Я сделал глубокий вдох в попытке успокоиться. Эти мысли губительны. Они точно когда-нибудь убьют меня. Уже убивают, а я ничего не могу поделать. Я не могу просто закрыть глаза на прошедшее и происходящее. Это всё часть меня; нельзя просто отмахнуться от этого, будто ничего не было.       - Бальзак, все в порядке? Тебе снова плохо? - из мыслей меня выдернул Габен.       "Нихрена я не в порядке!"       - Нет, я... Я просто задумался кое о чем. Всё хорошо...       Я резко выпил залпом чуть ли не сразу весь чай. Он был чересчур сладким и терпким, бьющим по горлу. Я громко закашлялся.       Габен вздохнул. Он встал, налил в чистый стакан воды и протянул его мне:       - Не пей всё сразу, а то подавишься.       Я выпил чуть ли не половину стакана. Стало намного лучше.       Внезапно в квартире раздался звонок. Он резал уши и вызывал раздражение.       - Это, наверно, Макс, - предположил Габен и пошёл открывать дверь.       Гамлет загадочно улыбнулась и добавила, когда мужчина вышел в коридор:       - А он быстро добрался. Даже двадцати минут не прошло...       - О чём ты?       Не успев её ещё о чем-то спросить, как с прихожей раздался громкий возглас, переходящий в рычание:       - Где он?!       Я сразу узнал, кому принадлежит этот голос.       - Я спрашиваю, где Бальзак?!       Гамлет не смогла сдержать смех и негромко хихикнула.       - Ты! - теперь и я был зол, - Это ведь ты ему написала, не так ли?!       - Кто знает, - она развела руками, - Ну, а мне пора. Не хочу вмешиваться в ваши разборки. Надеюсь, вы всё уладите.       - Зачем, Альмеда? Зачем ты это сделала?!       Девушка посмотрела мне в глаза и негромко сказала:       - Баль, ты даже не представляешь, ЧТО с ним творилось. Он себе места не находил, всё время пытался до тебя то дозвониться, то дойти. Но ты пропал, и от тебя не было никаких вестей. Ты даже не представляешь, какой вздох облегчения я услышала от него на другом конце телефона, когда позвонила. Я лишь написала ему, что ты пришел в себя и вы можете поговорить. Сейчас он злится, и это неудивительно. Но поверь: он безумно рад, что ты нашёлся, пусть и не в лучшем состоянии, зато живой.       В это время в кухню влетел тот, кого я сейчас хотел бы меньше всего видеть. Нап был весь взлохмочен, волосы на его лбу были мокрыми. Зелёные глаза метали молнии. Злость просто переполняла его.       - Ну, я пойду. Увидимся на парах, мальчики! - Гамлет скользнула за спину Напа и чуть ли не бегом вылетела из квартиры Габена.       Как только дверь закрылась, Нап больше не сдерживался:       - Бальзак, какого чёрта! - в ярости крикнул он, - Я не могу достучаться до тебя две недели! Понимаешь?! Целых две недели!!! От тебя ни слуха, ни духа, а сейчас я получаю звонок и мчусь на другой конец города за тобой! Какого хрена ты здесь делаешь?! Где ты пропадал всё это время?!       Я вжался в стул от страха.       - Нап, пожалуйста... - я сказал это довольно хрипло, - Я всё тебе объясню, клянусь! Но пожалуйста, успокойся!       Он стиснул зубы и начал подходить ко мне. Я подскочил с места и сделал пару шагов назад.       - Успокоиться? - Нап хищно оскалился, - Ты не понимаешь, тут одного "успокоиться" не получится.       Я вжался спиной к стене. Парень навис надо мной непробиваемой скалой.       - Я больше не дам тебе сбежать, Оноре, - он выставил руки по обе стороны от меня, упираясь в стену так, что его лицо оказалось с моим слишком близко, - Собирайся, ты пойдёшь со мной!       - Нап, - я начал тихо, - Пожалуйста, Нап, прекрати...       Он сбавил обороты, но оставался напирать на меня своим телом.       - Что прекратить, Баль? Опять ведь сбежишь. И что будет в этот раз? Я найду твой труп?       Мне стало не по себе, и я закрыл уже влажные от слёз глаза. Горячие дорожки обожгли мои щеки. Я чувствовал, как мои лопатки бьются об стену из-за сильной дрожи.       - Нап... Пожалуйста... - мой голос дрожал, - Перестань... Нап... Мне страшно, ты пугаешь меня... Прекрати, пожалуйста!       Я не сдержался и всхлипнул. Слезы текли по моим щекам, даже не думая останавливаться. Нап же молчал.       - Прости, Нап... Прости... Обещаю, я всё расскажу, но пожалуйста, перестань.       Я приготовился к удару или пощечине и зажмурился. Воздуха не хватало всё больше и больше. Ноги стали ватными. Но внезапно, Нап крепко обнял меня, прижимая к себе. Я почувствовал жар его тела, а крепкие руки сильно, но с такой нежностью притягивали меня. И я заплакал на его плече, уткнувшись носом. Теперь я уже старался успокоиться, но получалось это очень плохо.       - Тише-тише, всё хорошо, - ласково успокаивал меня Нап.       Он погладил меня по голове. Я же в свою очередь сам прижался к нему и обнял в ответ.       - Я очень рад, что ты нашёлся, Баль, - парень уже смягчил тон, - Ты не представляешь, как я перепугался за тебя, когда Альмеда позвонила и сказала, что ты без сознания и тебе плохо.       Я потихоньку начал успокаиваться.       - Вот так, Баль, - Наполеон погладил меня по спине, - Всё хорошо, успокойся. Давай я просто заберу тебя отсюда, ладно?       По моей спине пробежал холод.       - Нет, Нап, - я посмотрел ему прямо в глаза, - Тебе нельзя со мной. Мне нужно держаться подальше ото всех.       - О чем ты говоришь? - Нап непонимающе уставился на меня, - Я только что нашёл тебя, без тебя с ума сходил две недели, а теперь ты говоришь, что мне нужно держаться от тебя подальше?! Да черта с два, Баль! Больше я не дам тебе бесследно испариться!       - Нап, пожалуйста! Послушай меня! Послушай, наконец, меня хоть раз в жизни! - я уже начинал нервничать, - Я обещаю, я всё объясню, но мне сейчас нужно быть как можно подальше отсюда и подальше ото всех! Это важно! Очень важно! Из-за меня могут пострадать окружающие! Я не хочу, чтобы с кем-то случилось что-то ужасное по моей вине!       Я уткнулся лбом в его плечо, упираясь руками в его грудь. Нап дышал глубоко, видимо пытался принять решение.       В этот момент в дверном проёме показался Габен. Он облокотился об косяк двери, скрестив руки на груди.       - Вы уже закончили? - он недовольно посмотрел на нас, - Наполен Бонапарт, можно тебя на пару слов? Нам нужно поговорить.       Нап вздохнул.       - Я сейчас вернусь, хорошо? - он убрал свои руки и направился вслед за Габеном.       Я снова остался один. После тепла рук Напа, комната уже не казалась такой тёплой и уютной, как раньше. Отчего-то я вздрогнул и прижался спиной обратно к стене. Нужно было что-то срочно предпринять. Может, проще было бы сбежать прямо сейчас? Но как же Нап? Он ведь не остановится, пока не найдёт меня. Некстати вспомнилось то, что мне показалось под наркотиками. Как он целовал меня, изучал руками; как я хотел бы, чтобы это произошло в реальности.       Я сполз вниз по стене и обхватил себя руками, до боли прикусив губу. Снова потекли жгучие слезы, а душа взвыла. Я мысленно признался себе, ведь больше не было смысла врать про очевидные вещи: "Я люблю его." Да, я влюбился в него! Поэтому не хочу, чтобы он пострадал из-за меня, но и отпускать его мне очень не хотелось.       Кто-то вернулся в кухню и подошёл ко мне.       - Бальзак, ты чего? - голос Напа прозвучал над моей головой.       Он присел напротив меня и положил свою руку на моё плечо.       - Чтоб тебя, Нап! - от жгучей обиды просипел я, - Почему именно сейчас?! Почему... Именно ты...       Я больше не смог договорить, поскольку не хватило сил.       - Бальзак, успокойся, - Нап нежно погладил меня по голове, затем его рука остановилась на моей щеке, вытирая слезы, - Обещаю, всё будет хорошо. Я постараюсь помочь тебе, ладно? Нам просто нужно поговорить и всё объяснить друг другу, понимаешь?       Я слабо кивнул.       - Вот увидишь, - он искренне улыбнулся, - У нас всё получится, Баль. Всё будет хорошо, обещаю. Давай... Давай пойдём отсюда и поговорим где-нибудь, ладно?       Нап поднялся и помог мне встать. Габен же вновь стоял, оперевшись об проём.       - Мы уходим, - Нап обратился к мужчине, - Спасибо вам огромное за оказанную помощь.       Габ ничего не ответил и лишь коротко кивнул.       Через некоторое время, мы с Напом стояли на улице и ждали такси. Машина подъехала достаточно быстро и мы поехали куда-то. Я был не в силах спросить, поэтому покорно положился на Напа. Потихоньку меня настигла сонливость. Только сейчас я ощутил необъяснимую усталость. И я задремал у Напа на плече.       Сквозь сон меня кто-то тихонько позвал и потряс за плечо:       - Баль, проснись. Мы уже приехали.       Нехотя я открыл глаза. Смеркалось. За окнами было довольно темно, но вывеску мотеля я заметил почти что сразу. Нап в это время расплатился с таксистом.       Мы вышли из машины и направились к зданию. Нап взял меня за руку, видимо боялся, что я снова сбегу.       - Я сделал бронь на один из номеров на пару дней, - Нап быстро объяснял мне, - Сейчас заберём ключи и отдохнём, ладно?       Скоро мы уже расположились в маленькой комнате. Я снял честно украденную куртку и, бросив её куда-то в сторону, плюхнулся на кровать. Нап проследил за моими действиями и тоже разделся. Он включил свет в комнате и сел рядом со мной. Матрас прогнулся под весом его тела.       - Баль, нам нужно о многом поговорить, - серьёзно начал он, - Габен мне толком ничего не объяснил, лишь сказал, что ты мне расскажешь больше и менее уклончиво.       Я вздохнул.       - Нап, я очень устал. Пожалуйста, мы можем отложить разговор на завтра?       Сознание само отключалось, и я был не в силах что-то сделать. Нап же молчал.       - Ты есть хочешь? - Нап неожиданно перевёл тему разговора, - Баль, тебе надо поесть хоть что-то, а то помрешь с голоду.       Он поднялся и начал рыться по шкафчикам, в надежде найти еду.       - Не хочу... - я устало пробормотал ему.       Но он не расслышал и продолжил копаться дальше.       - Нашёл! - радостно крикнул Нап и включил потрепанный жизнью чайник, - Сейчас все будет готово!       Сладкая дрёма вновь начала окутывать меня. Но через некоторое время, Нап растолкал меня и впихнул в руки небольшую тарелку с заварной кашей.       - Габен дал мне её. Он сказал, что тебе пока нельзя давать тяжёлую пищу, а такое для начала сойдёт. Так что давай, ешь, пока не остыло.       Я начал через силу есть. Как ни посмотри, а Габен был прав. К тому же, было бы глупо умереть от голода сейчас.       Постепенно мне становилось лучше. Сонливость и усталость прошли, хотя небольшая слабость ещё оставалась.       - Нап, а что ещё тебе сказал Габ? - осторожно спросил я.       - Ну... - он задумался, будто припоминая, - Он сказал, что тебе нельзя сейчас домой или куда-то ещё. Сказал, чтобы я спрятал тебя на пару дней, а разъяснения ты мне потом сам расскажешь. Ещё просил сильно на тебя не давить и рекомендовал чаще давать тебе отдыхать.       Нап скрестил руки на груди и спросил:       - Так что же, Баль. Не хочешь ничего мне рассказать? Например, что с твоей рукой, или где ты пропадал две недели?       Он терпеливо ждал моего ответа. Я же смотрел в пол и думал, с чего начать.       - Ты... - начал я издалека, не поднимая глаз на Напа, - Ты ведь помнишь, что случилось осенью? Помнишь, как мы спасли Джека?       Парень явно не ожидал этого.       - Продолжай, - он понизил тон и сосредоточитлся.       Я вдохнул воздуха побольше и оставил тарелку на рядом стоящую тумбу.       - Зимой я получил от неизвестного травмы, из-за которых свалился в обморок. А сейчас, две недели назад, на меня напали и похитили двое неизвестных. Один из них сказал, что я отвечу за то, что влез не в своё дело. Всё это время, они меня накачивали какой-то дрянью.       Я решил не упоминать имя Грега, ради безопасности Напа. Вместе с тем, я закатал рукава и показал руки Напу. Он поменялся в лице.       - Сегодня, мне удалось сбежать. Из-за этого, я поранил руку, - продолжил я, - И ранил одного из них. Но теперь есть проблема: я не могу обратиться в полицию или в больницу. Наверняка моё заявление замнут, а самого меня отправят за решётку.       Нап до сих пор не сказал ни единого слова. Он встал с кровати и прошёл пару кругов по комнате.       - Именно поэтому, я не хочу никого втягивать в свои проблемы, - я раскатал рукава обратно, - Теперь я опасность номер один для окружающих и тех, кто мне дорог. Возможно тех, кто мне помогает, ждёт ужасная судьба. Поэтому...       Я притих и опустил голову.       - Теперь ты понимаешь, почему я пытаюсь держаться подальше ото всех? Поэтому я хочу, чтобы ты немедленно ушёл и бросил меня. Так будет правильно.       Нап прекратил ходьбу и пристально посмотрел на меня:       - То есть с зимы тебя прессуют, а ты рассказываешь мне об этом только сейчас?! Бальзак, ты совсем идиот?! - он рассердился не на шутку, - Нужно было раньше об этом сказать! Какого хрена ты молчал и ничего не говорил?!       Со всей злости он ударил кулаком в стену. Я вздрогнул от неожиданности.       - А разве должен был что-то сказать?! - я завёлся в тон Напу.       - Конечно должен! Это не те вещи, о которых стоит молчать!       - Нет, не должен! Я все это делал из-за тебя! Понимаешь? Из-за тебя, Нап!!! Я не хотел подвергать тебя опасности, понимаешь?!       Я с силой сжал руки. Адреналин бушевал по моей крови. В ушах послышался шум.       - Я сам могу за себя постоять, Баль, - он подошёл ко мне и встал напротив, - Поэтому мне решать, стоит ли мне бросаться во всё это или нет, а не тебе, Баль.       - Нап, я уже жалею о том, что сказал тебе больше, чем нужно. Нужно было и дальше молчать, и если вдруг сдох бы, то это было бы к лучшему!       Видимо, я взболтнул лишнего: Нап не сдержался и дал мне звонкую пощёчину. Я схватился за щеку рукой.       - Не смей, слышишь? Не смей так говорить!!!       Я закусил до крови губу.       - Иди к чёрту, Нап... - я в сердцах сказал ему от обиды.       В его глазах что-то промелькнуло.       - Как скажешь, Бальзак.       Он молча развернулся и быстрыми шагами направился к выходу. Схватив на ходу пальто, Нап вышел, на последок громко хлопнув дверью.