the Slackers club

Звуки вокзала Ева почему-то не любила. Так же, как и запах больниц, атмосферу аэропортов и прочее, что хоть как-то задевало струны души. Раздражающий голос женщины, исходящий из динамиков, что заставлял зажмуриться от противных нот, оповещал о приходе очередного поезда, пока девушка уже буквально дергалась в нетерпении. Наконец, и ее поезд начинает замедлять скорость. Как только вагон останавливается, то Мун вскакивает, немного напугав парочку пожилых лет, что ехала рядом. - Извините. – быстро проговаривает она, видя, как женщина направила на нее презрительный взгляд. Рыжая лезет наперерез всем: толкает людей, буквально распихивая всех на своем пути, тащит тяжелый чемодан за собой, порой проезжая им по чьим-то ногам и слыша в свой адрес множество оскорблений. Честно говоря, в данный момент Квииг было абсолютно плевать, задела ли она кого-то, или какой-нибудь человек мысленно макнул ее в унитаз за отдавленные ноги, на которые она наступала. Ева попросту вырывалась на свободу, во всех смыслах. - Вам помочь? – слышится откуда-то сбоку, пока Мун неуклюже пыталась приподнять свой чемодан, чтобы вытащить его из высокого вагона. - Да. - тут же отвечает она, отходя в сторону. Уместить все свои вещи из дома было просто нереально, так что пришлось сократить список желаемого. Но даже несмотря на это, чемодан все равно оставался неподъемным, по крайней мере, для рыжеволосой. Ей было просто необходимо поместить все свои вещи в него, так как на еще один чемодан у нее не было денег. Рюкзак за спиной тоже был полон вещей, и Ева еле застегнула его. И все бы ничего, если бы нужно было взять лишь одежду, но в новом месте проживания девушка нуждалась в постельном белье, гигиенических принадлежностях и прочих мелочах, которые, на самом деле, занимали не мало места. - Держите, - говорит блондин, мило улыбнувшись и ставя ярко-желтый чемодан девушки на асфальт, - с вас пятьдесят крон. - Что? – тут же вскрикивает Мун, смахнув рукавом пот с лица. - За оказанные услуги. – отвечает паренек, все также смотря на нее с улыбкой. - Еще чего. – фыркает Ева, а затем хватает чемодан за ручку и начинает везти его по дорожке. - Девушка! – вскрикивает тот, сразу пускаясь за прибывшей. - Вы должны заплатить! - Я думала, что вы просто хотите помочь! - С вас пятьдесят крон. – повторяет блондин, но уже жестче, больно хватая ее за предплечье. - Охрана! – вдруг громко вскрикивает та, привлекая внимание мужчины в черном костюме неподалеку. «Помощник» по чемоданам тут же матерится себе под нос, отходя от Евы, понимая, что денег здесь ему не достанется. - Какие-то проблемы, мисс? – спрашивает только что подошедший охранник. - Вот этот парень только что угрожал мне и просил денег. Разберитесь с этим, пожалуйста. – абсолютно спокойным голосом говорит она, будто десять секунд назад над ней не возвышался попрошайка ростом в два метра. - Конечно. – отвечает мужчина, переводя взгляд на блондина. Квииг разворачивается и возобновляет свой путь. Ева, конечно, знала, что проблем станет много, когда она приедет в город, но что бы они возникли, как только она ступит на землю с поезда. Невероятно! Осло был большим, а еще холодным. Конечно, в родном Бергене тоже было не лето, но ей стоило позаботится хотя бы о джинсовке, потому как одной толстовки в конце августа было недостаточно. Смотря на вечерние огни города, Ева невольно задумалась над тем, что не могло выйти из ее головы. Через какое время мать заметит ее отсутствие? К слову, однажды ее не было два дня из-за летнего фестиваля, когда рыжая уснула прямо на лавочке возле сцены, но Анна-Марит даже не приметила, что дочь отсутствовала. Еве казалось, что даже если бы она не появлялась на глаза матери неделю, то осталась бы незамеченной, но теперь, придя с работы, женщина увидит отсутствие еды, затем вещей дочери, а потом, если догадается, то и записка окажется у нее под носом. Ева глубоко вздыхает, но, заметив вдалеке нужный автобус, тут же встает с лавочки, подкатывая чемодан к бордюру. - Помочь? – спрашивает какой-то незнакомый парень, как только двери автобуса открываются. Мун недоверчиво смотрит на него, ведь уже второй раз слышит эту фразу за последний час, и прошлый незнакомец оказался не очень дружелюбным. - Бесплатно? – уточняет она, задрав бровь. - Конечно. – отвечает тот, усмехнувшись. Рыжеволосая смотрит, как парень ловко ставит ее чемодан прямо в автобус, а затем благодарит его. - Сочтемся. – отвечает он, а затем уходит. Мун еще долго в автобусе размышляет над подтекстом его подмигивания, но к сердцу близко не принимает – он был явно не в ее вкусе. В очередной раз закатив глаза и мысленно цокнув, девушка устремляет глаза к окну, в котором мелькали огни Осло. Теперь ей предстоит пережить множество испытаний. И пусть до этого она встречалась со многими передрягами в своей жизни, но эта была явно покрупнее. Отныне Ева начинала самостоятельную жизнь, хотя, по сути, она всегда была предоставлена лишь себе. С тринадцати лет она сама обеспечивала себя завтраком, обедом и ужином, а мать лишь покупала продукты домой. Вскоре пришлось готовить и для мамы. Она задерживалась на работе до самого позднего времени и сильно ругалась, если дома не было ничего приготовлено, хотя, это не было обязанностью подростка-Евы. Понемногу мать стала, рыжая не побоится этих слов, забивать на нее. Единственный, кому было хоть какое-то дело до маленькой рыжей головушки – бабушка. Но, ее не стало, когда девочке исполнилось пятнадцать. В тот день Ева поняла – теперь она точно никому не нужна. Мун молча осматривает комнату, которая теперь является ее, и улыбается. - Как тебе? – спрашивает соседка, облокотившись на проем двери. - Это выглядит даже лучше, чем на фотографиях. – отвечает рыжая, улыбаясь еще шире. - Рада, что ты будешь здесь жить. – говорит блондинка, поправляя забавный пучок на своей голове. - За последние два месяца мы поменяли около семи соседей, это невыносимо. Один курил в комнате, другой постоянно вызывал проституток, еще один парень крал у меня деньги, а предыдущая девушка ходила по дому голой. Ева тут же взрывается от смеха после слов новоиспеченной знакомой: - Серьезно? Боже, я бы не выдержала. Если учесть, что у тебя есть парень, то это просто ужасно! - Именно! – подтверждает соседка. - Он и застал ее в этом, увидев первый раз прямо на кухне. К счастью Мун, ей почти с первого раза попалась хорошая квартира. Соседями были пара, которая проживала здесь уже больше года. До заезда рыжей они с Нурой переписывались около двух недель, уточняя все детали ее переезда. - Кстати, как его зовут? – неловко поджав губу, спрашивает Ева. - Просто не хотелось бы встретится утром на кухне и увидеть удивленный взгляд. - Вильям. – улыбается та. - Все в порядке. Он знает, что ты должна была заехать сегодня вечером, так что удивленного взгляда ты не увидишь. Вильям работает в охране музея неподалеку, чтобы учиться и платить за квартиру, так что сильно не пугайся, когда ночью хлопнет дверь – сегодня он в ночную смену. - Ясно. – кротко отвечает Ева, еще раз проходясь взглядом по своему обиталищу. - Так, еще раз напомню все правила. – с глубоким вздохом говорит блондинка. - В холодильнике все полки подписаны, в ванне также есть место для каждого. Если приходишь ночью, то сильно не шуметь, громко сексом не заниматься, сильно не водить посторонних и не флиртовать с моим парнем. - Поверь, эти правила мне будет несложно соблюдать. – хихикает рыжая, прикладывая ладонь ко рту. - Это хорошо. Что ж, располагайся, а я пошла. Спокойной ночи. - И тебе! Когда белая дверь за соседкой закрывается, то Мун со всей дури плюхается на кровать и визжит в подушку. Наконец-то, она сделала это. Теперь никакой матери, что не давала жить и не верила в ее мечты. Ева, наверное, навсегда запомнила этот взгляд год назад, когда она рассказала Анне-Марит о мечте после школы поступить в институт искусства в Осло. Мать так долго и громко смеялась, что ее детское в глубине души сердечко не выдержало, и она просто расплакалась и ушла в свою комнату. Именно с того дня Ева решила, что сделает все возможное, чтобы это осуществилось. Все лето, до последнего дня, Квииг работала на двух работах. График два на два помог ей маневрировать между двумя местами заработка: два дня она сидела с детьми соседки, а другие два дня разносила почту, иногда вечером успевая вечером выгуливать чьих-нибудь собак. Она скопила столько денег, сколько смогла. И, к счастью, этого хватало на билет до Осло и первого взноса за квартиру. Также, в тайне от матери, у Евы было несколько украшений, которые достались ей от бабушки по папиной линии. Еще тогда бабуля сказала, что если станет трудно, то она должна их продать. Два кольца ушли в чужие руки, чтобы Ева отправилась сюда. Квииг отложила еще несколько изделий на будущее. В руках появляется ноутбук, и Ева незамедлительно включает его. Около недели назад она отправила резюме в огромное количество супермаркетов, магазинов одежды и прочих заведений, где она могла работать. Теперь, когда она совершеннолетняя, то могла устраиваться на официальную работу, а не выгуливать собак мистера Бейлорса за десять крон в час. Осматривая каждое письмо, Мун сразу же удаляет спам и прочее рассылки, которые тоже незамедлительно отправляются в корзину. Но вдруг девушка замечает оповещение от какого-то аккаунта. - Неужели… - тихо шепчет она, нажимая на письмо. «Ответ на письмо Евы Квииг Мун. Мисс Мун, мы рады вам сообщить, что наш клуб одобрил ваше резюме и приглашает на собеседование для должности официанта в понедельник. Подробности вы можете узнать у менеджера клуба. С уважением, руководство «The Slackers club». - Боже, да! – тихо взвизгивает Мун, прикрывая рот рукой. Она, черт побери, явно вытянула счастливый билет. Университет одобрил ее заявку около месяца назад, а теперь у нее еще будет работа и заработок. Ева откидывается на подушку, укрываясь одеялом по самый нос и закрывая глаза. - Я все смогу.