Labetta

      Пол вечера Юнги потратил на то, чтобы упорядочить мысли о Хосоке:       «Разве это было что-то большее чем дружеская забота? Однозначно нет! Любой из группы сделал бы тоже самое!» — пытался успокоить себя Юнги.       Но тут взгляд пал на куртку. Он, взяв ее в руки, поднёс к лицу и вдохнул запах. — Запах Хосока, — на выдохе прошептал Юнги. — Как же он прекрасно пахнет, — и вдруг будто что-то щелкнуло в голове. — Боже мой, я что извращенец? Да быть не может, это уже перебор, — откинув куртку обратно на стул, Юнги лёг в кровать, накрывшись с головой одеялом, пытавшись откинуть свои похабные мысли в самые далёкие уголки. — Чёрт, ничего не будет если я один раз это сделаю, — прорычал Мин, резко вставая с кровати.        Он взял кожанку, сел на кровать и, успокоив своё дыхание, спокойно вдохнул запах. Легкий цитрусовый аромат, который немного отдавал чем-то сладким, заполнял легкие Юнги, он сразу же смог представить яркую, солнечную улыбку Хосока. И его сладкие губы. От всех этих фантазий он начал возбуждаться.       Рука скользнула к тумбочке и достала баночку смазки, вылив немного на ладошку Юнги, обхватил своими тонкими пальцами уже возбудившийся член. Он представлял тёплые руки Хосока, как крепко тот его обнял. Как сильно билось его сердце.       С каждым движением руки по члену в голове Юнги всплывали воспоминания, когда Хосок был без футболки, когда он просто улыбался или дурачился. Но сильнее всего его возбуждали моменты, когда Хосок звал его хёном.        Юнги проигрывал в своей голове все чаще это звонкое «Хён», ускоряя движение своей руки по члену. Этот запах и эти воспоминания так долго накапливались внутри Юнги, что уже готовы были вылиться наружу томным стоном. — Хён, — послышалось такое знакомое и достаточно громкое слово. — Хосок? — узнав голос, который донёсся откуда-то, с хрипотой вскрикнул Юнги, поняв в каком он сейчас положении. Открыв резко глаза, он понял, что чуть ли не ослеп от такой скорости. — Стоп, моя фантазия уже так развилась? Я прям слышу голоса? Или мне показалось?       Поднявшись Юнги начал осматриваться, но никого вокруг не было. Это был обычный однокомнатный гостиничный номер где уж точно не было места, чтобы спрятаться. Но не успел Юнги выдохнуть, когда в дверь раздался стук.       «Что мне делать?» –подумал Мин. Он сейчас в одних лишь трусах, куртка друга валяется на полу и «ОБОЖЕМОЙЯКОНЧИЛЖЕВНЕЕ» — проорал внутри себя парень, выдавив наружу только тихий шепот.       Стук в двери продолжался, и Юнги ничего не смог придумать, чем кинуть куртку куда-то в сторону грязного белья и, притворившись максимально сонным, открыть дверь и обматерить того, кто решил нагрянуть к нему в такое позднее время. — Хосок? — хриплым голосом и с удивлением застыл в дверях Юнги.       «ПИСЕЦЯВОДНИХТРУХАНАХАТУТМОЯЛЮБОВЬ» — пролетало в голове Юна, но он совсем не подавал виду тому, что внутри у него горит паника. — Юнги~я, — проныл Хосок. — Я поругался с Чимином, и он сказал, что не хочет делить со мной комнату, а так как все остальные и так по двое спят, а ты один, — хитро ухмыльнулся Хосок и начал строить грустные щенячьи глазки. — Можно я составлю тебе компанию? Всего на одну ночь. — Ты можешь попросить менеджера найти тебе другую комнату, — холодно ответил Юнги и скрестил руки на груди, пытаясь прикрыть свою голую грудь, ну и показать свой важный незаинтересованный вид. — Я знал, что ты так ответишь, поэтому я уже говорил с менеджером, и он сказал, что других комнат нет. И я принес немного пива. — Ладно, — выдохнул Юнги — давай быстрее заходи, мне холодно тут стоять, — проводив гостя в комнату, он зашел в ванную, чтобы найти хоть какую-то свежую футболку.       Первое, что встретило Хосока — это шок, что он явно не это ожидал увидеть. Он понимал, что Юнги творческий человек, но чтобы он так много бумаг исписывал. — Ох, Юнги — это вторая кровать в номере? — спросил Хосок, указывая на огромную кучу из одежды и бумажек. И не дождавшись ответа, Хосок решил присесть на кровать Юнги и пытался не замечать открытую бутылочку смазки. «Возможно он так снимает напряжение. Творческий же человек» — пытался отговаривать в мыслях себя Хосок.       Но тут его взгляд упал на куртку. Его куртку. Приблизившись ближе, он поднял ее.       «Он совсем не бережет чужие вещи? Взял и скомкал мою куртку» — даже немного разозлился Хосок и начал расправлять свою вещь, когда понял, что она немного влажная внутри и пахнет чем-то таким знакомым. — Хосок, я…