Поцелуй сестры

Ненавижу её, всю дорогу пока мы ехали домой, я дулась на неё, глядя на свои грязные руки. Когда Вера наконец-то слезла с меня я, запинаясь, побежала к могиле Евгения и принялась голыми руками рыть землю, в надежде что Евгений ещё жив. Я плакала и что-то кричала в надежде, что Евгений подаст мне знак, что он жив. Наверное, я вырыла полуметровую яму, когда один из бугаев моей сестры схватил меня за талию и, подняв над землей, понес обратно к ней. — Отпусти! — Пытаюсь отцепить его руки от себя. — Там Евгений! Я должна его спасти! Отцепись! — Алиса, Алиса, — Вера с таким укором посмотрела на меня, что я даже замолчала. — Ну почему ты такая непослушная. Меня поставили на землю напротив Веры, и она тут же взяв меня за руку, потянула к машине. — Он мертв, — говорит она, открывая дверцу машины. — Залезай. Поджимаю губы и вытираю глаза, размазывая грязь по лицу. Я не в силах сесть в эту машину. Не в силах жить с этим человеком. — Не будь такой вредной, — Вера мягко, но настойчиво сажает меня в машину и пристегивает ремнем безопасности. — Я сбегу от тебя, — говорю ей, когда она садится рядом. — И не вернусь. — Куда ж ты денешься? — Вера похлопала меня по колену. — Если тебе так это интересно, то я знаю, что ты вернешься. Ты никогда не уйдешь от меня далеко. Мы одно целое и навеки вместе. — Говоришь так, словно мы муж и жена. — Лучше — родня. Наверное, Остап сейчас меня материт. Не послушала его и побежала на свою погибель. Наверное, Евгений прожил бы дольше, если б я не прибежала. Я всё испортила и только я. Наверное, и Аню уже не спасти, так и останется в борделе. Пусть Остап не отправляется на мои поиски. Хоть у него да должно всё сложится нормально. Мы доехали до дома, и Вера, припарковавшись, вышла из машины. Я осталась сидеть в ней и дальше не в силах выйти. Меня всю трясло от случившегося. Я старалась смотреть куда угодно, но не на Веру. А она в это время подошла ко мне и, открыв дверцу, заглянула в салон: — Выходить планируешь? Не дождавшись ответа, она отстегивает ремень безопасности и берет меня за руку. Так она доводит меня до самой квартиры. Пропускает вперед, и я с недовольным лицом захожу в квартиру. И снова этот обитель зла. Вера снимает пальто и принимается снимать с меня куртку. Она легонько пихает меня на тумбочку прихожей и снимает с меня ботинки. Я не сопротивляюсь. Вообще у меня вид человека смирившегося с ситуацией. Никогда не подозревала, что могу вот так вляпаться, причем с собственной сестрой. Смотрю на Веру с болью во взгляде. Она же моя сестра, сестры так себя не ведут. — Я и сама могу, — говорю, когда она уже раздела меня. — Могла бы и раньше сказать, — Выра выпрямилась и снова смотрит на меня сверху вниз. — Тебя надо вымыть. — Не хочу, — на глаза снова наворачиваются слёзы из-за всплывшей в памяти смерти Евгения и того видео с Аней. — Ты на себя в зеркало посмотри, чертенок, — Вера хватает меня за шиворот, и рывком ставит на ноги, толкая в сторону ванны. — Тебя хорошенько надо вымыть. Меня выворачивает от её слов наизнанку. Я, молча, стою в уголке в ванной комнаты и смотрю, как Вера моет ванну. — Раздевайся, — бросает она, мне не глядя в мою сторону. Продолжаю стоять дальше, затравленно глядя на неё. — Алиса, — она всё ещё не смотрит в мою сторону. — Я тебя сейчас сама начну раздевать. Поджимаю губы на грани того чтоб заплакать и начинаю стаскивать с себя одежду бросая её на пол, хотя следует бросить ей в лицо. Стою с перекошенным лицом и жмусь в углу. А Вера уже заполняет ванну водой и поворачивается ко мне. — Давай забирайся, — она отходит от ванны и усмехается. — А я потру тебя мочалкой. — Я сама могу, — нерешительно подхожу к ванне. — Давай ты всё же выйдешь, и я сама всё сделаю? Ну не хочу я, чтоб ты меня мыла тем более с таким похотливым взглядом. — Ну ладно, — неожиданно легко согласилась сестра и вышла, оставив меня в немом удивлении. Я вымылась быстро и, обмотавшись полотенцем, вышла и сразу же почувствовала этот шикарный запах жареного мяса. Желудок тут же дал о себе знать. Правда, придя на кухню, я почувствовала рвотный позыв и перед глазами снова возникла та ужасная картина с убийством Евгения. — Есть будешь? — Спрашивает Вера и меня сгибает пополам. Хватаюсь за живот и надеюсь, что меня не вырвет. — Так, Алиса, в ванную! Не смей мне тут блевать. — Всё нормально, — выпрямляюсь, но меня всё ещё мутит. — Я спать. Не став искать свою пижаму я легка под одеяло завернутая в полотенце. — Алис, — слышу где-то вдалеке голос Веры. — Я ненадолго уйду. Ничего не отвечаю, а только переворачиваюсь на другой бок. Всё ещё чувствую запах жареного мяса. Сколько я его ждала и получив даже есть не могу. Сколько прошло времени я не знаю, но Вера, похоже, вернулась. Слышу, как открывается дверь и шаги. Надеюсь, она не будет домогаться меня. По крайней мере, не сейчас. Вера останавливается возле кровати, и я напрягаюсь. Что она вообще стоит? Чувствую, как Вера нависает надо мной и осторожно касается моего плеча. — Я не в том состоянии чтоб ты домогалась до меня, — простонала я и тут же Вера зажала мне рот ладонью. Окончательно проснувшись, я с испугом посмотрела на сестру, это была не она. — Твоя сестра, похоже, забыла сменить замки, — шепотом сказал Остап, убирая руку с моего лица. — Одевайся, у нас мало времени. Он выпрямился и вышел из комнаты. Я же села на кровать и всё ещё не веря в происходящее, стала искать свою одежду. Оделась я со скоростью света и так же выскочила в прихожую. Остап сидел на тумбочке и хмуро смотрел на меня. — Давай обувь надевай и куртку. Я делаю все, что он мне говорит и, прижимаясь к нему, выхожу из Вериной квартиры. Остап запирает квартиру и прячет ключи во внутренний карман куртки. Мы осторожно выходим из подъезда и идем в соседний двор. Мне всюду мерещится Вера. Я вздрагиваю, услышав, как кто-то говорит и мне кажется, что это голос моей сестры. Её машина мне везде мерещится. — Я рядом, — слышу голос Остапа. — Не бойся, я не позволю никому тебя обидеть. — Почему мы идем туда? — Припарковался в другом месте. Я тут в засаде всё сидел и ждал пока Вера уйдет. — А как ты узнал, что я буду у неё? Может она меня бы сплавила куда-нибудь. — А я не знал. Наугад пришел. Мы прошли к его машине, и я с неким облегчение села в салон. С Остапом я и правда чувствовала себя в безопасности, и это было так странно, словно он мой старший брат. Правда, взгляды на меня он бросал совсем не так. — Остап, почему ты мне помогаешь? Мы же с тобой толком даже не знакомы. — А ты бы не стала делать так же? — Заводит двигатель и смотрит на меня. — Я считаю, что людям надо помогать. Тем более тем, кто мне нравится. Он и до этого говорил, что я ему нравлюсь. Остап симпатичный и не дурак но, наверное, будь я на его месте, помогать бы не стала. Даже не знаю толком. Всё это опасно и вот как складывается. Евгений мертв, а Аня в борделе и пока она ещё жива её надо вытаскивать. — Нам надо вытащить Аню, — говорю, глядя ему прямо в глаза. — Сейчас нам надо решить вопрос с тобой, — мы поехали, медленно выруливая со двора. — Как нам быть дальше, а уже потом думать об Ане с Евгением. Меня передернуло от воспоминаний. Особенно от того что сделали с Евгением. В глазах тут же появились слёзы. Эта ужасная картина как его закапывают заживо. Там определенно было не меньше тоны земли, и теперь он навечно там лежит. Может, я бы успела его откопать? Может, он был ещё жив тогда? — Она убила Евгения, — слёзы потекли по моим щекам. — Что?! — Остап был ошарашен от этой новости и едва не врезался впереди стоящую машину. — Когда? Как ты узнала? И я рассказала ему всё что произошло. От моего рассказа Остап побледнел. Молча мы доехали до дома Остапа и он припарковался. Его квартира всё равно не была безопасным местом, Вера же как-то прислала нам кассету. Это такое неприятное чувство, знать, что Вера найдет меня везде. Я даже уверена что она меня и из ада достанет. В квартиру мы зашли никакие. Каждый был поглощен своими мыслями. Я переживала больше за Аню, чем за Евгения, ему уже и не помочь. Аня ещё жива и есть ещё шанс её вытащить. Чем был так поглощен Остап, я не знала. — Надеюсь, он не мучился, — сказал Остап, садясь рядом со мной на софу. — Но смерть страшная. Но ты жива и это главное. Он похлопал меня по колену, но руку не убрал и сжал его, не сильно, но крепко. Какое-то странное чувство стало кипеть внутри меня. Может это связано с пережитым стрессом или просто симпатия к Остапу. — Встретились бы мы с тобой при других обстоятельствах, даже не знаю, чтобы было. Если б не умерла баба Маня то я бы и не переехала в Одессу, не терпела бы приставаний со стороны Веры и не подружилась бы с Аней, а она бы уже не познакомила бы меня с Остапом. Евгений жив, остался бы. Или если б родители снова не затеяли тот скандал и отец бы не схватился бы за нож, а я не встала бы между ними. Жили бы, как и раньше. Но тогда бы у меня не было такого друга как Остап. Хотя, я уже сомневаюсь друг ли он. Смотрит он на меня временами не как друг, а как парень. И вот сейчас, сжимая моё колено, он не убирает руку. Даже не знаю, что на меня тогда нашло, наверное, всё тоже самое, что и тогда с Верой. Я просто подалась вперед и поцеловала его в губы. Остап замер, но через секунду начал отвечать на поцелуй. Целовался он шикарно. Мы просто сидели на его софе и целовались. Он осторожно обнял меня, прижимая к себе, а я просто не знала, куда деть руки. Как-то незаметно он оказался сверху. Оторвавшись от моих губ, Остап тяжело посмотрел на меня и отстранился. — Прости, — сказал он. — Сам не знаю, что на меня нашло. С чего он извиняется, если инициатива была с моей стороны? Меня его решение не устроило и я, поддавшись вперед, схватила его за футболку и потянула на себя, снова впилась ему в губы. С ним целоваться было намного приятней, чем с Верой. Остап был намного нежнее и я не чувствовала никакой власти надо мной. Его руки скользнули по моему телу и на секунду замерли на моей груди. Остап быстро одернул руки, но я, не разрывая поцелуй, принялась нащупывать его руки. Найдя их, я положила их на свою грудь. Мне были до безумства приятны его прикосновения. Я чувствовала некую любовь исходящую от него, и что-то ещё что я не чувствовала от Веры. — Ты мне очень нравишься, — прошептал Остап мне в губы. Внизу живота стало сладко ныть. Возбудилась я как спичка — моментально. Мне хотелось, чтоб он снял с себя футболку и с меня тоже. Мне хотелось, что он трогал меня. Возможно, виной всему пережитые события, но сейчас мне плевать. Я хочу, чтоб он делал со мной всё что хочет. — Ты такая красивая, — он прикоснулся к моему лицу. — Я тебя очень сильно люблю. — Давай сделаем это, — я готова и надеюсь, в последний момент не передумаю. — Я, правда, этого хочу. Мне нужно, Остап. Остап поджал губы и задумчиво выпрямился. Я испугалась, что он не решится на это, но к моему удивлению он снял футболку и кинул её на пол. Смотрю на его тело. Он конечно не качок, но подкачен. Прикасаюсь рукой к его груди, он весь горит. — Помоги мне, — от волнения и накрывшей меня похоти и вожделения я запуталась в своей футболке. Остап только улыбнулся, но помог мне стянуть с себя футболку, а затем и лифчик. В голове проскользнула мысль, что он будет смеяться надо мной или больше не захочет. Остап осторожно притронулся к моей груди и сжал. Из моей груди вырвался стон. Мне были приятны его прикосновения, пусть он трогает меня везде. Остап наклонился, и мы продолжили целоваться. Он нежно ласкал мою грудь, и я просто балдела от этого. Медленно он принялся спускаться на мою шею, руки перешли на мой живот. Меня сразу же передернуло, когда он прикоснулся к животу. Остап тут же остановился и как-то испуганно посмотрел на меня. — Не останавливайся, — мне хотелось кричать это, но из меня вырвался только стон. Мне хотелось большего, да и просто снять напряжение. Скорей всего ему тоже надо это. Остап спустился к моей груди. То, что он вытворял с моими сосками, было прекрасно. Что-то подобное делала, и Вера, но именно от Остапа мне нравилось больше. Он просто посасывал их, слегка покусывая, от этого у меня просто кружилась голова. Я даже не заметила, как руки Остапа в это время расстегивали мои джинсы. Он посмотрел на меня, словно спрашивая разрешения, и я просто кивнула в предвкушении дальнейших действий. Остап быстро снял с меня джинсы и замер. Меня лично стало раздражать всё это. Вот что за тупые игры? Вера сразу бы меня раздела даже не спрашивая ничего, а этот всё мнется. — Да сними ты их уже наконец-то! — Не выдерживаю и борюсь с желанием кинуть в него подушку. Мой грозный крик подействовал словно команда, Остап тут же сорвал с меня трусики и кинул их на пол к остальной одежде. Я даже испугалась, когда он сел на колени и резко раздвинул мои ноги. Руки сами собой потянулись к промежности. Это его действие напомнило мне Веру. Она никогда не церемонилась со мной. Брала только силой и получала от этого удовольствие. — Прости, — он тут же замер. — Я испугал тебя? Извини, я не буду так резко. Я его даже не узнала в эту минуту. Словно у нас разница в возрасте не пять лет, а мы одногодки которые прячутся от родителей. — Я постараюсь сделать всё даже лучше, — он мягко убрал мои руки и его лицо пропало. Я же с каким-то странным чувством уставилась в потолок. Это так странно, почему я сравниваю его и Веру? Но через пару секунд, а совсем забыла об этом дурадском сравнении и просто получала удовольствие от его действий. Меня накатил жар и, не выдержав, я хватила его за волосы и только крепче прижала к своей промежности. Бедра сами собой поднимались, а по ногам прошлась судорога от наступающего оргазма. Ещё пара движений языком, и я кончила. Остап отлип от меня и, вытерев лицо рукой, посмотрел. К моему удивлению мне этого оказалось мало, и я кивнула ему на джинсы. — У меня нет резинки, — выдал он обиженным тоном. Я встала, хоть мне так не хотелось подниматься с этой софы и, подойдя к Остапу, поцеловала его. Это подействовало быстро: схватив меня на руки, он осторожно уложил меня, а сам принялся снимать джинсы. Отвожу взгляд, мне просто страшно, но я хочу этого. Остап ложится на меня сверху и целует в губы. — Не бойся, — шепчет он. — Я постараюсь не причинить тебе боль. — Он раздвигает мои ноги и поудобней устраивается. — Если что-то не понравится, то говори сразу. Я крепко закрыла глаза, когда почувствовала что он входит в меня. Вся сжалась и даже нежные поцелуи Остапа не успокаивали. Ноги сами собой начали сжиматься. — Мне остановится? — Нет, даже не смей. Он вошел в меня, и я отрыла рот в немом крике. Было больно, но немного. Верины пальцы всё же не были таким толстыми. Остап остановился, давай мне привыкнуть и медленно задвигался. Расслабление пришло не сразу. Наверное, спустя пары толчков. Мне, конечно, было слегка больно но, зная, что это делает Остап, а не Вера я была спокойна. Боль сменилась на удовольствие, и я уже впилась ногтями ему в спину, от удовольствия прося, чтоб он двигался быстрее. Кончили мы одновременно, когда услышали странный шум, и в комнате появилась Вера с самодовольной улыбкой на лице и тремя здоровенными парнями.