To be Loved

***

Луи выбегает на парковку и тут же судорожно начинает искать белый автомобиль. Омеге хочется поскорее оказаться под защитой Гарри, потому что его не покидает ужасное чувство, что за ним кто-то следит. — Привет, малыш, как де- Гарри замирает, когда Луи с бешенной скоростью запрыгивает к нему в машину и блокирует дверь. Омегу потряхивает, поэтому Стайлс выключает радио, создавая в машине тишину. — Эй, — Гарри обеспокоенно смотрит на Луи, который поджимает коленки к животу. — Что такое? — Мы… можем не ехать в ресторан? Гарри выгибает бровь, потому что вчера Луи очень обрадовался их сегодняшнему свиданию. — Почему? «Потому что меня сейчас стошнит от вида еды», — проносится в голове Луи, но говорит он совсем другое: — У меня болит живот. Мы можем просто поехать куда-нибудь попить кофе? Гарри немного расслабляется и кладёт свою руку на ладонь Луи. — Хорошо, — Стайлс замечает порезы на пальцах омеги, отчего его глаза чуть не выпадают из орбит. — Это что такое? — Ерунда, правда, — говорит Луи, но альфа уже включил лампочку в машине, поднося ладошку Луи к свету. Гарри рассматривает длинный порез и тянется за аптечкой. — Не надо, это мелочи, — старается выдернуть руку Луи, но его запястье сжимают и возвращают на место. — Нужно обработать, — твёрдо говорит Гарри, нежно целуя костяшки Луи. Следующие пару минут, пока альфа осторожно обрабатывает порез и заклеивает пластырем, Луи рассказывает выдуманную историю про нож на кухне, ведь он совершенно не хочет, чтобы Гарри запретил ему ходить на работу после этого инцидента.

***через 40 минут***

Луи попивает зелёный чай, смотря на дождь за окном небольшого кафе, где сейчас мало народу. Гарри чуть обеспокоенно наблюдает за Луи, потому что его чутьё подсказывает, что с его омегой что-то не так. Луи смотрит на альфу, когда тот высыпает пакетик сахара в чашку с ароматным кофе и складывает бумажную салфетку в небольшой самолетик. — Надо же, — улыбается Луи. — Мой отец делал так же. Папа рассказывал, что по всему дому оставались самолётики, и это жутко выводило. — Мой отец тоже, — пожимает плечами Гарри. — Думаю, я унаследовал от него эту манию складывать оригами из всех бумажек, которые вижу. — Я никогда не слышал ничего о твоих родителях, — говорит Луи, с прищуром смотря на Гарри. — Расскажи, мне интересно. Альфа смеётся и откидывается на спинку диванчика, потягивая кофе. — Просто это не очень интересно, — пожимает плечами Гарри. — Мне интересно. — Ну, — вздыхает Стайлс, — Мой отец всегда очень много работал, постоянно уезжал в командировки, пытаясь заработать очередной миллион. Но когда моя мама заболела, отец отправил меня в интернат за границей, — как-то безэмоционально говорит альфа. — Мне было двенадцать, или тринадцать, когда мама умерла. Я закончил школу и вернулся. Отец настаивал на том, чтобы я продолжал его бизнес, но я решил, что хочу быть врачом и помогать людям. Я не хотел сидеть у него на шее и жить на его деньги. Поэтому вот, — пожимает плечами Гарри. — Ничего интересного. — Вы с ним общаетесь сейчас? — спрашивает Луи, допив свой чай и начиная отпивать кофе из чашки Гарри. — Так, у кого-то живот болит, — смеётся Гарри и забирает свой кофе из рук Луи. — Общаемся, довольно близко, мы стали хорошими друзьями, но иногда мне кажется, что я как будто… чужой ему. А что? — Наверное, это здорово, — вздыхает Луи, — иметь семью. Я живу сам по себе с шестнадцати лет. Не думаю, что узнаю, какого это… — Эй, — Гарри кладёт свою руку на ладонь Луи, начиная поглаживать. — У тебя есть я. Ты теперь моя семья. А я — твоя, — Стайлс видит милую смущённую улыбку на лице омеги. — Нужно как-нибудь познакомить тебя с моим отцом. Думаю, ты ему понравишься. — Почему? — Потому что ты такой очаровательный, ты не можешь не понравиться. С такими-то милыми щёчками, — смеётся альфа, и в него тут же прилетает скомканная салфетка.

***

Луи нехотя выходит из машины Стайлса и кутается в куртку от холода. Омега посылает воздушный поцелуй альфе и идёт в сторону общежития. Этот вечер был волшебным, Луи рад, что смог провести много времени с Гарри, и он чувствует, что его губы немного покалывает от большого количества поцелуев. Томлинсон доходит до двери общежития, не сразу замечая, как справа от него что-то падает на землю, глухо ударяясь о мокрый асфальт. Луи кидает быстрый взгляд вправо и тут же вскрикивает, роняя телефон. Омега с замиранием сердца подходит к лежащей птице, которая, видимо, вывихнула крыло. Но стоит чуть присмотреться, и Луи замечает, что у неё вывернута шея, а к лапке что-то привязано. Томлинсон уже хочет обматерить тех извергов, что сделали это, глаза наполняются слезами, но Луи присматривается к бумажке, что привязана к тельцу птицы, и в ужасе отскакивает от неё на несколько метров. Потому что это не просто бумажка. Это фотография Луи, сделанная, видимо, где-то в коридоре колледжа. На ней Томлинсон смотрит в свой телефон, счастливо улыбаясь. Но прямо за ним стоит чёрная фигура, а внизу фотографии нацарапана белая надпись: «Я рядом. Беги.» Томлинсон кричит от страха, когда видит это, и молниеносно оказывается в общаге, добираясь до своей комнаты, кажется, не дыша. И вряд ли он теперь сможет дышать.

***

Весь день Луи сам не свой, постоянно дёргается и озирается по сторонам. Он хотел остаться в общежитии и никуда не идти, сославшись на болезнь, но Лиам буквально вытолкнул его из комнаты, потому что сегодня важный тест по истории. И поэтому сейчас Луи медленно садится за их столик у окна в кафетерии. — Томлинсон, поешь что-нибудь, — говорит Найл, падая на стул рядом. — Я не голоден, — хмуро отвечает Луи и вновь оглядывает столовую. Он хочет рассказать всё Гарри, рассказать о том, что ему страшно, но боится, что Гарри назовёт его параноиком. — Иди возьми себе хотя бы кофе, — качает головой Лиам. — Ты вообще спал сегодня? Зачем ты сидел на подоконнике всю ночь? — Не важно, — вздыхает Луи и поднимается с места. Кофе ему действительно просто необходим. Через тридцать минут все студенты подскакивают с мест и идут в аудитории, ведь большой перерыв скоро закончится. Луи чувствует, что после второй чашки кофе его начинает пошатывать. Омега пытается вспомнить, какой у него сейчас предмет, когда чувствует, как его мутит. Причём мутит очень сильно, поэтому Луи толкает впереди идущего парня и бежит в туалет. Омега еле-успевает забежать в пустую кабинку, когда его выворачивает. Несколько минут Луи не дышит, потому что его желудок опустошается с дикой болью и жжением. Перед глазами всё плывёт из-за пелены слёз, руки и колени немного трясёт. Луи проклинает этот день, решая, что больше не стоит пить кофе на пустой желудок, раз его организм так болезненно реагирует на это. Омега идёт к раковине, стараясь отдышаться, и чувствует странный привкус во рту. Парень чувствует очередной порыв рвоты, когда смотрит на зеркало, висящее над раковиной. На разбитое зеркало. На котором виднеется кривая чёрная надпись: «Следи за тем, что ты пьёшь, сучка.» — Нет, нет, нет блять! — у Луи начинается истерика, он хватает чёрную сумку, которую одолжил у Лиама вместо испорченного рюкзака, и выбегает из туалета, чуть не сбивая какую-то девочку помладше. Но ему всё равно, омега бежит по коридорам, лишь бы скорее выбраться наружу и добраться до Гарри. До Гарри, который сможет его защитить.

***

Чуть запыхавшийся омега вбегает в огромное здание больницы и старается спокойно ступать по блестящей чёрной плитке, чтобы не пугать людей, снующих по коридорам. Луи кое-как находит лифт в главном холле и поднимается на пятый этаж, одёргивая рукав кофты. Пока омега двадцать минут ехал в автобусе, он успел расцарапать себе руку небольшим канцелярским ножом, завалявшимся среди ручек и карандашей в сумке. Почему-то это не помогло, как раньше, а только сильнее усилило его панику. Томлинсон быстро находит нужный кабинет и тут же, без стука, открывает дверь. Сидящий за столом Стайлс в белом халате удивлённо поднимает взгляд, и тут же хмурится. Он уже хочет отчитать Луи, потому что он должен был постучать, но тут Луи кидается к нему и запрыгивает на колени к альфе. Омега цепляется руками за его шею, понимая, что не может сдержать подступающую к горлу истерику. Гарри подхватывает Луи под попу, удерживая на своих коленях, и ничего не говорит, поглаживая по спине. Альфа понимает, что сейчас самое главное — показать Луи, что он рядом, что бы ни произошло. Луи продолжает рыдать в грудь Гарри, чувствуя, как он устал от страшных вещей, которые происходят в его жизни. Омега вжимается в Стайлса, стараясь обнять его как можно крепче. — Детка, что случилось? — тихо спрашивает Гарри. — Тебя кто-то обидел? — Мне, — дрожащим голосом говорит Луи, пытаясь перестать всхлипывать. — Мне нужно тебе кое-что рассказать.

***

Гарри смотрит в одну точку, когда Луи рассказывает ему про свой рюкзак и птицу. Альфа сжимает руки в кулаки, но старается держать спокойное лицо, чтобы не пугать и так очень напуганного трясущегося омегу. Но когда Томлинсон доходит до места, где его пытались отравить, Гарри округляет глаза и встаёт, усаживая Луи на стол. — Что?! Боже… — Стайлс берёт Луи за руку и пытается вывести из кабинета. — Куда мы? — всхлипывает Луи, вытирая слёзы рукавом. — Голова болит? Слабость в мышцах есть? — Да. Куда ты меня тащишь? — Нужно срочно сделать анализ крови, пока не слишком поздно, — сердито говорит Гарри, неимоверно злясь на омегу за то, что он не сказал ему раньше. — Я не буду никому давать свою руку, чтобы из меня выкачивали кровь! — сильнее заходится плачем Луи, пряча лицо в ладонях. Омегу потряхивает от нескончаемых рыданий, его глаза опухли от слёз, а голос сел. Гарри делает тихий вдох полной грудью и встаёт перед Луи, беря его руки в свои, отрывая их от лица. — Посмотри на меня. Луи поднимает заплаканное лицо на Гарри, смотрящего на него с заботой и тревогой. — Луи, это может быть очень опасно. Мы не знаем, что тебе подсыпали, поэтому сейчас я договорюсь, чтобы у тебя взяли кровь, и это не обсуждается. Я обещаю, что буду рядом, буду держать тебя за руку, если ты этого захочешь. Я не отойду ни на метр, хорошо? Омега спрыгивает со стола и кидается в объятия Гарри, который тут же начинает поглаживать его по спинке, говоря, что всё хорошо. — Ты будешь жить у меня, — говорит Стайлс голосом, не терпящим возражений. — Всё будет хорошо, ты будешь со мной, тебя никто не тронет, — успокаивает Гарри и в конечном итоге у него всё-таки получается вывести Луи из кабинета.

***

Как и обещал, Гарри быстро договорился об анализе и не отходил от Луи, подбадривая его во время процедуры, пока тот дёргался от боли. Когда анализ показал отравление фенобарбиталом, Гарри почувствовал, как волосы на его голове седеют, и Луи тут же увели на промывание желудка. Альфа вздохнул с облегчением, когда спустя двадцать минут, его друг доктор Браун вышел из процедурной и сказал, что угрозы больше нет, Луи будет в порядке, если будет пить много воды и отдыхать. И вот теперь, Луи лежит на кровати Стайлса, куда его принесли, не разрешая идти самому. Томлинсон обнимает подушку, чувствуя себя абсолютно вымотанным. Его горло болит от зонда, побывавшего в нём, и омега вздрагивает, вспоминая эту неприятную процедуру. Но ещё больше его трясёт от мысли, что его пытались отравить. А главное, кто это сделал и зачем? В комнату тихо заходит Гарри с пледом в руках. — Малыш, тебе надо поспать, — альфа садится рядом с уставшим парнем, поглаживая того по голове. Гарри понимает, что Луи уже засыпает, поэтому осторожно стягивает с него толстовку, и тут же замирает на миг, когда видит расцарапанную кожу на руке. — Это что такое? Кто это, блять, сделал? Луи пугается, когда видит, что Гарри начинает злиться, и залезает к ему на колени, стараясь успокоить. — Никто не трогал, всё нормально, — тихо шепчет Луи. — Я просто так испугался, я хотел успокоиться… я сам. — Что? — ошарашенно спрашивает Стайлс, разглядывая руку. — Ты сам порезал себя?. — Это просто царапины, — пожимает плечами Луи. — Пройдёт. Всегда они проходят очень быстро. — Если я ещё раз, — строго говорит Гарри, делая паузу после каждого слова, — увижу это, то ты тут же окажешься на моих коленях животом вниз, и потом тебе будет очень больно сидеть, я обещаю. Не смей так делать, понял меня? — Да, — тихо говорит Луи, — извини. Омега поднимает робкий взгляд на альфу. — Поцелуешь меня? Пожалуйста. Гарри подхватывает Луи под спину и целует, укладывая на кровать. Его губы нежно проходятся по омежьей шее, и собираются вернуться к губам, когда Луи тихо шепчет. — Пометь меня. Оставь свою метку. — Ты уверен? — Да. Я хочу, чтобы все знали, что я твой. И никто… не трогал меня. Я хочу быть помеченным тобой. Пожалуйста. Альфа целует линию челюсти Луи, спускаясь к пульсирующей венке на нежной шее. Он очень хочет сделать это, но боится, что омеге будет больно. Он очень хочет защитить своего омегу, поэтому он чуть всасывает кожу, оставляя красное пятнышко, и кусает шею, отчего омега под ним вскрикивает. Стайлс тут же зализывает место укуса, чувствуя привкус крови. Луи тяжело дышит, и Гарри укрывает его пледом, сгребая в крепкие объятия. — Никто тебя больше не тронет, — шепчет альфа засыпающему у него на груди Луи.