Воля Владыки...

Поднявшись и переступив чертоги дворца, верхние этажи которого поднимались к пикам гор, позволяя увидеть не только облака, но и необъятные просторы, я заметила, что здесь ничего не изменилось: серебряно-синие цвета присутствовали в каждом предмете интерьера, не нагружая его, как то было у людей. Еще несколько шагов, пара поворотов, и мы вошли в тронный зал, выстроенный на утесе скалы, с которой был видна бОльшая часть королевства. Именно этот вид напомнил мне зал в Лихолесье, с края которого я едва не упала, вовремя оказавшись схвачена за грудки Трандуилом… Трандуил… Его серо-голубые глаза, холод в них и уверенность заставили по спине пробежать легкому холодку. Остановившись по средине зала и взглянув на пустой трон, напоминающий несколько деревянных пик гор, окружающих королевство, я тяжело вздохнула. Много-много лет назад, я стояла возле него, видя, как дядя выносит кому-то приговор или принимает решения, влияющие на все королевство. Солнце постепенно близилось к закату, превращая зал в более мрачный и заставляя зажигаться небольшие лампы под потолком. - Что случилось, что мне пришлось отложить пое... – раздалось позади, но тут же «оборвалось». Быстрые шаги сменились на медленные и размеренные, вскоре представив предо мной высокого, темноволосого мужчину, облаченного в серебряный камзол, черные брюки и высокие сапоги. Его глаза отливали изумрудом, черты лица не изменились ни на дюйм, только между бровей появилась легкая морщинка, от того, что он нахмурился, положив руку на рукоять своего меча, висящего на поясе. Формальд… Его статность, строгость и уверенность в себе ни капли не изменились, лишь частичка удивления мелькнула во взгляде, но сразу сменилась на недоверие, которое не могло остаться незамеченным. - Сэлиэль, – тихо произнес он, словно удивленный. – Спустя не один год, тебя нашли. - Нет, Владыка, - вступила Биера, поравнявшись со мной, - Ее Светлость приехала к нам по своей воле. - Своей? – но он даже не посмотрел в ее сторону. – Пять сотен лет избегала моих земель, и вдруг…? – прищурившись, он сделал шаг назад, вскинув голову. – Племянница моя, в день своего отбытия из королевства, отреклась от всех реликвий, на сколько мне известно, – на его голове была корона, в виде аккуратных пик, напоминающих горные, из золота и алмазной крошки, переливающийся бликами заходящего солнца. - Вы приказали найти меня, Владыка, – раздалось в зале, и тут, с мужчиной поравнялся такого же роста эльф, со слегка вытянутыми чертами лица, такими же глазами и волосами, собранными в хвост из нескольких косичек у висков и увенчанных серебряным винцом из сплетений тонких нитей и драгоценных камней. – Сэлиэль, – шокировано прошептал он, замерев на месте, словно, не веря своим глазам. - Приветствую, милорд, – склонив голову, произнесла я. Алансель – старший сын дяди: сдержанный и рвущийся в бой. Именно с ним тренировался Леголас, и именно он оказывался всегда лучшим воином в королевстве Белых гор. Все эльфы принимали его и считали сильнее многих, а по тому, Формальд не раз отправлял его с войсками на границы земель или на помощь другим расам. - Хм, мне же приветствия не выказывала, – произнес дядя, всплеснув руками и начав пятиться назад к трону. – И как же понимать твое возвращение? – он сел на трон, дотронувшись рукой до одного из его подлокотников: статность и прямая осанка не покидали его ни на секунду. - Вы искали меня, Владыка, – ответила я. - М-м, да-а, я наслышан о том, что произошло в чертогах Лотлориена. Кто помог тебе? - Не стоит искать того, кого нет, - я не могла назвать имя Халдира, а по тому – решила скрыть все, что произошло в ту ночь, как можно тщательнее. – Я сбежала, обманув стражу. - Обманув? Они не на столько глупы, чтобы упустить эльфийку из виду. Хотя…ты быстро училась тому, что показывал много лет назад один из Лориенцев… Оромил, кажется, брал Халдира. Вероятно, мне стоит спросить их об этом? - Воля ваша, Владыка, – как можно сдержанней, ответила я, ведь если вступлюсь за одного из них – сразу станет ясно, кто помог на самом деле. - Владыка, - вступил Алансель, заведя руки за спину, с холодом во взгляде, - полагаю, мне стоит предложить отправить принцу Даурису известие о том, что ему нужно вернуться со своим отрядом домой, ведь принцесса найдена, и… - Не принцесса, нет-нет, нет, – перебил его дядя, строго смотря на меня. – Она отреклась от этого титула. - Но все же, мне отправить письмо? – и получил утвердительный кивок. Только парень собрался покинуть зал, сделав решительный шаг вперед, как вдруг оказался остановлен строгим голосом отца: - Не ты, нет. Биера, – девушка, кивнув, коротко посмотрела на меня, после чего вздохнула, и покинула зал, прикрыв за собой двери. – И так, что заставило тебя вернуться? - Тьма нависает над нами и, если все же найдет свое воплощение в затаившемся на севере Некроманте, нам всем сулит гибель, – проговорила я. - Некромант? – продолжал кузен, обеспокоенно посмотрев на отца. – Письмо Леди Галадриэль – она упоминала о нем. - Все это слухи, – отрезал король. – Пустые домыслы. - У Владычицы? Милорд… - Чернокнижник, заигравшийся с магией – нам нет до него дела! – прикрикнул тот. - Если он способен вернуть Темного Властелина, то нам стоит…! – вмешалась я. - Ты не имеешь здесь права голоса! – неожиданно вскрикнул Формальд, поднявшись с трона, от чего я машинально вздрогнула. – Больше нет… - и тихо добавил. – Ты отреклась от трона пять сотен лет назад, и…! - Тогда зачем вы искали меня, Владыка? Зачем приказали доставить обратно в королевство, не предоставляя выбора: силой или нет? - Довольно! Я больше ничего не хочу слышать! Стража – взять Сэлиэль под охрану и отвести в темницу! – он тяжело выдохнул, переведя взгляд на пол. – Завтра, на рассвете, она будет казнена… - Владыка… - шокировано протянул кузен. - Увести, – холодно продолжал мужчина, расправив плечи.

***

Темницы королевства Белых гор не походили ни на чьи другие – глубоко в горе, похожи не пещеры, со светом в самом потолке, словно то были звезды. Каменная лавка, одеяло и подушка – все, что в ней было. Стены, вышлифованные, словно потоком горной реки и подобные мрамору постепенно начинали сдавливать вески, а тишина, царящая на нижних уровнях, разрывалась редким пением птиц, иной раз залетающих в небольшие щели в горе и просто не знающих, как отсюда выбраться. Мне же, не нужна была та свобода, о которой они мечтали, ведь въезжая в земли, некогда принадлежавшие отцу, я знала, что дядя захочет меня казнить, по тому и искал сотню лет. Только…зачем ему это? Что мешает править Белыми горами и не думать о моем происхождении, ведь я давно отреклась от него? Сидя на скамье с согнутой в колене ногой, прикрытыми глазами и прислоненным к стене затылком, я пыталась присмирить безумный стук сердца, гулом отдающийся в ушах. Стража, стоявшая возле кованой решетки дверей, не издавала ни звука, будто превращаясь в каменные фигуры, и от понимания, что они все же рядом, по коже бежали мурашки. Все же, молчание – не всегда было «драгоценностью». - Зачем…ты вернулась? – раздалось тихо со стороны двери, на что я промолчала. – Ты знала, что будет? - Погибни я за пределами дома, не попытавшись что-то изменить – жизнь будет напрасной. - Твое безрасс… - Безрассудство – знаю, – открыв глаза, я повернула голову, взглянув на боком стоящего возле решетки эльфа. – Слишком многие говорят мне о нем, последнее время. - Полагаю, это были достойные эльфы. - И они в том числе, – но говорить совсем не хотелось, а по тому, я снова прикрыла глаза и отвернула голову, ощутив скатившуюся по щеке слезу. - И ты смиришься с этим? – но я промолчала, проглотив ком в голе – смерть с каждым часом подходила все ближе и ближе. – Смиришься, с тем, что расстанешься с жизнью на рассвете? – его голос стал чуть громче. - Такова воля Владыки – перечить ей я не стану. - Что? Ты слышишь, что говоришь?! На рассвете тебя казнят, и все будет кончено! - Что произошло с Формальдом? – но на его слова пришлось снова открыть глаза и поднять голову. – Я вижу, он переменился – не был раньше таким, – и посмотрела на кузена, с долей удивления смотрящего на меня. – Что произошло на самом деле? - Не знаю, – приглушенно ответил он, понурив голову. – Двести лет назад он покинул пределы королевства – отправился на помощь гномам. Меня же он отправил в Ривенделл, к лорду Элронду, на Совет… Я не был рядом, когда… Кхм… Его пронзила орочья стрела… Когда лекари залечили рану – сознание вылечить не удалось… Он…он переменился, стал жестче и кровожадней, – наши взгляды встретились. – А когда узнал, сто лет назад, что ты жива – стал одержим мыслью, найти тебя. - Для чего? Я отреклась от престола, и не хочу к нему возвращаться. - Если мои мысли правдивы – Тьма скоро нависнет над всеми королевствами. - И каковы твои мысли? - Приспешники Зла давно искали лазейку, чтобы вернуть своего Властелина и, боюсь, одной из них оказалась душа моего отца. Оставьте нас! – приказал он стражникам, которые сразу поклонились и ушли. – Даурис давно думал о том, что Злые мысли поразили его, а потому, с бОльшей охотой вызвался найти тебя, и искал неустанно. - Но, когда нашел – ничего не сказал, – сомнения все еще были – стоит ли верить его словам, особенно сейчас? - Это мне не известно. - И для чего же избавляться от МЕНЯ? - Если рассудок его поражен Злом, то ты, даже отречась от трона, представляешь опасность – твое сердце не жаждет трона, а по тому – больше обеспокоенно благополучием всего Средиземья, нежели одного королевства. Узнав про грядущую угрозу, ты могла бы желать объединения всех рас, что явно не на руку возможности восстать Темного Властелина. - Значит, убить меня, желание Тьмы, чтобы не было соединения войск рас? Как это может сделать эльфийка, у которой даже нет короны? - Кровь имеет не малое значение: за тобой пошли бы многие, будь на то необходимость. - М, – кивнув, я мельком посмотрела на пол: если слова Аланселя верны – нужно попробовать вразумить короля и не дать пасть Белым горам. – И как же помочь Владыке Формальду? - Даурис не успеет вернуться к рассвету, – он на несколько секунд задумался. – Стража подчиняется мне, но не пойдет против приказа короля. - Если не удастся его вразумить – я расстанусь с жизнью. - Я этого не допущу. - Не иди против отца… - Нет, я больше ничего не хочу слышать, – он выпрямился, будто переняв величие и неподдельную статность от своего отца. – Если в моих силах сохранить тебе жизнь – я это сделаю, – после чего развернулся и ушел. Не в силах встать, или даже окликнуть его, я снова прикрыла глаза, позволив еще одной слезе скатиться по щеке и обжечь ее, подобно пламени. Кузен, как всегда был добр ко мне, и не терял рассудка, однако, даже если бы стража пошла против воли Владыки, подчинившись приказам Аланселя – это не вразумит дядю. Он, судя по словам старшего сына короля, оказался в плену рассудка, захваченного Тьмой, а значит, не остановится ни перед чем, чтобы уничтожить меня. Но, как же это абсурдно?! Он вздумал, что во мне есть угроза? Какая?! Объединения войск рас? Никто не пойдет за мной… Не станет слушать и выполнять приказы, ведь чин, и способность призывать эльфов, как и любой другой народ, должны быть в крови, а я… Нет, в моей крови лишь одно упоминание о величии, не более…

***

Холодное весеннее солнце постепенно озаряло макушки деревьев, от чего кончики пальцев покрывались множеством «иголок». Потерев одну руку о другую, я натянула перчатки, поправив за спиной лук, пройдя через небольшую горную арку и остановившись на одном из выступов горы, с которого вниз, к еще одному выступу, тянулась узкая лестница. Расправив плечи, я окинула лесные просторы взглядом, почувствовав легкую усталость – несколько суток без сна давали о себе знать. Орки, на границах Ривенделла, слишком осмелели, напав на одного из сыновей Владыки Элронда, когда тот был в патруле со своей стражей. Благодаря стараниям Владыки, он шел на поправку, однако, Арвен не находила себе места, выражая настороженность в каждом присланном письме. Элрохир, младший сын Элронда, со дня на день должен был приехать к нам в королевство на Совет, миновав посты стражи и патрулирующие отряды. Вздохнув полной грудью и коснувшись небольшого медальона в виде листа Лориена, сквозь удлиненный камзол – прикрыла глаза. Эльфы Лотлориена, вместе с войском Лихолесья, предоставленным королем Трандуилом, сейчас же, судя по письму Арвен, находящемся в Ривенделле, вместе с ее отцом, решающим вопросы безопасности, зачищали Средиземье, иной раз наталкиваясь на троллей, появляющихся из ночной тени. Лориенцы были самоотверженны и отважны, порой, возможно, даже не задумываясь о том, что могут лишиться жизней, хотя… Они были на столько сильны, что подобное казалось абсурдом. - Леди Сэлиэль, - раздался рядом голос, от чего я открыла глаза, посмотрев на говорящего и узнав в нем одного из стражников, - пришли вести с границ, – я нахмурилась, боясь услышать очень мрачные новости. – Два часа назад на лорда Элрохира и его отряд напали гоблины. - Что? - Отряд наших воинов уже выехал им на встречу и позабо… - Мы выезжаем следом, – тут же сорвавшись с места, я начала спускаться по лестнице на другой выступ, вскоре войдя обратно в гору. - Ваша Светлость, это не самое лучшее решение, – стражник пошел следом, что стало ясно не только по голосу, но и шагам. - Как далеко отряд от наших границ? - Не больше мили, миледи. - Прикажи седлать коней – мы выступаем через минуту. Собери отряд – не больше десяти воинов. - Принцесса, Наместник не будет доволен… - Мы не оставим наших друзей. - Отряд уже отправился им на помощь. - Она лишней никогда не бывает, – резко остановившись, я обернулась, застегивая рукава камзола. – Седлайте коней, – после чего развернулась и пошла дальше. Все, кто ехал к нам в королевство, и из него в том числе, подвергались большой опасности и, стоять в стороне в такой момент, слишком бесчестно. Дядя не разрешал мне даже в патрули отправляться, не то, чтобы покидать пределы королевства, но… Быстро схватив колчан со стрелами и буквально сбежав по многочисленным внутренним ступеням горы вниз, я буквально ворвалась в просторные конюшни, тянущиеся на протяжении всей горы, имея, как ни странно, большое количество солнечного света, проникающего внутрь благодаря продолговатым окнам под самым потолком. Расторопность эльфов как всегда была непревзойденной, а по тому – мой конь уже был готов к поездке. Ловко заскочив в седло и пришпорив скакуна, я выехала в открывшиеся ворота, помчавшись мимо стражи, которая не осмелилась чинить препятствий. В окружении верных воинов, я мчалась по лесной дороге, не думая ни о чем, боясь выехать на окраину и увидеть место кровавой битвы. Прошел час… Лесополоса постепенно сходила на нет, и первое, что я увидела в просеке – это тела погибших: гоблины, эльфы… Среди тел, выискивая раненых и помогая им, эльфы перевязывали раны, сажали тех, кто был в сознании на коней и укладывали не способных двигаться в крытые повозки, пригнанные моим дядей. - Принцесса Сэлиэль, - один из эльфов отошел от скакуна, в седле которого едва держалась одна из стражниц Лориена, - что вы тут делаете? – он всплеснул руками, начав приближаться: Даурис – вот кого отправил Наместник. - Приехали на помощь, – ответила я, окинув взглядом свой отряд. – Взять в оцепление периметр – следите за каждым шорохом. - Да, принцесса, – отозвалась приехавшая со мной стражница, начав раздавать более четкие приказы отряду, который рассредоточился по полосе. - Уезжай, - продолжал кузен, нахмурившись и став очень похожим на своего отца. – Вернись во дворец, пока не поздно. - Я вернусь только с вами и со всеми ранеными, – начав стягивать с рук перчатки, я перевела взгляд на тело одного из гоблинов. – Сколько погибло? - Из отряда в двадцать человек – трое мертвы, шестеро ранены, одного не можем найти, – он завел руки за спину, словно выдавая отчет. - Кого не нашли? - Кхм… Командующего Оромила, – тут же посмотрев на парня, я заметила в его взгляде печаль. - Оромил? Он решился приехать? - Он был первым, кто вызвался поехать, на сколько мне известно, сопровождая принца Элрохира из самого Ривенделла. - Я отговаривал его, – раздалось позади, на что я обернулась, увидев высокого, темноволосого эльфа, с округлыми чертами лица, карими глазами и несколькими косичками, заплетенными у висков. – По крайней мере пытался, – его голову украшал серебряный венец, в виде легкой, сплетающейся к середине лба звезде. - Милорд Элрохир, - сразу произнесла я, поклонившись. - Принцесса, – он склонил голову и, только наши взгляды встретились, как порывисто обнял меня, слабо прижав к себе. – О, я рад снова видеть тебя, Сэлиэль, – и отстранился от меня, оставив руки на плечах. - Мне жаль, что на поле битвы. - Да, мне тоже, – юноша печально улыбнулся – так, как никто другой не умел. - У тебя улыбка отца, – прошептала я, получив улыбку еще шире. – Как Владыка Элронд? – и отошли друг от друга почти на шаг. - Он сейчас с Владыкой Трандуилом – решает вопросы тактики и охраны границ. - Для меня было странным узнать, что ты приедешь в сопровождении эльфов Лотлориена. - Это было не мое решение, – мы скептически переглянулись, посмотрев на поле боя. – Нужно найти Оромила, что бы не случилось. - Продолжайте поиски, пока не найдете его, – произнесла я, посмотрев на Дауриса. - Да, принцесса, – поклонившись эльф развернулся и ушел, подозвав к себе одного из воинов. Чувствуя подступающий мороз, я мельком посмотрела на Элрохира, а после – сразу перевела взгляд на просеку. Гоблины, похоже, сами не ведали, что делают, и нападали, не имея никакой тактики… Но что же заставляет их это делать? Страх? Просто смешно. Проведя рукой по волосам, я медленно пошла среди тел, всматриваясь в страшные морды монстров. Они не были похожи друг на друга – каждый своего рода уникален, и каждый не обладает достаточным количеством мозгов, чтобы пойти по своему пути, а не по пути «стада». Шаг за шагом я приближалась к окраине, и вот, за небольшим холмиком увидела огромного орка, поверх которого лежала половина не менее значимого пса. Он словно придавил своего наездника, вот только кровь на земле говорила о том, что умер гоблин от ран. Приблизившись, я увидела среди редкой, прошлогодней травы, с которой уже сошел снег, плетеный из ткани браслет. Белый переплетался с синим, имея несколько серебряных нитей, и легкую вышивку из одной линии темно-зеленой нити, слабо похожей на узор. Едва не наступив на браслет, я присела и, взяв его в руку, увидела пару капель крови на ткани. Как он мог оказаться здесь, если…? Тут же переведя взгляд на тело орка, я заметила буквально вдавленную в землю руку. Вернее, даже кончики пальцев, торчащие из-под него, похожие на человеческие… Точно не на орочьи. Сердце больно укололо, но это только подстегнуло меня: выпрямившись и свалив с гоблина остатки волка, я схватилась за жалкое подобие металлических доспех на его туше, и изо всех сил потянула на себя. Еще одна попытка… Еще… И еще… Он не поддавался… - Ну давай же! – протянула я, сильнее уперевшись ногами в землю и чуть ли не с криком заставив его откатиться в сторону, вовремя отойдя. Запыхавшись, и все еще чувствуя подошедший к крови адреналин, я перешагнула через тело, и вдруг увидела… - Оромил… - возле холма, на земле, лежал командующий Лориена – светловолосый эльф с овальными, аристократическими чертами лица, напоминающими… – О нет, Оромил! – опустившись рядом на колени, я дотронулась кончиками пальцев до его бледного лица, холодного как лед. – Сюда! Скорее сюда! - Миледи! – сразу подбежала одна из прибывших со мной стражниц. - Лекаря сюда, живо! – и дотронулась двумя пальцами до его шеи, нащупав пульс. – Он все еще жив, – уступив место подоспевшему целителю, я крепче сжала в руке браслет, ведь именно его я подарила раненному другу много лет назад. Не думаю, что он помнил об этом. Не думаю, что это вообще имело какое-то значение…особенно сейчас. Стараясь не проявлять лишних эмоций, я видела, как лекарь сразу положил парню что-то в рот, а после начал перебинтовывать многочисленные ссадины и порезы на его теле. Я боялась, что он может даже не прийти в себя, ведь от одного только его бледного цвета лица становилось до безумного страшно. Одно из самого пугающего в жизни – это видеть, как твои друзья медленно умирают. Через полчаса стараний целителя, Оромил смог пошевелить рукой и приглушенно простонал. Ему было сложно не то, чтобы прийти в себя, а даже дышать, ведь каждый раз, когда его грудь поднималась – наши уши сотрясали хрипы и стоны. Даурис, все это время был рядом и призывал меня не то чтобы вернуться – не смотреть на то, как пытаются спасти нашего общего друга, но упрямство было куда сильнее рассудка. Я чувствовала, как немеют пальцы, ноги не слушаются, а дыхание учащается, но ничего не могла с этим сделать, понимая, что своими действиями могу только навредить. Воина унесли в одну из повозок, и я проследовала за ним, в одной руке крепко сжав браслет, а другой – коснувшись до запястья Оромила. Холодный… Но теперь, я чувствовала, как тихо бьется его сердце. - Он выживет? – сорвалось с моих губ. - Если поторопимся – то да. – ответил лекарь, вытирающий руки, испачканные в крови, о небольшую салфетку. – Нужно выступать сейчас, принцесса, – кивнув, я убрала браслет в карман камзола, и только обернулась, как увидела выбежавших из леса гоблинов. Сгорбленные, со ржавым подобием мечей в руках, они помчались на нас, но все эльфы, что были на просеке, в одночасье ринулись на них. - К оружию! – выкрикнул Даурис, обнажая меч и срубая голову одному из напавших. Тут же достав из-за спины лук и несколько стрел, я начала целиться в гоблинов, попадая им то в головы, то в руки, то в грудь. Не большой отряд, но все же… Эльфы храбро сражались и, даже получая ранение в какую-то часть тела, не останавливались. Я тоже не останавливалась, и даже в тот момент, как нескольким гоблинам удалось прорваться, лука не отбросила. Заметив слишком близко подобравшегося к повозке гоблина, я прокрутилась на месте, ударив его своим оружием и, выхватив из одного из уже лежащих на земле тел стрелу, вонзила ее ему в глотку. Оттолкнув от себя напавшего ногой, я обернулась и, только достала из-за спины один из клинков, как кто-то сбил меня с ног. Повалившись на одно из вонючих, гоблинских тел, я посмотрела на того, кто сбил меня с ног, уперевшись, как выяснилось, в его плечи. На удивление массивный, можно даже сказать крепкий гоблин, клацал зубами, пытаясь укусить меня, вскоре начав бить по рукам, чтобы отпустила его. В последний момент увидев лежащий в стороне ржавый кинжал, торчащий в одном из эльфов, я выдернула его и со всей силой воткнула в грудь гоблина. С воплем он вздернулся и повалился на меня, придавив всем своим весом. О-о-о, до чего же он тяжелый и вонючий… Собравшись, я с большим усилием скинула с себя чудовище и, приподнявшись, поняла, что гоблинов почти истребили, однако… Одному из них удалось подобраться к повозке с ранеными, занеся в воздух свой меч. Тут же поднявшись, я схватила свой клинок, с размаху метнув его в монстра, и… Он оказался без головы, сразу упав бездыханно на землю. Тяжело поднявшись и взяв лук, я вернулась к повозке и, посмотрев на Оромила, сжавшего рукой часть своего камзола на груди, услышала безумный вопль. Обернувшись, я увидела гоблина, занесшего в верх ржавый топор и тут же метнувшего его в мою сторону. Один из эльфов разрезал его буквально на пополам, но оружие это не остановило. Не успела я опомниться, как передо мной появился чей-то силуэт, и сразу же повалившийся на землю. В шоке посмотрев на того, кто это был – я узнала Оромила: он встал на мою защиту, подобно живому щиту. Но как он мог найти силы, чтобы подняться? - Оромил! – воскликнула я, опустившись рядом с ним на колени и перевернув на спину. Из его живота торчала часть того самого топора, а кровь не переставала литься, превращая одежду в мокрую, обагренную тряпку. В испуге дернувшись к оружию, я едва не дотронулась до него, в порыве вытащить, но рядом вовремя раздался голос лекаря? - Нет! Не трогайте, – он опустился рядом со мной, на этот раз, с уже рассеченной бровью. Приказав принести больше бинтов и полотенец, он сам вытащил оружие, а после – постарался забинтовать рану, в попытке остановить сильное кровотечение. В тот самый момент, когда он закончил, я услышала более, чем страшные слова о том, что он может не добраться до города живым… Эру… Что я натворила…?