Выбор

Вода в озере едва заметно плескалась о берег, шелестела галькой. Халк бросил скамейку, Бартон сжал кулаки. Стив молча развернулся и пошел к машине — нужно было возвращаться на Базу. Тони хмуро шел рядом. Живой-мертвый Тони. Нужно было решаться и решить. Сделать правильный выбор. Понять, кто тот единственный, кого надо спасти: Наташа или Тони? Несправедливый и невозможный выбор, все равно, что решить: какая часть сердца ему больше не нужна. — У нее была семья? — спросил Тор за их спинами. — Ее семья — это мы, — глухо ответил Бартон. Стив коротко застонал, понимая: пришло время разорвать порочный круг — больше шансов не будет. Он уже достиг дна: Камень исчерпал для него все возможности. — Наташа, — тихо прошептал Стив себе под нос, зажмурившись и ненавидя себя в эту секунду. Боль внутри из ноющей стала острой, словно он проглотил игольницу. Но иначе ведь нельзя, верно? Пусть погибнет мир, но восторжествует справедливость. — Что? — переспросил Тони. Он сидел с ним рядом в машине и конечно услышал. — Ничего, прости, — ответил Стив. — Задумался. Наташа… Это горько. — Да. Жаль. Эту битву мы должны были встретить все вместе. Это было бы правильно, — кивнул Тони, глядя на дорогу ровно перед собой. — Вместе, — кивнул Стив и протянул к Тони руку. Тот взглянул коротко, нахмурился, но пожал ее. Время пошло аллюром, и Стив впервые этому обрадовался. Он сделал все, и все решил. Даже выпустил Небулу из зала, где Халк надевал Перчатку. Пусть уходит. Ее судьба все равно свершится через час. Теперь только драка. Халк щелкнул, корабль Таноса вырвался из пространственной дыры, взревел соплами и ударил из всех орудий. В этот раз все шло по старому сценарию. Голос Сэма в наушнике, Стрендж, останавливающий цунами, Валькирия, белым лучом падающая с неба. Все в свое время. Питер отчаянно защищал Перчатку, неся ее сквозь битву прямо к Тони. К неизбежности. Стив помнил весь старый расклад боя, знал, чем все закончится, и вдруг подумал, а какого черта? Даже если в глобальном масштабе все просчитано, взвешено и предопределено сукой-судьбой — то хоть в мелочах он еще может с ней поспорить? Принятое решение, проклятый выбор, еще не значит, что Тони должен погибать в одиночку. В конце концов, он обещал ему когда-то, что они встретят Таноса вместе — значит, вместе до конца. И Стив рванул к Тони сквозь месиво драки. Рванул изо всех сил, стараясь успеть. В лицо летели острые осколки и комья земли, сердце рвалось из груди и теряло ритм — Стив никогда в жизни не бегал так быстро. Он успел. Оказался рядом ровно в тот момент, когда камни медленно ползли вверх, встраиваясь в новую оправу. Танос взревел за спиной. Тони, с трудом сохраняя сознание, поднял руку, и уже открыл рот, когда Стив перехватил его за запястье, прижал свою руку к тыльной стороне перчатки. — Роджерс, не лучшее время для предложение руки и сердца, — несмотря на гримасу боли, Тони иронично приподнял бровь. — До свадьбы надо еще дожить, — парировал Стив и захватил пальцы в стальной замок — заводским прессом не отожмешь, даже если постараешься. — Вместе! Делаем вместе. Как договаривались. Тони время и силы на спор тратить не стал, уж очень в дефиците было первого и второго: наноботы подстроились мгновенно, обернув обе руки одной броней, распределяя силу излучения Камней. И они щелкнули — вместе. И пришла Боль. Такая, что проще было перестать дышать, чем терпеть ее. Сквозь это алое марево Стив взмолился Вселенной — пожалуйста, пусть Тони останется невредим. Пусть ценой жизни самого Стива, если это возможно. Если только возможно… Ветер в ушах взревел яростно, ликующе. Швырнул в глаза колючим снегом, почти ослепил. Стив перестал видеть серые в черных прожилках камни. Удар.