Все лучше, чем во сне

Утро было ясным и солнечным, частое явление для жаркого июня. Сегодня я почему-то вскочила очень рано, на часах было только 9 утра. Ну, для кого-то это и не рано, но для меня это еще ночь! Забежав в кое-то веки свободную ванную, я быстро привела себя в порядок и направилась на кухню. Да, точно, все еще спят. Пусто. Поставив чайник и насыпав в стакан нелюбимого растворимого кофе, я села на столешницу и стала ждать спасительного звонка от чайника. Тут я услышала шевеление где-то рядом. Открыв глаза, я увидела какую-то фигуру, сидящую на балконе. Воры? Навряд ли, что им тут красть?! Я вышла на балкон и даже немного испугалась, разглядев в этой фигуре спящего Тошу. Сев на корточки рядом с ним, я почувствовала резкий запах алкоголя. Да, Ниженко, мы осушили весь домашний бар?! Толкнув его в плечо, я тихо сказала: - Хэй, Тош, просыпайся, вставай давай, как ты не замерз? - хотя после такого количества коньяка невозможно не одно из действий, предложенных мной... он слегка пошевелился и застонал: - Твою же мать, где я? - На балконе! Ты вчера бухал и уснул! Ну... - я быстро сходила на кухню и принесла ему банку пива из холодильника. Он мгновенно ее осушил и попытался подняться, опираясь о подоконник и мою руку. Кое-как встав вместе с ним, я повела его в комнату. - Нахера было столько пить? - раздраженно спросила я, он тяжелый, между прочим. - Мне было плохо, - холодно сказал он, вновь застонав. - Это не повод столько пить! Ты до сих пор на ногах еле стоишь! - Не твое дело, - огрызнулся он. Я аккуратно помогла ему дойти до кровати, пробормотала не без злости "Не за что!" и закрыла дверь в его комнату. Пусть проспится, ему и так херово. Ну, в какой-то мере он сам виноват... И я сейчас и о коньяке, и об Али. Интересно, а она сама-то что думает? Рада ли она? Тут я услышала долгожданный привет от чайника. Налив в большую белую кружку с котом кипяток, я отпила глоток кофе и поморщилась. Не особо люблю растворимые напитки, но что поделаешь, тут выбирать не приходится. Что же, делать все равно нечего, и, допив адское питье, я решила приготовить завтрак. Где-то через час подтянулись все сонные обитатели квартиры. После завтрака, который я с легкой душой пропустила, ко мне подошел Жека: - Лин, собирайся. У нас сегодня с тобой одно дело, - я недоверчиво посмотрела на него: - Что случилось? Чей труп на этот раз прятать? - он так же непринужденно ответил: - Надеюсь, что не твой, но в любом случае мы выезжаем через полчаса! - Воу, воу, куда едем-то, без шуток? - что за аферу он затеял? - Мы едем к моим родителям... - коротко пояснил он. Афигеть. Я была не готова к этой новости, даже, сказать, немного шокирована. - Зачем? - выпалила я. Ну конечно понятно, зачем, выяснять, откуда я такая взялась и правда ли все это... даже немного обидно, что он все еще сомневается, хотя, я бы на его месте поступила бы также. Он все-таки ответил на этот глупый вопрос: - Надо все окончательно узнать. Тем более, я думаю, что моя мама не прочь увидеть тебя, - а вот я «прочь»! Я ее не видела с самого рождения, она мне никто! Зачем мне ее видеть?! Но вслух я сказала совсем другое: - Хорошо, буду готова через 15 минут, - с этими словами я удалилась в свою комнату. Быстро надев белые джинсы с майкой и, лишь слегка подкрасившись, я была почти готова. Волосы я решила завязать в пучок, чтобы не сразу шокировать "мамочку" своими фиолетовыми локонами. На месте татуировки, все еще отзывающейся иногда болью, красовался широкий кожаный браслет. Через 20 минут мы с Мильковским уже выходили из подъезда. Ну что, готова ли я к новому испытанию? От автора. Слишком риторический вопрос. Внутри у Лины была буря эмоций, которую она просто не в силах описать. Волнение переливалось в переживание и негодование, даже может быть в страх. Страх, такой же, как перед тестом в Тольятти. Что все не так, как она хотела. Ведь слишком часто в жизни все бывает не так, как мы хотим. Но она этого не так осознает. Хотя когда-нибудь она это поймет... главное, чтобы не было слишком поздно...