Labetta

      Уверенным и быстрым шагом менеджер направлялся к двери гостиничного номера. Он был раздражён и понимал, что его планы на день могут провалиться из-за одного человека. Его ежедневной головной болью был Юнги, который каждую ночь писал песни и совсем не спал. Даже сегодня, когда у них важная фотосессия, он так и не выходил из номера. Ему пришлось несколько минут ломиться в двери пока лохматый и заспанный Юнги не открыл дверь. — Я же вчера повторял, что у нас фотосессия рано утром, вы забыли? — сдерживая свою раздражённость, спросил менеджер.       Юнги понимающе покивал головой и похоже продолжал спать. Всем своим видом он показывал, что и половина слов менеджера им не была услышана. — Юнги, пойдёмте, — взяв легонько за плечо парня, менеджер повёл его в машину.       Дорога к месту была длинной, и он успел ещё немного подрезать, иногда просыпаясь и не понимая, где он и что от него хотят. По дороге на съёмку Юнги пытался выглядеть максимально бодрым, но попытки были тщетны. Окна машины запотели из-за разной температуры. На улице была осень и с каждым днём становилось холоднее. Из-за того, что они с менеджером спешили, он не взял куртку и теперь ему придётся мерзнуть до конца съёмок. Единственное, что бодрило его — это надежда на встречу с Хосоком. Каждая секунда, когда они мимолётно встречались взглядом была наполнена таким огромным солнечным теплом что Юнги сам не замечал то, что он начинал улыбаться.       Уже достаточно давно Юнги осознавал, что Хоби нравится ему не просто как друг. Когда остальные участники группы были для него как братья, Хоби был кем-то особенным. Ему хотелось проводить с ним все больше и больше времени. Но из-за постоянной работы моменты, когда он мог хотя бы немного побыть с ним, сводились к минимуму. А о признании чувств вообще нет речи. Юнги уверен — Хосок 100% натурал.       Машина приехала на место, и Юнги, толкнув дверь, почувствовал, как по ногам протянулся морозный воздух. — Это меня точно взбодрит, — пробормотал Юнги и, собрав все силы, рванул на место съемки. — Эй, Юнги-Хен! — прокричал очень знакомый голос, на который тот с моментальной скоростью повернулся. И увидел Хосока, который легким бегом бежал навстречу ему. — Что такое? — сонным голосом прохрипел Юнги. — Ты опять всю ночь работал? Нужно же отдыхать, вот… — говорил Хосок, но Юнги его не слышал. В его голове в этот момент было слишком много мыслей о том, как выглядел Хосок, какой он красивый сегодня и как приятно смотреть на его улыбку. Его губы так будто магнитом притягивали взгляд. Он пытался не глазеть, не рассматривать и сдерживать свои мысли о том, как сильно он хочет хотя бы взять за руку Хоби. — Хен! — Хосок, легонько толкнув в плечо хена, вопросительно посмотрел на него. — Ты все ещё спишь? — Извини, мне нужно бежать на съёмку, — отмахнувшись, пробормотал Юнги и нехотя развернулся обратно в сторону площадки. Не успев пройти и несколько метров, он почувствовал, как кто-то что-то накинул сверху. Это был Хосок, он накинул свою кожанку на хена. — Что? — не успев что-то сказать Юнги, как застыл в небольшом шоке. Хоби легко обнял его сзади.       Лицо моментально залилось краской, от чего стало так жарко, что и морозная погода совсем не чувствовалась. Сердце в груди билось как бешеное. Ускоряя свой темп, как только руки Хосока прижимали его ближе к себе. — Я не хочу, чтобы вы заболели, Юнги-хен, — прошептал Хосок и отпустил парня.       Юнги резко обернулся, пытаясь что-то сказать, но Хосок стремительно уходил. В голове у парня поселилось слишком много назойливых мыслей. «а что если это не просто забота?» — думал он пытаясь найти логичный ответ. — Юнги! Где вы шляетесь? Вы и так опаздываете, давате быстрее, — прокричал менеджер, на что Юнги, отмахнувшись от странных мыслей, побежал на съёмку.