NEIGHBOURS /соседи

      После прихода соседки особо ничего не поменялось, было тихо, за исключением шумной дороги. И пока я докуривал сигарету, наслаждаясь её терпким вкусом и табачным дымом, только справа яркий цвет волос девчушки напоминал мне, что я на балконе не один.       Интересно, что она забыла здесь? Нужно ли ей было что-то, или девчонка просто решила подышать свежим воздухом? В любом случае, было поздно, ведь я успел обоготворить «благовонью» весь балкон и извиняться за это точно не намерен.       — Могу одолжить одну?       Я удивился её голосу, потому что снова забыл об её присутствии, а потом удивился вопросу. Я глянул на неё, присматриваясь к её невозмутимому лицу.       — А меня за это не убьют?       Я видел, как она сжала челюсть, а взгляд ушёл в совсем противоположное мне направление. Она была красива и юна, только всё её положение выдавали синяки под глазами, или же это были разводы от туши, а может, и полное комбо ранее предположенного.       — Кто?       — Кто меня может убить? Допустим, твой отец.       — К чёрту его. Всё равно. Ну так что, дашь?       Я хмыкнул на её слова: в них содержалась искренняя любовь к отцу. А что я? Несмотря на всю неверность своих действий, я протянул ей наполовину полную пачку сигарет.       — Можешь взять две, разрешаю.       — Спасибо.       Почему я сделал это? Потому что знал, что это сигарета у девчушки не первая. Не поделившись бы с ней, я не спас её здоровье. Она наверняка бы нашла другой способ достать сигареты.       После её «Спасибо» в воздухе снова повисла тишина; мы курили и молчали, каждый думал о своём, — я так точно. С одной стороны, мне было некомфортно из-за чужого присутствия, ведь я привык отравлять организм никотином в одиночестве, а не в компании соседской старшеклассницы. Но она вела себя тихо, и это не могло не радовать. Единственное, мне было жаль, что в таком юном возрасте дым от сигарет являлся для неё чем-то вроде необходимым глотком воздуха. Так-то как и для меня.       — Ты, — я сделал паузу и стряхнул пепел, — давно куришь?       — Недавно. Но я не злоупотребляю, иногда накатывает желание, — пурпурноволосая покрутила фильтр и выкинула бычок в «свободное плавание» прямо на улицу.       — Эй, — мои брови нахмурились, — не делай так больше.       Получилось так, что я схватил её кисть руки, чтобы обратить на себя внимание. Я больше всего ненавижу, когда так халатно люди раскидываются мусором, тем более выкидывают бычки от сигарет на землю.       — За такие вещи тут выписывают штрафы. А для этого… — я покрутил своей почти что истлевшей сигаретой, — для этого есть пепельница.       Брови соседки съехались к переносице, она отдёрнула свою руку из моей хватки и произнесла следующее с закатывающимися глазами:       — Поверь мне, я знаю здешние законы, а правила существуют для того, чтобы их нарушать. Никому нет дела до того несчастного окурка.       — Тебе должно быть дело, в первую очередь.       — В данный момент меня не заботят такие мелочи.       Вы бы слышали, она сказала это так, будто это могло меня задеть. Но я лишь хмыкнул и убедился над юной халатностью девчонки. Она принялась за вторую сигарету, отдаляя взгляд куда-то в даль. А я стал докуривать свою, почти законченную.       К моему большому удивлению, справа послышались шмыганья.       — И чего ноем?       Возможно, я был груб, но, знаете, я отвык говорить с людьми, которые порядком младше меня.       — Паршивый день выдался. Очередной.       Я не мог не согласиться с её словами, день и вправду выдался херовым и не самым лучшим. Нет, так-то это был не самый худший день за последнее время, но разговоры с бывшей всегда наполняют мою тушку негативом. У меня внутри боролись желание узнать, что такое стряслось у бедолаги, чтобы та могла выговориться, и желание просто не продолжать разговор, ведь я всё знал, а если не всё, то, наверное, основную причину точно. Только вот язык мой был быстрее здравого смысла.       — Расскажешь?       — Рассказывать особо нечего, отец не оценил мой новый «имидж», да будь он проклят.       — Кто? Имидж?       — Отец! — та возмутилась и от этого подавилась дымом; прокашлявшись, девчонка продолжила: — но мне всё равно на его мнение и на него мне всё равно.       — А как же угрозы про лысину? — я подал смешок, наблюдая, как красиво сгорал табак в чужих пальцах маленькими красными огоньками, двигаясь медленно, но всё дальше и дальше к фильтру.       Молчание, появившееся между нами, навело меня на мысль, что что-то не так.       — Так ты всё слышал?       Я встретился с ней взглядом, почему-то чувствуя за собой вину. Всё-таки нужно было молчать, как делал это обычно, скрывая всю никчёмную тонкость полов, из-за которой я лез не в своё дело, пусть и не по собственной воли.       — Ну, я уж не специально. Он так орал, — я отвернулся, жалея о том, что вообще открыл свой рот.       — Это ужасно. Извини мою семью… семью… — ярковолосая повторила последнее слово тихо, будто удивляясь ему или же стесняясь не зависящей от неё действительности.       — Да ладно, — я подал смешок.       Какой я, оказывается, понимающий человек.       — Всякое бывает, мой отец тоже буянил, когда я был мальцом.       — А сколько тебе сейчас? — голос у девчонки казался безразличным, будто все заданные ранее вопросы и высказанные ответы были вынуждены прозвучать.       — Двадцать три по здешнему. Дома мне двадцать пять.       — Как это понимать?       — Я из Южной Кореи, у нас немного по-другому. Я не хочу объяснять, поищи информацию в интернете.       — Ясно. Ну ты и старикан. Мне вот семнадцать.       — Старикан? Ты, блядь, серьёзно? — я посмеялся над сказанными из её потрескавшихся губ словами.       В горле было сухо, как же хотелось глотнуть газировки.       — Я толком-то жизнь не видел…       — Да я пошутила! Сейчас задохнёшься от возмущения.       Я подал смешок, доставая ещё одну сигарету. Не ругайте меня, — просто эта девчонка стала тревожить моё спокойствие своими шутками.       — Какая эта по счёту? Я видела, что ты любитель покурить, но не думала, что настолько.       — Не твоё дело, мелочь, — ответил невнятно из-за фильтра между зубов.       — Ага, ты прав.       Я только успел поджечь табак, как яркие волосы куда-то исчезли из моего поля зрения.       — Кстати, зачётные лохмотья, — получилось грубо, но искренне.       Соседка была ещё на балконе, где-то за моей спиной. Помолчала, помолчала и ответила:       — Покеда.