Love Contract

– Ну и где его черти носят? - уже седьмой раз за 10 минут спросил Мануэлло. – Сейчас, уже должен приехать, - Мод заметно нервничала, то и дело поглядывала на экран телефона. Они вместе с Оливье уже пятнадцать минут ждали Антуана в месте, где договорились встретиться в назначенное время, чтобы в первый раз выйти на люди и объявить себя парой. Но тот задерживался, не предупредив об этом никого, чем жутко раздражал и агентов, и Жиру, последнего в особенности. Наконец ещё спустя несколько минут к ним подъехала машина Антуана, и оттуда вышел он сам, в ярко-красной куртке и блестящей кепке, сверкая белозубой улыбкой. – Анту, золотце, - с плохо скрываемым раздражением проговорила Мод, медленно приближаясь к брату, - Скажи на милость, какое из слов в фразе ‘нужно одеться неприметно’ тебе непонятно? – Это самое неприметное, Мод, - пожал плечами Антуан. Было ясно, что он не особо жалел о случившемся. Оливье потёр пальцами переносицу: он уже чувствовал, как внутри все закипает от негодования, поэтому решился на отчаянный шаг. – Снимай, - приказным тоном бросил он и сам сдернул с головы младшего кепку. Тот хотел что-то возразить, но под обозлённым взглядом трёх пар глаз недовольно стянул куртку. – Хотите, чтобы я окоченел? - оставшись в одной тонкой белой футболке, Гризманн тут же обнял себя руками в попытках сохранить тепло тела. Однако Жиру стянул с себя серую толстовку с эмблемой Челси у сердца и швырнул ему в руки. – Жуткая безвкусица, - брезгливо держа толстовку двумя пальцами, протянул Антуан, однако все-таки надел её - мерзнуть под порывами осеннего лондонского ветра не хотелось. Толстовка вполне ожидаемо оказалась ему слишком велика, доставала до колен и прятала руки с кончиками пальцев, но зато приятно грела, что заставило Антуана замолкнуть и не возражать. – Ну, идём? - обратился больше к Майку, чем к Гризманну, Жиру. Тот кивнул. – Давайте. Просто пройдитесь до конца набережной, тут немного. Держитесь за руки, если останавливаетесь, то прижимайтесь друг к другу. В общем... Ведите себя тошнотно мило, вы справитесь. Оливье вздохнул и мысленно взмолился о резком обнаружении в себе великого актерского таланта. Антуан же только хмыкнул и, подхватив Жиру за локоть, потащил за собой в сторону набережной. – Погоди, - буквально в последний момент затормозил Оливье. В его голове внезапно всплыло, что сейчас, вообще-то, он впервые в жизни расскажет миру о своих отношениях, пусть даже и не настоящих на самом деле, выставит напоказ свою ориентацию... Это пугало. Пугала реакция людей, болельщиков, команды, он ведь никому, кроме Давида, не рассказывал, что это не по настоящему. Тысяча ‘а вдруг’ заполонили мозг, давая задний ход, хотелось попросить ещё времени на раздумья об этом серьёзном шаге и уйти отсюда поскорее. – Ну чего? - недовольно проворчал Гризманн и повернулся к парню, - Что не так? Ему уже не терпелось, уже представлялись яркие заголовки газет, новые подписчики в соцсетях и фанаты, первые строчки музыкальных рейтингов. Невозможно уже было ждать ни минуты, хотелось большей популярности, чтобы все о нем вспомнили и уже больше не забывали. – Я... не хочу, - честно ответил Жиру. – Боже, - вздохнул Антуан, - Окей, ладно. Я тоже не горю желанием, но у нас нет выбора. Чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее вернёшься домой, так что давай, улыбку на лицо и идём. – Я не об этом.., - начал было Оливье, но наткнувшись на незаинтересованность Гризманна тут же замолчал, - Забей. Все, пошли. Не то, чтобы обоим было некомфортно от сложившейся ситуации, однако молчание напрягало, как и отсутсвие общих тем и интересов, но по большей части принудительность этой прогулки. Но, вспомнив совет мудрого Луиза, Оливье все-таки начал разговор. – А какая выгода от этих ‘отношений’ тебе? - коротко, ясно и по делу. По другому Оливье говорить не любит. – Промо альбома, - фыркнул Антуан. Он не считал краткость сестрой таланта, скорее наоборот, заткнуть его чаще всего возможности не представлялось, но с Жиру ему говорить совершенно не хотелось. Оливье вздохнул: от Гризманна прямо веяло нежеланием продолжать диалог, поэтому он решил оставить это гиблое дело до лучших времён и натянул на лицо улыбку. То же самое сделал и Антуан. Сбоку защёлкали камеры. Парни не останавливались, шли прямо, как будто стараясь не привлекать внимания. До обозначенного агентами финиша ‘дистанции’ оставалось около 200 метров, и они, не сговариваясь, прибавили шаг. На улице вечерело, становилось холоднее, с реки дул неприятный мокрый ветер, отчего Оливье, оставшийся в одной футболке по вине Антуана, вздрогнул и поёжился. На секунду Гризманну захотелось поинтересоваться не холодно ли Жиру, не хочет ли он поскорее в тепло, но он тут же выкинул эти мысли из головы. ‘Мы же не парочка, меня не должно это волновать. И не волнует’, - проговорил мысленно он, но незаметно для себя ещё ускорился до машины. Все. Дело сделано. Они справились. – Надо же, вы не перегрызли друг другу глотки, очаровательно, - удивилась Мод, как только оба парня запрыгнули на заднее сидение, и Майкл, сидящий за рулём, тут же тронулся с места, - Предлагаю это отметить, вы за? – Меня домой отвезите, а дальше куда пожелаете, - отрезал Антуан и уставился в окно, скрестив руки, всем своим видом показывая, что продолжать разговор он не намерен. Оливье вздохнул и пожал плечами. Последняя надежда хоть как-то подружиться с Гризманном утекла сквозь пальцы. – Я тоже домой. Нет настроения, - Оливье снова уперся взглядом в свои колени, что вызвало цоканье со стороны Антуана. – Ну хоть оба живы, и на том спасибо, - оптимистично подметил Мануэлло, и Мод, кивнув, расплылась в улыбке. Какая разница что происходит между парнями на самом деле? Оба получат желаемое, не это ли главное?