Последний экзамен

      Заявка была от Даши… Имя прозвучало как предупреждение. Бывшая Глеба… Нехороший звоночек. «Принять или нет? Ладно, так уж и быть – добавлю». Я дала ей зелёный свет, сама не понимая, зачем. С какой целью она решила меня добавить? Неужели и правда, чтобы посыпались угрозы? Но что-то подсказывало, что здесь не всё так просто. Положив телефон, я пошла за пакетами в гостиную, чувствуя, как напряжение нарастает. Игра началась, и я не знаю, какие правила установила Даша.

POV Глеб.

*Несколько часов назад*

      Я сидел на кухне, прислонившись спиной к прохладной стене и лениво потягивая остывающий чай. Солнце только-только пробивалось сквозь жалюзи, бросая на стол длинные, косые полосы света. Внезапно экран телефона вспыхнул, и резкий звук уведомления из ВК заставил меня вздрогнуть. Сердце лениво, но всё же подпрыгнуло.       «Сейчас узнаем, что там», — промелькнуло в голове.       Но когда я увидел имя на экране – Даша – утренний чай застрял в горле. Я закашлялся, пытаясь вдохнуть, и почувствовал, как щёки предательски покрываются пунцовыми пятнами.       Руслан, который сидел напротив меня, закинув ноги на соседний стул и просматривая ленту в телефоне, вопросительно поднял на меня брови, заметив мою внезапную перемену. В его глазах промелькнуло то ли любопытство, то ли едва заметная насмешка.       — Мне Даша заявку в друзья кинула, — сказал я, с трудом успокаивая дыхание и чувствуя, как по спине пробегает холодок. Шок от неожиданности не проходил, оставляя неприятное осаждение в животе.       — Этого следовало ожидать, — произнёс он с невозмутимостью, будто это было лишь очередное событие в нашей жизни. Я почувствовал, как его слова отзываются во мне: действительно, это было неизбежно.       Я перевёл взгляд на экран, где мигающая кнопка «Принять» как будто призывала меня к действию. Мысль о том, что Даша снова в моём пространстве, вызывала у меня смешанные чувства: с одной стороны, я хотел восстановить связь, а с другой – боялся, что всё может пойти не так, как хотелось бы. Мои руки слегка дрожали.       — Как думаешь, принять? — спросил я, стараясь скрыть напряжение в голосе. Я чувствовал, как сердце колотится в груди.       — Ну, прими, — сказал он наконец. — Посмотрим, что она тебе напишет.       Я кивнул, хотя внутри меня всё ещё бушевали эмоции. Я нажал «Принять», и в этот момент почувствовал лёгкое дрожание в руках. Неужели я готов снова открыться? Спустя десять минут ожидания телефон снова завибрировал. Я неохотно взглянул на экран и увидел сообщение от Даши. Дарья Степанова, 11:05 Привет. Как дела?

Глеб Лысенко, 11:06

Привет. Ты что-то хотела?

Дарья Степанова, 11:07 Да. Слушай, давай сегодня встретимся?

Глеб Лысенко, 11:08

Ммм… мне надо подумать…

Я тебе напишу минут через пять.

Дарья Степанова, 11:08 Окей)       Я отложил телефон на стол, звук удара пластика о дерево прозвучал неестественно громко в наступившей тишине. Затем, стараясь придать голосу как можно больше безразличия, произнёс:       — Мне Даша предложила встретиться сегодня… — голос мой звучал ровно и спокойно, но в груди всё сжималось от страха и волнения. Я опустил взгляд, пытаясь спрятаться за рассматриванием узоров на скатерти, лишь бы не встречаться глазами с Русланом.       — И ты согласился? — спросил Руслан, и в его голосе улавливались нотки, которые нельзя было назвать ни удивлением, ни осуждением, но что-то между ними. Взгляд его глаз, который я ощущал боковым зрением, казался острым и пронзительным, словно он видел меня насквозь.       — Нет, ещё… — пробормотал я, отводя взгляд в сторону окна. Надежда, что он не заметит моего внутреннего колебания, была призрачной.       — Соглашайся, видно же, что ты хочешь её увидеть, — твёрдо произнёс Руслан, словно вынося приговор. В его словах не было ни намёка на шутку или поддержку, только холодная констатация факта. Его уверенность ещё сильнее подчёркивала мою собственную нерешительность, будто указывала на беспомощность перед собственными чувствами. Сердце стукнуло сильнее, повинуясь его словам.       — Ладно… — выдохнул я, понимая, что сопротивляться бесполезно. Слова были произнесены с надеждой на то, что это не приведёт к катастрофе. Внутри меня царила смесь тревоги и робкой надежды, словно я бросал монету в колодец, загадывая желание.

Глеб Лысенко, 11:14

Я согласен. Где и во сколько встретимся?

Дарья Степанова, 11:15 Давай в кафе «Cake&Breakfast» в 13:30.

Глеб Лысенко, 11:16

Ок.

***

      Я решил немного отвлечься от своих навязчивых мыслей, которые, казалось, свили гнездо в моей голове, и посмотреть телевизор. Пульт вяло скользнул в руке, и экран ожил, заливаясь синеватым светом. М-да, как всегда идёт какая-то ерунда. Канал за каналом мелькали бессмысленные ток-шоу, напыщенные новости и реклама, от которой зубы сводило. Скука накатила тяжелой волной, и я с тоской вздохнул. Ладно, пойду, что ли, песню какую-нибудь сочиню.       Так, где моя тетрадь? Та самая, с помятыми страницами и чернильными пятнами – мой верный спутник в мире мелодий и рифм. А, вот она, затерялась под стопкой книг, словно пряталась от скуки, царящей в комнате.       Я достал тетрадь и открыл её на первой странице, где уже были начерчены несколько строк. Запах бумаги и чернил напоминал мне о том, как много я вложил в каждую строчку, как каждая нота и рифма помогали мне выразить то, что порой не мог сказать вслух. Вокруг меня стояла тишина, нарушаемая лишь лёгким шорохом страниц. Я взял ручку и задумался, как бы лучше передать свои чувства.       Свет из окна ложится на бумагу, мягкий, как будто обволакивающий, как нежный взгляд Аси. Он не бьёт в глаза, а скорее ласкает, подчёркивая каждую линию написанного. Тени играют, словно её мысли, ускользающие и в то же время, такие знакомые. И вот, вдохновение, оно не взрывается, а медленно, как рассвет, поднимается из глубины меня. Это не вспышка, а нарастающая волна, подталкиваемая воспоминанием о ней…

Запах облепихи, не используя духов…

      Первая строчка. Она возникает, как будто из ниоткуда, но так точно описывает Асю. Этот запах облепихи… Он так не похож на приторные ароматы духов. Она настоящая, естественная.

И ты держишься всех выше, просто без лишних понтов.

      И как она держится… Без всего этого напускного, без фальшивых улыбок и слов.

Жизнь, словно концерт, народа целый стадион.

Будь в первом ряду, но оказался за бортом я…

      Я смотрю на неё, и в голове сразу этот стадион. Её жизнь – как грандиозное шоу, где она в центре внимания, а я… за бортом. Как будто меня отрезали от этого праздника. Я смотрю на неё со стороны, как зритель, хотя всем сердцем хочу быть рядом, в первом ряду, плечом к плечу.

Поддержу любой твой позитивный диалог,

      И вот, вопреки всему, я готов её поддерживать. Даже если внутри всё кричит от боли, я буду улыбаться, я буду кивать, я буду поддакивать каждому её слову. Лишь бы она была счастлива, даже если это счастье не для меня.

Хоть меня и разрывает внутри.

      Тут я делаю паузу. Слова словно застревают в горле. Невозможно передать словами эту внутреннюю бурю. Но рука снова двигается.

Я бы искренне смеялся если б только-только мог

Не чувствовать к тебе всей этой любви…

      Вот оно! Я признаюсь в этом, сам себе, через эти строчки. И становится легче, и становится больнее одновременно. Как будто выпустил часть боли наружу, но она, гадина, не уменьшилась.       Ася… Она как свет. Такой яркий, такой притягательный, но до которого я не могу дотянуться. Я пытаюсь притвориться, что всё в порядке, но каждая фраза, каждая её улыбка отдаются во мне глухой болью. Я так в неё влюблён, но влюблён безответно. Как же это всё чертовски сложно…       Я так увлёкся написанием песни, что не заметил, как в комнату зашла Вика. Она выглядела решительно, её длинные волосы были собраны в высокий хвост, а на лице играла лёгкая улыбка, которая, казалось, скрывала что-то большее.       — Глеб, ты можешь мне дать адрес Аси? — потребовала Вика, её голос звучал с ноткой нетерпения.       Я оторвался от своих записей, моргнув, словно выныривая из воды. Музыкальное оцепенение медленно отпускало, уступая место реальности.       — Зачем тебе? — спросил я, откладывая ручку и глядя на неё с лёгкой долей растерянности.       — Мы с Асей собрались по магазинам, и я сказала, что зайду за ней, — ответила Вика, в её голосе прозвучало лёгкое раздражение. Видимо, меня снова захлестнула моя «творческая волна», и я совсем выпал из жизни.       — Ясно, — протянул я, чувствуя, как лёгкая улыбка трогает мои губы. Вика всегда была такой импульсивной и энергичной.       — Ну, ты скажешь мне адрес? — нетерпеливо спросила она, приподняв одну бровь, словно сомневаясь в моей адекватности.       — А… да, — спохватился я, пытаясь быстро вспомнить нужный номер дома и улицу. На секунду я снова погрузился в свой мир, отыскивая в закоулках памяти нужную информацию.       Я продиктовал Вике адрес, она молча кивнула, сжав губы в тонкую линию, и, развернувшись на каблуках, стремительно вышла из комнаты. Мой творческий поток, словно внезапно перекрытый кран, окончательно иссяк. В голове висела только лёгкая грусть о потерянном вдохновении. Я вздохнул и отложил тетрадь, в которой так и не успел дописать мелодию.

***

      Внизу, на диване, как обычно, расположился Вова. Он был одет в свою любимую серую толстовку, капюшон которой набросил на голову, словно пытаясь спрятаться от мира. Вова сжимал в руке пульт, неотрывно глядя на экран. Там шла какая-то передача, не то документалка о природе, не то спортивный матч – по его лицу было не разобрать. Вова казался таким спокойным и умиротворённым, в отличии от меня и Вики, словно он жил в своей собственной, параллельной реальности. На его лице, когда я подошёл ближе, была заметна лёгкая улыбка. Видимо, передача оказалась довольно интересной, или просто его забавляли ведущие.       — Что смотришь? — поинтересовался я, стараясь не обращать внимание на странное предчувствие.       — Да так, херню какую-то. Мне Руслан сказал, что у тебя сегодня встреча с Дашей, это правда? — голос Вовы прозвучал, как обычно, небрежно, но я заметил в его взгляде долю беспокойства, которую он старался скрыть.       — Да… — ответил я, чувствуя, как внутри меня поднимается лёгкое волнение.       — Я надеюсь, ты не будешь снова с ней мутить? — с недоверием спросил он, бросив на меня быстрый взгляд.       — Чувак, это просто встреча и ничего больше. У меня давно пропали чувства к Даше, — сказал я, пытаясь убедить и его, и себя.       — Ну-ну, — буркнул Вова, не веря ни единому моему слову. Он усмехнулся, и в его глазах мелькнула озорная искорка. — Просто я вижу, как ты смотришь на Асю, и мне очень хочется, чтобы именно с ней у тебя всё сложилось.       Он слегка хлопнул меня по плечу, пытаясь изобразить небрежность, но я знал, что за этой бравадой скрывается искренняя поддержка. Вова был мастером сарказма, но лучшим другом – тем, кто всегда рядом, когда это необходимо. Даже сейчас, чувствуя себя неловко, я ощущал его теплоту и понимание.       Мы с ним посмотрели телевизор, но я едва воспринимал происходящее на экране. Мысли о предстоящей встрече с Дашей не покидали меня. Вскоре Вова поднялся и пошёл в свою комнату, оставив меня одного с моими переживаниями.       Я начал собираться: выбрал свою любимую чёрную толстовку с персонажами из Looney Tunes. Она такая прикольная, всегда поднимает настроение. Под неё надел белую рубашку, чтобы воротник торчал – так вроде поинтереснее смотрится. Снизу – обычные чёрные джинсы, не хотелось сегодня ничего выдумывать. Ну и, конечно, взял свой любимый шоппер с дурацкими надписями и рисунками. Он всегда со мной. Готов. Теперь точно пора выходить.

***

      Пройдя несколько домов, я увидел знакомое кафе. Здание выглядело уютно, с большими окнами и вывеской, на которой яркими буквами было написано «Добро пожаловать». Я остановился на мгновение, чтобы вдохнуть свежий воздух и успокоить свои мысли.       «Я должен оставить прошлое и Дашу позади», — мысль прозвучала как приговор, когда я толкнул дверь, и звенящий колокольчик возвестил о моём приходе, словно давая сигнал к новой главе, без неё.       Внутри царила атмосфера тепла: мягкий свет, аромат свежесваренного кофе и тихая музыка, играющая на фоне. Я огляделся и заметил несколько свободных столиков, но выбрал место у окна – там был лучший вид на улицу и проходящих мимо людей.       Спустя долгих десять минут пришла Даша. Она выглядела как обычно, в своём стиле. Какой-то серебристый топик, как будто собралась на вечеринку, а не со мной разговаривать. И тени на глазах, кажется, нарочно яркие, чтобы все только на неё и смотрели. Волосы, как обычно, на показ распустила. Зачем ей это всё? Как будто хочет убедить всех вокруг, что она тут самая главная.       Она приблизилась, притворно сверкнув глазами – видимо, такой вот у неё набор для привлечения внимания. Я поднялся, пришлось, и мы обменялись формальным обниманием. Её «радость» выглядела так, будто она забыла, что в этом театре нет бесплатного попкорна. Я почувствовал, как втягиваюсь в её очередную игру, где я стану пешкой в её манипуляциях, и неясно, чем всё это закончится.       — Привет, — сказала она и притворно улыбнулась. Её глаза скользнули по мне, как будто оценивая каждую деталь, и на губах появилась натянутая, совсем не искренняя улыбка.       — Привет, — быстро кивнул я ей в ответ, стараясь не встречаться с ней взглядом.       К нам подошёл официант.       — Здравствуйте, что-то будете заказывать? — спросил он, с интересом глядя на нас.       — Да, мне латте на кокосовом, пожалуйста, — ответила Даша, словно делая одолжение этому заведению своим присутствием. Она даже не взглянула на официанта, глядя куда-то вдаль.       — А мне воду без газа, — сказал я, не собираясь тянуть с выбором.       — Хорошо, ваш заказ будет готов через пять минут, — сказал официант и отошёл, явно почувствовав напряжение между нами.       Эти пять минут мы сидели в полной тишине. Даша барабанила пальцами по столу, а я делал вид, что внимательно рассматриваю зал.       — Ну, как твоя жизнь? — вдруг спросила Даша, её тон был насмешливым, как будто ей уже известен ответ.       — Неплохо. А твоя? — ответил я как можно более нейтрально.       — Отлично, как всегда. Ты теперь с ребятами живёшь? — она задала этот вопрос так, будто давно всё знает и просто проверяет мою реакцию.       — Да. Кстати, как адрес узнала? — в голосе проскользнуло раздражение.       — Через наших общих знакомых, — она пожала плечами, будто ничего особенного не произошло.       — Ясно… Зачем встретиться хотела? — я впился в неё взглядом.       — Просто… Узнать, как ты живёшь… что нового, — её тон стал чуть более сладким, явно рассчитанным на то, что я поведусь.       — Даш, давай будем честны, тебе что-то от меня нужно? — я скрестил руки на груди.       — С чего ты взял? Просто мы так давно не виделись… — Даша нахмурилась, играя в оскорблённую невинность.       — Ну, теперь увиделись. Слушай, мне уже пора, дома дел выше крыши, — я начал подниматься со стула, готовый уйти.       — К своей новой возлюбленной спешишь? — прозвучало с сарказмом.       — Может и к ней, тебе какое дело? Наши с тобой отношения в прошлом, у тебя своя жизнь, у меня своя, — я не собирался ей ничего объяснять.       — Ну и как она? Лучше, чем я? — её вопрос был полон самоуверенности, будто она хотела услышать подтверждение своей уникальности.       — Да, лучше, — ответил я, сам удивляясь своей резкости. — По крайней мере, она не одержима деньгами и славой, как ты. В этом вся наша проблема и была, Даш. Именно поэтому мы и расстались.       — Ой, ты такой наивный, Глебушка. Надеюсь, Ася взяла это на заметку, — Даша рассмеялась, её смех был резким и фальшивым.       — Что? Откуда ты знаешь её имя? — я замер, ошарашенный.       — Да твоя подружка ко мне на страницу сегодня заходила, — она ухмыльнулась, наслаждаясь произведённым эффектом.       — Неужели ты пытаешься меня вернуть? — произнёс я, приподняв бровь, с лёгким вздохом. В моём тоне сквозило скорее любопытство, чем удивление. Похоже, её трюки никогда не закончатся.       — Ты шутишь? Отношения с тобой – это моя главная ошибка! — сказала она с нарочитым страданием в голосе.       — Как чудесно, что наши мнения совпадают, — ответил я с явным сарказмом, не отводя от неё взгляда. — Ладно, прощай, — добавил я и, не дожидаясь её ответа, ушёл. У меня не было ни малейшего желания участвовать в этом фарсе.       Я шёл по тротуару, и плечи, словно сбросив груз, расправились сами собой. Воздух вокруг казался свежим, наполненным новой надеждой. Мысль о том, что всё, с прошлым покончено, заставляла улыбнуться. Даша, как страница из старой, надоевшей книги, была перевернута навсегда. В моём сердце наконец-то было место, где царила только Ася, и это ощущение освобождения было пьянящим, словно первый глоток прохладной воды в жару.

POV Ася.

*Наше время*

      Разобрав пакеты с купленными вещами, я села за стол, уставленный учебниками и тетрадями. Вокруг меня разливался лёгкий аромат свежезаваренного чая, который я приготовила перед началом уроков. Последние лучи заходящего солнца пробивались сквозь занавески, едва подсвечивая страницы, и я чувствовала, как вечерняя прохлада сменяет дневное тепло. Спустя час домашка была сделана, и я с удовлетворением отложила ручку, потянувшись к чашке.       Вдруг мой телефон издал характерный звук уведомления, прерывая тишину. Это было сообщение от Даши Степановой. Я на мгновение замерла, но потом решила не читать и пошла в душ, стараясь избавиться от навязчивых мыслей.