To be Loved

***два дня спустя***

Луи болезненно стонет, закутываясь в своё тонкое одеяло. Томлинсон заходится очень сильным кашлем, чувствуя, что скоро отключится. Рядом с его кроватью сидит Лиам, взволнованно смотря на друга. — Чёрт, Луи, это уже не смешно! Давай я вызову скорую… — Нет! — хриплым голосом говорит омега, пытаясь согреться, но в комнате стоит такой невыносимый сквозняк, что согреться одеялом очень сложно. — Лиам, всё хорошо, — омега снова сильно кашляет, сворачиваясь пополам. — Не хорошо, — хмурится Лиам. — Нужно купить тебе лекарства. Я боюсь, что ты помрёшь тут. — Не нужно, у нас и так мало денег, не нужно тратить их на таблетки, — омега сжимается до размеров комочка, чувствуя, как начинает отключаться, но всё-таки старается держаться. — Думаю, у тебя ангина, Лу, это серьёзно, — говорит Найл, берёт клетчатый плед со своей кровати и укрывает им Луи. — Если тебе станет хуже… — Не станет, — отвечает Луи, но тут снова заходится кашлем, очень сильно срывая горло. — Я вижу, — встаёт Лиам, качая головой, — сидите здесь, я принесу тебе чай. Когда Лиам уходит, Луи встаёт и идёт к шкафу, в надежде найти там тёплый свитер Лиама, потому что его пробирала сильная дрожь. Когда он открывает дверцу скрипучего старого шкафа, то чувствует, как на голову снисходит темнота. Его ноги подгибаются, кажется, что его тело раскалилось до температуры плавления. Глаза омеги медленно закрываются, и Луи падает на пол, отключаясь.

***через 20 минут***

— Давай, проснись, давай же, Лу, — тихо говорит Найл, поглаживая омегу по голове. Луи выглядит ещё более бледным, на его лбу выступил пот, но его губы подрагивают от холода. Томлинсон мычит и старается открыть глаза, но взгляд не фокусируется ни на чём. В дверь стучат пару раз, отчего Лиам мгновенно подскакивает и открывает её. В комнату заходит высокий мужчина, обеспокоенно падая на колени возле кровати. Луи из последних сил распахивает глаза, узнавая в мужчине Гарри, и старается что-то сказать, но тут же заходится сильным кашлем, отчего его горло начинает болеть ещё сильнее, как будто бы он проглотил лезвие. Когда Луи упал, Лиам нашёл в его рюкзаке визитку Стайлса, тут же набирая номер, потому что знал, что Луи откажется ехать в больницу на скорой. Пейн видел, как светился от счастья его друг, после прогулки с альфой, поэтому позвонил Гарри, в надежде, что тот уговорит омегу поехать в больницу. — Боже, что вы натворили, — хмурится Гарри, садясь на стул возле кровати Луи. — Лу, опиши как себя чувствуешь? — Дерьмово, — тихо отвечает Луи. — Это и так видно, — говорит Гарри, прикладывая руку ко лбу омеги. Кожа Луи горит, покрываясь испариной. Альфа качает головой, слушая очень хриплое дыхание омеги. — Какого чёрта у вас тут так дует?! — начинает злиться Стайлс, осматриваясь, видя какие же старые тут окна и холодные полы, не понимая, как тут могут жить парни. Как тут может жить Луи? — Тут сквозняки, — отвечает Лиам, так как омега Найл сжался от рассерженного голоса альфы. — Мы думаем, что у него ангина, но он отказывается ехать в больницу, поэтому мы позвонили вам. Стайлс достаёт из кармана стерильную палочку, разрывая упаковку. — Луи, открой рот. Томлинсон даже не хочет сопротивляться, потому что у него просто нет на это сил. Стайлс осторожно осматривает красное горло омеги и вздыхает. — Луи, голова болит? Суставы ломит? — спрашивает Стайлс, на что омега кивает, устало смотря на альфу. — Боюсь, что это грипп. Причём с осложнениями, — качает головой Гарри. — Вы как хотите, а я забираю его в больницу. Моя машина у входа. Луи пытается из последних сил сказать, что не поедет в больницу, но тут же очень сильно кашляет. Кашель не прекращается, отчего горло Луи сводит спазмом, и он подскакивает, утыкаясь в грудь альфы, сильно хрипя. — Я не поеду, — говорит Луи, стараясь прийти в себя и построить из себя независимого омегу. — Поедешь. — Нет, — упрямо говорит Луи, но альфа этого не замечает. Гарри говорит Лиаму и Найлу, чтобы собрали рюкзак Луи, положив туда его вещи и документы. Пока парни складывают вещи, альфа гладит Луи по животику, успокаивая его. — Не переживай, я буду с тобой, тебя осмотрят, назначат лечение. — Не надо, — хнычет Луи. — Пожалуйста, Гарри, не надо… — Томлинсон цепляется пальцами за футболку альфы, начиная дрожать ещё сильнее. — Я боюсь, не надо… — Луи тихо всхлипывает, из-за чего альфа просто не может не обнять его. Сердце Стайлса оттаивает, и он устало вздыхает. — Я не могу оставить тебя здесь, тебе нужно наблюдение врача. И тепло, — поджимает губы Стайлс, стягивая одеяло с омежки. — Я заберу его к себе, — говорит Гарри, осторожно усаживая Луи на кровать. Доктор замечает свой зелёный шарф на спинке кровати и укутывает им горло омеги, чувствуя, какой же Луи горячий. — Вы уверены? — выгибает бровь Лиам, закрывая собранный небольшой рюкзак Луи. — Да, — кивает альфа и надевает свою куртку на слабо сопротивляющегося омегу, — тут ему находиться нельзя, заболеет сильнее и заразит вас. Мой друг — терапевт, он сможет его осмотреть. Стайлс замечает кеды Луи, стоящие около кровати и помогает ему обуться, поглаживая мягкие ноги, скрываемые спортивными штанами. — Он упал, когда вставал последний раз, — обеспокоенно говорит Найл. — Ничего страшного, — говорит Стайлс и надевает на своё плечо рюкзак Луи. Он осторожно просовывает руку под коленки Луи, поднимая его на руки. — Нет, я же тяжёлый! — обеспокоенно хрипит Луи, и рыпается, стараясь слезть с рук альфы, чтобы тот не начал говорить, что он толстый. — Сиди смирно, — строго говорит Гарри. — Лу, позвони нам, как только сможешь, — говорит Лиам, когда альфа выходит из комнаты и выходит на улицу с омегой на руках. Он подходит к своей белой машине, открывая заднюю дверь. — Давай назад, малыш, поспишь, пока едем, — ласково говорит Гарри, не понимая, почему с этим омегой хочется быть таким нежным, ведь раньше со всеми омегами он был строг и довольно груб. Гарри укладывает омегу на сидение, укрывая пледом, который болтался у него в машине. Как только автомобиль двигается, Луи отключается, наконец-то засыпая в теплом салоне. Стайлс всю дорогу обеспокоенно посматривает на омегу, и звонит другу, чтобы тот ехал к нему.

***

Когда Стайлс подъезжает к своему дому, Луи всё ещё спит, и Стайлс решает его не будить. Альфа осторожно достаёт его из машины, крепко держа на руках. Когда он заносит его ослабленное тело в дом, Луи просыпается от звука работающего телевизора. Видимо, Гарри бросил всё и тут же приехал к нему. Через пару минут Луи уже лежит на просто огромной мягкой кровати, застеленной бледно-голубым бельём. Его всё ещё трясёт, потому что тонкая ткань футболки совсем не греет. Не то что в тёплой и большой куртке Гарри, которая так приятно пахнет альфой… Луи слышит, как открывается дверь в дом, и Стайлс с кем-то здоровается. К нему в комнату заходит Гарри с кареглазым красивым альфой, волосы которого собраны в пучок, а в руке он держит оранжевый чемоданчик. — Привет, Луи, меня зовут Зейн. — Зейн мой друг, всё хорошо, тебя никто не обидит, — Стайлс садится на кровать к Луи, когда замечает, как омега начинает волноваться. Малик открывает чемоданчик, без проблем просовывая градусник подмышку омеге, и начинает пальцами осторожно щупать его лимфоузлы. — Тебе делали прививку от гриппа? — Нет, — хрипит Луи, тут же откашливаясь. — Плохо, — качает головой Зейн. Альфа достаёт стетоскоп и поднимает футболку Луи, от чего омега дёргается и недовольно мычит. Зейн смотрит на Стайлса, прося помочь, и Гарри гладит Луи по бокам, поднимая его футболку. — Лу, давай, так нужно, — успокаивающе шепчет Гарри, пока Зейн слушает дыхание Луи. Когда дело доходит до спины, Гарри приходится притянуть хныкающего омегу к себе, одной рукой поднимая его футболку, а другой поглаживая по животику, от чего Луи хотел просто провалиться под землю. — Да, всё не очень радужно, — говорит Зейн, и достаёт градусник, пока Стайлс укладывает Луи на подушки. — 39,7 и это меня совсем не радует. Лёгкие хрипят, скорее всего воспалены лимфоузлы. Поскольку нет прививки, придётся сбивать температуру и колоть антибиотики, организм сам не справится. — Малик достаёт из чемоданчика несколько апмул с красными крышечками, шприцы и медицинский спирт. — Разберёшься с этим, Стайлс? — Да. Спасибо большое, Зи. — Строгий постельный режим, лучше не вставать и не напрягать мышцы. И следи за температурой. Если что — пиши мне, я отправлю список лекарств. Гарри провожает друга, но когда возвращается в комнату, видит, что Луи уснул, и решает не беспокоить парня. Ближе к вечеру, задремавший у компьютера Стайлс просыпается от сильного кашля за стеной. Он тут же идёт на кухню, быстро наливая чай в большую кружку, растворяет там две ложки мёда и кидает дольку лимона, отправляясь в спальню. — Лу, как себя чувствуешь? — Хуёво, — стонет Луи, сворачиваясь комочком на кровати. — Так болит голова… — Не ругайся, омегам это не идёт, — говорит Гарри и садится на кровать, и осторожно передаёт кружку с чаем омеге. — Спасибо… — благодарит Луи, всё ещё смущённый тем, что альфа видел его без футболки снова. — Ты не обязан был привозить меня… ну… к себе. — А что я должен был сделать? Оставить тебя в холодной общаге? Чтобы тебе стало ещё хуже, и ты умер? — немного резко говорит Гарри, злясь на то, что омега не сказал ему о болезни раньше. — Извини, — тихо говорит Луи, отпивая чай, чувствуя, как тепло разливается по горлу, — я просто подумал, что я беспокою тебя и мешаю- — Давай я сам решу, что мне мешает, а что нет, — уже мягче говорит Гарри, укрывая Луи одеялом. — Уже поздно, пора спать, ты поспал всего час, нужно отдыхать. Ложись давай, я выключу свет. Луи послушно откидывается на подушку, обнимая руками одеяло. — Спасибо, Гарри, — шепчет Луи. Альфа умиляется этой картине, и он был бы на седьмом небе от счастья, если бы только омега не болел. Гарри наклоняется и целует Луи в лоб, заправляя за ушко растрёпанные волосы. — Спокойной ночи, Лу. Я буду за стенкой, зови если что. — Спокойной ночи, — шепчет Луи, счастливо улыбаясь тому, что он засыпает в такой уютной кровати и рядом с ним человек, который заботится о нём.