несомненно, принцесса. 6

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
альфа!Ким Намджун/омега!Ким Сокджин, альфа!Мин Юнги/омега!Пак Чимин, Чон Чонгук, Ким Тэхён, Чон Хосок
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Повседневность, Даркфик, Hurt/comfort, Songfic, Омегаверс, Первый раз, Дружба
Предупреждения:
BDSM, OOC, Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Кинк, Секс с использованием посторонних предметов, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
планируется Миди, написано 4 страницы, 1 часть
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Семья Сокджина поколениями служит семье Минов, но как относиться к бете, которая разрушила род своим появлением?

Посвящение:
Луне, Леопарде~

Rap Monster and Jin (BTS) - Trouble

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Метки:
Примечания автора:
Мой первый фанфик, аргхх.

Coraline - End Credits (from Coraline & the Secret Door)
VIP's - Skrillex & MUST DIE!
Jin - Awake
Jimin - Lie

Часть 1.

13 июля 2019, 02:39
Раннее утро. У Джина сегодня выходной, а это значит что кроме готовки дел у него больше нет. Джин знает, что если он встанет позже Господина, то получит наказание. Наказания разнообразные, может быть порка, а может и избиение.       Джин живёт в постоянном страхе и печали. Он не знает, что его ждёт завтра, и ему это этого страшно. Жизнь не даёт ему ничего кроме боли и стресса, что можно хорошо заметить по белым полоскам на его руках. Полоски — шрамы от селфхарма и многочисленных попыток умереть, отвлечься от душевных страданий. Даже нейролептики бессильны, он перестал их принимать ещё в лет 16, когда понял, что ничего больше чем таблетки ему не ждать. Терапия? Зачем? Деньги на ветер. С момента смерти отца Джин потерял надежду на счастливое будущее, на свободную жизнь. Он уже давно смирился со своим предназначением в жизни.

Он — слуга.

У слуги нет прав, они заложники своего господина. Джину было сложно принять это и позабыть мечты о свободе, но слёзы больше не помогут.       Его Господин самая хладнокровная скотина, по мнению Джина. Ледяной взгляд, из-за которого страшно смотреть в глаза. Наигранные эмоции. Он никогда не бывает нежен, он не проявляет сострадания, он никогда не поможет. Ему всегда было плевать на чувства других людей. Эгоистичная скотина. — Доброе утро, Господин, — Джин вошёл в комнату Мина с подносом еды. Любимый завтрак Юнги. Классические американские панкейки с персиками, крепкий кофе и порция тирамису. Будить Юнги нужно спокойно и тихо, с тёплым завтраком в постель. Малейшая ошибка может украсить твоё тело парочкой болезненных синяков. Юнги потянулся, обнимая свою подушку и лениво пробурчав что-то себе под нос. Если посмотреть на Юнги с другой стороны, то можно разглядеть в нём милого котика с пухлыми щёчками, которые так и хочется тискать и не отпускать, прицеловывая в губки шепча нежности на ушко. Всё это конечно замечательно, но Джину нужно торопиться к выходу, или эта же подушка окажется у него на лице. — Ебись конём, Ким Сокджин… — промямлил Юнги обнимая свою подушку. Джин аккуратно поставил поднос на столике возле кровати. — Приятного аппетита, Господин… — омега направился к выходу из комнаты, тихо прикрывая дверь. Джин направился в свою комнату оглядываясь по сторонам. Как бы ему не хотелось выйти на улицу, нельзя. Только в сопровождении Господина или Джуна. Джин не доверяет этим людям, поэтому предпочитает сидеть на подоконнике или балконе, рассматривая вид из окна.       Особняк у Юнги загородный, для безопасности, так как Мин является боссом мафии. Живут они возле леса, поэтому нередко Джин может наблюдать за дождём, который так красиво падает на белые розы. Джин обожает розы: красные, белые, да любые! Если так подумать, то у них есть сходства с Джином. Розы хорошо пахнут, красиво выглядят, а эти тонкие лепестки и шипы на стебле придают их виду строгости и элегантности. Правда, Джин не пахнет. Из-за стресса у Джина сбился цикл, а если быть точнее, то и не начинался. Нет течки — нет запаха, и это очень плохо. Джин — двадцатисемилетняя омега, без запаха, без цикла и без единого признака омеги. Никто не верит, что он омега, а к врачу водить очень долго и дорого. Зачем Юнги это? Он Господин Джина. Он решает, на что ему тратить деньги, и мнение Джина роли тут абсолютно не играет.       Джин захватил по привычке со стола пачку лезвий, которую ему удалось украсть с гаража Мина. Мину же плевать на эти лезвия, были значит были, если он себя порезал — не моя забота. Джин не глупый и прекрасно понимал, что Юнги прав. Он присел на подоконник доставая лезвие из пачки, вытирая другой рукой слёзы с щёк. Джин и сам не заметил, как по его щекам полились струи солёных и горьких слёз. Омега начал «вырисовывать» полоски на своих руках, изредка проводя по венам. Умирать смысла не было. Просто не получится. Лёгкие порезы с каждым «штрихом» становились всё ярче и ярче, Джин уже не мог остановиться, из глаз лились слёзы с такой же силой, как из рук кровь. На белоснежные рукава рубашки попали капли крови, пачкая её. Джин направился в сторону ванной, пошатываясь из стороны в сторону. Он буквально ввалился в ванную комнату, облокачиваясь об стенку. — Доволен? — спросил голос из угла. — Не понимаю вас, искренне не понимаю, видимо, никогда не пойму. Резать себя, плакать о том, какой ты жалкий и беспомощный. —  Альфа присел к Омеге, обхватывая его запястье без капли состраданий. — Ты же сам ставишь себя в такое положение. Как ты жалок, Ким Сокджин. В данный момент хочется плакать над испачканной рубашкой, нежели над твоим жалким видом. Джин поднял голову. Это был Мин Юнги, как неожиданно. — Г-господин... я уберу. — сказал сквозь зубы и боль на руках омега, опуская голову к ногам. Мин лишь усмехнулся, выходя из ванной прикрывая дверь. Спустя час жалких попыток обработать раны, Джину это всё же удалось. Он перевязал руки бинтом, крепко закрепив. Рубашку пришлось поменять на чёрную, оставляя белую отмокать. Ему нечего делать в выходные, весь его досуг состоит из чтения и сна. Читать Джину больше нечего, поэтому логично было бы выбрать второй вариант. Но бессонница замучила парня.       Джин вернулся в свою комнату, где его уже ждал Джун, переписываясь с кем-то в телефоне. — Тебя ждут, сладкий. Ты не на шутку разозлил Господина. — Что я сделал не так? — Испачкал свою рубашку. Ты хоть знаешь, каких денег она стоила Мину? Кровь уже не отстирается, придётся отрабатывать. Колени Джина задрожали, Мин очень жесток в наказаниях и никогда не щадит его. Если бить — то до потери сознания, пока не придется вызывать врача на дом. Иногда бывала и порка, Джину это очень не нравилось, но против господина не пойдёшь. — О-отработать? Не наказание? — Не тяни время, или тебя поведу я.- сказал Джун бросив холодный взгляд на младшего.       Джин молча направился на третий этаж, тихо проходя по коридорам и лестнице, прожигая взглядом пол.       Когда-то Джин мечтал о свободной жизни, милом и небольшом домике в деревне возле гор, заботливом альфе, на которого всегда можно положиться. А больше всего Джин мечтал о детях, ему когда-то приходилось сидеть с маленьким Мином и его сёстрами. Эти маленькие ручки, милый детский смех, пухлые щёчки и искренние эмоции, в которых нет ни капли наигранности, лжи. Но всё шло против Джина, у него так и не было течки. Что и неудивительно. От такого стресса выпадают волосы с головы, ломаются ногти, портится кожа, что уж говорить про течку? И вот, Джин стоит напротив двери в комнату своего Господина. Он тихо открыл дверь, бросая взгляд на Юнги, который держал в руках стек.       По всему телу Джина прошла дрожь при виде своего Господина с такой «игрушкой». Джин закрыл дверь, медленно приближаясь к Мину. Мину же это не понравилось. Он подошёл к омеге и резко схватил его за запястья, «провожая» к кровати. — На кровать, шлюха, раздевайся. Джин послушно лёг на кровать, всё ещё пытаясь сдерживать слёзы, которые так и хотели литься ручьём. Первым омега решил снять рубашку, расстёгивая пуговицы дрожащими руками, оголяя худое тело. Мин смотрел на это с улыбкой на лице, и таким же холодным взглядом что и раньше, но на этот раз в его глазах виднелась страсть и желание. Джину было страшно, что он собрался с ним делать? Спустя минут пять омега был полностью раздет. — На живот и попой к верху. Ах да, раздвинь ножки хорошенько. — Альфа усмехнулся, снимая с себя рубашку, прихлестывая стеком по собственной руке. Джин послушно выполнил каждую команду альфы. Первый удар, второй… Боль пронзила всё тело, но он держался. Со временем удары становились всё сильнее и сильнее. На белоснежной коже омеги выступила бордовая кровь, которая так красиво стекала по ногам. Гематомы только дополняли эту «картину». Всё как любит Юнги. — А теперь на колени, блядь, — Юнги взял Джина за шею сталкивая с кровати на пол, отчего тот сильно ударился и закашлялся. — Поработай ротиком.       Джин поднялся на колени перед Мином, снимая ремень и расстёгивая ширинку с его штанов. Когда штаны спали с его ног на пол, Джин обхватил своими длинными и тонкими пальцами резинку на боксерах, оттягивая её вниз к штанам. Он взял в руку член Господина, обвивая его рукой и двигая вверх-вниз. Ещё пару движений, и орган начал подниматься пульсируя от напряжения в нём. Джин понял, что медлить больше не стоит. Сладкие губы омеги в миг оказались на члене альфы, Джин открыл ротик больше, чтобы взять большой член Господина полностью. Юнги тихо и хрипло простонал от таких ласк, его не возбуждал сам Сокджин, его возбуждали его стоны и крики от боли, слёзы, мольбы о пощаде и блядский ротик. Джин старался доставить хозяину как можно больше удовольствия, заглатывая член, лаская головку язычком иногда надрачивая основание. Но Юнги было плевать. Он взял омегу за волосы и начал двигаться в его ротике, отчего вскоре, он кончил, не давая тому отстраниться и дать сперме попасть на пол. — До последней капли. Если хоть что-то окажется на полу, готовь попку. Джин проглотил сперму Юнги, стараясь подавлять рвотные позывы, слизывая всё, что осталось. — Хороший мальчик. А теперь с глаз прочь, увижу — убью. — Юнги натянул штаны обратно, отходя от дрожащего омеги и натягивая рубашку на свои плечи. Джин кивнул, рванув в ванную, он не смог сдерживать слёзы ни секунды больше. Он бежал спотыкаясь, болезнено падая на пол или ударяясь разными частями тела об мебель. Забежав в ванную, он запер дверь и открыл кран, напуская тёплую воду, облокачиваясь об дверь, съезжая медленно к полу. Он кричал, стирая свои костяшки до крови. Джин уже не может это терпеть, каждый день терпеть издевательства со стороны Господина, насмешки со стороны Джуна и косые взгляды в его сторону от охраны. Напустив воду, он аккуратно и медленно погрузился в ванную, болезнено шипя, смывая с себя кровь и покрывая тело гелем с запахом ванили.
Примечания:
У Джина большое депрессивное растройство, если вдруг. //major depression.