Воля Владыки...

Понимая, что сейчас говорить с королем не о чем, мы с Митрандиром одновременно покинули его временные покои. Заметив лодочника, волшебник быстро подошел к нему, произнеся: - Бард, - они поравнялись, в тот момент как я осталась стоять в стороне, - тебе по душе все это? Золото настолько важно для тебя? Хочешь заплатить за него кровью гномов? - До этого не дойдет, – ответил лодочник, мельком посмотрев на меня. – Эту схватку им не выиграть. - Это не остановит их, – раздалось со стороны, от чего я, вместе с Гендальфом и Бардом повернулись, увидев в нескольких метрах от нас полурослика, одетого точь-в-точь, как гном. – Думаешь, гномы сдадутся? Никогда. Они будут биться насмерть за эту гору. - Бильбо Беггинс, – произнес волшебник, на что хоббит улыбнулся, словно был рад увидеть старого друга. Немедля вернувшись в шатер Владыки, маг сразу продолжил, словно получив какой-то козырь в руки: - Трандуил – не развязывай войны с гномами, – повернувшись к Митрандиру, король смерил его недовольным взглядом. – Они будут стоять за нее до последнего и могут расстаться с жизнями, если это понадобится. - Значит расстанутся, – спокойно ответил тот, коротко посмотрев на меня, стоило переступить через «порог» - Что? – вмешался Бильбо, пройдя мимо меня, выступив слегка вперед. – Нельзя же убивать их только из-за сокровищ горы, – но, ощутив на себе тяжелый взгляд, осекся. Отступив в сторону и заметив, как Бард кивнул мне в сторону кресла – отрицательно покачала головой, давая знать, что не хочу садиться рядом с ходящим по шатру королем. Жестом «сказав» ему присесть, я встала возле стола, закрепив руки спереди и замолчав, краем глаз увидев, как Владыка начал медленно подходить к своему трону, произнеся: - Если я не ошибаюсь, - и грациозно опустился на него, грозно смотря на Бильбо, - это тот полурослик, что выкрал ключи от темницы из-под носа моих стражников? – хотя вопрос прозвучал скорее, как утверждение. - Да-а, - протянул хоббит, явно испытав неловкость, - прошу прощения, – но мне, от чего-то стало тепло на душе: он представлял из себя некоего рода простоту и добросердечие, заставившие меня слабо улыбнуться. В прочем – барда тоже, явно удивившегося его смелости и даже частичке бесстрашия, раз все же осмелился прийти сюда. - Я принес вам, - Бильбо достал из-за пазухи какой-то сверток, начав разворачивать и положив на стол, - вот это. Откинув последний лоскут, он открыл всем переливающийся, круглый камень, который не был похож ни на перламутр, ни на что другое. Подобный я ни разу не видела… А вот Трандуил, судя по всему, видел: медленно поднявшись со своего трона, он удивленно и, я бы даже сказала слегка опечаленно, словно не хотел, чтобы его когда-либо нашли, посмотрел на камень, сказав: - Это сердце горы. Королевский камень, – при всем желании дотронуться до него и посмотреть поближе, я заставила себя остаться на месте, лишь обменявшись с Митрандиром взглядами. - И стоит по-королевски, – поднявшись, Бард подошел к столу, протянув к камню руку. - Угу, – раздалось со стороны хоббита, от чего все сразу посмотрели на него. - Откуда он у тебя? - Это моя четырнадцатая часть сокровища, – ответил он, взглянув на лодочника. - Зачем ты его нам принес? Ты ничего нам не должен. - Это не ради вас, – с улыбкой продолжал Бильбо. – Я знаю, что гномы бывают упрямыми, упертыми и невозможными. Они подозрительные, скрытные, а манеры у них вообще хуже не куда, но-о, они так же храбрые, и добрые, и весьма преданные. Я очень полюбил их и буду рад спасти, если смогу, – в его взгляде читалась неподдельная надежда. – Торин ценит этот камень превыше всего. Я думаю, в обмен на него он отдаст то, что принадлежит вам, и тогда не нужно будет воевать, – Бард и Трандуил переглянулись, а я облегченно выдохнула, посмотрев на волшебника. Казалось – проблема с войной решена, но он от чего-то был мрачен… Слишком мрачен. Я знала волшебника достаточно хорошо, за годы нашего долгого знакомства, однако, никак не могла понять, что на самом деле его беспокоило: упрямство гномов, или жестокость Владыки эльфов. Он говорил об угрозе со стороны орков, но если опасность на столько реальна, то почему же всех беспокоят только гномы и сокровища в горе? Ох, мне определенно не стоит начинать этот разговор. - Что ж, - продолжил Трандуил, не теряя уверенности в голосе, - если с рассветом гномы откажутся выполнять наши условия – мы захватим гору силой, – Гендальф не довольно вздернул головой, но возражать не решился. – Перед завтрашним днем всем нужно отдохнуть, – и посмотрел на меня. – Не проспите – мы не будем никого ждать. Коротко кивнув, я первой покинула его шатер, заметив возле входа, стоящего Вельдрина, мельком посмотревшего на меня – должно быть, в какой-то момент он понял, что я с королем, по тому и прекратил поиски. Желая уйти как можно дальше от покоев Владыки, я практически не разбирала пути, петляя в сплетениях разрушенного города и перешагивая через развалины. Теперь мне уже было все равно на проходящую мимо стражу, которая кланялась при виде меня, приветствуя или вовсе расступаясь в стороны – эльфы, народ еще сложнее, чем люди и, тем более гномы. Поняв, что оказалась едва ли не на самом краю некогда одного из залов Дейла, вдали от всех людей и эльфов, я посмотрела на казан с горящим внутри костром и, почувствовав усталость, опустилась на край пола, поставив ноги на единственно оставшуюся ступень: должно быть, из зала вела вниз лестница. Облокотившись на колени, я вздохнула, положив подбородок на ладонь – отсюда открывался вид на гору. Не такой, как от шатра Трандуила, но все же… Два ярко горящих огня били видны с моего места – гномы готовились к утру, ведь, если они не укрепят бастион – эльфы захватят крепость без особых усилий. До чего же гномы бывают упрямы… Но с другой стороны – алчность и жажда золота есть в каждом… Вероятно, даже в родителях была… О-ох, как же это не просто – эльфы, которые знали Имадриэль и Селеберна – говорили, что они были храбры и отважны, защищая других больше, чем свои жизни, но Владыка эльфов… Он говорили о них так, словно те были в правду безумцами, способными броситься в любой бой безо всяких размышлений, грезя им, а не своими жизнями и жизнями своих солдат. Дядя никогда не говорил о их безрассудстве, порой упоминая о слишком большом рвении отца вступить в схватку с теми, кто пытался нарушить границы наших земель, но все же всегда признавал брата прирожденным лидером. Как же все-таки больно признавать очевидного – я не знала своих родителей. Не помню их лиц и даже голосов, от чего в груди больно щемило. Представляю, что чувствует Леголас, ведь он так же не помнит своей матери, а отец не хочет об этом говорить… Или не может. Ему так же больно, и эта рана никогда не заживет, если любовь была настоящей… Опустив голову на скрещенные руки, я втянула носом прохладный вечерний голос, который уже практически превратился в ночь. С каждым приходом ночи, на небе появлялись звезды – их свет поражал и дарил на удивление, распространяющееся внутри тепло. От одного только созвездия по моей коже бежали мурашки, ведь они были так далеки и так светлы, захватывая дух и напоминая далекий дом, в котором звезды казались ближе и на много больше. Но больше Белые горы не могут считаться моим домом… Давно уже не могут. - Не стоит проводить ночь на ветру, – раздался позади бархатистый, мужской голос, от чего я вздрогнула, едва не сорвавшись ногами вниз и в последний момент понадеявшись, что это не было заметно. – Особенно когда они холодные, – даже не поворачивая головы, мне было известно, кому он принадлежал. - Я не замерзну, – тихо ответила я, услышав шаги позади. – На воздухе мысли становятся яснее и не кажутся столь мрачными, – от сильного порыва ветра мне пришлось поежиться – мурашки слишком быстро пробежали по коже. Едва слышно чихнув, я вдруг ощутила, как на плечи легло что-то теплое. Тут же подняв голову, я поняла, то это королевская мантия, расшитая розами – та самая, которую мне приходилось видеть на плечах Владыки. Сразу посмотрев на вставшего рядом светловолосого эльфа, все так же облаченного в черный камзол, я только и смогла произнести: - А как же вы? - Для меня ветер совсем не опасен., – с легкой ухмылкой ответил Трандуил, на что я не нашлась, что ответить, замолчав и снова посмотрев на гору. Ночь выдалась тихой, если не считать голосов людей вдалеке и шума доспех войска эльфов, которые были готовы к бою лучше, чем кто бы то ни было. Удивительный вечер, давно мне не приходилось проводить его…так. Вздохнув, я почувствовала исходящий от мантии короля легкий аромат хвои и жасмина – поразительное сочетание, вскружившее голову и заставившее по щекам пройтись легкому жару. - Это утро станет решающим и для гномов, и для нас, – практически прошептала я. - Их участь уже решена, – король продолжал оставаться спокойным, судя по голосу. – За упрямство всегда приходится платить, – подняв на это голову, я увидела, как Владыка смотрит на гору с заведенными за спину руками, словно истинный полководец, который оценивает поле боя и думает над расстановкой сил. Каждый его вдох был пропитан величием и аристократией, которую мне приходилось видеть только в собственной семье и Халдире, оказывающимся рядом всякий раз, когда я нуждалась в этом. Но в Трандуиле я видела нечто…большее. Он в правду отличался от прочих эльфов, даже от эльфов Лотлориена, к которым был ближе всего, по образу жизни. - Жизнь – слишком высокая плата, – продолжила я, снова отвернувшись к горе. - Последняя, которую приходится платить всем, – снова опустив голову на руки, я тяжело вздохнула, не имея ни сил, ни желания, чтобы как-то возразить. Услышав легкий шорох рядом, я, не поднимая головы, посмотрела в сторону: король опустился на пол рядом со мной, согнув одну ногу в колене, практически под собой, а на колено другой – оперевшись рукой, продолжая сохранять выправку и выдержанность. Стоит признать, что подобный…шаг с его стороны сильно удивил меня, но подавать вида я не стала, решив не придавать этому явного внимания. Аромат жасмина и хвои усилился, и я невольно чихнула, поспешив прикрыть рот, однако, судя по тихой усмешке Владыки – поняла, что он все же услышал это. Все же, он более, чем… О, нет-нет, не стоит думать об этом. Дотронувшись подбородком до ладони, я окинула пустошь взглядом, видя пляшущие языки пламени внутри горы. - Никогда не перестану удивляться этому явлению, - начала я, - день сменяет ночь, а ночь после снова уступает дню, превращаясь в зарю всех цветов багрового, оранжевого и розового. - Лишь ночь расставляет все на свои места, а день – несет новую надежду и жизнь, – так же тихо проговорил Трандуил, все еще сохраняя лед в голосе. - Лишь тем, кто выжил, – заключила я. - Иногда и для выживших рассвет несет бОльшую гибель, чем наступление ночи, – мы одновременно повернули головы, посмотрев друг на друга. - Я не представляю, что может произойти, чтобы на утро стало еще больнее, – мой голос стал похож на шепот, как и его. - Надеюсь – не узнаешь, – минутная тишина снова заставила разойтись жару по моей коже, но очередной порыв ветра его словно «сбил». - Я знаю, подобные вопросы не стоит задавать…вам… Но если не спрошу – буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь, – эльф расправил плечи, будто на одной из аудиенций кто-то из подчиненных решился его о чем-то попросить. – Никто не отзывался о моих родителей так, как это делали вы. Скажите, какими они были для вас? – словно, не ожидав именно этого вопроса, Владыка отвел взгляд, который практически сразу стал «стеклянным», какой обычно бывает, когда задумываются или уходят слишком глубоко в воспоминания. - Имадриэль была упрямой, и удивительно мягкой. Подобно воде она владела мастерством убеждения и стойкостью, вместе с этим в любой момент готовясь стать «штормом» и сокрушить одним лишь гневом любого, кто станет угрозой для семьи, – он замолчал, и мне показалось, на одно мгновение, что в его глазах вспыхнуло пламя. – В тот день она стала «штормом», желая помочь Мэриэнме уничтожить Огненные машины, – и снова молчание, от которого внутри меня все сжалось. – Именно от их пламени они обе погибли, а Селеберн… Увидев ее гибель – потерял рассудок, начав крушить врага, не чувствуя ни усталости, ни боли от ран. Его нашел твой дядя, среди прочих тел. Король Белых гор был сильным и храбрым, и он слишком сильно любил твою мать, не выдержав боли потери. Сейчас, говоря с Тарндуилом, я видела, как искра жизни в его взгляде начала постепенно угасать, становясь горсткой пепла, который вскоре растаял в сверкнувшем языке пламени от факела. При всей боли, которую он чувствовал и пережил заново, лед в сердце и холод в голосе оказались единственным выходом, и теперь я это поняла, только толку от этого было мало. Признаться – не хватило духа, видя, как заставила вспомнить гибель любимой жены и друга, а сказать даже простые слова сочувствия – не посмела, ведь только он понимал всю тяжесть утраты. Потерять кого-то кого любил и хорошо знал на много тяжелее, чем потерять того, с кем и вовсе не был знаком. - В тебе сохранился ее нрав и его неусидчивость, – словно очнувшись от воспоминаний, он перевел, ставший осознанным, взгляд, на меня, с легким удивлением продолжив. – Если ты правильно воспользуешься ими – не постигнешь участи своих родителей. - Спасибо, – как можно искренней проговорила я, заметив частичку непонимания в его глазах. – Все отзывались о них с почтением и говорили только о хорошем, не упоминая упрямства или вспыльчивости – полагаю, из-за уважения, но вы – сказали мне то, о чем не упоминал никто, – склонив голову в знак ответа, он начал пристально вглядываться в мои глаза. Чувство неловкости снова заставило щеки залиться жалом, но очередной порыв ветра привел в чувства, заставив снова отвернуться к горе и поежиться – все же, Владыка был прав, ночи холодные. - С рассветом ты покинешь Дейл, - снова тихо проговорил Трандуил. – Вельдрин проследит за тем, чтобы ты не вернулась. - Вельдрин вернет меня в Белые горы? - Нет. - Почему, тогда, вы отправили меня с охраной к дяде? - Формальд своенравен. Весьма. А по тому – твое возвращение лучшее соглашение с ним. - Не знала, что между вами и ним есть разногласия, – прошептала я. - Верно, их нет. От того обязан был оказать ему помощь. - Ваша рассудительность не может не поражать меня, но все же, я покину Дейл только тогда, когда сочту это нужным. Сейчас мое место здесь. - Только в границах разрушенного города. - Не уверена, что правильно поняла вас, – повернув голову, я столкнулась с его голубыми глазами. - Ты останешься здесь. - Я не имею отношения к Лесным эльфам, и не подчиняюсь вашим приказам. - Сейчас Я твой Владыка. - Может быть. Но я не смогу пойти против своей совести и остаться в стороне, спасая СВОЮ жизнь ценой чужой. - Упрямство не сохраняет жизни. - Нет, их сохраняют стражники – слабо усмехнувшись, Трандуил задумался, опустив взгляд. - Что ж, хорошо. Будешь в конце самой последней шеренги. - Но… - Споры здесь неуместны, – медленно поднявшись, король посмотрел на меня свысока. – Эту ночь можешь провести в моем шатре, чтобы не замерзнуть. Не успела я что-то сказать или даже просто кивнуть головой, как он поднялся и, больше не проронив ни слова, ушел. Как странно, но в то же время…любопытно… Обернувшись, я увидела нескольких стражников, стоящих поодаль – вот уж в правду непревзойденное выполнение приказов. Мне есть чему у них поучиться. Усмехнувшись собственным мыслям, я втянула ночной воздух через нос, прикрыв глаза и слабо улыбнувшись. Стоит признать, что во Владыке было что-то, что вне всяких сомнений притягивало меня. Его способность сочетать в себе строгость, но вместе с этим открытость и честность. Сейчас подобное редко в ком встретишь. Хотя, возможно, это я редко кого подпускаю к себе: люди и гномы смертны, а эльфы… Не многие из нас отличаются той отзывчивостью, которая могла бы соответствовать моей степени доверия. Легкая усталость начала постепенно брать верх над сознанием, заставляя погрузиться в легкую черную пелену сна. В один момент моргнув, я открыла глаза и вдруг увидела перед собой водопады, цветущие деревья и невероятный простор. Солнце было в зените, и согревало своими лучами, не позволяя сильным порывам ветра, пробегающим по коже, замерзнуть. Хотя, помимо солнца, меня согревала длинная накидка на плечах, стелющаяся по части каменной скамьи, на которой я оказалась, и части земли позади. Длинное платье из темно-синего бархата закрывало лодыжки и даже короткие сапоги, но самым главным украшением по-прежнему оставался широкий браслет, подаренный эльфами из Лотлориена. Прикрыв книгу, заложив палец между страницами, я закрыла глаза, втянув воздух через нос, слушая мелодию воды, падающей со скал. Разумеется, я уже была здесь много раз, но всякий раз попадая в Ривенделл не могла не поражаться его красотой. - Тот, кто ищет уединения – всегда найдет его, – раздалось рядом, от чего я медленно открыла глаза, увидев в паре метрах от себя высокого, темноволосого эльфа, волосы которого увенчал золотой венец из сплетения нескольких, изящных нитей, переливающихся перламутром в лучах солнца. - А найдя – либо потеряет покой, либо обретет его, – ответила я. С минуту помолчав, словно прицениваясь друг к другу, мы одновременно тихо рассмеялись, от чего я отложила книгу в сторону, поднявшись на ноги и машинально скинув с плеч накидку. Пара широких лямок, спущенных на плечах, удерживали приталенное платье на моей фигуре, не давая ему упасть или выглядеть помятым, расклешенная юбка и широкий пояс – весьма простое убранство, для эльфа. - Рад тебя снова видеть, Сэлиэль, – проговорил мужчина, взяв мои руки в свои и добродушно улыбнувшись. - Владыка Элронд, - начала я, склонив голову и снова посмотрев на эльфа, одетого в серебряно-зеленый камзол, заправленные в высокие сапоги штаны и плащ. – Благодарю вас за приглашение, посетить ваши владения. - О, не могло быть иначе, ведь на сколько я помню, мы не виделись уже шесть лет, четыре года из которых – ты не посещала даже Лихолесья, – еще минута, и он порывисто обнял меня. Ответив на его объятия, я сразу почувствовала сильный аромат свежести после дождя и сирени, зная, что в королевстве Владыки могу почувствовать себя по-настоящему в безопасности. - Прости, что задержался, – продолжал мужчина, слегка отстранившись от меня. - Линдир сказал – ты уехал еще на рассвете, – мы одновременно медленно пошли вдоль широких перил балкона, на котором оказались. – Что произошло? - Нам по пути встретились орки. - Много? - Около трех десятков. Полагаю, они искали кого-то. - Кого-то из наших? – разумеется, я имела в виду эльфов. - Линдир сказал, что осталось дождаться только эльфов из Лихолесья, – я нахмурилась. - Что им может быть нужно от них? - Один из королевской семьи, полагаю, – машинально остановившись, я посмотрела на Владыку, нахмурившись. В тот же миг мы услышали громкий эльфийский рог, возвещающий о чьем-то прибытии. Заметив легкую улыбку на его лице, я сорвалась с места, помчавшись в сторону балкона северной стороны. Едва не сбивая по пути слуг и встречающихся эльфов, я перепрыгнула несколько ступеней небольшой лестницы, вскоре буквально налетев на широкий каменный поручень. Едва ли не перегнувшись через них, я окинула взглядом большой двор, в который въехало несколько всадников на вороных конях. Их одежда была выполнена в нежно-голубых и серебряных оттенках, указывая на Клан эльфов Морского Порта. Не-ет… Выдохнув, и выпрямившись, я услышала тихие шаги позади, за которыми последовал размеренный голос Элронда: - Кажется, ты хотела увидеть кого-то другого сейчас, – и он был прав… - Я-я-я… Эм… Нет, что ты… - но не стоило создавать лишних иллюзий. – Мне просто показалось, что это… Нет, не важно… - натянуто улыбнувшись, я слабо ударила кулаком по перилам, посмотрев на правителя. На лице Владыки, как и в большинстве случаев, была легкая, снисходительная улыбка, от которой внутри становилось теплее. Эльф много раз помогал мне советом и предостерегал от опасностей, сразу видя, когда говорила не правду и выражая свое недовольство таким же снисходительным, даже выжидающим взглядом. Сейчас, в его глазах было добродушие, в котором, словно в отражении, читалось снисхождение, словно все оказалось ясно без слов. - Кхм, эльфы Морского порта? – произнесла я. – Разве, они уже не здесь? - Здесь. Прибыла принцесса Анайра – это же, - он едва кивнул в сторону двора, - часть ее стражи. - Она прибыла одна? - Говорят, в Море нужен жесткий характер, – мужчина лукаво улыбнулся. - Тогда – мне стоит с ней познакомиться раньше ужина. - Возможно, – указав рукой в сторону, словно приглашая пройтись, он медленно прошел вперед, и я последовала его примеру. – Подозреваю, ты думала, что прибыли эльфы Лесного королевства, – но я снова промолчала, закрепив руки спереди. – А еще я наслышан о том, что многие из Белых гор, говорят о том, что ты и Леголас заметно сблизились, несколько лет назад. - Он помогал мне в стрельбе из лука и владении коротким клинком… Мы стали друзьями, полагаю. - Есть те, кто считает, что это больше, чем дружба. - Оу… - это было слишком неожиданно. – Нет-нет. Нет, это только дружба, – на самом деле, я впервые задумалась об этом вопросе. Леголас был для меня как друг, готовый помочь, что-то объяснить и выгородить перед своим отцом, чтобы тот не начинал долгих речей о правилах поведения и не выказывал очередного недовольства. Разумеется, до нас обоих доходили слухи о том, что принц может испытывать ко мне более теплые чувства, да и я к нему тоже, но то были просто слухи, и не более. - Мы оба наследника своих государств, и понимаем, что подобный союз недопустим, – произнесла я, заметив, как приехавшие всадники начали спешиваться. - Или только ты это понимаешь? – но вопрос, разумеется, прозвучал, как риторический. - Нет-нет, Леголас солидарен в этом со мной, и не станет строить неоправданных… - Однако, почему твой дядя запретил тебе ездить в Лесное королевство? – и снова нотка лукавости в голосе. - Он… Ну он… Я-я-я… Я не знаю, – и тяжело вздохнула. - Ты прекрасно стреляешь и держишь в руках меч, но помни: оружие и война – не самое важное в этом Мире. - Я помню. Только, Леголас по-прежнему остается моим другом, хоть мы пару лет и не виделись. - Точнее, четыре года. - Если Владыкам так угодно – мы еще долго не увидимся. Кх-кхм, - поправив голос, я решила попробовать переменить тему, - значит, из Лихолесья не стоит ждать кого-то из королевской семьи? - Нет. От их королевства прибудет посол… - Что ж, понятно, – я натянуто улыбнулась, осознав, что дядя и Трандуил решили прибегнуть к избеганию меня, даже не смотря на простую дружбу между мной и кронпринцем. Мы вошли в небольшой сад, с окраины которого хорошо была видна просторная беседка, на площадке которой, во владении мечом, тренировались светловолосые эльфы из Лотлориена. Заметив одного из них, с ловкостью и мастерством избегающего опасных ран и ударов мечем, я машинально усмехнулась, и только успела понять, что это было слишком громко, как Элронд снова заговорил: - Порой даже самые лучшие из нас могут превратиться в камень, не замечая других. - М? – не поняла я, все еще внимательно смотря на воинов. - Вчера утром я говорил при прибывшей леди Галадриэль – она считает, тебе будет полезно провести какое-то время в Лориене. - Эльфы леса слишком высокомерны, - усмехнувшись, ответила я, увидев, как один из самых высоких эльфов отразил сильный удар. – Боюсь я не долго смогу у них гостить. - Тебя что-то тревожит? - Только их… В прочем – не важно, – и посмотрела на Владыку. – Это лишь мои домыслы, и не более, – после чего развернулась и медленно пошла дальше, в сопровождении Элронда. - Сэлиэль, все, кто находится в твоем окружении – желают тебе только добра. - Знаю. По тому – не стану противиться воле Владычицы Галадриэль, – вздох машинально сорвался с моих губ. – Мы бессмертны – и от этого заводить друзей становится еще сложнее. Разве можно разбрасываться теми, кто предлагает свою дружбу, не требуя ничего взамен? - Уверен, настоящие друзья не перестанут быть таковыми, даже спустя множество столетий. - Надеюсь, так и будет… - протянув, я в последний раз бросила короткий взгляд в сторону беседки, на пару мгновений столкнувшись взглядами с тем самым, высоким эльфом, который лучше всех сражался в тренировке. Его серые глаза заставили меня на несколько секунд замереть, но стоило моргнуть, как…