Я успею 20

_Mordoboy_ автор
рисовое вино соавтор
Mai Nakano бета
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
Ким Тэхён/Чон Чонгук, Чон Чонгук/Ким Тэхён
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Макси, написано 24 страницы, 5 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Hurt/Comfort Алкоголь Ангст Драма Дружба Курение ООС Отклонения от канона Психология Романтика

Награды от читателей:
 
Описание:
Свешивая ноги с крыши и безучастно разглядывая угнетающее мрачное небо, Чонгук впервые приходит к мысли, что природа действительно не терпит пустоты.

Спасение пришло и к нему.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Part 5.

15 февраля 2020, 16:39
Чонгук не ест второй день: не то, чтобы морит себя голодовкой, просто кусок в горло не лезет. Чонгук не подпускает близко к себе Хосока второй день, ссылаясь на простуду и риск случайного заражения. И пускай логика кончается уже здесь, где у первого отменный иммунитет спортсмена, а возмущённый старший не может предложить хотя бы свежевыжатый сок с кучей витаминов, но второй день Чонгук не покидает квартиру, когда обычно нахождение в четырёх стенах больше нескольких часов становится для него небольшой персональной пыткой. Прошло всего два дня, а Чонгук уже пытается уйти в себя. Сегодня он работает за компьютером дольше обычного. Хосок ещё неделю назад просил помочь за неопределённый срок сделать небольшой отчёт в виде табличек по всем прошедшим в последний месяц операциям в интернете. Чонгук не ленился, а просто догадывался, что вскоре ему снова придётся конкретно отвлекаться от внешнего мира — а его чутьё редко подводило, — потому сейчас около трёх часов он ещё будет щёлкать мышкой и тарабанить по клавиатуре. Лишь бы не вставать с места, лишь бы не дать себе повода покинуть эту комнату. На рабочем столе, буквально возле локтя Чона уже минут так двадцать настойчиво гудит мобильник, который парень с тем же успехом игнорирует — Хосок даже не пробует снова постучаться в комнату и нервировать младшего, так и не получив в ответ ровное «ничего». Отчаялся? Вряд ли, он лучше уж будет мозолить глаза собственным именем на дисплее и вибрацией, чем станет причиной нового нервного срыва. — Да? — чем чёрт не шутит. Чонгук уже откатился на кресле подальше от компьютера, растёр ладонями раскрасневшиеся глаза и отошёл к окну, пока принимал вызов и подносил к уху телефон. Солнце уже медленно скрывалось за горизонтом, оставляя за собой напоследок малиновую полосу света. — Кимчи, — голос друга из динамика был тихим. Слишком тихим для него, отчего что-то в груди Чонгука пропустило удар. — Я приготовил для тебя кимчи и хотток с мёдом. Ты выйдешь на кухню? Сильно зажмуриться получается само собой. Молниеносно сбросить вызов, швырнув устройство на идеально заправленную кровать и вытянуть из почти пустой пачки одну сигарету, что прежде пылилась в углу тумбочки — почему-то тоже. Парню хочется много что сказать, много о чём помолчать в присутствии единственного близкого душе человека. Хосок хороший — это безоговорочно. Хосок добрый и заботливый, эмпатичный, тёплый и искренний. Он не будет желать почти своему брату чего-то плохого. Тогда почему из-за него начинает происходить что-то несуразное и сбивающее с толку? Запутался. Телефон на кровати вибрирует, и уже со своего места удаётся разглядеть в автоматически всплывшем на дисплее диалоге фото большой зелёной тарелки с квашеной капустой и стоящей рядом стеклянной пиалы с пышными лепёшками. Юноша совсем не падок на вкусную еду, пускай домашнюю, пускай приготовленную Хосоком, но за двое суток его желудок впервые издал какие-то звуки. Но для того, чтобы покинуть комнату, это стало лишь поводом. Слишком много противоречий. Прошло целых два дня, а Чонгук только сейчас пытается выбраться из клетки.

*****

Противоречий правда много. Слишком много, чтобы не обращать на них внимания. Сейчас Хосоку не нравится абсолютно всё: как Чонгук сидит напротив него почти без движений, как смотрит вперёд совсем безучастно, бездумно ковыряясь сервировочной вилкой в тарелке с капустой, и ведёт себя так, словно сильно на этом сосредоточен. — У меня в ленте сегодня вылезло фото Хвасы, селфи с новой девушкой, — совсем тихо проговорил он, наконец оставив своё занятие и подняв взгляд, и лучше бы он этого не делал: взгляд Чонгука до сих пор вызывает лёгкий холодок по коже. — Ты был прав, Ёнсон смогла сделать её счастливее. Ещё одна вещь, за исключением заботы Хосока, которая могла вызвать у младшего что-то действительно светлое во взгляде — упоминания о его бывших девушках. То, как они живут после Чонгука — их нынешнее мировоззрение, чёткая позиция в жизни и улыбка на лице от чего-то простого — всё это парень вспоминает чаще за неимением стимула, без которого так и чешутся руки бросить всё и позволить пойти по наклонной. Хосок видит, внимает и молчит. Это «всё» имеет слишком большой вес, чтобы так бездумно позволить ему уйти в никуда. — Да, я тоже видел, — он коротко кивает, ловко перехватывая из чужих рук вилку и помогая наложить в пустую тарелку немного еды. — Если честно, то я и не так давно узнал, что она бисексуал, но какая разница, если ей так хорошо? — Не важно, — соглашается тот. — Как и с Тэхёном, верно? Рискованно. Очень рискованно. Но лучше уж решить небольшие недоговорённости сейчас, немного позже, чем молчать и дальше. — Ещё раз. — Ты же сам понимаешь, что ни с одной девушкой у тебя не выходило сохранить дружеские отношения, — Хосок выдерживает небольшую паузу, после поджимая губы и продолжая после затянувшегося молчания. — Я не знаю, какой Тэхён ориентации, но я точно удивлюсь, если из-за вашей половой принадлежности многое изменится. — Мне ещё не нравились парни, — ответ прилетает незамедлительно. — Зато я не удивлюсь, если он скажет точно так же. Старший не понимает ещё одной небольшой вещи. Почему о ней так упорно молчат — совсем не понимает. Быть может, если попробовать разрешить её самому, то всем станет проще? — Тэхён был моим школьным приятелем до того, как я познакомился с тобой. — И именно поэтому ты решил выбрать его? Сломать нашу систему? — Я правда не ожидал увидеть его там, — сам себе кивает Хосок, ещё раз убеждаясь в том, что Вселенная имеет неплохое чувство юмора. — Он по мне сильно соскучился за годы. И так вышло, что именно несколько дней назад он нашёл мой номер и захотел встретиться, я здесь не при делах. — Сумасшествие, — Чонгук беззвучно стонет, зарываясь в волосы и оттягивая густые пряди, надеясь, что лёгкая боль сможет отрезвить. Он верит, он, безусловно, верит, у парня нет повода даже соврать ему, и от этого становится даже страшнее. — А зачем он устроил то представление? — Ты меня спрашиваешь? — нервная усмешка вырвалась сама собой. Если бы он сам знал, то, наверное, даже смог бы вовремя среагировать. — Он всегда был немного странным, но тогда я абсолютно ничего не понял. Хосок всё ещё не понимает такого внезапного скачка в сторону младшего, пускай Тэхёну заявил сразу на пороге, что Чонгук — его близкий друг, с которым они снимают квартиру. — Плевать, — резко выбросил тот, разделавшись с одним листом квашеной капусты и уже потянувшись за лепёшкой. — О жизненных проблемах всех тех людей я всегда узнавал сам, без тебя, за что огромное спасибо. А темы для разговора у нас точно должны найтись. Если я помогу этому парню, то уже не важно, каким способом. В конце каждого дня люди обычно подводят итоги. Думают и рассуждают, чего нового он им принёс, а что забрал с уходом солнца. О потере чего жалеют, каким приобретениям радуются. Для кого-то сутки — срок незначительный, несмотря на то, что за него может произойти что-то важное, пускай и малое. Та же потеря или приобретение, что-то по-настоящему хорошее или ужасное, отчего появляется желание только прокрутить всё назад в попытке что-то изменить. А Хосок не думает и не рассуждает. Он просто рад, что этот день подходит к концу, а подвести его итог можно максимально просто: от своих принципов Чонгук отходить не станет, и поэтому Тэхёну, что на протяжении целого дня напрашивался в течение недели зайти к ним в гости, должен быть только рад. По-своему, но рад.
Реклама: