the Slackers club

Кристоффер ведет машину одной рукой, подмахивает головой в такт песни, слегка прикусив губу. Он хватается за небольшое колесико на магнитоле, понемногу добавляя звук, когда мелодия приближалась к припеву. Вдруг шатен начинает вторить словам певца, подбивая рыжую на такой же поступок: - And you’re standing on the edge, face up! – Шистад выжимает громкость чуть ли не до предела. - Cause you’re natural! – вскрикивает Ева, вскидывая руки к верху. Музыка разрывала маленькое пространство, однако шатен лишь шире улыбался, размахивая свободной рукой, словно и впрямь находился на концерте Imagine Dragons, а не в своей черной ауди. Мун в свою очередь продолжала подпевать солисту, правда, через строчку – все слова песни она не знала, однако очень хорошо изображала человека, играющего на гитаре какой-то невероятный рок. Шатен опять жмет какие-то кнопки на панели, от чего люк на крыше автомобиля открывается, сразу же впуская в салон огромное количества прохладного воздуха. - Дэн Рейнольдс лучший! – кричит Квииг, когда песня заканчивается. - Эй! – Кристоффер на секунду отрывается от дороги, кинув на рыжеволосую обиженный взгляд. – Что за Дэн? - Солист этой группы. – отвечает та, устало откидываясь на спинку сиденья – такие рок концерты в машине парня отнимали все оставшиеся силы. - Явно не лучше меня. – хмыкает Крис, специально пожимая плечами. - Ну, навыки пения у него однозначно выше. – отвечает девушка, а затем получает немного щекотки от парня, освещая весь салон своим смехом. Выходить через заднюю дверь клуба и сразу запрыгивать в машину Шистада стало чем-то до боли привычным, так что Ева даже перестала задумываться, что кто-то может увидеть их – казалось, будто это не имело значения. Общими усилиями было решено заехать в один их супермаркетов по дороге к дому Мун. Чтобы не тратить кучу времени – которого и так мало – на ненужные хлопоты, прямо в магазине они решают разделиться: Ева, сломя голову, бежит в продуктовый отдел, чтобы купить фруктов для алкоголя; а Шистад берет направление в сторону отдела со спиртными напитками. Неуверенные слова рыжей о том, что где-то в недрах кухни у нее была бутылка белого вина ему совсем не нравились, поэтому он убеждает Квииг купить другой вид алкоголя – он давно хотел показать рыжей одно шампанское, которое считал произведением алкогольного искусства. Очередь и одна работающая касса в этом отделе напрягала. Кто вообще придумал разделять кассы у отделов? Крис шумно выдохнул через нос, подмечая, что каждая проведенная секунда в очереди означает уменьшение количества времени с рыжеволосой. Шистад надеялся, что Квииг уже купила нужное и сейчас придет сюда, чтобы скрасить его одиночество в очереди, которая никак не хотела двигаться. Мать всегда говорила, что он безумно нетерпеливый, что одновременно хорошо и плохо: именно эта черта помогала ему пробиваться вперед – он не желал ждать, когда что-то само упадет на него, однако вкус проигрыша иногда был слишком горьким. Кристоффер готов вознести руки к небу, когда количество людей у кассы уменьшается, и теперь он мог положить свои покупки на черную ленту. Невольно его вниманием завладевает небольшая витрина прямо у кассы: разные жвачки, быстрорастворимый кофе, шоколад всех сортов и… презервативы. Крис прикусывает губу – должен ли он купить их? Или Мун позаботилась? А может вообще ничего не будет, а он уже нафантазировал себе сюжетов, которых бы хватило на десять порнофильмов? Он еще с минуту разглядывает цветастые упаковки контрацептивов, а потом все же берет одну – ему искренне хотелось, чтобы все произошло сегодня, в противном случае ему придется воспользоваться рукой, как какому-то сопляку из средней школы. - Этот поставщик ненадежен, Бард. Выбери другого. Кристоффер инстинктивно оборачивается на до боли знакомый голос, впиваясь взглядом в высокую, от части худощавую, фигуру отца. Эрлинг завершает разговор, кладет телефон в карман своего черного пальто, а потом укладывает три коробки с коньяком на ту же ленту. Отец не заметил его? - Не думал, что такие важные персоны заглядывают в «супермаркеты для смертных». – произносит Кристоффер слова, когда-то сказанные самим Эрлингом. - Тоже самое могу сказать про тебя, сын. – усмехается тот, убирая руки в карманы. – С каких пор ты покупаешь алкоголь в таких местах? - Без разницы где продают его, если алкоголь качественный. – отчеканивает шатен, непроизвольно задирая голову, дабы быть наравне с отцом. – А вот ты, похоже, опустился по рангу, раз берешь такой дешевый коньяк. - Экстренная ситуация. К счастью, беру не себе. – пожимает плечами Эрлинг, а затем переводит взгляд на покупки сына. – А ты, смотрю времени не теряешь. Нашел развлечение на ночь? Нотки удовольствия проскользнули в тоне Шистада-старшего, а улыбка растянула губы. Крис же не сразу сообразил, о чем идет речь, но потом взглянул на товарную ленту, натыкаясь взглядом на пачку презервативов. Все в нем мгновенно вспыхнуло – отец решил, что он собрался провести ночь с девушкой из эскорта или чего похуже. Вот же черт! Сразу захотелось ответить какой-то колкостью, чтобы стереть это противное выражение лица напротив. Эрлинг буквально был убежден, что сын послушал его, разорвав отношения с Мун. - Да. – произносит Крис, делая паузу и видя, что отец чуть ли не захлебывается в собственном торжестве. Однако шатен быстро прерывает это чувство. – Сейчас еду к Еве. Решили отдохнуть после работы. В момент Шистада-старшего будто обливают холодной водой, от чего выражение его лица вновь возвращается к убийственному. Салюты внутри Криса взрывались один за другим, но внешне он был спокоен. Дабы совсем добить отца тем, что он не собирается бросать Еву, парень берет с витрины еще четыре упаковки контрацептивов, кидая на товарную ленту. Да, он вряд ли выдержит такой марафон после двенадцати часов работы, однако этот жест не оставил отца равнодушным. К счастью, самую медленную кассиршу мира – по мнению Кристоффера – наконец-то заменяет другая женщина, от чего очередь в момент приходит в движение. Он чувствует прожигающий взгляд отца еще около трех минут, а затем удаляется из алкогольного отдела. Быстро достает из пакета презервативы, распихивая по карманам куртки – было бы ужасно, если бы Квииг увидела это. К счастью, Крис заканчивает с этой процедурой ровно к тому моменту, когда из-за угла к нему подбегает Ева со своим пакетом. - И зачем столько людей в супермаркете в вечер среды? – возмущенно протягивает она, когда Шистад выхватывает тяжелый пакет из ее рук. - Согласен. Думаю, нам нужно поторопиться – курьерская доставка заказана на девять. - Бежим! Кристоффер с двумя пакетами в руках еле поспевал за Мун, бежащей вприпрыжку. Парковка была пустынна, будто специально для них. Ева решает не терять такой возможности, скачет все выше, вскидывая руки к верху и кружась. Шатен же насмотреться не может – она выглядела такой счастливой, что он готов отдать все, лишь бы девушка улыбалась также широко и лучезарно. Добежав до ауди Шистада первой, Квииг призывно облокачивается на капот автомобиля, откидываясь на локти: - Долго тебя еще ждать? – чуть ли не мурлычет она, поглядывая на приближающегося Кристоффера взглядом из-под опущенных ресниц. - Я бы обогнал тебя, не будь в моих руках пакетов. – хмыкает Крис, как бы говоря очевидное. - Посмотрим. – также лукаво отвечает рыжеволосая, сразу усаживаясь на свое место, как только парень нажимает на нужную кнопочку на брелке. Ехать до квартиры Евы остается настолько мало, что они даже не успевают спеть не одной песни. Зато успевают поспорить: Крис просит поставить песню, под которую официанты будут танцевать на конкурсе уже через неделю, а Мун всячески уходит от ответа, в конце ставя ультиматум – песню она не выдаст. Ведь ей хотелось, чтобы он услышал ее непосредственно на конкурсе – это придаст особенности моменту и…сексуальности? - Четвертый этаж? – зачем-то переспрашивает Шистад, когда девушка жмет на кнопку в лифте. - Ага. – кивает та. – Не люблю, когда квартира слишком высоко. - Упс, тебе придется смириться. – произносит Крис, поджав губы, сразу ловя вопросительный взгляд Квииг. – До моих апартаментов подниматься двадцать три этажа. - Двадцать три? – рыжая выпучивает глаза, но потом быстро осекается, выходя из лифта. – Кто сказал, что я собираюсь навещать твои апартаменты? - Это мы еще посмотрим. – хмыкает шатен и проходит в квартиру вслед за Евой. Мун быстренько снимает укороченные сапожки с ног, попутно разматывая шарф, а затем кидает свои ключи с забавным розовым брелком с надписью «BERGEN» на маленькую тумбочку у входа. - Чай или сразу вино? – со вздохом спрашивает Ева, чувствуя некую нервозность, пока шатен оглядывал прихожую. - Я купил шампанское. Начнем с него. Рыжеволосая не находит, что сказать, поэтому лишь сдержанно кивает, чувствуя, как ладошки немного взмокли. От чего она нервничала? Квииг сама не знала ответа на этот вопрос. Лишь сердце быстро билось в груди, пока она вешала куртку Кристоффера, а затем попыталась выхватить пакеты из его рук, но шатен был не приклонен – только спросил, где кухня, а потом направился по заданному направлению. - И так…ты живешь здесь? – Крис не знал, почему между ними появилась неловкая пауза, поэтому поспешил заполнить ее чем-нибудь. Хотя, стоило признать, что мысленно набросал план того, что бы хотел выяснить у рыжей. - Ты такой догадливый. – хихикает девушка, доставая с полки два фужера, принадлежавших не ей. Ева искренне верила, что Нура бы пожертвовала посуду ради личной жизни подруги. - Что насчет твоих соседей? – спрашивает он, откидываясь на деревянную спинку одного из трех стульев – не очень-то и мягко. - Парень и девушка. Они живут в одной комнате, а я в другой. Еще у нас общая гостиная, ванна и кухня. Им постоянно попадались сумасшедшие соседи, так что сожительству со мной они рады. - Вы общаетесь? – уточняет Крис, потому как видит, что девушка говорила с нескрываемой теплотой о своих соседях по квартире. - Да, мы стали прекрасными друзьями за эти полтора месяца. – Мун разворачивается лицом к парню, но мыслями она была далеко не здесь. – Мне не хватало подруги, а Нура… Она говорит, что мы – соулмейты, я тоже так думаю. Она учится на втором курсе журналистики, а ее парень в юридическом – третий курс. И я правда рада, что мы смогли найти общий язык. - Я думал, Тейлор – твоя подруга… - задумчиво отвечает Кристоффер, поглядывая на рыжую. - Тей, безусловно, моя подруга. – Ева ставит фужеры на длинных ножках на стол. – Еще у меня есть Афина и Арне – ребята из университета. Разве у меня не может быть много друзей? Ну, и, конечно же, Эскиль и Инес. - Черт, у меня такое ощущение, будто я ничего о тебе не знаю! – шатен и впрямь выглядел озадаченным. - Мы можем это исправить. – добродушно улыбается Квииг, быстро чмокая Шистада в лоб, чтобы это по-детски растерянное выражение лица покинуло его. – Пойдем в гостиную. Каждую комнату Кристоффер осматривал, словно находился в зале какого-то музея. К слову, комнатка, как он и ожидал, оказалась достаточно маленькой, но уютной – минимализм в лучшем его проявлении. Парень только хочет спросить что-то еще и открывает рот, как квартиру оглашает дверной звонок, и рыжеволосая быстро упархивает в коридор. Буквально через минуту появляясь там же с большим белым пакетом. - Ты что, решил купить еды на неделю? – Мун плюхается на диван, ставя весь груз на журнальный столик. - Я не знал, что именно тебе захочется, поэтому взял…все. – произносит Шистад, от нервозности постоянно сжимая и разжимая кулаки. С каждой минутой он все больше и больше сталкивался с тем фактом, что мало чего знает о девчонке, что сидела рядом. Ева хватает первый контейнер, открывает и сразу же издает удовлетворенный стон от увиденного – прямо напротив ее лица находились японские роллы, от которых тут же потекли слюнки. Кристоффер, видя, что той не терпится приступить к трапезе, подает две деревянные палочки, с молчаливой улыбкой поглядывая в ее сторону. Конечно, после рабочего дня ему тоже хотелось поскорее закинуть чего-нибудь в рот, однако наблюдение за Квииг занимало его сильнее. - М! Вот же черт! – вскрикивает Мун, тут же подскакивая со своего места. Девушка своей неаккуратности уже никогда не удивлялась, но в очередной раз почувствовала неловкость перед парнем, когда рис прокатился по ее рабочей футболке, оставляя след от плавленого сыра. Рыжеволосая быстро отставляет еду и убегает в спальню – ей нужно пару минут, чтобы переодеться. Крис же не мог перестать улыбаться от произошедшего, но промолчал, дабы не смущать Еву сильнее. Он лишь достал все контейнеры, красиво расставив на миниатюрном журнальном столике. Кусочек пиццы с моцареллой отправляется прямо в его рот, однако стоит девушке вновь появится в комнате, как Крис чуть ли не давится этой самой моцареллой. Мун не была голой или одетой во что-то сверхъестественное – лишь что-то на подобие того, что девчонки называли кофтой с рукавами три четверти, а на ножках красовались тканевые шорты с изображениями маленьких рисованных овец. Шатен тяжело сглатывает, совершенно не понимая реакции своего тела и даже немного стыдясь – Ева выглядела до безумия по-домашнему и мило, образ дополнял забавный пучок на макушке, а в его голове роились мысли совершенно другого характера. Вот же черт! - Ты же хотел узнать меня? – спрашивает Ева, закидывая себе в рот японский ролл. – Вот тебе факт: я безумно неаккуратная! Постоянно все роняю, разбиваю, выливаю, и это меня раздражает. - Я уже заметил. – усмехается шатен, отводя взгляд от ног Квииг, что уселась по-турецки. – Может, расскажешь о своей семье? Мне бы хотелось знать, почему ты отказалась от жизни в Бергене и сбежала сюда. Крис, откровенно говоря, на секунду даже побоялся задавать этот вопрос – все личное девушки казалось ему чем-то неприкосновенным - однако в том же время хотелось забраться ей в самую душу, чтобы узнать буквально все. Его любопытство было не меньшим, чем любопытство девушки напротив. - Что ж, - рыжеволосая отряхивает руки, жуя рыбу, - наверное, я затянула с рассказом о совей семье, ведь про тебя я знаю…многое. Шистад согласно кивает и устраивается поудобнее на мягком диванчике, копируя позу Мун. Хотя в брючном костюме было не так уж и удобно сидеть с закинутыми ногами. - Эм… - Квииг немного мнется, опять-таки чувствуя неловкость, когда приходится рассказывать о себе какие-то подробности. – У меня была жизнь «Барби в доме мечты». Двухэтажный коттедж, куча кукол и игрушек, любящие друг друга родители и маленький белый кот. Все было…круто. Я правда не знаю, как объяснить. Мой отец не зарабатывал миллионов, но был хорошим адвокатом, поэтому мы были что-то вроде среднестатистической семьи. Мне казалось, что так и должно быть: куча друзей, любой подарок на день рождения, родители любят тебя всем сердцем, а на выходных приезжают бабушка с дедушкой. Я даже не подозревала, что бывает обратная сторона всего этого. В какой-то момент отец и его хороший знакомый решили открыть совместный бизнес или что-то в этом роде… По итогу, этот «хороший знакомый» перевел всю прибыль в оффшоры, до которых позднее добрались органы повыше. Было бы странно, если бы их не раскрыли. Но отец даже не знал о существовании этих переводов, а по документам они все принадлежали ему. Отца пытались усадить за решетку, но адвокатский опыт спас его, так что было пару лет условно и огромный штраф. С этого момента все полетело в пропасть. – на последнем слове голос у девушки почему-то вздрагивает, но она берет себя в руки. – Этот человек, что завел оффшоры, смог присвоить весь прибыльный бизнес себе, а большую часть накоплений отец вложил туда. Последнее, что было, ушло на штраф от суда. – Ева останавливает речь, прикусив губу, ведь она давно не уходила так далеко в свои воспоминания, а теперь как будто и впрямь перенеслась в то время. – Зарплаты матери не хватало, чтобы все было как раньше, а из-за условки отец не мог работать адвокатом до окончания срока. Начались ссоры, крики, битая посуда. Потом родители развелись. Мама не верила, что мы сможем выбраться из этого положения, поэтому быстро выселила его. Я осталась у разрушенного «дома мечты» с котом в руках и разведенными родителями. Какое-то время мама даже пила, но потом просто ушла в работу так, что на мое существование лет с тринадцати просто забила. Если бы не бабушка, то я, наверное, стала пить, курить и колоться со своими одноклассниками из новой школы – средств на обучение в той, в которой я училась раньше, больше не было. Потом умирает дедушка. – Мун замирает на секунду, а потом почему-то ее губы растягивает легкая улыбка. – Черт, все это звучит как гребаная черная полоса из какого-то фильма, но это и была полоса! Бабушку очень сильно подкосила его смерть – тот уровень любви, который они испытывали, мало кому удается постичь в этой жизни. Три года назад не стало и бабушки, а моя любимая мамочка даже не пришла на похороны собственной матери – решила, что командировка важнее. Я еле-еле вытерпела эти последние три года. Все, чем я жила – это мысли о том, как я сбегу. Раз за разом я прокручивала в голове тот момент, когда приезжаю в Осло и поступаю в академию искусств. И теперь я здесь: поступила в академию, устроилась на работу, наконец-таки нашла друзей. Да, мать иногда покушается на мою жизнь, но я больше, чем уверена, что по большей части ей без разницы. Почти все мои мечты сбылись. Понимаешь, что я чувствую? Кристоффер молчит, будто проглотив язык – он совершенно не знал, что можно было сказать сейчас. Его история была абсолютно противоположной. Он не понимал, что она чувствует, лишь мог догадываться. - Ты… - начинает шатен, но слов толком и не находит. – Мне жаль. - Все в порядке. – Ева беспечно пожимает плечами, будто минуту назад не собиралась плакать. – Время идет, чувства притупляются. И не стоит забывать о хорошем, ведь не случись бы всего этого, то меня бы здесь не было. - Даже не хочу думать об этом. – отвечает Кристоффер, накрывая маленькую ладошку Мун своей. - Я тоже. – поджимает губы рыжая. Она и впрямь уже не представляла и дня без этого парня. Шистад вздыхает, а затем откладывает контейнер куда-то в сторону, пододвигаясь ближе к девушке. Он садится чуть ли не вплотную к Квииг, все также держит ее холодную ладошку и аккуратно касается своим носом ее щеки. - Ты очень сильная. Безумно. – шатен шепчет эти слова, раз за разом водя кончиком носа по ее щеке и за ушком. – Я уверен, что пришло время белой полосы. Ева легко усмехается от этих слов, не скрывая улыбки. Шистад целует ее прямо в эти растянутые уста, с удовольствием растягивая момент. Поцелуи с рыжеволосой всегда были разными, но именно этот напоминал ему сладкий мед, в который обмакнули ложку, а теперь наблюдали, когда же он весь стечет с этой самой ложки. Вторая рука поднимается до лица, обрамленного веснушками, и Кристоффер также медленно касается его, поглаживая пальцами. - Мхм, - Ева пускает вибрацию прямо в губы, от чего шатен блаженно выдыхает, - мы так и не открыли вино. - Шампанское, Мун, шам-пан-ско-е! - Плевать! – девушка вскакивает с дивана, от чего Крис разочарованно откидывается на спинку. – Я за штопором. Крис удивляется, когда Ева признается в том, что без ума от джаза. Он быстро находит свой телефон в кармане куртки, невольно натыкаясь на пачки презервативов. Невольно сглотнув, шатен все же берет телефон и включает девушке одну из новинок индустрии блюза, а потом и целый альбом этого исполнителя. Рыжая, не скрывая разрывающих ее эмоций, сразу рассказывает о своей мечте в виде винилового проигрывателя и целой коллекции пластинок всех современных, джазовых и блюзовых исполнителей. Он не врет, когда обещает ей когда-нибудь исполнить это желание, а сама же Ева в очередной раз ругает его за то, что он без конца тратит на нее деньги. Шампанское быстро ударяет в голову. Они выпили лишь по два бокала, Мун не чувствовала себя пьяной, однако прекрасно ощущала, что раскрепостилась, наконец-таки перестав стесняться Криса в своей домашней обстановке. Они кормят друг друга всем, чем только можно, и Ева даже несколько раз специально промахивается мимо его рта, дабы измазать лицо шатену. Шистад на это только смеялся, быстро вытирал лицо салфеткой, а затем пачкал саму Мун, которая отворачивалась. Шатен все равно ловил ее, заключая в свои объятия, а потом слизывал все, словно какой-то лабрадор. С третьим бокалом приходит новая идея: Кристоффер быстро встает со своего места, включает нужную композицию на айфоне, а затем протягивает девушке руку. - Потанцуем? Могла ли она отказать? Да и зачем? Крис выглядел до одури привлекательным с этой озорной улыбкой на губах и легким румянцем на щеках от алкоголя. Как будто не владелец одного из самых успешных клубов в Осло, а простой двадцатитрехлетний парень, который заканчивает учебу в каком-нибудь университете и счастливо живет с родителями где-нибудь в пригороде. Ева вкладывает свою ладонь в его, уже через секунду ощущая приятные мягкие ладони на своей талии. Крис держал ее близко, но не слишком давил, лишь изредка прижимал к себе, будто проверяя, реально ли все это. Он уткнулся в ее волосы, которые давно были распущены им самим же, и без конца вдыхал их запах – бывают ли такие шампуни или же Квииг сама излучала такой прекрасный запах? Шистад не знал. Зато хорошо знал, что ему бы хотелось продлить этот момент навсегда – атмосфера была невероятной. У Мун же желания полностью совпадали: хотелось медленно покачиваться из стороны в сторону под умиротворительный джаз. В голове витал какой-то белый шум, заполняемый лишь музыкой, которая не оставляла места словам. Шатен чуть-чуть отодвигается от нее, пару секунд смотрит в глаза, а затем завлекает в поцелуй. Поначалу просто будто гладит губы, проходясь по ним языком – Ева даже прекращает танец от такого движения, полностью сосредотачиваясь на поцелуе. Немного холодные ладошки поднимаются от плеч Криса к его лицу, притягивая ближе, вжимая сильнее. Хотелось больше, хотелось ярче. Девушка была уверена, что Шистад желал того же. Уверенности добавляло то, что так беззастенчиво упиралось ей в бедро. Парень глухо стонет ей в рот, а затем пробирается языком в горячую пучину рта рыжей, а руками опускается прямо на мягкие ягодицы – он лишь пару раз позволял себе такие действия за все проведенное с Мун время. Ева хватается за предплечья парня, чуть ли не впечатывая в себя тело Криса, пока тот раз за разом сжимал ее бедра и шумно дышал. Шистад не остается в долгу: одна рука поднимается до шеи, притягивая к себе за затылок рыжую; а вторая в момент оказывается под легкой кофточкой и начинает нежно натирать кожу. - Мхм, - глухо стонет Ева, а уже через секунду шатен отрывается от нее, мокрыми губами спускаясь по шее. Он не медлил и секунды, поэтому сразу начал оставлять укусы и засасывать кожу местами. – Я…я… Она пыталась что-то сказать, но все слова будто в один миг потеряли хоть какое-то значение и вылетели из головы. Разве так бывает? Шистад замечает перемену в лице рыжей, поэтому отрывается, сразу же задавая вопрос: - Ты не готова? Скажи «да», и я остановлюсь. – горячий шепот пришелся ей прямо в ухо. - Я…я готова. Я не девственница, Крис. – проговаривает Квииг, тяжело сглатывая. - Об этом поговорим потом. – тяжело вздыхает шатен, но тут же вновь утыкается в шею девушки. – Что тогда? - У тебя есть… - дышать было трудно, а говорить тем более! - Презервативы? – Крис наконец-то отрывается, смотря в глаза, тем самым давая отдышаться девушке. Ему самому срывало крышу! Мун кивает, почему-то до ужаса стесняясь произнести это слово. Ты собралась заняться с ним сексом, но стесняешься сказать вслух «презервативы»? - Есть. Много. – кивает Кристоффер, в очередной раз завлекая теплые губы в свой плен. Он медленно начинал вести ее к тому маленькому диванчику, на котором начались сегодняшние посиделки. - Запасливый. – ухмыляется она, но потом вдруг мычит ему в губы, отрываясь. – М-м, нет, в мою комнату, в мою. - Где? – тут же хмурится Крис. Ева хватает его за ладошку, выводя из гостиной. Шатен успевает схватить со столика телефон, выключает музыку, а потом приостанавливает девушку у входа. Кристоффер быстро открывает внутренний карман своей куртки, достает пачку презервативов под горящим взглядом Евы, а потом, увлекшись, попадает в комнату с почти закрытыми глазами, целуя рыжеволосую. - Интересный интерьер. – говорит Кристоффер, оглядывая комнатку Квииг, попутно руками проникая под ту самую легкую кофточку. Вещица быстро поддается его уговорам и уже через пару секунд слетает, оставляя шатена погибать от вида упругой груди среднего размера, заключенной в обычный бюстгальтер серого цвета. Кружев, рюшей и прочего не было на ее теле – Крис даже не удивится, если трусики рыжей окажутся из другого комплекта – однако даже так девушка выглядела до одури привлекательно. - Ты очень красивая. – шепчет шатен, сразу же целуя сначала ключицы девушки, а потом спускаясь ниже, прямо к самым чашечкам лифчика. Мун видела мир через призму некой лихорадки: все крутилось вокруг нее в бешенном ритме, дышать было трудно, ноги не держали и хотелось упасть, а руки совершенно не слушались, но она отважно продолжала расстегивать рубашку парня. В этом ей никак не помогал Кристоффер, так тщательно облизывающий ее грудь. - Какого… - застывает Ева, распахнув полы рубашки Шистада. В оцепенение ее ввел вид, оказавшийся прямо перед ее носом. Да, она ожидала увидеть накаченную грудь, пресс и груду мышц – все это, к превеликому счастью девушки, имелось – однако лицезреть огромную татуировку, занявшую почти всю грудь шатена, она не ожидала. Совсем. Крис не сразу отходит от дурмана, что завладел его сознанием, но, когда понимает, о чем идет речь, то не может не рассмеяться и запрокидывает голову к верху. - Что это, черт побери, такое? – быстро шепчет она, и Крис может видеть в ее взгляде шок, перемешанный с восторгом. - Тебе нравится? – все же Крис хотел знать ответ на этот вопрос. - Мне не нравится, что ты не говорил мне о имеющейся тату размером с половину тебя! - Брось. Какая половина? Верхняя часть торса. Сделал два года назад у Матиаса. – отвечает шатен, а потом чувствует аккуратное прикосновение холодных пальчиков к груди, от чего вздрагивает. - Так вот почему Матиас… - тихо выдыхает Ева, завороженно разглядывая чернила на Крисе. - Именно. Мы познакомились, когда он бил мне татуировку, и с тех пор часто общаемся. - У тебя есть еще тату? – рыжая выглядела маленьким ребенком с этим вопросительным взглядом. - Пока нет, но все впереди. – пожимает плечами Кристоффер, а затем запускает свои руки в мягкие волосы девушки. – Кажется, мы отвлеклись. - Почему ты не рассказывал мне? – сбитым шепотом спрашивает она, когда парень кусает ее шею. - Я хотел. – шатен кусает мочку розового ушка, от чего Квииг шипит. – А потом в ресторане ты рассказала, что любишь татуировки, так восхищалась рукавами того официанта, что я решил оставить свою тату на десерт. - Сумасшедший. – хрипит Мун с закрытыми глазами и окончательно стягивает рубашку с парня. Еве кажется, что он может сломать ее, если будет так сильно прижимать к себе. Она легко вскрикивает, когда Кристоффер опрокидывает ее на кровать, а сам оказывается сверху уже через секунду. Шатен быстро сдергивает с загорелых с лета ножек те дурацкие шортики с овечками, что не давали ему покоя весь вечер, и мокро целует в живот, от чего девушка чуть ли не сжимается в один клубок. Крис раз за разом проходится ладонями по нежной коже, начиная от шеи и заканчивая коленями – ему хотелось поцеловать ее везде, однако чем больше он оттягивал момент, тем невыносимее становилось напряжение в штанах. - Где твои перстни? – в полубреду спрашивает рыжая так, что Крис даже не слышит с первого раза. - Что? - Где твои перстни? И браслеты? Где? – лихорадочно шепчет она, когда парень поднимается к ее веснушчатому личику. - Решил не надевать сегодня. – отвечает тот, до сих пор не особо понимая, почему это так волнует Квииг. - Дурак. - Почему? – наконец-таки спрашивает Крис, чувствуя, как маленькие ладошки переместились на его ремень, пытаясь скорее расстегнуть его. - Я обожаю твои перстни. – шепчет Мун запыхавшимся голосом, освобождая парня от кожаного ремня и тут же дергая ширинку, от чего Шистад глухо стонет, закрыв глаза. – Мне даже снился сон…эротический сон. Я облизывала твои пальцы с перстнями, а потом ты… ты трогал меня везде своими пальцами... в перстнях. Кристоффер не может сдержать рыка от таких слов девушки и призывно толкается бедрами навстречу ее промежности. Шатен тут же подскакивает, приподнявшись на коленях. Без лишних слов он буквально срывает с девушки бюстгальтер, а затем и скромные черные трусики. Вид мягких и упругих ягодиц Мун, между которыми лоснилась влага, вызывал в нем слишком непреодолимое желание. Кристоффер одной рукой хватается за свои боксеры, а другой подхватывает пачку с презервативами. Ева чуть ли не вскрикивает, когда то, что упиралось ей в бедро весь сегодняшний вечер, то, о чем она последнее время много думала, буквально выскакивает из трусов парня. Квииг тяжело сглатывает, но не может оторвать взгляда от Криса, что зубами разорвал фольгу, а затем стремительно натянул защиту на свое достоинство. Мун подумала, что он и впрямь мог называть это достоинством. Большой. Аж дыхание перехватило. Невольно вспоминается ее первый половой партнер – шестнадцатилетний Юнас, который не мог похвастаться чем-то грандиозным, кроме того, как запудрить ей мозги, дабы она согласилась на секс. Все мысли о бывшем парне растворяются, когда, прикусив губу, Шистад раздвигает ее ноги в разные стороны и смотрит прямо туда. Принесите градусник, у рыжей явно температура выше нормы! Все это казалось гребаным мокрым сном девочки-подростка, перед которой стоял он. Такой красивый, запыхавшийся, с растрепанными волосами, сбившимся дыханием и невероятным чернильным рисунком на груди. Мун запоминает, что обязательно изучит тату поподробнее, желательно, языком. Видеть, как он властно держит ее за щиколотки своими накаченными руками, было за гранью. Еве казалось, что она уже давно за границей нормального, но, оказалось, это всего лишь начало. - Ты готова? – тихо спрашивает он, поглядывая на рыжую до чертиков безумным взглядом. - Давно. Давай же, Крис. – Ева сама удивляется скулежу, который вырывается из ее рта. Шатен наклоняется к ней, наваливаясь всем своим телом, а затем тихо выдыхает ей прямо в губы: - Я постараюсь быть нежным, но не обещаю. - в этот момент Кристоффер вводит сразу два пальца, от чего рыжая хнычет. – Боже, Ева, ты такая… - Прекрати издеваться. Крис! – терпение рыжей было на исходе. Шистад тоже не мог похвастаться особой выдержкой, когда под ним лежала она. Как долго он мечтал об этой картине? Он не соврет, что такие мысли начали проскакивать у него давно. От всех этих мокрых поцелуев с рыжей у него всегда голова шла кругом! Кристоффер подвозил ее после работы домой, они обычно долго целовались в машине, а затем парень ехал домой стремительно быстро, дабы поскорее оказаться в душе и снять то напряжение, что копилось весь день, когда он глядел на Еву. Когда он толкается в нее, то Квииг не может дышать. Ей даже на секунду показалось, что она выгнулась настолько сильно, что точно сломала пару позвонков. Крис же воспользовался этим, подложив руку под Мун и притянув ее к себе ближе. Рыжеволосая ощущалась до безумия хорошо, и он еле сдержался, чтобы удержать разум при себе и не кончить после первого толчка. Сначала медленно – Шистад сразу ощутил, что у девушки давно ни с кем не было, поэтому понимал по немного скривившемуся лицу Евы, что ей немного неприятно. Постепенно увеличивая темп, он начал двигаться быстро. Ева в бессилье стонала ему на ухо, пока Крис одной рукой стоял на предплечье, а другой придерживал рыжую за косточку таза, постоянно подхватывая ее направление и вбиваясь глубже. Раскинув руки по простыням, девушка не знала, за что хвататься – все вокруг слилось в один большой калейдоскоп эмоций и чувств. Это был ее третий раз за всю жизнь, так что Мун была готова спорить, что так хорошо ей еще никогда не было. Кристоффер дышал хрипло, то крепко сцепляя зубы, то вгрызаясь в шею Квииг. Он не выходил полностью, но менял темп и угол, от чего Мун была в состоянии лишь сжимать простыни и стонать ему в ухо. Крис чувствовал, что больше не сможет продержаться больше минуты, виной тому долгое отсутствие секса или же эта пшеничноволосая нимфа под ним – он не знал, однако понял, что пора завершать этот раунд. - Скажи, - Шистад вдруг подает голос, продолжая толкаться в податливое тело, - ты кончала с ним? С тем, кто лишил тебя невинности? Скажи! Шатен был на пороге апогея эмоций, поэтому не мог себя сдерживать, еще сильнее сжимая тело девушки – там наверняка останутся синяки. - Нет, нет, никогда. – Мун отвечала, даже не открывая глаз – ей было слишком хорошо. - Тогда приготовься, детка. – говорит он, криво усмехнувшись. Неожиданно Крис ускоряет темп до какого невозможного, вцепляется в ее раскинувшиеся локоны, а ртом спускается груди. Ева понимала, что лишь получала наслаждение, никак не помогая своему партнеру, но Крис лишь продолжал толкаться, кайфуя от того, что девушке хорошо. Вдруг одна ладонь парня отпускает ягодицу рыжей из плена и скатывается прямо туда. Кристоффер начинает быстро шевелить рукой, натирая чувствительное место, а потом, за секунду до кульминации, приказывает: - Кончай. И она кончает.