the Slackers club

Противный звонок звучал так ужасно, что хотелось подойти и ударить по этому незамысловатому аппарату, однако то, что сейчас он означал конец пары, давало ему право жить. Студенты вскакивают со своих мест, некоторые даже не говорят профессору «до свидания», скрываясь за большими дверьми выхода из аудитории. Наступила любимая часть учебного дня, если не считать завершение всех занятий – получасовая перемена для посещения кафетерия. Ева выходит из кабинета почти последней, не забывая сказать миссис Элистер вежливое «до свидания». Рука автоматически тянется к гаджету в заднем кармане – Арне должен был написать ей и ответить, придет ли в кафетерий, чтобы пообедать вместе с ней. Наличие сообщение от совершенно другого адресата заставляет ее чуть-чуть замедлить ход, а улыбка невольно растягивает уста. chrisshistad «14:25, верно?»

evamohn «именно»

chrisshistad «буду ждать тебя на парковке у главного входа» Краткое «увидимся в кафетерии» от Арне тоже заставляет ее улыбнуться – наконец-то, спустя столько дней, они поговорят. Они не обедали прямо с того понедельника, когда все вернулись с вечеринки Бенджамина Вуда: сначала у них не совпадало расписание, затем Брегстотт снова уезжал на какой-то конкурс, а затем было их танцевальное соревнование в клубе. Сегодня рыжая была настроена решительно, поэтому утром написала другу предложение о совместном обеде. Квииг и впрямь обрадовалась, когда он согласился, ведь Афина по-прежнему всяческими путями избегала ее, а ей нужны были друзья в университете, без них было совсем одиноко. Вдруг Мун снова вспоминает про конкурс в клубе, и от этого на лице появляется легкая улыбка. Они, черт побери, выиграли конкурс! После того сумбурного признания Шистада им все же пришлось выйти в зал, так как Кристоффер – как владелец заведения – должен был вручать приз победителю. Они появились перед началом танца под номером семь, который составил им неплохую конкуренцию: девчонки из этого клуба хорошо двигались и чувствовали музыку. В какой-то момент Квииг даже почувствовала неуверенность в собственных силах, к ней подлетела Тейлор и начала щебетать и просчитывать их шансы на победу. Кикетт настолько была увлечена догадками, что заметила стоящего рядом начальника только к концу своей речи. Привалившись к стене, Крис вальяжно осматривал свой клуб, рукой потирая все еще оголенную талию Мун. Однако подруга промолчала, посмотрев на нее таким взглядом, который так и вопил: «Поговорим позже!». Но все разговоры об их отношениях с Шистадом уходят на второй план, когда владелец на сцене вскрывает заветный конверт, внутри которого оказывается бумажка с названием их клуба. Ева может буквально пересчитать по пальцам те моменты, когда была настолько счастлива. Они с командой прыгали чуть не до потолка и кричали во все горло. Шистад торжественно вручает им кубок и денежный приз, который, несомненно, пойдет на процветание заведения. В толпе участников и посетителей Кристоффер даже успевает поцеловать ее, совершенно не заботясь об окружающих вокруг людях. Мун поначалу переживала об этом, однако вскоре забыла, даже радуясь тому, что Крис так заявил свои права на нее – озлобленный взгляд Кензи в раздевалке стоил того. Ева входит в кафетерий и уже замечает Брегстотта, стоящего у стойки с едой. Рыжеволосая машет ладонью, широко улыбаясь, в ответ получая такое же выражение со стороны блондина. Но стоит ей лишь переступить порожек, на котором спотыкался каждый третий первокурсник, она сталкивается с какой-то девчонкой с потока, что несла в руках пластиковую тарелку с шоколадным эклером. - Черт! – тут же вскрикивает рыжеволосая, отскакивая от нарушительницы спокойствия. - Ой, прости, пожалуйста! Я не специально, правда! – девушка размахивает руками со сладостью. – Извини! Я такая неуклюжая. - Все в порядке? – к девушкам подбегает Брегстотт, видевший момент столкновения. - Не переживай, - сразу оглашает Квииг, смотря на взволнованную девушку напротив, - я сейчас быстро застираю это, и пятна не будет. Подождешь меня здесь, Арне? - Да, конечно. – блондин с неодобрением поглядывал на девчонку с потока первокурсников. - Еще раз прости… - Все в порядке, я быстро. Мун стремительно бежит к ближайшему туалету в корпусе, проталкиваясь через толпу студентов, спешащих поесть. По дороге она стягивает пострадавшую рубашку, которая до этого висела на ее плечах в расстегнутом состоянии, открывая вид на незамысловатую белую майку на толстых бретелях с кармашком на груди. Крис, вероятно, «наругает» ее за такой наряд, но Еве лишь в очередной раз хотелось его подразнить. Она дергает за ручку сначала первую кабинку, а затем вторую и третью – все занято! И кто придумал делать отдельные кабинки с дверьми, где раковины размером с ее ладонь? Было бы куда проще, если бы сейчас она зашла в общую комнату с раковинами и небольшими кабинками, как в стандартом торговом центре. Черт! В бессилье Мун разворачивается, пытаясь отыскать кротчайший путь к небольшой комнатке, которую называли кладовой. Там хранились предметы для уборки территории университета, несколько средств для мытья разных поверхностей, но самое главное – там была раковина! Ева точно помнила это, так как в тот раз они с Брегстоттом пролили на пол целую пачку сока и в панике искали бумажные полотенца. Сломя голову, Квииг бежит как можно быстрее – пятно начинало подсыхать, так что следовало поторопиться, чтобы еще иметь возможность ходить в этой вещице сегодня. Часто дыша, Ева все-таки находит ту небольшую каморку, на секунду оглядываясь по сторонам, проверяя наличие технического персонала – никого вокруг. Рыжая дергает ручку серой двери и уже через секунду застывает, будто врастая ногами в пол. Посреди шкафов с моющими средствами стоял небольшой стол, обычно используемый под большие инструменты или вещи персонала, однако сейчас все это валялось на полу в хаотичном порядке. Мун буквально перестает дышать, когда смотрит на происходящее: на этом самом столе, широко раздвинув голые ноги, восседала Афина, пока рядом стоял высокий и худощавый Бенджамин, что без конца вколачивался в ее миниатюрное тело. Резкий выдох слетает с ее губ совсем неожиданно, но окончательно привлекает внимание парочки. Ева еще пару секунд смотрит на своих сокурсников. Это никто иной, как ее подруга – Афина Блэк! - Извините… - у рыжей вырывается хрип, а все внутренности скручивает узлом. Квииг закрывает входную дверь, сразу отпрыгивая от нее на несколько шагов. Твою мать! Ева плохо могла совладать со своими эмоциями, поэтому стояла, как вкопанная, хотя следовало бы бежать без оглядки. Только что она засекла парочку! Мун прикладывает ладонь ко рту – она буквально не верила в произошедшее. Афина, ее милая и добрая подруга Афина, которая любит читать книжки у камина по вечерам, только что сидела на столе в университетской подсобке и громко выстанывала имя Вуда. Дверь вновь открывается с хлопком, отскакивая от стены, и из помещения вылетает Блэк. Ее волосы растрепаны, помада смазана, а кофта надета задом наперед. Вашу ж мать… - Ева! Ева, погоди! – запыхавшимся голосом проговаривает она, подбегая к подруге, а затем начинает тараторить. – Это не то, что ты подумала! Просто мы… Я не знаю, как так получилось. Бендж, он… - Не нужно, - Квииг сама вздрагивает от своего же голоса – тон был необычайно спокойным для такой ситуации, - не нужно ничего говорить. - Ева, я всю могу объяснить! – на глазах у подруги наворачивались слезы. Мун только хочет открыть рот, чтобы что-то сказать, однако многострадальная дверь вновь открывается, и из подсобки вальяжной походкой выходит Бенджамин, поправляя ширинку. Он подмигивает девушкам, а затем, тряхнув высветленной челкой, уходит. - Не хотела вам мешать. – проговаривает рыжая, а затем устремляется в противоположную сторону, как можно быстрее убегая от подруги. В голове крутился калейдоскоп из различных мыслей, Ева не успевала за их ходом. Теперь она снова бежала к туалетным комнатам, однако движения ее происходили совершенно на автомате – мозг отключился. Мун готова поблагодарить всех богов, которые ей известны, когда прямо перед ее носом из туалета выходит какая-то девчонка, а она быстро забегает в кабинку. Квииг облокачивается на стену, пытаясь восстановить дыхание. Афина. Афина, черт побери! Афина Блэк, которая плачет из-за опоздания на пару, имеет аллергию на запах табака, любит читать научную фантастику и по вечерам пить горячий шоколад, занималась сексом в кладовке вместе с главным придурком университета. К горлу подходит какая-то тошнота, когда картинки чередой киноленты возникают перед глазами. Ева встряхивает головой, подходя к раковине – ей нужно умыться. Был ли это их первый раз? Мун сомневалась. Возможно, они переспали еще на той вечеринке, после которой подруга только и делала, что проводила время с этой мутной компанией. Но… разве Афина не девственница? В голове не укладывалось то, что эта умная девчонка могла так легко отдаться Бенджу. Любовь зла? Мун еще раз встряхивает головой и облокачивается на раковину. Она совершенно забыла о том, что на ее рубашке все еще пятно, а Арне ждет ее в кафетерии. Рыжеволосая быстро застирывает вещицу и выходит под громкий стук в дверь. Кто-то за стенкой был совсем нетерпелив. - Сколько можно? – разражается за дверью мужской голос. – Мне надо отлить. Это то, что раздражало ее в университете больше всего – туалеты, которые не разделялись на мужской и женский. Все это усложняло и так непростую жизнь. Когда Квииг садится за столик к Арне, то на ее рубашке большой мокрый след от воды, но это не очень-то и волнует ее. Кому какое дело? Несмотря на то, что Афина поступила так низко, даже ничего не рассказав ей о Вуде, она переживала за подругу. Блэк – натура чувствительная, а мысли о том, что Афина сейчас где-то плачет, разъедали ее сердце. - Как ты? – прерывает тишину Брегстотт, закидывая в рот кусочек салата. – Прости, я знаю, ты хотела поговорить, но… признаюсь честно, мне было стыдно. - Стыдно? – рыжая повторяет последнее слово друга. - Да. – Арне встряхивает волосами, смело переводя взгляд прямо на нее. – Я был на вечеринке у Бенджамина. Ты, наверное, знаешь это, да? Афина так кричала на меня… После той субботы она не разговаривает со мной. - Со мной тоже. – тяжело вздыхает Квииг, решая, что не будет ничего говорить другу о произошедшем в кладовке десять минут назад. – Сначала она просто избегала меня, я не понимала причины, а потом решила поговорить с ней. Она была недовольна тем, что я дала тебе адрес. Бред. Это нам стоит быть обиженными. - Я просто пытался помочь ей. – как же Мун нравилась честность в Брегстотте, который всегда говорил обо всем напрямую. – Когда я пришел, то вечеринка подходила к концу. Там ужасно пахло никотином, и из колонок издавались худшие музыкальные произведения, созданные человечеством. Афина сидела на коленях Бенджамина и что-то пила. Вроде, это было пиво. - Ты серьезно? – Ева, пребывавшая в состоянии шока, не смогла проконтролировать громкость своего голоса – несколько ребят обернулись на них. - Абсолютно. – кивает головой блондин, откусывая очередной кусок от мяса. Веганского мяса. Арне - вегетарианец с тринадцати лет. - Что ж… - Мун неловко пожимает плечами, открывая банку колы. – Тебе нечего стыдиться. В какой-то степени ты проявил благородство, Арне. - Возможно. Раньше я увлекался рыцарскими романами. – шутит тот. Тех дней молчания между ними словно и не было. Брегстотт вкратце пересказывает все вещи, которые произошли с ним на очередном конкурсе по фортепиано, и говорит о том, что они будут учить, когда возобновят занятия после пар. Мун же с восторгом в глазах выкладывает другу все об их танцах в клубе, конечно, утаивая ту часть, где Шистад пальцами берет ее прямо в раздевалке. bookworm_afine «Мне нужно все объяснить. Пожалуйста. Встретимся после занятий?» Ева тяжело вздыхает, когда это сообщение приходит ей на телефон. Подруга по-прежнему сидела на первом ряду с кем-то из сокурсников, но теперь кидала в ее сторону такие взгляды, от которых сердце разрывалось. Но рыжей стоило держать себя в руках – она, пока что, совершенно не готова к разговору. На руку и то, что после учебного дня у нее планы.

evamohn «Не сегодня, извини» - отвечает Квииг, но тут же дописывает еще одно сообщение, так как первое выглядело слишком грубым по ее мнению. «У меня уже есть планы»

Блэк кротко оборачивается в ее сторону, посмотрев еще раз, однако больше ничего не говорит. Совесть пожирало все ее естество. Вот же черт…

***

Пейзажи за окном мелькали также быстро, как и мысли Евы. Хотя она сомневалась, что высотные здания можно охарактеризовать словом «пейзаж». Возможно, если добавить к нему слово «городской», однако в представлении Квииг пейзаж представлял собой зеленый луг с цветами, а не бизнес-центры в пятьдесят этажей. Нужно будет поговорить на эту тему с ее преподавателем по арту. Девушка переводит взгляд со окна на свое колено, где лежала горячая ладонь сидящего рядом парня. Заметив движение Мун, обладатель каштановых волос на секунду поворачивает к ней голову, встречаясь взглядами: - Все в порядке? У нее хватает сил только кивнуть и мило улыбнуться, а затем вновь перевести взгляд в окно, где теперь вперемешку с высотками были небольшие здания ресторанов и ночных клубов. «Все в порядке?». Вероятно, да. Да. Точно да. Для подтверждения собственных мыслей Квииг даже зачем-то легонько кивает головой. Сказать, что признание Шистада ошеломило ее – не сказать ничего. После слов «я люблю тебя», что буквально повисли в воздухе и физически ощущались, она не знала, что сказать. Внутренности разрывало от восторга, который с каждой секундой норовил политься через край. Не зная, какие же подобрать слова, Ева лишь кинулась Шистаду на шею с негромким визгом. Он тогда пошутил, что снова может легко возбудиться, потому как Квииг была до сих пор лишь в юбке без нижнего белья. Крис ее любит. От этого осознания распирало ребра. Все причины их недельной разлуки сразу показались такими глупыми и бессмысленными на фоне того, что он сказал – признался, что за эти гребанные семь дней изнывал от желания снова поговорить и уладить все любым способом. От таких простых и в то же время важных слов у нее чуть слезы не покатились, а глубоко внутри возникла злость на саму себя. Они поговорили, как Крис и обещал. В любом случае, Мун бы не выдержала еще раз простого замалчивания проблемы и откладывания разговора на другую дату. Ева настолько серьезно отнеслась к этому, что Шистад даже предложил сесть за его стол в кабинете, будто они бизнес-партнеры, но рыжая лишь посмеялась и устроилась на его коленях на все том же черном кожаном диване в его кабинете. Ева рассказала ему все о себе заново: она говорила об отце, упоминала детали, чтобы у Кристоффера выстроилась цепочка причин, которые буквально хватались друг за друга, утягивая на дно и рыжую. Мун искренне хотела, чтобы он понял: она, безусловно, любила подарки и какие-то глупые сюрпризы, но не в таких количествах и не такие дорогие – ей становилось некомфортно, а на груди скребли кошки. Она пообещала противостоять травмам из детства, а он пообещал сделать все, лишь бы этого не повторилось. Шистаду, несмотря на некую абсурдность ситуации, было тоже непросто. Он всю жизнь наблюдал, как отец дарил подарки его матери, иногда даже без причины. Даже когда денег было не очень-то и много, Эрлинг умудрялся выдумать что-то такое, от чего молодая миссис Шистад приходила в восторг и пускала слезы. Еще лет в двенадцать он дал себе обещание, что если полюбит кого также сильно, то будет радовать этого человека каждый день, сколько бы это не стоило. А теперь все, баста. Самый грубый разрыв шаблона. Ему все это казалось чем-то нормальным, а ее коробило от ожерелья в красной бархатной коробке. Кристоффер с тяжелым вздохом согласился обдумать все, чувствуя, как от непривычных запросов становилось… страшно? Он правда боялся не угодить ей, сделать что-то не так. Несколько дней, проведенных в разлуке, сказали многое. Шатен точно усвоил, что что бы не случилось, а Квииг должна остаться с ним. Шистад был готов сделать все и пожертвовать всем, лишь она сидела рядом и позволяла любить ее. Он неожиданно пришел к умозаключению, что любит ее. Даже признание вылетело как-то резко и быстро, Крис толком не успел подумать, но нисколько не жалел – настолько был уверен в себе. Шатен соврет, если скажет, что не ожидал ответного признания. Соврет, если скажет, что молчание его не задело. Крис всю жизнь считал, что если уж ты решаешься сказать такие слова, значит уверен в обратном бумеранге, но его не последовало. И ему бы хотелось расстроиться и заняться самокопанием, что и где он сделал не так, но то, что Кристоффер увидел в ее глазах в тот момент, заставило обиду уйти на задний план, и просто покрепче обнять ее. У них все хорошо. Теперь. - Этот салон красоты в Бергене или что? – Ева недовольно цокает и закатывает глаза. - Нет, детка, - усмехается Кристоффер, - я уверен на все проценты в моей жизни, что салон моей матери в центре Осло. - Мы едем чертову вечность. – она устало откидывается на кожаное сиденье с подогревом. - Это все из-за пробок, по пустой дороге тут не больше, чем полчаса. Потерпи. – шатен и сам уже изрядно устал от загруженной дороги в центр в час-пик. – В моем бардачке есть кое-что для тебя, взгляни. С неподдельным интересом Квииг тут же чуть ли подскакивает на своем месте, от чего Кристоффер усмехается – порой девушка была донельзя забавной. Она открывает бардачок, сразу же начиная шарить руками в кипах бумаг. Наконец она выуживает из документов небольшую пластиковую баночку в форме медведя, которая вызывает у нее вопрос: - Что это? – Мун, держа предмет, немного забеспокоилась. - Просто открой. Ева с интересом первооткрывателя наконец-таки вскрывает упаковку и обнаруживает внутри одну из самых вкусных вещиц, которую пробовала в своей жизни. Детский восторг сразу заполняет ее сознание. - Мармеладные мишки? - Ага, - Кристоффер самодовольно улыбался, - решил, что тебе может стать скучно, и купил пару банок. Тебе нравится? - Ты еще спрашиваешь? – фыркает она, закидывая пару штучек в рот и переводя дыхание – всего лишь мармеладные мишки. – В детстве мама говорила, что если я буду есть так много сладостей, то у меня будет сахарный диабет. - Я уже понял, что твоя мама не носила розовых очков и тебе не надевала. – усмехается Шистад, в очередной раз поворачивая на извилистой трассе. - И это все, чем я могу заняться, если мне станет скучно? – неожиданно тон Квииг меняется, что сразу же привлекает внимание парня. – Может, есть еще какие-нибудь развлечения? - Даже не рассчитывай на секс в машине, дорогуша. – сразу отмахивается он, уберегая себя от разного рода картинок в голове, которые сразу пустят цепную реакцию, заканчивающуюся у него в паху. - Боишься замарать сиденья? – хихикает Мун, ощущая выступивший румянец на щеках. Она не скрывала своего желания, ведь последний их раз был тогда в раздевалке. Хотя Ева не знала, можно ли это вообще назвать сексом, потому как тогда они использовали только пальцы. От таких мыслей по коже пробежались мурашки. - Черт, Ева, - Кристоффер делает вдох поглубже, - прекрати. - Что не так? – Мун включает истинную актрису, покручивая длинную прядку волос на пальце. – Тебя задевают мои слова? - Похоже, тебе не играть в кино, детка. Только глупый не увидит похотливого огонька в твоих глазах. – усмехается тот, покрепче хватаясь за руль. Мун закатывает глаза, прекращая эту словесную перепалку, которая придавала огонька обстановке: - Черт, с тобой даже не пофлиртуешь! - Прости, малыш. – усмехается шатен, кладя свою большую горячую ладонь ей на коленку. – Я не хочу заявиться к матери со стояком в штанах. Эти слова так быстро действуют на Квииг, что Шистад невольно усмехается – не было ничего проще, чем завести рыжеволосую. Хватало пары слов о возможном развитии событий, чтобы Квииг уже сбито дышала и сжимала бедра. - Это нечестно. – фыркает она, уставившись в окно. - Поговорим об этом позже. – усмехается тот, заворачивая на парковку. Территория оказывается загороженной большим забором и шлагбаумом. Около въезда на парковку была небольшая стойка со смотрящим, но мужчина в возрасте даже не останавливает машину Кристоффера, а лишь кивает с добродушной улыбкой, хватаясь за козырек кепки. Шатен максимально плавно подъезжает к парковочному месту, находившемуся чуть ли не прямо у входа в бизнес-центр. Мун уже тянется к пристежке своего ремня, желая быстрее вдохнуть свежего воздуха, но рука Криса останавливает ее, от чего девушка поднимает удивленный взгляд. - Ева, кхм, - в голосе Шистада слышались нотки неуверенности, что сразу же насторожило рыжую, - мы… мы встречаемся? Вот так. Встречаются ли они? Квииг, по правде говоря, не знала. Но в этот раз решила не усложнять жизнь им обоим, поэтому лишь пустила все на самотек, наслаждаясь веяниями любви. - Ну… - Ева невольно отводит смутившийся взгляд в сторону, - мне стоит спросить у тебя. - Ты права, черт. – Шистад усмехается, выпуская ее руку из своей. – Я снова не позаботился об этом, малыш. Прости. Ева всем телом поворачивается к Крису, ловя обеспокоенный взгляд напротив. Теперь она берет его руку, и Крис буквально автоматически переплетает их пальцы. - Ты не должен извиняться. Да, это в какой-то степени важно для меня, но в прошлый раз мы поссорились из-за всех этих причин, о которых я переживаю, но на самом деле они никчемны. - Что-то не может быть никчемным, если это важно для тебя. – отвечает Крис, а она еле сдерживает себя, чтобы не запищать на весь салон, как девочка-подросток, которой впервые сделал комплимент противоположный пол. – Все же, мне следует спросить: ты будешь моей девушкой? - Конечно! – хихикает рыжеволосая, уже через секунду целуя парня. Этот поцелуй не был страстным или горячим; он был глубоким, но нежным, пропитанным настоящими чувствами. Крис наверняка не понимал, что творил с ней. Он возбуждал не ее тело, а ее мозг – и это то, чего от части рыжая побаивалась. Ведь когда человек прорастает корнями в тебе так глубоко, то потом вырывать его и выкинуть, как обычный сорняк, очень сложно. Назойливый внутренний голосок так и подначивал своими репликами, намекая на ее маму, но Ева лишь отбросила все ненужные мысли о Бергене сейчас. Кто сказал, что Криса придется «выдирать» из ее сердца? - Может, мне все же стоило заехать домой и переодеться? – тихо шепчет Квииг, когда они попадают внутрь здания. Первый этаж буквально кишил людьми, в основном мужчинами в возрасте в деловых костюмах. Девушек было видно только за главной стойкой зала и выглядели они, стоило сказать, подобающе заведению. - Прекрати думать о том, что ты не вписываешься. – похоже, Кристоффер имел способность читать ее мысли. – В конце концов, посмотри на меня! Разве я похож на кого-то из этих людей? Это было правдой. Сегодня на Кристоффере не было его излюбленного костюма с галстуком или вовсе без него. Шистад ограничился хлопковой рубашкой цвета хаки, штанами песочного оттенка и серым пальто сверху. Даже на ногах не было привычных туфель, лишь кроссовки в тон. И хоть Квииг уже успела наругать его за такой легкий наряд – хотя Крис возражал, что кроссовки зимние – сама она тоже была одета не слишком тепло. Ее куртка темно-синего цвета была дутой и теплой, но укороченной. На лоб съехала шапка пастельно-розового оттенка, а на ногах красовались джинсы-бойфренды и зимние ботинки. Шатен считал, что так она «отморозит свою прекрасную задницу». - Добрый день, мистер Шистад. – как только они заходят в помещение, то комнату оглашает голос девушки с ресепшена. - Здравствуйте, - Крис деловито обратился к сотруднице салона, - миссис Шистад здесь? - Как вы и просили. – отвечает та, взглянув на Еву и их скрепленные с парнем ладони. После этого девушка стыдливо опустила взгляд. - Спасибо. Шатен резко берет направление в сторону зала с красными шторами. Ева же, еле поспевающая за парнем, чуть не фыркала от недовольства, путаясь в собственных ногах. - Не иди так быстро – я не успеваю! –наконец возразила она. - Извини, мама не любит, когда опаздывают. – Крис пожал плечами, но все же замедлили шаг. - Ты сказал «миссис Шистад». – Квииг решает аккуратно задать интересующий ее вопрос. – Разве твои родители не в разводе? - В разводе. – на удивление, шатен отвечает абсолютно спокойно. – Но после мама оставила фамилию отца, так как во всех кругах никто не знал ее девичьего прошлого. Таков бизнес – без имени ты никто. - Спасибо, что рассказал. – улыбнулась она, сразу ловя взгляд карих глаз на себе. Они оставляют куртки в месте, чем-то похожем на гардероб, однако таким простым словом Квииг бы постеснялась назвать это чудо-техники, забравшее ее куртку. - Та девушка на ресепшене так странно посмотрела на меня… - вдруг проговаривает Ева, когда в лифте, ведущем на второй ярус салона, они остаются одни. – Вы знакомы? - Ты про Элис? – шатен притворно хмурится. – Да, знакомы, она работает у здесь уже давно. - Ее взгляд… Будто она о чем-то сожалела. – Квииг размышляла вслух, а потом озарение резко ударило ей в голову. – О, боже, вы спали? В этот момент лифт останавливает и издает характерный «дзынь». Двери открываются, и Крис видит свою мать в десяти метрах от лифта. Шистад, усмехнувшись такой реакции рыжей, резко выдыхает: - Да. Не переживай, это было давно и ничего не значит. – шатен выводит ее за руку на второй ярус. - Твою мать! – тихо шипит та от негодования. - Именно. Вон там моя мать. Поговорим позже. – быстро протараторивает тот, еле сдерживая смех. Он видел по ее глазам, что Квииг совсем не злилась и уж точно не ревновала, ее лишь искренне заинтересовала причина брошенного в ее строну взгляда девушки с ресепшена. Нахмурившаяся рыжая выглядела донельзя комично, от чего ему хотелось поцеловать ее в складку на лбу, но миссис Шистад уже заметила сына и теперь направлялась в его сторону. - Мальчик мой! – вскинула руки к верху женщина, сразу заключая парня в объятия и целуя в обе щеки. – Ты совсем исхудал! Неужели отец совсем не помогает тебе? Если у тебя проблемы, то ты должен сказать мне. Голоден? - Я независим от отца и у меня нет никаких проблем. И я не голоден, мам. – последнее предложение из уст парня звучало так смешно и по-детски, что Ева еле сдерживала улыбку. – Сегодня я решил навестить тебя не один. Познакомься, это Ева – моя девушка. От этих слов у Квииг в груди разливается тягучий мед, сладко растекавшийся по стенкам ее сердца, но стоит лишь женщине обернуться к ней всем корпусом, как внутри у рыжей все переворачивается, и она на глазах вытягивается в тонкую струну. Твою мать, она ведь уже видела ее раньше. Резко рыжеволосая переводит взгляд на женщину около сорока пяти лет, с которой только что имела честь столкнуться. Она, похоже, и впрямь «имела честь», потому как теперь та, не стесняясь, оттряхивала свою куртку. - Боже мой! Какое невежество! – взревела женщина, - Ты вообще смотришь куда идешь? Или совсем глаза затуманились из-за клуба, небось пить пришла. Какой ужас! Три часа дня, а кто-то уже идет уничтожать виски. Ева непонимающе хлопает глазами, смотря на нарушительницу спокойствия, которая сама же и вылетела на нее. Будто очнувшись, девушка тут же меняет положение вещей. - Извините, конечно, но это вы шли на пролом, а я лишь открыла дверь. - Еще чего! Какое хамство! Прочь с дороги! – возмущенно прокричала та, а затем развернулась и пошла к своей машине, стоявшей неподалеку. - Да пошла ты. – фыркает Ева, вновь открывая дверь клуба. Женщина вновь начинает что-то громко кричать и возмущаться, но в ответ Квииг лишь показывает ей средний палец и, наконец, заходит в клуб. - Здравствуйте, - проговаривает Ева, натягивая максимально правдоподобную улыбку, - приятно познакомиться с вами, миссис Шистад. - Приятно, Ева. – отвечает та, протягивая ладонь. По взгляду рыжая поняла, что женщина все помнила. То столкновение в ее первое посещение клуба было ярким моментом, который не мог не отпечататься в памяти. Ничего дружелюбного в свою сторону Квииг не ощутила, однако стоило женщине обернуться к сыну, как на лице ее сразу расцветала улыбка. - Не будем стоять в коридоре, пройдем в мой кабинет. – лаконично сообщает та, сразу поворачиваясь на своих шпильках в противоположную сторону. Крис подхватывает свою девушку под руку, и они берут направление за матерью. Стоило заметить внешний вид миссис Шистад – Ева и впрямь была впечатлена им. По ее примерным подсчетам, матери парня должно быть около сорока пяти, но у рыжей бы в жизни не повернулся язык, чтобы приписать ей этот возраст – Квииг дала бы не больше тридцати восьми. У женщины была безупречная укладка, вероятно, сделанная в ее же салоне; водолазка кирпичного цвета, а сверху пиджак от брючного костюма. Видимо, любовь к классическим костюмам передавалась в этой семье по наследству. Миссис Шистад так проворно двигалась на таких тонких шпильках, что Квииг даже начала завидовать ей – пока что сама она справлялась только с очень толстым устойчивым каблуком. Женщина же, наверное, могла на шпильках пробежать стометровку, а потом станцевать танго – рыжая бы не удивилась. - Что-то желаете? – девушка, сидевшая за небольшим столиком у двери в кабинет, вскакивает, завидев начальницу. - Имейте что-то против латте с сиропом, Ева? – миссис Шистад вдруг оборачивается к ней, от чего рыжеволосая даже не сразу понимает, что вопрос был адресован ей. - Она обожает латте. – видимо, она слишком долго молчала, от чего Крис решил ответить на вопрос. И это было правдой – она любила латте, поэтому шатен часто покупал его ей в старбаксе. – А мне черный кофе с ложкой сахар, пожалуйста. Девушка послушно кивает, сразу же принимаясь за готовку напитков, пока они направились в кабинет, огороженный ярко-красной дверью с табличкой имени их босса. Внутри все буквально подобало самой миссис Шистад: большое окно почти во всю стену, куча шкафов с разными декоративными безделушками, диван полукругом а посередине большой стол. - Ты так давно не заходил ко мне. – произносит миссис Шистад, кинув кроткий взгляд на сына. - Что это? Обида в твоем голосе? – саркастично отвечает Кристоффер, утягивая Квииг к дивану. - Никакого уважения к матери. – фыркнула та, но по лицу шатена было ясно, что вся эта перепалка не всерьез. - Не забывай, что ты тоже редко звонишь мне. – Крис по-собственнечески закинул руку на плечо Мун, притягивая ближе к себе. - У меня просто кончились деньги на телефоне. После этих слов Кристоффер разражается в громком смехе, откинув голову, а потом и миссис Шистад не может сдержать улыбки. Все это и впрямь звучало, словно комичная шутка. Закончились деньги на счету? Точно не у этой женщины. - А что насчет тебя, Ева? – мать парня, похоже, имела склонность задавать ей вопросы совершенно неожиданно. - Как часто ты навещаешь своих близких? - Мои родители в разводе. - Ох, как же мне это знакомо. – ухмыльнулась женщина, присаживаясь на свой стул. – Сочувствую. Давно ли это произошло? - Я была еще ребенком. – Квииг пожимает плечами, стараясь сделать беззаботный вид. – Отец живет где-то в Осло, а мама в Бергене. Мы с ней… иногда созваниваемся. Да. Созваниваются. А еще ссорятся, кричат, проклинают друг друга. «Ах, да, а еще я сбежала сюда в тайне от собственной матери, а потом она угрожала мне прямо на глазах у вашего сына, но все это мелочи» - мысленно добавляет Квииг, усмехнувшись. - Так ты из Бергена? – миссис Шистад закидывает ногу на ногу, но лицо остается невозмутимым. - Да, все верно. - Это интересно. – женщина переводит взгляд в сторону окна. – Я подумываю об открытии парочки салонов там. Как обстоят дела в Бергене с индустрией красоты? - Средне. – выжимает из себя рыжая, решив не говорить о том, что в их городишке ни у кого не хватит средств даже подстричь там кончики. – Думаю, вам стоит попробовать – у вас прекрасный салон. - Спасибо. – дружелюбно говорит она, однако через секунду добавляет. – Я знаю. Следующие минуты Кристоффер оживленно рассказывает матери о делах в клубе, выкладывая каждую мелочь: начиная от проблем с калькулятором в его кабинете и заканчивая конкурсом танцев. Все это время Ева молчит, прижавшись к плечу своего парня, и лишь изредка вставляет свои реплики. Она не чувствовала себя в полном комфорте, но также не желала побыстрее сбежать отсюда. Увидь она миссис Шистад на улице, то, вероятно, была бы о ней другого мнения. Хотя, судьба распорядилась так, что они и впрямь встретились до этого на улице, и тогда Квииг решила, что это очередная жена какого-то мажора. Теперь, сидя перед этой самой «женой богача», Квииг понимала, что первое впечатление обманчиво. Да, миссис Шистад выглядело сногсшибательно для своих лет. Выглядела дорого, богато, престижно и куча других прилагательных подобного рода. Но как же было приятно видеть взгляд ее глаз, который теплел, стоило ей лишь посмотреть на сына. Миссис Шистад смотрела на него с неподдельной любовью, вслушиваясь в каждую буковку его речи. Снежная королева превращалась в любящую мать прямо у нее на глазах. Хотела бы она когда-нибудь увидеть это в глазах своей матери… - Извините, - Кристоффер резко отставляет чашку со своим кофе, вставая, - это инвестор. Не могу не ответить. Шатен стремительно покидает кабинет матери, а Ева начинает ощущать, как давление в комнате увеличивается, по мере удаления Кристоффера. - У вас здесь очень красиво. – говорит Ева, решив, что такая тишина может лишь усугубить ситуацию. - Знаю, - кивает головой брюнетка, отставляя стакан в сторону, - а еще знаю, что мы уже виделись с тобой. В этот момент весь латте, который был во рту рыжей, на секунду норовит выплеснуться обратно, но Квииг быстро приходит в себя, откашливаясь. Не хватало еще разлить кофе в кабинете миссис Шистад! - Еще я помню твой средний палец, который ты мне показала. – с абсолютно спокойным лицом проговаривает та, заставляя Мун покраснеть до кончиков пальцев. - Я прошу прощения. – от греха подальше девушка убирает кружку. – Тогда я не знала, кем вы приходитесь Крису. Честно говоря, я и о нем ничего не знала. - Это правда? – глаза у женщины превращаются в две тонких полоски. – Ты не знала, что он – владелец клуба? - Я шла устраиваться на работу в тот день. А с Кристоффером познакомилась, когда… он разбил мне нос дверью. - Что? – в глазах женщины читался настоящий шок. - Это произошло случайно. – девушка не могла сдержать улыбки. – Он открывал дверь, а стояла прямо возле нее, набираясь смелости постучать. - Ох, это интересная история, позже расскажешь поподробнее. – вдруг женщина пригибается ниже к столу. – Так ты с ним не из-за клуба? - Я понимаю вашу обеспокоенность, но деньги меня не интересуют. – Квииг пожимает плечами, сталкиваясь с недоверчивым взглядом. – Мы даже как-то поссорились из-за того, что Крис дарил мне слишком дорогие подарки, а я не могла их принять. - Это так похоже на него. – на лице женщины начинала расцветать улыбка. - На самом деле, я не сразу приняла его, ведь Крис – мой начальник. Я чувствовала себя ужасно из-за этого. Будто я пытаюсь взойти по карьерной лестнице не с помощью собственного труда. - Это не так? - Нет. Точно нет. Крис предлагал мне должность менеджера, потому что я очень устаю на сменах, но я отказалась. - Что ж, - миссис Шистад делает глоток своего напитка, - у меня есть причины верить тебе. К тому же, ты не из тех, кто притворяется. Я бы сразу тебя раскусила. Знаешь Лорену? Когда шатен возвращается в кабинет, то застает своих любимых женщин, увлеченных беседой: Ева что-то рассказывала, широко всплескивая руками и активно жестикулируя; а мама смеялась, прикрывая рот рукой. - Я что-то пропустил? – спросил он, усаживаясь рядом с рыжеволосой. - Почти ничего. – отвечает миссис Шистад, улыбаясь. – Ева просто рассказывала мне, как в первую вашу встречу ты разбил ей нос. - Ох, прекратите, мне до сих пор стыдно. – Кристоффер прикрыл лицо руками. - Ты ведь не специально, так что не вини себя. – Мун легко пожала плечами. - Я никогда не забуду лужу крови у двери своего кабинета! - Признайся, сын, ты обмочился в штаны? - Ставлю сотню крон! – вскрикивает Ева. Крис давно не смеялся так с мамой. И с Евой. Две эти женщины взрывали ему мозг в хорошем смысле этого слова. А что может быть прекраснее, чем когда мать и девушка твоей мечты вдруг решили поладить? Правильно – ничего.