Изнанка

Гет
NC-17
Завершён
41
автор
Размер:
97 страниц, 12 частей
Описание:
Молодой студент Канеки Кен живёт в своём иллюзорном мире, где главные места занимают книжные образы и различные сюжеты, черты которых парень привык примерять на живых людей, окружающих его. Вот только он не знает, какую злую шутку с ним может сыграть такое инфантильное восприятие вещей до тех пор, пока не встречает молодую женщину Ризе, словно вышедшую из его мечтаний. Даже поняв, что реальное не совпадает с желаемым, парень живёт надеждой, но жизнь заставляет его задуматься об "изнанке" вещей.
Примечания автора:
Описание ещё не придумано. Возможно, будет изменено. Может не будет.
Старое описание:
И он думает, что боль спасает его, но каждый раз загоняет себя лишь глубже в это болото.
***
БДСМ фоном пробегает, но и без того относительное. Я бы добавила метку «упоминание BDSM», но таковой нет.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
41 Нравится 80 Отзывы 12 В сборник Скачать

Epilogue

Настройки текста

I stand in the distance I view from afar Should I offer some assistance? Should it matter who you are? I can keep a secret And throw away the key Confide in me

      Больничные стены слепили своей белизной. В воздухе витали характерные запахи, не дающие ни на секунду забыть, где ты находишься. Ризе с трудом разлепила глаза, обнаруживая, что она лежит на не совсем удобной койке. Голова трещала по швам, словно она хорошенько выпила вчера. И пусть Камиширо была любительницей выпить бокал вина перед сном, на такой эффект она точно не рассчитывала.       Её глаза прошлись по белоснежному потолку, затем метнулись к двери, которая находилась в пределах её видимости. Ей это место было не знакомо, а за дверью она слышала голоса, что-то активно между собой обсуждающие.       Ризе медленно приходила в себя, и первым её желанием было просто элементарно выпить воды, так как в горле пересохло. Она тяжело вздохнула, пытаясь осознать, что происходит. То, что она находилась в больничной палате сейчас, сомнений не было. Но почему? Лёгкое усилие над собой, и голова взорвалась воспоминаниями, от которых Ризе поморщилась. Больной псих Канеки заявился к ней домой. Она раньше никогда не видела парня таким, но вчера она была уверена, что перед ней стоит демон, не иначе. Сначала он был обаятельным, уверенным, ничем на себя не похожим. Ризе была поражена. Но потом её удивление быстро сменилось страхом и желанием спасти свою жизнь. Она с трудом вспоминала, что он ей говорил, но гнев его был неистовым, неконтролируемым.       Камиширо с ужасом вспоминала, как ублюдок угрожал ей ножом, и после неудачной попытки сопротивления нож действительно оказался в ней. Она помнила, как черно-белые полы стремительно покрывались кровью, и это было даже красиво (она вспомнила мелькнувшую в её голове мысль об этом, появившуюся так некстати), если бы не обстоятельства. На нанесённой по неосторожности ране кошмары не закончились. Она помнила, с каким трудом пыталась дышать, когда паршивец душил её, с маниакальным блеском в глазах наблюдая, как в ней постепенно, секунда за секундой, угасает жизнь. Ризе ненавидела его в тот момент, так остро он напомнил ей мужчин её уважаемого клана, которые воспринимали женщин лишь в качестве инкубаторов. Они тоже могли себе позволить поднять на женщину руку. Они считали, что так и нужно обращаться с теми, кто слаб, при непослушании. Прошло много лет с тех пор, как Ризе покинула дом, а в ней продолжал жить иррациональный страх, что когда-нибудь её найдут и вернут насильно, обрекая на бессмысленное существование, лишенное всяких удовольствий, но зато полное обязательств и подчинения.       Дверь скрипнула, выводя женщину из размышлений, и она направила взгляд на вошедших. Это были двое мужчин. Один из них, худой и высокий, судя по всему был врачом. Камиширо сделала вывод из-за белого халата. Второй же мужчин был одет в костюм, а на лице у него были очки с крупной чёрной оправой. Ризе понятия не имела, кто он. - Здравствуйте, Камиширо-сан, как вы себя чувствуете? - мягким голосом спросил врач, присаживаясь рядом с койкой. Ризе страшно хотелось сказать что-нибудь язвительное (ну а как себя можно чувствовать, когда тебя пытались убить?), но она сдержалась. Все-таки это было бы по ребячески. - Я в порядке, - чуть подумав, ответила Ризе. Прислушиваясь к своим ощущениям, она действительно могла сказать, что в порядке. Конечно, вчерашние события выбили её из колеи, но она переживала и худшее. К тому же, она относила себя к сильному типу людей, которые переживают любые проблемы с высоко поднятой головой. Она не собиралась казаться слабой или подавленной. А насчёт физического состояния она могла сказать, что всё могло быть намного хуже, но, кажется, скорая вчера успела вовремя. Хотя Ризе и не помнила этого. - Ничего не болит? - продолжил расспрос врач. - Нет, - Камиширо не знала, находилась ли она под действием обезболивающего, или рана действительно не была настолько глубокой и серьёзной, и пока она лежала, она могла даже забыть о ней. - Тогда Вы не будете против немного поговорить с Маэда-сан? Ему необходимо задать Вам всего несколько вопросов, - врач улыбнулся ей, и эта улыбка должна была казаться поддерживающей и успокаивающей, на самом же деле Ризе в этом не нуждалась. Она была предельно спокойна, спокойна настолько, насколько возможно было быть в этой ситуации. - Хорошо, - согласилась она, не изменяя своему сильному голосу даже с пересохшим, неприятно саднящим горлом. Скоро это всё закончится.       Врач покинул место у койки, и на его месте оказался низкий и широкий мужчина в костюме. Стекла в оправе блеснули в свете комнатной лампочки. Ризе сощурила глаза, изучая собеседника. Она примерно представляла, что он будет спрашивать, и знала прекрасно, что ничего он от неё не добьётся. Нужно было всё продумать, и ей было жаль, что у неё просто-напросто не было на это времени. - Здравствуйте, Камиширо-сан, - начал мужчина, и Ризе предугадала его последующие слова, которые составляли бы из себя никому ненужные приличия. Ризе такое не любила, так как это напоминало ей о детстве, поэтому она почти сразу оборвала собеседника, и женщину не особо волновало, насколько это правильно. - Не могли бы мы сразу перейти к делу? - и несмотря на обстоятельства, она по-прежнему чувствовала себя уверенно. Она примерно представляла, как сделать пустяк из этого дела, и пусть её ложь будет не сильно правдоподобной, вряд ли в случае, если Ризе будет настаивать, её станут переубеждать. Ведь кому придёт в голову защищать того, кто сотворил подобное? И Ризе бы в голову не пришло, однако, у неё были свои причины не раздувать из произошедшего разбирательство. Такие случаи не являются частыми, и дело может быть громким, особенно, когда узнают её настоящее имя, а в процессе, Камиширо знала, это обязательно вскроется.       Для Ризе не было ничего важнее, чем забыть своё происхождение. Она больше никогда не хотела иметь ничего общего с кланом Вашу, из которого произошла. И женщина была решительно настроена придумать что угодно, но не допустить, чтобы влиятельный клан прознал о её новом имени и о том, где она находится. Место, где она провела своё детство и часть юности казалось ей настоящей тюрьмой. И если ей необходимо лгать следователю, она будет это делать. И она сделает всё, чтобы он ей поверил. Сохранит свою свободу любым способом.

***

      У Тоуки было множество вопросов, на которые, девушка была уверена, Канеки был не готов ответить. А потому очень долгое время они провели в молчании, глядя друг другу в глаза. Киришима словно пыталась прочесть, что с ним произошло, а Канеки искал сил в её взгляде. Сил, чтобы просто дышать.       Тоука аккуратно потянула его за рубашку, чтобы он шёл за ней. Ему определённо было необходимо принять душ, сменить одежду, выпить чего-нибудь горячего. Теперь, когда Кен находился здесь, в её квартире, сдавливающее чувство в груди отпустило её. Теперь она знала, всё будет в порядке.       Она молчала, давая ему столько времени, сколько тому было нужно. В обычной ситуации она бы уже давно потребовала объяснений, такой уж у неё был нрав. Но сейчас девушка нутром чувствовала, что нужно позволить ему переварить то, что случилось. Она чувствовала, что это было важно.       Когда они оказались в ванной, Тоука расстегнула ему куртку, обнаруживая, что под ней ничего нет. В некоторых местах на бледной коже она могла видеть подсохшие разводы крови, и это натолкнуло синеглазую на мысль, что кровь не обязательно принадлежит ему. Она проглотила комок в горле, появляющийся от пугающих мыслей.       Затем девушка расстегнула его штаны, садясь на колени и стягивая их. Такая позиция могла бы показаться ей двусмысленной в другой ситуации, но сейчас это всё не казалось важным. А Кен продолжал молчать, находясь в прострации, лишь наблюдая за ней. Его глаза, затянутые тучами, безотрывно следили за движениями девушки.       И вот, когда их взгляды столкнулись, Тоука смотрела на него снизу вверх, медленно изучая. И её не отпускало чувство тоски, потому что она знала, ощущала, как больно и страшно ему сейчас внутри. И ей хотелось знать, о чем он думает, знать, как и чем ему помочь. Но Киришима не знала ничего. И бессилие заставляло чувствовать себя жалкой.       Она не хотела оставлять его одного. Но всё же преодолела желание остаться, лишь мельком взглянув, как он зашёл в душевую кабину, и как поток воды обрушился на его плечи.       Пока Канеки был в ванной, она беспокойно ходила по квартире, меряя её шагами. Сначала она достала чистые домашние штаны и футболку из вещей Аято, которые ещё тут оставались. Всё, что брату было нужно, он забрал с собой, но Киришима не могла выбросить остальные его вещи, ведь они поддерживали её любимую иллюзию, будто она живёт здесь не одна.       Аято, конечно, был немного крупнее Канеки. По крайней мере, он не был настолько худым, и явно был повыше. Но Тоука считала, что одежда окажется сносной. Она оставила её возле двери в ванную.       Минуты проходили, а он всё ещё был в душе, и девушка даже не злилась, что он тратит много воды. Чтобы чем-то занять себя, она стала варить кофе.       Привычный запах успокаивал нервы.       Когда он наконец появился, Тоука была почти спокойна.       Он молча сел рядом с ней, оставаясь всё таким же отстранённым. И если полчаса назад она думала, что выдержит эту пытку молчанием и даст ему достаточно времени, то, видимо, она знала себя недостаточно хорошо, ибо её разрывало от любопытства. Вопросы так и рвались, добираясь до кончика языка, готовые вот-вот слететь, но она стиснула зубы, не давая себе этого сделать.       Она понимала, что никогда не знала рядом сидящего человека, понимала, что их для откровений объединяло катастрофически мало, и всё же, его вид, в котором он только переступил порог её дома, грязный и окровавленный, бередил какую-то старую, незаживающую рану в её груди.       Все, кто ей был дорог, так или иначе исчезали из её жизни. Мама умерла ещё в далеком детстве: воспоминаний о ней осталось до обидного мало. Отец покинул их в тот злосчастный день, который она все ещё вспоминала с горечью и ужасом. Потом отдалился Аято, а затем и вовсе пропал из виду, возвращаясь лишь изредка, тоже в непонятном состоянии, и всегда отказываясь что-либо объяснять. Ей было больно. Жизнь била со всех сторон, но к этому она привыкла. И жила дальше, учась и работая. А потом этот Канеки...       Она взглянула на парня, отрешенно глядящего в чашку кофе, стоящую перед ним. Она не знала, что он пытался там, в тёмной жидкости, отыскать, но взгляд его всё так же устремлялся как бы «сквозь» вещи. Волосы были чуть мокрыми, с кончиков слетали капли воды. Он тяжело дышал, словно что-то ему мешало.       Канеки.       Почему её сердце выбрало такого сложного, замкнутого и по всем фронтам странного человека? В некоторые моменты казалось, что в парне уживаются по меньшей мере две личности, но вместо того, чтобы разорвать ещё непрочную связь, Тоука продолжала лезть в это болото, заходя всё глубже и глубже. Вязкая тина утягивала её, грозилась утопить, но Киришима не предпринимала попыток спастись – просто уже не хотелось. Она уже увязла, и по своей воле. И то, что начиналось, как устраивающее обоих лёгкое совместное времяпровождение, стало чем-то сложным и многоуровневым. Взглянув на поверхность и не поймёшь, что происходит. А если начать разбираться с тем, что там, глубже, можно запутаться и сойти с ума. – Я убил её, - его голос прозвучал оглушающе после долгих минут, в которых было лишь их дыхание и постукивание дождя на улице.       Тоука замерла, пытаясь переварить, что он говорит. А он продолжил, теперь уже глядя на неё. - Я ничего не помнил, - фраза не звучала, как оправдание, скорее, парень словно пытался расставить по полочкам то, что произошло, для себя. - Но видел, как она истекает кровью... Я знаю, что это сделал я.       Из его микро рассказа Тоуке было понятно абсолютное «ничего». Она наконец перевела взгляд на его лицо, тут же пожалев об этом. Что-то было странное в выражении его глаз. Мольба. Молчаливая просьба понять, не оттолкнуть. Тоука не хотела отталкивать, но не знала, что сейчас чувствует. Это было не отторжение, а нарастающий в геометрической прогрессии страх. И несмотря на это, девушка хотела понять, хотела узнать всё. Даже пусть ей совсем не понравится то, что она услышит.       Он отвернулся, волосы скрыли бледное, изможденное лицо, и хриплый голос неторопливо продолжил: - Я не хотел.       По коже девушки забегали холодные мурашки. – Я не могу контролировать это... Мне так... страшно.       Киришима медленно собирала его слова в единый пазл.       И в картину, которая образовалась перед глазами, поверить было нереально. По крайней мере, ей очень не хотелось. Но Канеки выглядел таким искренним сейчас, что сомневаться не удавалось. Он говорил правду.       Чуть придя в себя, Тоука осторожно спросила: – Что ты не можешь контролировать?       Наверное, это не был самый разумный вопрос, который можно было задать. Но Киришима не находила в себе сил просто закрыть глаза на всё и бросится его утешать. Да, он был напуган, но и она была напугана тоже. И ей нужно было знать.       Его взгляд, направленный прямо на неё, как-то потяжелел. В нем что-то сверкнуло, но тут же погасло. – Себя.       Его ответ не внёс ясности в сумятицу мыслей и чувств. Тоука ощущала всё ту же растерянность. И страх.       Рядом с ней, возможно, сидел убийца. - Почему? - шепнула Тоука, проваливаясь в попытке взять контроль над голосом.       Её вопрос всё равно казался оглушающе громким. Девушка не могла понять, о чем именно спрашивает.       А тишина давила, пусть длилась пару недолгих секунд. Долгих секунд. - Почему ты это сделал?       И Тоуке было невыразимо страшно узнать ответ. Узнать, что он не может ответить ей. - Скажи мне, - с нажимом продолжила она, не зная, куда деть отчаяние. А ведь человеку рядом с ней сейчас было гораздо хуже. Что бы это ни было, что бы ни произошло, это чертовски пугало. Он её пугал. В тот день, когда взял её в служебном помещении, и прямо сейчас тоже.       Но ещё страшнее было понимать, что ей больно. Больно за него. Она чувствовала, как внутри что-то горит, и знала, что это в ней расцветает страдание. За него. - Я не знаю.       Она разочарованно взглянула на парня, приносящего ей столько проблем, породившего столько ненужных чувств, но не способного ей доверять. Даже сейчас. Но ведь он всё равно пришёл именно сюда.       Она решила попробовать по-другому. - Зачем ты пришёл сюда?       Её голос теперь звучал стойко. Может быть, были бы и более удачные моменты расставить всё по местам, но Тоука их больше не видела. Время утекало, и девушка чувствовала, словно они вдвоём пытаются удержаться на тонком канате. Один из них вот-вот сорвётся вниз. - Хотел увидеть тебя.       Его ответ, такой поспешный, сказанный без сомнений, почти выбил из неё весь воздух.       Несколько секунд она позволила себе переваривать услышанное, но затем пошла в наступление снова. - Тогда почему ты не можешь просто сказать всё, как есть?       Плечи поникли. Он задумчиво смотрел на поверхность стола, и её это раздражало. Раздражало его избегание проблемы, правды, реальности. И больше всего она ненавидела его попытки убежать от самого себя. - Это была Ризе, верно? - терпение покидало её. Теперь Киришиму мучал абсолютно иррациональный гнев. Она хотела быть сдержанной и понимающей. Не желала давить на него. Но в реальности это оказалось в разы сложнее, нежели в фантазиях. Ею снова управляла импульсивность, от которой она, за годы работы над собой, не сумела полностью избавиться. - Женщина, которую ты любишь... Почему ты это сделал? Что такого случилось?       Он продолжал молчать, прожигая в столе дыру.       А в ней оставалось все меньше выдержки. Сдерживаемые эмоции грозились обрушиться на неё со всей своей силой. – Канеки...       И в ней было столько невыносимого желания оправдать его. Она отчаянно желала, чтобы он просто дал ей повод себя оправдать. Границы правильного и неправильного стирались, логика умирала крупица за крупицей, оставляя после себя хаос. Но здесь, в руинах, оставалось кое-что действительно важное. И теперь это было невозможно игнорировать. – Просто доверься мне.       Просто скажи что-нибудь, в конце концов.       Канеки молчал долго, словно собираясь с силами. Или не собираясь начинать вовсе. Тоука думала, что если так и продолжится, то она накричит на него или выльет уже остывший кофе ему на голову. Нервное напряжение, которое только укреплялось, было трудно выносить. Слишком много мыслей разрывало голову. Слишком много чувств она испытывала.       Она сидела в одной комнате с человеком, который, возможно, незадолго до прихода к ней кого-то убил. Сидела с человеком абсолютно непредсказуемым, нестабильным, с тем, кого она не знала вовсе, как оказалось, но которому отчаянно хотела доверять.       Тоука не знала, что будет дальше. Не было ни одной мысли в голове. Но обстоятельства складывались так, что их должно было волновать лишь «здесь» и «сейчас». – Я не думаю, что любил её, - вдруг начал он, захватывая всё её внимание, заставляя все чувства замолчать, чтобы не мешали слушать. - То есть, до какого-то момента я был в этом уверен...       Канеки поднял искрящийся непонятными эмоциями взгляд. И теперь он был настолько пронзительным, что Тоука невольно сглотнула. Сердце заколотилось с бешеной скоростью, и всё тело охватило необъяснимое волнение. – Но сегодня понял, что всё было ложью. Я лгал себе долгое время. И потратил на это много сил. На самом деле, всё было гораздо проще изначально... - девушка и не помнила уже, когда в последний раз слышала от него так много слов. Наверное, такого и не было никогда. Она усилием воли вновь заставила себя сосредоточиться на его словах, чтобы не упустить важного. – Мне пришлось долго идти к этому осознанию. И на этом пути я делал много вещей, которые делать не хотел, - он вдруг запнулся, хмурясь. На его лице проступило сожаление пополам со злостью. Но выражение тут же разгладилось, и он продолжил. – Мне не следовало упиваться иллюзиями. Во всем произошедшем лишь моя вина, но... Эта ситуация помогла мне раскрыть глаза. И не только она. На самом деле, – он вздохнул, собираясь с силами. – Мне помогла ты.       Киришима вскинула бровь в недоумении. Его рассказ был каким-то чересчур смазанным, но приходилось довольствоваться и этим. – Я? – Благодаря тебе я многое понял. Понял, что нужно глядеть чуть глубже, чтобы увидеть, как всё бывает на самом деле.       От его слов в груди разлилось странное тепло, но оно отдавало горечью. Канеки все ещё был слишком странным и непонятным, а у неё начинала болеть голова. В особенности, от воспоминаний кровяных разводов на его одежде. – Я не знаю, зачем я пришёл к ней вчера... Но знаю, почему ненавидел её так сильно. И как это было эгоистично с моей стороны.       Канеки было трудно, но он продолжал говорить. Тоука внимательно вслушивалась в изменяющиеся эмоции его голоса, затаив дыхание. Любовалась его бледным лицом, и тенью, которую отбрасывали ресницы на пролёгшие под глазами синяки. Он был так красив сейчас, в своём откровении и отчаянии, что ему хотелось простить всё. И это было такое пугающее ощущение, ведь Тоука никогда не была из тех, кто бросается в омут с головой. – Я всё ждал, пока она станет такой, какой мне нужно, но... Всё это время мне была нужна ты.       Если и существовали феномены взрывов внутри тела, то сейчас, в данную минуту, таковой случился. Это был целый фейерверк, пугающий своим масштабом, обжигающий изнутри. Она была вынуждена глотать воздух ртом, как рыба, но решила вообще не дышать некоторые мгновения, дабы сохранить лицо и не показать, как сильно на неё подействовали его слова.       Теперь, когда она знала о его чувствах, когда знала, что чувства эти идентичны её собственным, невидимые тиски разжали грудную клетку, наконец давая почувствовать облегчение. И пусть всё происходило при таких странных, безумных обстоятельствах, она почувствовала лёгкую радость и спокойствие, почти умиротворение.       Киришима улыбнулась краешками губ, не в силах сдержать эту улыбку, но так же не в состоянии сделать её более яркой. Ей по-прежнему было трудно открываться, и ему было трудно тоже. Но вот, они сидят друг перед другом и разговаривают. Они раздеты: их души словно выставлены на ладони, на суд, где судьи - они двое. И этот момент казался гораздо интимнее, чем всё, что было между ними до него. – Я знаю, что бывает слишком поздно для признаний, но ты должна была знать.       Последующая фраза ей совсем не понравилась, ибо была похоже на прощание. А Тоука этого не допустит, никогда. Не даст ему исчезнуть, только не теперь. – Мы со всем справимся, - она протянула руку через стол, накрывая ладонью его замёрзшие пальцы.       Он издал невесёлый смешок: не издевательский, но слишком смиренный, пропитанный тревогой и горечью. – И тебя не волнует, что я сделал? Я, возможно, убил человека. – Возможно. – Я опасен. – Ты болен.       Тоуке не нужно было и дальше что-то размусоливать, чтобы это понять. Достаточно лишь вспомнить его поведение в их последний совместный рабочий день, прибавить к этому другие странности в его поведении и сегодняшнюю ситуацию. Она словно увидела картину под другом углом, и ей теперь всё было ясно. От этого росла уверенность.       За окном вовсю занялся рассвет. Этим утром он был по-особенному ярким, освещающим всё вокруг, придающим жизни каждой серой улочке. А в сердце он вселял надежду и спокойствие.       Тоука встала из-за стола, и некоторые время смотрела в окно, любуясь красочным зрелищем. Пейзаж был до боли красивым, а солнце, казалось, проникало сквозь стекло, чтобы согреть их.       И Тоука обернулась, глядя на Кена, видя, как лучи, падающие в помещение, преобразили измождённое лицо. И её губы растянулись в улыбке: настоящей и сильной. – Всё будет хорошо.       И все его тревоги, мечущиеся в серебристой радужке глаз, разбивались, стоило им столкнуться с её взглядом.       Солнце взошло вновь. Начался новый день.       И он не мог не поверить. Все сомнения отбросились сами собой, теряясь в красоте её улыбки, в размягченной светом синеве взгляда.       Всё будет хорошо.
Примечания:
Вот таким фантастическим совпадением всё и разрешилось. В истории некоторые аспекты намеренно остаются за кадром. Кен страдал много, поэтому везение решило сжалиться над ним один единственный раз)

Эта работа может по праву считаться завершённой)
Это был долгий путь, и но мы его прошли) Взглянув на главы, Вы можете увидеть, что эту работу я тянула долгое время, она пережила вместе со мной несколько кризисов. Возможно, она могла бы быть иной, возможно лучше, может быть динамичнее, но что-то внутри меня подсказывало, что она должна быть именно такой. Главное, она помогла мне вспомнить, благодаря чему моя жизнь наполняется красками, и я хочу вставать по утрам, переполненная энергией. Только писательство даёт мне почувствовать это. Я знаю, что у меня впереди ещё более тернистый путь, но я готова идти дальше, набираться опыта, и когда-нибудь я буду собой гордиться. А пока, я отпускаю эту историю с чистым сердцем. Пожалуй, она много значит для меня.
Спасибо всем читателям, что были со мной на протяжении этого пути!

Плейлист глав

1 Venus in Furs - The Velvet Underground
2 Black Black Heart - David Usher (version 2)
3 Drag me to Hell - Lord of the Lost
4 Nightcall - London Grammar
5 Land of broken promises - IAMX
6 Animal Impulses - IAMX
7 Coming Down - Dum Dum Girls
8 Kiss - Korn
9 Kiss - Korn
10 Beyond Beautiful - Lord of the Lost
11 Let’s go - Paul Van Dyk
12 Confide in me - Kylie Minogue
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты