Замерзшие слезы

Скажи кто-нибудь несколько лет назад, что Хорокей будет наслаждаться одиночеством и тишиной, он был бы очень озадачен тем, какое производит впечатление на человека. Но прошло немало времени и все изменилось. Теперь Усуи действительно наслаждался одиночеством и тишиной своей комнаты. Конечно, в полном одиночестве он никогда не был. Но компания мертвых в последнее время нравилась ему больше живых. Откинув голову назад, шаман погрузился в свой разум. Его мысли и воспоминания начали частенько спутываться с реальностью. Хорошо, что это мало кто замечал. А если бы заметили все, для северянина это ничто бы не изменило. "Пирика улыбалась. В ее темно-синих глазах мелькало понимание. — Не грусти, старший брат. Я уверена, что все еще образуется. — Это вряд ли, Пири. — ласково улыбнулся он, взъерошивая синие волосы сестры. — Но не волнуйся за меня. Я дома, я с вами. — Дом излечит тебя, Хоро. — глядя ему в глаза с теплом, свойственным только девушке, ответила Пирика. — Моя стряпня еще ни разу не подводила! Несмотря на паршивое настроение, он рассмеялся. — О, неужели ты не станешь мучить меня очередными тренировками? — Так и быть, пожалею пока героя! — смеясь ответила она. — Но не думай, что это надолго! — И мечтать не смел. — улыбаясь, ответил парень. — Ладно, пойдем. Мама ждет тебя». Рядом раздался жалобный скулеж. Усуи открыл глаза и повернулся в сторону звука. Протянув руку он нежно погладил духа синего цвета. — Ешь-ешь, наслаждайся. — на горизонте появилась светлая полоска. — Сегодня бой. Мне нужен мой щит.

***

Плохое предчувствие не покидало Тао с утра. Даже не предчувствие, а уверенность, что сегодня что-то произойдет. Поэтому он был хмур и молчалив. Но так как большую часть времени он таким и был, то должного внимания никто на это не обратил. Кроме, естественно, Асакуры, который только похлопал его по плечу и подбадривающе улыбнулся. На что парень только фыркнул и нахмурился сильнее. Грызущее чувство не хотело проходить. Сегодня им предстоял бой с командой «Мерцающие». Рен их видел как-то: команда владеющая духами звезд. Атаки масштабные, взрывные и опасные. Попадаться не стоит. На их стороне скорость. Если могут близко подойти и атаковать — победа за ними. А если нет… Белые пальцы сжали древко гуандао сильнее. Об этом думать себе Тао запретил. Хрен он проиграет после всего, через что прошел. На улице их ждал Хоро с той же мерзкой ухмылкой, которая Рена начала раздражать.

***

Вокруг арены, напоминающей Колизей, было многолюдно, как ни странно. Видимо, выбывшие шаманы приехали, чтобы посмотреть на поражение свергнувших их противников. Рен не отводил взгляда от оппонентов. Те были настроены серьезно. Решительность китайца начала возрастать. — Сегодня бой команды Рена против команды Мерцающие! Проигрывает тот, чье фуреку кончится первым! Начали! Шаман быстро покосился на северянина. Тот никак не изменился в лице, все время смотря будто сквозь противников. Рен вновь нахмурился. Что у этого идиота в голове? И тут улыбка тронула его губы. Сколько раз он задавал себе этот вопрос? "— Ай! Больно! — синеволосый вскочил, активно начиная махать на обожженный язык. — Только идиот мог додуматься засунуть в рот горячую гунбао вместе с перцем. — фыркнул Рен, аккуратно дуя на кусочек курицы. — Да нифига! Просто все связанное с Китаем меня ненавидит! — он оперся руками о колени, все еще часто дыша. — Все из-за тебя, блин! — Ага, реинкарнация Хао тоже из-за меня случилась. — заметив настороженный взгляд, Тао закатил глаза. — Я пошутил, если что. — Не, дело не в этом. — взгляд Хоро все еще был недоуменным. — Я просто вспомнил. Ты же не любишь гунбао? — Твои мозги способны на запоминание такой информации? Я впечатлен. Рен чуть поежился, не ожидая такого вопроса. Ну… Да, он не особо такое любит. Но Хоро уже три дня подряд вынужден был есть все китайское, а это блюдо более-менее любил. Так что… Рену потерпеть несложно. Раздражение китайца стало больше, когда Усуи догадливо заулыбался. — Ну что? — Нет. Ничего. — парень наконец сел обратно, принимаясь снова за еду. — Итадакимас. Смотря на этого придурка, все еще евшего горячую курицу с перцем, Рен не заметил, как чуть улыбнулся самыми уголками губ. Что у этого идиота в голове?" Пока Рен отвлекся воспоминаниями, враг начал атаку. Очнулся шаман от яркого света, который исходил от серебристого шара, направленного ему в голову. Парень уже приготовился рассечь его острым ударом гуандао, как… Рен моргнул. Что за… Шар застал в трех метрах от него. Замороженный. Шаман в недоумении оглянулся. Вся площадка была покрыта льдом. Противники вдалеке стояли полностью замороженные. Рен медленно перевел взгляд на Хорокея. Глаза того светились светло-голубым светом. Вокруг него витал пар от холода. «Давай». — передал он ему глазами, и тут Тао опомнился. Быстро справившись с онемением он активировал молниеносную атаку, снося и рассеивая чужое фуриеку. Стадион взорвался одобрительными криками. — Победитель команда Рена! Рядом заныл Чоко, убирая форму Ягуара. — Хоро, ты захапал себе все веселье! Тот усмехнулся. Рен промолчал. Он все еще смотрел на оледеневшие тела.

***

— Неужто вы поумнели и теперь не рветесь отмечать каждую свою победу? — изогнула бровь, скептично спрашивая Киояма. — Как это не рвемся?! Я всегда за любой праздник! — подпрыгнул Чоколав под смех друзей. — Я откажусь. — помотал головой Рен, складывая руки на груди. — Не в настроении. — Ой, посмотрите на эту нежную принцессу! — протянул Макданиэл и тут же получил по носу. — Все нормально? — уточнил Асакура, пока Чоко катался по земле. Парень кивнул и отвел взгляд. Было как-то не до веселья. Хотелось побыть одному и подумать. — Я тоже пас. Пойду домой. Рен передернул плечами, не удержавшись. Ему все еще было холодно. Он еле сдержался от комментария, что как раз Хоро мало кто ждет. — Ладно, ребят, тогда увидимся. — помахал им Йо на прощание и компания чинно удалилась. Рен тоже развернулся, чтоб уйти, не особо желая вступать в диалог. — Даже не попрощаешься? Тао замер помимо воли. — Не горю желанием. — сказано это было зло и хрипло. Ответа не последовало и китаец обернулся. Усуи смотрел на него с горькой усмешкой. И было что-то в его глазах такое… Что Рен немедля почувствовал вкус вины на языке. Неведомым усилием он заставил себя отвернуться и ушел. Молча.

***

" — Слушай, Рен, мне тут интересно стало… — протянул Хоро с загадочным выражением лица. — Что тебе интересно? — кутаясь в пальто. недовольно спросил китаец. — Почему ты мерзнешь, если у тебя кровь из кубиков льда? — ехидно спросил он и тут же засмеялся, получив злой взгляд в ответ. Они тогда как раз шли мимо снежной горы. Буря прошла, было светло и валил мягкий снег. Усуи слепил снежок и метнул его в ближайшее дерево. Рен укоряюще посмотрел на него: совсем дебил? Но тот не обратил должного внимания на чужой взгляд. Он смотрел на белочку, одиноко сидящую на ветке и потирающую лапки. Она была замерзшая и, наверняка, голодная. Хоро задумчиво спросил: — Тебе ее не жаль? — С чего бы? — Ей холодно. И она одна. Кто знает, доживет ли она до весны? — Странно слышать это от северянина. — едко ответил Рен и на этот раз уже Усуи укоряюще смотрел на него. Китаец подошел ближе, беря парня за руку. Язык действий он любил порой больше слов. Хоро тут же сжал ладонь в ответ. Позднее к белочке прибежала еще одна." Рен тяжело вздохнул, сбрасывая воспоминания. Он никогда не был особо добрым и понимающим. И врагов своих не жалел. Но он никогда не думал, что Хоро станет таким же. Этот дурак, который, блин, жалел белочек, с придурковатой улыбкой и верой в то, что мир может стать лучше, даже не очень-то до конца понимал значение слова «враг». Рен даже представить себе не мог, что он станет таким. Что с абсолютным безразличием он будет замораживать людей, а потом поворачиваться к содеянному спиной, будто это мелочь. Хоро, которого он знал, всегда ценил и уважал жизни. Хоро, которого он высмеивал, никогда бы не молчал. Хоро, которого он… Мысль прервал скрип металла. Тао замер, мгновенно насторожившись. Из темноты выскочил чужой хранитель в броне, мгновенно атаковавший жертву. Слава духам, Рен никогда не расставался ни с оружием, ни с хранителем. — Басон! — крикнул он, в последнюю минуту, создавая перед собой защиту. Черный меч столкнулся с золотым фуриеку. У Рена мелькнуло в голове, что форма у рыцаря очень знакомая. — Тех, кто были на волоске от смерти невозможно застать врасплох, да? — раздался из темноты прокуренный до основания голос. Раздались шаги, и рыцарь отпрыгнул в сторону, открывая вид на высокую девушку с синими волосами. «Господин, она…» — Кана? — с трудом, но шаман вспомнил имя приспешницы Хао, когда-то сильно портящей ему с друзьями жизнь. — Как ты… — Оказалась здесь? — она хмыкнула, убирая за ухо сальные волосы, давно грязные. — Это не важно. Ничего более не важно. — Хао мертв. — сказал Рен, предупредительно выставив перед собой гуандао. В синих с красными белками глазах шевельнулась застоявшейся тиной горечь и боль. Весь вид у девушки был загнанный и очень болезненный. Она казалась разбитым, хлебнувшим горя человеком, который пришел побороться за свое последнее дело. — Поэтому ничего значения и не имеет. — сказала она надломленным голосом. — Все мертвы. Кто икс-судьями, кто еще кем… Я, видимо, осталась последняя. — И зачем пришла? — в голове мелькнула догадка. — Мстить? Та хмыкнула, выдыхая дым и укрепляя форму своего духа. — Да нет. Слишком громкое слово. Как бы это сказать… Душу отвести. Думаю сам все видишь и понимаешь. Видеть-то видел. У шаманки был очень плохой вид, хуже чем у ее духа. Раны на теле, просвечивающая кожа, темные пятна… Скоро Король духов ее к себе заберет, тут и гадать нечего. Он вздохнул, создавая золотую форму духа. Он ее не убьет. Но сострадание проявить может. Она видно и сама это поняла. Усмехнувшись она кивком головы приказала хранителю броситься в атаку. Рен приготовился ударить в ответ. Их ослепил синий свет. На пару секунд. Когда зрение восстановилось, Тао увидел перед собой синюю материю, сдерживающую черный меч. Парень медленно перевел взгляд на рыцаря… Хранитель дрожал. Железо ржавело прямо на глазах, части отваливались. Рыцарь медленно упал на колени. От него исходила волнами боль. — Какого черта?! — вскричала Кана, смотря на это. Сзади раздался насмешливый голос, от которого у Рена похолодела кровь. — Духи всегда помнят свою боль. Даже если они не были людьми при жизни. Если шаман не достаточно силен, чтобы поддерживать его, то он просто рассеется от своих страданий. И рыцарь действительно распался на мелкие кусочки, проржавев полностью. Рен медленно моргнул и обернулся. Усуи стоял в метре от него. Рядом с ним витало существо синего цвета, распространявшее вокруг ауру горя. Его глаза были пустыми и белыми, а тихий вой жалобным. Уже просто смотря на него хотелось кричать и плакать. — Что это за… — нашел в себе силы спросить Рен, во все глаза смотря на существо. — Его имя Итами. — ответил Хоро, нежно проводя ладонью по существу. — Мой щит. Один из моих новых хранителей.