В гостях хорошо, а в другом мире ещё лучше!

Крупные капли срываются с неба, дёргая грязную газету на земле. Вскоре она намокает окончательно, буквы расплываются, и небольшие квадратики с заголовками «Сдаю» превращаются в уродливые пятна. Джин ловит дождь ресницами, тут же быстро моргая и вытирая рукавом рубашки лоб. Ускоряет шаг, затем и вовсе бежит под спасительный козырёк остановки, ботинками скользя по лужам. Отряхивает с плеч воду, ерошит волосы, обрызгивая всех вокруг, на что те недовольно морщатся. Заветная маршрутка не заставляет себя ждать, приветливо маня теплом и сухостью, которую Джин спокойно принимает, протискиваясь сквозь потные тела подальше, ведь ехать до конечной. Места не находит, держится за плечо сиденья, оставляя следы от всё ещё стекающих капель с волос, шеи, локтей и ладоней. Одно из кресел освобождается, и Джин приглашающим жестом уступает его рядом стоящей девушке. Наклоняется, чтобы посмотреть в окно и улыбнуться едва выглянувшему солнцу. Душа похожа на растоптанный окурок, пепел которого сливается с сегодняшними тучами. Подушечкой пальца Сокджин надавливает на кнопку лифта, подрагивая от пробирающего до костей холода. Отогревшись в транспорте и выйдя наружу, мужчина получил порцию новых капель прямо в лицо. Приняв горячий душ, заварив кофе с молоком, Джин включает телевизор в ожидании новой серии любимого сериала. Мин Юнги. Прекрасный актёр с безумно привлекающей внешностью. Худой, но наверняка сильный, дерзкий, но всегда играющий абсолютно противоположные роли. Какой же ты на самом деле, Мин Юнги? Ты правда такой, каким кажешься на интервью? Ты резко отвечаешь на провокационные вопросы, смотришь на всех свысока. Это и есть твоя личность? Или же характер больше походит на персонажей, которых ты играешь? Весёлые, неунывающие. Так кто же ты из этих двух типов, Юнги? Эти вопросы задавал сам себе Джин каждый раз, когда видел актёра на постерах, в фильмах, где-то ещё. Всё началось с переезда в Сеул по работе. Повышение. Новая квартира, знакомые, места. Включив одним из похожих друг на друга вечеров телевизор, Джин слушал вполуха. В тишине сидеть было неуютно: сильнее чувствовалось одиночество, а так хоть что-то шумело. На экране как раз появился Юнги, когда мужчина потянулся к пульту, чтобы выключить телевизор и пойти спать. На лице актёра красовался огромный синяк, тело было в порезах, волосы мокрыми от пота. В сериале происходило нечто душераздирающее, и Сокджин сел на диван, стараясь получше рассмотреть Юнги. Лицо такое детское, с большими щеками, маленькие губки и сощуренные глаза. Актёр яростно выкрикивал мольбы о пощаде, всё новые и новые удары рушились на хрупкое тело, но Джин смотрел только на лицо, только в глаза. Было в них что-то притягивающее, заставляющее тонуть глубже. О своей ориентации Сокджин не догадывался до шестнадцати лет. Казалось, девочки из класса не нравились ему потому, что слишком глупые и неинтересные. Джин не знал, о чём с ними можно было поговорить, и не пытался узнать. А когда они впервые с лучшим другом попробовали выпить (слабо сказано «попробовали», потому что бутылка родительского вина была пуста спустя мгновение), произошёл смазанный поцелуй, на удивление, вызвавший бурю эмоций в груди Кима и в районе паха. Дальше дело не зашло: они лишь помолчали, а после друг ушёл к себе, на следующий день и все дальнейшие просто игнорируя. Тогда-то Джин и задумался о своей тяге к мужскому полу, в чём убедился год спустя, переспав с парнем из клуба, в который его затащил уже новый друг из колледжа. Постоянного партнера мужчина себе так и не нашёл, всем женщинам отказывал, не говоря правды. Её знали лишь те, с кем Сокджин переспал, и он сам. Даже родители оставались в неведении, расценивая неуверенность сына как боязнь ответственности. Когда он подрастёт, сам захочет создать семью. Но это желание никогда не появлялось и в ближайшее время вряд ли появится, потому что денег еле хватает даже на себя. Простенькая работа, не требующая высокого интеллекта и усилий, охранник в картинной галерее, позволяла рассматривать произведения искусства без ограничения во времени. Пожалуй, это был единственный плюс. Но Джин не был быстро сдающимся человеком и верил, что вскоре найдёт то, что нахлынет порывом эйфории, не оставив уже никогда. И тут появился Юнги. Свалился, словно сосулька, резко, неожиданно, без сострадания. Проплыл бледной тенью перед взором, ухватив последние чувства, оставшиеся в сердце, не дав ничего взамен. Влюблённость в актёра в таком-то возрасте не должна была появиться, потому что Джин уже совсем не мальчик, желание тешить самолюбие давно отошло на второй план, но этот Юнги… Так зацепил. Тем, как сыграл роль, заставив сидеть с открытым ртом у экрана, тем, как смотрел в камеру, прожигая изнутри, будто зная, что Джин по ту сторону любит его. Неожиданный звонок в дверь заставил Кима подпрыгнуть на месте, сердце биться чаще, но тут же собраться и пройти к двери. За ней оказался почтальон с небольшой коробкой и натянутой улыбкой. — Вы точно не ошиблись квартирой? Я не заказывал ничего, — удивляется Джин, но мужчина показывает извещение с его адресом. — Меня попросили лично передать вам. — Кто? — Он не представился. — Он? Мужчина? — Извините, но у меня ещё заказы… — Особенности внешности? — Да без понятия, я не обращал на это внимания. Хотя могу сказать, что он довольно высокий. Распишитесь о получении заказа, пожалуйста, — Джин ставит какую-то закорючку на месте, где стояла галочка, наконец отпускает почтальона и несёт коробку в комнату. Внутри небольшое письмо, прочитав которое Ким ухмыляется, даже смеётся, потому что шутка неплохая. На дне в мягкую ткань завёрнут шарик размером с маленькое яблоко. Подняв его на уровень глаз, Джин щурится от света: предмет играет всеми цветами радуги с заходящим солнцем. И этот шарик должен переместить его в параллельный мир? А именно это было сказано в письме. «Крутани небольшой рычажок, и окажешься там, в идеальном для тебя месте. Попадёшь туда, куда всегда мечтал». Какой смешной розыгрыш. Ким кидает шарик куда-то на стол, тут же забывая о нём и забавном письме, направляясь в душ.