Этот ужасный горький привкус

Они бежали часами, по ощущениям. Каждая секунда вызывала мучительную агонию, пронзавшую тело Джейсона. Пульсирующая боль ударяла в плечо и бедро всякий раз, когда его стопа касалась пыльной, каменистой земли, до тех пор, пока не осталось ничего, кроме него и боли. К тому же, бег не был беспрепятственным — местность поднималась и опадала, местами встречались участки скалистой открытой породы и рвы, усыпанные колючими, похожими на людей растениями. Все, о чем он знал, — это то, что Дик, бегущий рядом, вздыхал и дрожал, терзаемый своим собственным дискомфортом. Они не могли больше сохранять темп — было лишь вопросом времени когда один из них упадет. Джейсон подумывал, не будет ли он первым, когда заметил Дика, рухнувшего на колени, сильно споткнувшись. Смутно изумленный, Джейсон попытался поднять его, зная, что, если они остановятся, то будут неспособны снова бежать, но все попытки Дика встать кончались на пыльной земле. Мгновение тяжело дыша и раздумывая, он рухнул обратно на задницу. — Я не могу, Джей. Секунду, — Дик был бледным и влажным от пота в отблесках предрассветного солнца. Его немного трясло. — У нас есть что-нибудь, чтобы перевязать мои ступни? — спросил он. — Может, тогда я смогу бежать дальше. Внезапно Джейсон с ужасом вспомнил ожоги. Как блядь он умудрился бежать так долго по такой местности? — Дерьмо, Дик! Почему ты ничего не сказал раньше? Дик смотрел на песок. С ним что-то происходило: Джейсон чувствовал это. Дик как будто выпадал из реальности. То, что он продолжал бежать даже с истекающими кровью ожогами на ступнях, не удивляло — Дик был очень упрям, когда дело касалось тупости, и собирался тащить себя вперед абсурдно долго ради миссии — но и была другая нехарактерная вещь, дергающая за колокольчики тревожных звоночков. Они не могли беспокоиться об этом сейчас, впрочем. Джейсон огляделся в поисках лучшего места для остановки, чем открытое пространство. — Давай переберемся к тем скалам. Через два часа это место пропечется, и нам понадобится укрытие. У нас нет воды, так что мы не можем позволить себе потеть больше, чем необходимо, — Дик кивнул, и Джейсон поднял его на ноги. — Обопрись на меня и иди на боковых сторонах ступней, если можешь. Тот факт, что Дик сделал все слово в слово без споров, служил подтверждением охватившей тревоге. Тяжесть ударила в ногу и обожгла бедро, когда они начали медленно взбираться вверх по небольшому уклону к огромным валунам. Их гигантские формы возвышались странными тяжелыми массами, приблизившись, и это ощущалось комфортно. На месте они обнаружили выемку в скалах, которая должна была укрыть их от палящего солнца. Дик шлепнулся вниз, и потребовалось мгновение, чтобы Джейсон сам смог медленно опуститься на землю. Блядь, как же больно. — Что мы имеем? — спросил он, морщась, когда, наконец, смог сесть. — Шорты, футболка, пистолет, — Дик проверил магазин. — Четыре пули. Джейсон мысленно пробежался по своим вещам, оценивая, и проверил карманы. — Носки, обувь, штаны, трусы, майка, рубашка. Потерял свою ебаную шляпу. Дик вымученно дернул губами в подобие улыбки. — Оу-у, она была симпатичной? — Мне нравилась. Держала солнце подальше от моего лица и делала меня красавчиком, — Джейсон вздохнул. Его печаль не была притворной. — Верно, оружие: есть маленький мультитул, дубинка… — пауза затянулась, он осторожно прощупывал ремень, — потерял большой нож и пушку. Есть запасной магазин, к счастью, того же калибра, что и твой. Шокер, один заряд, — Джейсон поморщился, дотягиваясь до своих ступней. — И один маленький нож в ботинке, — подвел он итог. Дик осмотрел нож, искривленное четырехдюймовое лезвие. — Это «маленький нож в ботинке»? Какого размера большой был? Джейсон проигнорировал и начал осторожно изучать свой ремень и карманы. Дик вздохнул. — Какие еще полезные вещи у нас есть? Подозреваю, у тебя нет с собой запасов еды или воды? — Есть фляжка, но только наполовину полная. Я дал выпить девочке, которую спас — не был намерен скитаться по пустыне. Кроме того, есть набор для разжигания костра, маленький факел и нерабочий коммуникатор, — и две таблетки, но он не упоминал этого. — Думаю, мы можем еще считать мои шнурки. — Чудесно. Подозреваю, могло быть и хуже. — Могло бы быть и в чертову тысячу раз лучше. Нам нужны вода и идеи, как вычистить это месиво, — Джейсон указал на ступни Дика. — Я пытаюсь не думать об этом, — признался Дик. — Ни шанса, что туда не попадет инфекция, а мы не можем рисковать тратить воду без ее надежного источника. — Ага. К счастью, меня относительно недавно отправили на недельные «тренировки по выживанию в неблагоприятных условиях пустыни», — Джейсон устало поднял себя на ноги. Он на мгновение опасно покачнулся, прежде чем заставил свои ноги устойчиво застыть. Дик нахмурился, глядя на него. — Давай перевяжем твои раны, прежде чем ты уйдешь шататься в поисках воды или жуков или чего-нибудь еще. Тебя только что подстрелили! — Дважды. Да, я заметил. Но тебе тоже потребуется что-то для перевязки. Просто дай мне пару минут. Джейсон осмотрелся. Коллекция самого разнообразного мусора, высохшей листвы и выжженных солнцем палок с восточной стороны. Возможно, отложились там с какого-нибудь давнего наводнения. — Дважды? Джейсон, верни свою задницу на место и дай мне взглянуть на раны! Проигнорировав надоедливые требования Дика, Джейсон добрел до кучи мусора. Он наклонился с болезненным вздохом и выбрал среди прочих угловатую ветку какого-то неидентифицируемого дерева. Она была недостаточно длинной, чтобы ее можно было с комфортом использовать в качестве трости, но могла подойти Дику. В противном случае она будет использована по назначению. С глубоким вдохом преодолевая боль, он проследовал дальше смелее в поисках растительной жизни. Сонора была жаркой, пыльной, каменистой и часто негостеприимной, но это также была пустыня, сотрудничающая с жизнью. Множество растений жили и процветали здесь, и, по-видимому, множество диких животных зависело от них всех и от каждого в частности. Если бы Джейсон не застрял здесь и не ощущал последствия собственной недальновидности, это было бы вроде как потрясающе. По факту, сейчас он просто хотел в душ, выпить холодной воды и свою кровать. Удача, видимо, наконец повернулась к нему: он нашел то, что искал вдоль всего изгиба скалы — колючие груши. Фрукты были не совсем созревшими, но они все еще были съедобны и содержали достаточно воды, чтобы отсрочить дегидратацию на другой день. Подушечки растения, однако, были также отличной находкой — по утверждениям, они обладали медицинскими свойствами, необходимыми для перевязки ран. Единственная проблема заключалась в колючей части. Верная палка в руках была облегчением. Двадцатью минутами позже, потея и начиная чувствовать жар раннего утреннего солнца, Джейсон отнес свою добычу обратно, завернув ее в рубашку — с минимально возможными для своего тела повреждениями от очищенного от колючек растения. — Засранец, — поздравил Дик. — И это твоя благодарность? — ворчал Джейсон, осторожно опускаясь обратно на землю. — Благодарность? Ты только что ушел, не сообщив мне, зачем. Он ненавидел работать с Диком. Дик был даже более повернутым на контроле идиотом, чем сам Джейсон — по крайней мере, Джейсон не перекидывал свои проблемы на других. — Извини, — ответил он неискренне. — Давай взглянем на твои ступни. — Ранения от выстрелов превосходят ступни по важности. Снимай рубашку. Джейсон попытался выдавить усмешку, но не смог ее удержать. — Даже не пригласишь сперва на ужин? Грубо. Лицо Дика было неподвижно, он не ответил на жалкую попытку поднять настроение, так что Джейсон вздохнул и подчинился, нелепо задирая свою майку выше головы. Дик продвинулся вперед и начал тыкать в рану на бедре Джейсона. — Ау!!! Да ты блядь детектив! Это дыра в моем боку — она болит, когда в нее тычешь! — Прости, — ответил Дик с той же искренностью, какую проявил Джейсон ранее. Он не прекратил, впрочем, и от его действий рана стала вяло кровоточить. — Нужно попробовать вытащить песок изнутри. Думаю, там может быть ещё и ткань. — Замечательно. То есть я могу выбрать: оставить все так или засунуть туда твои грязные пальцы и расковырять все? Оба варианта сосут. — Если нам удастся вытащить грязь ближе к поверхности, возможно я смогу сделать это, не занеся внутрь ещё больше всякого дерьма. Джейсон оставил Дика возиться с этим и принялся осторожно разрезать на части подушечки колючих груш. — Какие-то коренные племена раньше использовали их в качестве припарок для ран и змеиных укусов. Решил, стоит попытаться. Возможно, это будет чище, чем повязка, сделанная из нашей одежды. Оказание Джейсону помощи наконец закончилось, Дик взял подушечку и разместил на ране, используя полосу из майки, чтобы удержать ее на месте. — Теперь давай посмотрим на плечо. Если бедро болело как сучка от Диковской меньше-чем-нежной заботы, то с плечом все было намного хуже. Наконец перевязанный и способный вернуть себе дыхание, Джейсон умудрился с боем отбить у Дика одну из его ступней и начал перебинтовывать ее самостоятельно под постоянные жалобы со стороны. Джейсона так достало это. — Блядь, не мешай мне работать! — гаркнул он. — Меня не волнует насколько ты нежный, мой угол зрения лучше, и я могу видеть, что делаю! Дик внезапно замолчал, и Джейсон снова стал делать все возможное, чтобы очистить беспорядок на его ступнях. Ожоги превратились в воспаленные язвы, а песок и камни сильно изрезали необожженные части. Как Дик вообще бежал на этом? Безумная бэтменовская выправка, тем же самым единственным дерьмовым образом, каким их семья все еще была жива. Дик, сжимая челюсти против боли, наконец смолк на время, пока Джейсон накладывал повязки. Мускулы терзала лёгкая судорога от прикосновений. Тишина нервировала, и Джейсону вроде как хотелось, чтобы Дик по-прежнему спорил или крыл его матом. Закончив, он осторожно перевязал раны с помощью колючих груш и остатков обрезков майки. Похоже, этого было достаточно, чтобы защитить ступни. Джейсон вытер липкий сок растений об кожу, когда сообразил. Теперь это должно было работать как слабенькая защита от солнца. — Хочешь мою обувь? — предложил он пару мгновений спустя. — Это может немного помочь. Дик оглядел его походные ботинки. — Они слишком большие. Я и без того буду довольно неустойчив. Почему тебе надо было так сильно вырасти? Мне нравилось время, когда я мог подхватить тебя на руки, как нескладного щеночка. — Одно короткое лето, потом я перерос тебя, шкет, — он даже не полагался на самодовольство в своем голосе. Дело было в двух или трех дюймах, но он был шире в плечах и имел гораздо большую мышечную массу. Это было так чертовски приятно. — Я не шкет. Тим шкет. Я идеально сбалансирован, абсолютно нормальный. Ты просто стал слишком высоким, — Дик ткнул в него пальцем, а затем вернулся к осмотру ботинок. — Может, если я возьму твои носки, это поможет защитить ступни немного лучше? — наконец предложил он. Это имело смысл, и Джейсон расшнуровал свои ботинки прежде чем стащить их с ноющих ног. Они ощущались опухшими от жары. Стянув свои носки, он с сомнением внимательно осмотрел их: они были влажными от пота, ношеные в лучшем случае двадцать четыре часа. Было нелепо смущаться по этому поводу, но не то чтобы это можно было контролировать. Джейсону нравилось быть чистым. Он не был гермофобом или помешанным на чистоте фриком, ему просто нравилось ощущать контроль над своим телом и над тем, как он презентовал его миру. Вонючие носки заставляли его чувствовать себя пристыженным, что было глупо, учитывая обстоятельства — но он ничего не мог поделать с этим сейчас, так что просто бросил их на песок и натянул свои бутсы обратно, туго затягивая их в надежде избежать неизбежных мозолей. Пока он был занят, ругая себя за свои странные зависания, Дик потянулся вперед и взял предложенные носки. Абсолютно не обеспокоенный их состоянием, он надел их и пошевелил большими пальцами. — Это должно немного помочь. Джейсон с сомнением перевел на него взгляд. Носки выглядели нелепо; они были слишком большими и смотрелись странным образом очаровательно, обернутые вокруг голых лодыжек. Дику совершенно точно было плевать на запах или пот — он до абсурдного сильно отличался от Джейсона, ощущая себя комфортно в своей коже. Его не волновало, если он был вонючим и грязным, не волновало, что он теперь носил нестиранные обноски Джейсона. Тяжело поймать волну чужого мышления, так отличающегося от его собственного. Неуверенный в том, что следует сказать, Джейсон промычал смутное согласие. — Так, что теперь? — спросил Дик, когда Джейсон передал ему пару ломтиков колючей груши, чтобы перекусить. — О, вкусно! Есть еще? — Да, пока что. Знаешь, нам не стоит есть слишком много — вода важнее. Думаешь, они придут за нами? Он уже знал ответ. — Да, мы свидетели. Они собираются заставить нас замолчать, что предполагает выслеживание. Будет тяжело оставаться на шаг впереди; у них есть люди, трансортные средства, пушки и вода, — Дик задумчиво коснулся подбородка. — Но мы можем пройти там где не могут машины; у нас есть опыт тренировок, о котором они не знают, и если они собираются сохранить свои действия в тайне и остановить нас от вызова помощи, то оставят включенными глушители связи. — Что означает, им придется выслеживать нас по-старинке. Дик кивнул. — Именно. Это дает нам, что ж, не то что бы преимущество, но и не неудобство. — Отлично. Не неудобство. Невероятно полезно. — Кто-нибудь говорил тебе о том, что ты саркастичная сволочь? — Да. — Что ж, ты еще и огромный болван, Джей. — Это также упоминали раз или два. Дик яростно усмехнулся. — Значит, бежим? — Бежим. Джейсон только надеялся, они смогут оставаться на шаг впереди.