4
12 июля 2019 г., 02:34
Дорогой дневник, завтра Новый Год! Мы с ребятами идем на базу. Как в том году, будем сидеть, общаться, а потом взрывать петарды. Будут все наши, кроме Антона. Прошло уже полгода, как мы с ним не общаемся. Он ушел в плохую компанию, к Выграновскому. Мне очень жаль, что я не остановил его.: (Но я все же надеюсь, что смогу его вернуть…
— Арсений, стол накрыт, спускайся. — услышал голос отца парень.
Закрыв тетрадь и кинув ее в ящик, он, как и в последние 6 месяцев, посмотрел в окно прежде, чем выйти. Оно не открывалось уже давно, да и свет там загорался редко.
Поужинав с родителями, Арс вернулся в спальню и оцепенел. В соседнем доме загорелся свет и показался знакомый силуэт. Неужели? Не задумываясь, Арсений подбежал к окну, прижался носом и начал вглядываться в комнату напротив. Мужская фигура потерянно бродила, быстро шевелилась челюсть, а позже он резко остановился и подошел к окну. Как маленький ребенок, Попов пригнулся, чтобы тот не увидел, но было поздно. Антон видел шевеление, видел темную шевелюру, быстро опустившуюся вниз, и видел тень на полу. Спустя пару минут Арсений поднялся, но в окне уже никого не было и свет был выключен.
***
Новогодняя ночь обещала быть веселой. Арсений, как обычно, ждал ребят у памятника. Он не знает почему, но уже привык ждать друзей. Примерно через 5 минут они должны были подойти, но парня отвлек знакомый и такой родной голос. — Арс. Попов повернулся в сторону звука и увидел высокого парня перед собой. Благодаря свету фонаря он смог его разглядеть: вырос за эти пол года, стал мужественнее, лицо взрослее. Шастун был одет в черный пуховик, кепку и сверху капюшон, обычные черные джинсы и черные «Мартинсы». — А-антон? Он ничего не сказал, а лишь пошел в противоположную сторону от их базы, а Арс последовал за ним. Что-то кричало о том, что не стоит, но он слишком скучал. Парни шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Впервые за полгода Антон позвал его. Позвал по имени. Может это и ловушка, но мысли Арсения сейчас заняты не этим. Внутри все кричало от радости, что, казалось, он кинется обнимать парня до смерти. Шастун завел их в безлюдный парк, в котором фонарные столбы были сломаны, да и скамейки, говорят, испачканы некультурными школьниками. Но Антона это мало волновало, он залез на одну из скамеек и сел на спинку. Парень молча смотрел на бывшего друга, а тот стоял напротив и не понимал, что происходит. Шпала достал из кармана белую маленькую упаковку и через несколько секунд уже выдыхал никотин в лицо Арсения. — Куришь? — А сам не видишь? — огрызнулся тот. — Что нового? — Все по старому, только тебя не хватает. — в голосе Попова слышалась грусть. — Вам и без меня хорошо. — Нет! С чего ты взял? — возмутился Арс. — Вам всегда было без меня лучше. — тяжелая затяжка в легкие и выходящий дым из носа подтверждали, что он изменился. — У тебя что нового? Нравится новые друзья? — Да получше старых будут. И, к слову, они мне не друзья! Тишина. В это время Арсений рассматривал Шастуна. Длинные светлые пальцы теперь обвешаны массивными кольцами, а запястья — браслетами. Голос стал грубее, как и лицо, движения, речь. Антона теперь не узнать. Это теперь не тот мальчишка, с которым они вместе делали проект. Это теперь взрослый парень — Антон Шастун, носящий металл на руках и курящий красные «Marlboro». — Слушай, я не хочу делать то, что должен, я хотел бы поговорить. — прервал тишину Шпала и встал со скамьи. — Давай совместим? — он взял руку Арса и потушил о нее сигарету. Попов закричал от острой боли, но тут же получил удар с колена в живот. Скрючившись от боли, он чуть не упал, но Антон удержал его. — Мне сказали тебя избить. За каждый крик ты будешь получать новый удар. — З-зачем? — разгибаясь, но все еще морщась от боли, спросил Арсений. Высокий парень немного замешкался, явно думая, что ответить. И примерно через пол минуты раздался невнятный ответ. — Ну, я как бы с тобой раньше… дружил… — Но… — не успел договорить Попов, как снова получил удар. — Раздражаешь. — процедил Шастун. — Ты же сказал, что сам хочешь поговорить. — через силу вымолвил скрючившийся от боли Арсений. — Хочу… но не на этот вопрос! — раздраженно сказал Антон. — Если хочешь уйти домой на своих двоих, — парень посмотрел на жертву снизу вверх. — то задавай менее раздражающие вопросы. — Почему ты ушел к ним? — уже ожидая удара, спросил Попов, но тот стоял неподвижно и смотрел под ноги. — В тот день, в кафе, я увидел в глазах Эда мольбу о помощи, а ты, — Шастун поднял взгляд, в котором читалась лишь обида. — Не дал помочь ему. — Ты бы пострадал! — И что? Я бы помог ему, не важно какой ценой! — Для меня важно! — повысил голос Арс, но тут же получил удар в челюсть. — С каких пор тебя волную я? — С тех, когда ты переехал сюда. — через боль проговорил пострадавший. Арсений смотрел прямо в зеленые глаза-изумруды, которые понемногу начинали светлеть. Когда парень увидел Шпалу тридцать минут назад, то заметил темно-зеленые и пустые глаза. Этот взгляд обдал еще большим холодом, чем был на улице, но это не отпугнуло Попова. — Ты не искал мне замену? — хрипло спросил Шастун. — Конечно нет! Тебе нет замены, Антон! Ты — мой лучший друг. Ты им был, есть и останешься! — Врешь… — удар. — Ты теперь с Добровольским. И не думай, что я не вижу, как вы с ним смеетесь, ходите вместе… — еще один удар. — Значит тебе надо сходить к офтальмологу. — выплюнув кровь, сказал Арсений. — Я смотрю только на тебя! Каждый урок, каждую перемену, каждый раз, когда вы приходите в кафе с бандой, а я сижу там, я смотрю исключительно на тебя! — Да ты острить научился. — усмехнулся Шпала. — А еще ценить то, что дорого. — тихо проговорил Попов, а потом громче спросил. — Ты специально делал вид, что меня нет и мы с тобой никто? — Да. — Антон закурил еще одну сигарету. — Если ты спросишь, хотел бы я вернуться… Да, хотел. Но не могу. Едкий никотин врезался в лицо Арсения, и тот начал кашлять. Он не был против сигарет, но и никогда не пробовал. Да, он знал, как они пахнут, как правильно курить, чтобы не закашляться, но не пробовал их на вкус. — Дашь? — он кивнул на сигарету, и Шастун удивленно посмотрел на него, но позже, оглядев его измученное лицо, достал еще одну белую трубочку с табаком. — Почему? — У них свои правила. Если ты с ними, ты их и уйти нельзя. Только сбежать из города, но этого я делать не собираюсь. — дым вышел из рта собеседника густым облаком. — Я говорил на эту тему с Эдом. Он тоже пытался уйти из банды, но его запугали, и он даже не может возразить ничего. — Что они ему сказали? — Много чего. Например: что целым он точно — и это в вполе правда, потому что там есть пацан, который тоже хотел выйти, но ему отрубили палец- не выйдет из банды; что затравят его старшего замкнутого в себе брата; что он должен будет ходить и оглядываться, а там и до сумасшествия недалеко… — То есть, достаточно народу уже пытались выйти?! — сделал затяжку Попов. — Но почему никто не расскажет? — Хах, кому? Родителям? Да у многих родители не в здравом уме. Полиции? А им это нужно? Это же Россия, скажут: «разбирайтесь сами в своих дворовых играх». — А если собрать команду? Тех ребят, которые хотят выйти; наши тоже согласятся — за тебя все заступятся — например, Серега, Паша… — Их не впутывай сюда. — Согласен. — еще затяжка. — А если… — голубые глаза сверкнули и посмотрели в сторону Шпалы. — А если его подставить? Возьми его на спор, что он не сможет заняться сексом с официанткой в местном кафе. — Хм, — Антон задумался, выдыхая никотин. — А можно! Тогда я беру его на себя, а ты работницу. — оба начали улыбаться, как в старые времена во время игр. Зеленые глаза снова начали сверкать. Но пустота все еще была. Что-то до сих пор мучило Шастуна, но тот не говорил. Докурив, он затушил сигарету о скамью и повернулся к Арсению. — Арс. — Что? — Ты… — молчание, а после он перешел на шепот. — Ты помнишь наш поцелуй? — К- конечно! — Ровно год назад… — прошептал Антон и прижался лбом ко лбу Попова. — Да, ровно год… Они поняли друг друга без слов. Каждый хотел сейчас именно этого — повторить то, что было в прошлую Новогоднюю ночь. Еще с минуту они стояли, прижавшись лбами друг к другу, и первым решился Арсений. Он прижался к холодным, еще горьким от никотина губам и почувствовал, как тело Шастуна понемного расслаблялось. Руки обвили шею Арса, тело прижалось к измотанному телу, а губы жадно поедали друг друга. Этот поцелуй значил многое — они помирились; они до сих пор хранят верность друг другу; они до сих пор любят.***
После недавней Новогодней ночи прошло уже недели 2. Расспросы от ребят, куда пропал Арсений и почему не брал телефон, и расспросы от мамы, почему не отвечал на звонки и что с ним случилось, терроризировали его все Новогодние праздники. С Антоном они снова начали общаться, иногда выползали на крыши в одеялах, чтобы посмотреть на звезды. Частенько такие посиделки заканчивались нежными поцелуями. И, именно из-за этих посиделок, Арс заболел ангиной. Но из банды Шаста надо было вытаскивать, поэтому даже с температурой 38 и жутко болящим горлом он сбежал из дома в местное кафе. В нем всегда в дневную смену работала та официантка, которая сегодня должна была быть жертвой главаря банды. Сейчас учебное время, обычно они приходили после обеда, так что Попов не беспокоился о том, что может наткнуться на кого-нибудь. — З-здравствуй! — хриплым голосом Арс подозвал к себе девушку. — О, привет, Арсений. А почему ты не в школе? — Я, как бы, заболел. — Ой, может тебе какао теплого? — заботливо спросила официантка. — Я не против. Присядешь потом ко мне? — прохрипел Попов и попытался улыбнулся, но из него вырвался кашель. — Конечно! Через пять минут Арсений уже рассказал ей план. Конечно, изначально, ей все очень не понравилось — кто бы захотел стать жертвой изнасилования, хоть и поддельного. Но позже она и сама была не прочь преподать урок этому [цензура]. Вот и замечательно, остался Антон. Добравшись до дома и забежав в свою комнату, Арс быстро написал СМС Шастуну о том, что девушка все знает и готова. Сам он не сможет присутствовать на всем этом спектакле из-за сильнейшей температуры, поэтому Антон потом все ему расскажет. Когда прозвенел последний звонок, все из банды, кто еще учился в школе, побежали к выходу, в том числе Антон. Там их ждали остальные (взрослые) члены банды. Собравшись, они двинулись в сторону кафе. «Дай Бог, чтобы наш план сработал!» — думал про себя Шастун всю дорогу до забегаловки. Зайдя в помещение, сев за их столик и сделав заказ, наступила очередь Антона осуществлять задуманное. — Спорим, что ты не сможешь нагнуть официантку в этом туалете? — Хах, с какой стати мне это делать? — рассмеялся главарь банды, а позже и все остальные. — Ну не знаю, вчера, например, она так сладко стонала подо мной в этом самом туалете. — улыбнулся Шпала и посмотрел на девушку. -Глянь, как смотрит на меня. Девушка и впрямь смотрела него и улыбалась. Она была в деле, и это знал Антон, поэтому сейчас все зависело от него. Сможет ли добить главаря, чтобы осуществить план? Приложит все усилия к этому, потому что тоже хочет на свободу! — Слабо? — настырнее спросил Шаст. Главарь обернулся, посмотрел на официантку, повернулся к столу и поймал на себе кучу любопытных взглядов. Каждый ждал, как он поступит: примет вызов или же станет посмешищем и уменьшит свои права. Конечно же первое! — Не слабо! — мужчина допил свой напиток залпом и двинулся к девушке. — Привет, красотка, давай отойдем, дельце есть. Та с, казалось, неподдельным испугом в глазах, начала возражать, но пьяный мужчина — опасный мужчина, поэтому она двинулась за ним, сперва кинув взгляд на Антона. Час пробит, номер набран, полиция вызвана. Через несколько минут из кафе в наручниках выводили главаря, а девушка шла с одним из полицейских и у выходы бросила одобряющий взгляд на парнишку. План сработал идеально! Сообщив всем, что банда распущена, Шпала выбежал из здания и двинулся домой. Он хотел побыстрее увидеть друга и рассказать ему, что все закончилось. Забежав в комнату и открыв окно, он легонько постучал в соседнее, и из него высунулась темноволосая голова. — Все получилось! — восторженно сказал светло-русый мальчишка. — Ура-а! — прохрипел сосед и улыбнулся самой счастливой улыбкой. Они смотрели друг на другу через открытые оконные проемы, улыбались и были рады, что теперь тот ад, что был пол восьмого класса, наконец закончился. Еще с минуту смотря друг на друга, Антон поддался вперед, пытаясь дотянуться до Арсения, и тот попытался сделать тоже самое. Дотянувшись друг до друга и оказавшись в нескольких сантиметрах, их губы соприкоснулись в уже таком родном и нежном поцелуе.
