A Love Most Foul

Размытый. Таким ощущался мир. Размытым и странно окрашенным. Как будто она смотрела сквозь розовые очки. Ее тело чувствовало себя странно, как будто она плыла сквозь туман. Она слышала голоса, хотя и не могла сосредоточиться на них. Они кричали, хотя слова были неясны. Она смотрела вперед, на двух мальчиков, которые стояли перед ней на коленях. Она их знала. Гарри. Драко. Они были ее друзьями. Она вернулась вместе с ними. Почему они на полу? Драко что-то говорил, его губы шевелились, но она не могла разобрать слов. Она попыталась сосредоточиться, читая по губам. Он произносил ее имя. — Побереги дыхание, — ее голова резко повернулась в сторону голоса. Его было совершенно ясно слышно. Она знала этот голос. Волна счастья и любви охватила ее, когда она увидела его, стоящим там. — Она не поможет тебе. Драко смотрел на нее. Она чувствовала на себе его взгляд, даже когда смотрела на Тома, слова которого были ясны. Казалось, он был единственной вещью во всем мире, на которой она была сосредоточена, которую она действительно могла видеть. — Что ты с ней сделал? — это был Гарри. Она узнала его голос, но он казался таким далеким, словно находился в туннеле. Том ухмыльнулся мальчикам, и Гермиона поклялась, что ее сердце может выпрыгнуть из груди при виде этого. — У нее сильная воля. Ты знаешь, что она отбивалась от моего подчиняющего проклятия с такой легкостью, что это было ошеломляюще? Как только я сказал ей, что хочу, чтобы она убила тебя, она взбунтовалась. Поэтому мне пришлось придумать другой план. Это немного неприятно, я признаю, но это работает. Гермиона, что ты думаешь обо мне? — спросил он, прежде чем обратить на нее внимание. Ей не нужно было думать. Она знала. — Я люблю тебя, Том, — выдохнула она. Ему понравился ее ответ, и он улыбнулся ей, прежде чем повернуться к юношам. — Ты напоил ее Амортенцией ? — это был Драко. Гермиона поймала на себе его взгляд. Он казался расстроенным. Но почему? Она была счастлива. Том был здесь. — Да, видишь ли, Гермиона очень полезна мне. В ней есть тьма, которую я собираюсь помочь раскрыть. Проблема в том, что у нее был моральный компас. Вы двое. — Том уставился на мальчиков, и Гермиона не могла не чувствовать огорчение мужчины, которого не любила расстраивать. Она хотела все исправить. — Как только вы уйдете с дороги, я смогу помочь ей раскрыть весь ее потенциал. — И что, ты собираешься нас убить? — Спросил Гарри. — Нет. Видишь ли, она обвинит меня в твоей смерти. Это она убьет вас. Не я. Гермиона нахмурилась, не понимая его слов, но он снова посмотрел на нее. Ее внимание было приковано к нему. — Гермиона, достань свою палочку для меня, милая, — сказал он. Она без колебаний сделала, как он просил. — Хорошая девочка, теперь направь ее на Гарри, любимая, — сказал он. Она снова сделала, как ей сказали. — Гермиона, прекрати, не делай этого, — это был Драко, его голос прорывался сквозь туман. Она повернулась к нему. — Правильно, борись с зельем, Гермиона. Ты сильная. — Гермиона, — она снова почувствовала притяжение. Голос Тома был громче, чем у Драко. Четче. — Слушай меня, дорогая, а не их. Хорошо, теперь я хочу, чтобы ты применила к ним смертельное проклятие, дорогая. Он подошел к ней сзади, и ей показалось, что он мурлычет что-то ей на ухо. "Убей их." Эти слова заставили ее колебаться, и она нахмурилась. — Почему? — спросила она, смутившись. Зачем ей убивать своих друзей? — Потому что я попросил у тебя, Гермиона, — он был расстроен тем, что она спросила его. Ей не понравилось, что он расстроен, она хотела, чтобы он был счастлив. — Если ты любишь меня, ты будешь делать то, что я говорю. Она кивнула, крепче сжимая палочку, и направляя ее на Гарри. Слова сорвались с ее губ, но что-то мешало ей произнести их. — Я не могу, Том, не могу, — прошептала она. Теперь его лицо было перед ней. — Что, ты любишь их больше, чем меня, Гермиона? — спросил он. Его голос был полон печали. Она покачала головой так сильно, что локоны упали на лицо. — Нет, я люблю тебя, Том. Я сделаю для тебя все, что угодно, — горячо сказала она. — Но ты не убьешь их ради меня. Гермиона закусила нижнюю губу. Она не могла видеть его таким печальным. Ее работа — делать его счастливым. Она подняла палочку, на этот раз не колеблясь, целясь в Гарри и Драко. — Авада Кедавра. Две зеленые вспышки вырвались из ее волшебной палочки, но глаза не были сфокусированы на телах, попавших под заклинания. Все ее внимание было приковано к тому, кого она любила. Он улыбался. Облегчение наполнило ее при виде этого зрелища. Он снова был счастлив.