История, которой не было

Глава 15 8 мая 1993 Кларисса сидела за кухонным столом, оперевшись на руку, и задумчиво смотрела на дно любимой фарфоровой чашки из маминого сервиза. Чаинки выстроились в причудливый узор и, будь она чуть более мечтательной, обязательно попыталась бы увидеть своё будущее. Сейчас она все чаще задумывалась над тем что ее ждёт. Впервые в жизни она не знала, что ей делать и куда двигаться дальше. Прошёл месяц с того злополучного вечера, а у неё до сих пор перед глазами стояли вспышки фотокамер, а в ушах гул вопросов от репортеров. Она часто прокручивала тот момент в голове. Вот она сидит и болтает с Тони и чувствует себя абсолютно счастливой и вдруг раздаётся звонок телефона, будто первый громовой раскат. Звонила Зои: она так эмоционально тараторила, что девушка с трудом разбирала слова. Но постепенно среди бессвязной речи стали проскакивать обрывки фраз заставляющие ее кровь стыть в жилах. Их с Тони фотографии крутят по какому-то вшивому каналу про звезд. Она до сих пор помнит как тяжело стало дышать. Она решила выйти на воздух и подумать, что делать дальше перед тем, как идти к Тони. Кларисса уже почти дошла до выхода, когда сквозь стеклянные двери на неё посыпался шквал ярких вспышек. Единственное, что отделяло девушку от пришедших по её душу журналистов была стеклянная дверь ресторана. Из ослабевшей руки выскользнул телефон и с грохотом рухнул на мраморный пол. Этот грохот вывел её из шока, оцепенение спало и первой реакцией было бежать. Она развернулась и встретилась с таким же ошарашенным и беспомощным Тони. Он явно был удивлён не меньше чем она, но пришел в себя гораздо быстрее. Что было дальше она помнила смутно, кажется они пытались улизнуть через чёрный вход, но на улице их все же перехватили и им пришлось пробираться сквозь толпу. Через пару дней вышла статья в Harper’s Bazaar, и треснувшую платину прорвало. Настоящие акулы и стервятники: все пытались оторвать от них кусок побольше. Настоящие профессионалы, которые сумели раздобыть их с Тони личные контакты. Телефон и электронная почта разрывались от наплыва предложений дать интервью и рассказать невероятную историю любви. И снова на помощь пришёл Тони. Отдел по связям с общественностью Stark Industries принял на себя основной удар. Клариссе пришлось сменить номер телефона и адрес электронной почты. С её личными данными стал известен и её адрес. Жить в Гринвич-Вилладж стало просто не безопасно, и ей пришлось перебраться к Старку. Как только с нападками журналистов все было улажено, перед ней встала по истине сложная задача - попытаться вернуться в свою старую жизнь при новых обстоятельствах. В университете она все время чувствовала на себе чьи-то взгляды, слышала шепотки за спиной и мерзкое хихиканье; самые дерзкие пробовали «подружиться», фальшиво улыбаясь. Старые знакомые вели себя неоднозначно. Кто-то наиграно делал вид будто ничего не изменилось, кто-то наоборот пытался примазаться и хвалил её за удачную партию, кто-то за глаза называл подстилкой богатенького выскочки, а некоторые просто отстранились и свели общение к минимуму. Из настоящих друзей остались только Зои и Рик. Но самым тяжелым ударом стала работа... С самого утра она томилась гнетущим ожиданием. Она уже через многое прошла, но этот рубеж был самым сложным. Больше всего она боялась, что отношения со Старком как-то скажутся на её карьере, и пусть это была обычная подработка на должности, которая ей не очень нравилась, она ни за что не желала ее покидать. Редакция встретила ее привычным гомоном. Все суетились, готовя финальные варианты статей, идущие в печать. Сначала на неё даже не обратили внимания, пока Энди не окликнул её через весь зал. Нужно отдать коллегам должное - они отреагировали на появление девушки весьма спокойно. Кто-то поздоровался и неловко помахал рукой, кто-то смерил заинтересованным взглядом сквозь толстые стёкла очков в роговой оправе, некоторые были так поглощены горящими сроками, что даже не подняли глаз. И тем не менее, в тот момент она опять была готова провалиться сквозь землю и утянуть за собой улыбчивого паренька. Видимо, её взгляд был столь красноречивым, что он не рискнул подходить ближе. Кларисса раздраженно расправила плечи и направилась в приемную. Там сидела Линда и, как заведённая, что-то печатала. Она явно была не в духе. Даже не глядя на Клариссу Линда кивнула головой на стопку листов на краю стола и девушка сразу поняла, что это предназначалось ей. За это она больше всего любила и уважала Линду. Работа интересовала её куда больше, чем досужие сплетни и чьи-то романы. Как только девушка приступила к работе, с легким треском интерком сообщил, что ее ждёт мистер Пруэтт. Сердце сделало кульбит. Нервно пригладив складки на юбке девушка зашла в кабинет. Ей стало не по себе ещё тогда, когда мистер Пруэтт начал неловко шутить и лебезить больше обычного. Когда она только устроилась работать в Daily News этот невысокий коренастый мужчина с рябью веснушек выглядывающих из под прямоугольных очков с толстыми стёклами и огненной шевелюрой, постепенно начавшей редеть, показался ей слишком несуразным для такого поста. Он неловко шутил и был слишком суетлив, особенно когда рядом были красивые женщины. Его рябой лоб часто покрывался испариной и он доставал темно-синий хлопковый платок с вышитыми на нем инициалами и быстро протирал лоб, но делал это недостаточно тщательно и через несколько секунд платок вновь появлялся в его руках. Клариссу это забавляло и, вместе с тем, вводило в наибольшее недоумение общение её шефа с подчиненными, в частности с Линдой. Ее многие побаивались, властная женщина с подавляющей аурой, но, по сравнению с остальными, мистер Пруэтт выглядел совсем жалко. Рядом с ней он становился похожим на побитую собаку. Иногда девушке казалось, что управляет издательством именно Линда. На ней лежала большая часть административной работы и логистика, она даже утверждала некоторые статьи и держала весь штат сотрудников в ежовых рукавицах. Но чем больше Кларисса проводила времени в издательстве, тем больше понимала, что её босс не так прост, как кажется. Возможно, он и не внушал должного уважения своим внешним видом и манерой держать себя, но он был далеко не глуп и очень профессионален. Свою излишнюю мягкость он компенсировал окружая себя такими несгибаемыми людьми как Линда, а взамен давал им неоценимый опыт и открывал дорогу в круги журналистской элиты. Совсем нехорошо девушке стало когда мистер Пруэтт достал свой темно-синий платок. Она стиснула зубы и медленно выдохнув посмотрела ему прямо в глаза ожидая свой приговор. Мужчина сразу же взгляд отвёл и, пробубнив что-то себе под нос, торопливо промокнул лоб платком. Напряженное молчание затянулось. Кларисса не могла решить как себя вести. Её босс явно не находил в себе смелости взять слово первым. Она могла продолжать сидеть как на иголках и оттягивать пугающий разговор, или взять слово первой и приблизить себя к обрыву самостоятельно. - О чем вы хотели поговорить со мной, мистер Пруэтт? У вас есть претензии к моей работе? - она сразу перешла в атаку и, как бы она не пыталась выглядеть спокойной и уверенной, её тон заметно изменился. Мистер Пруэтт вздрогнул от звука её голоса и посмотрел на неё глазами нашкодившего ребёнка, которого отчитывают. - Нет, что вы, мисс Манчини. Я очень доволен вашей работой, и Линда вас очень хвалит. - он немного замялся, но продолжил уже увереннее. - Именно поэтому я хочу дать вам повышение! Вы ведь хотели устроится на должность штатного корреспондента? Мы как раз ищем человека на место Марка Лойда в отдел аналитики. Что скажите? - эти слова ошарашили её. Она готовилась к чему угодно, но не к этому. - И что я должна для этого сделать? - Кларисса прекрасно понимала, что за просто так она такое место не получит. - А вы всегда зрите в корень, Кларисса. - он нервно улыбнулся у опять обтер лоб. - Вы показывайте большой потенциал, не думайте, что я этого не заметил. Линда даже показала мне вашу заметку с пресс-конференции - очень достойная работа. Думаю, в отделе аналитики вам будут рады. - её сердце пропустило удар. В тот раз напечатали заметку Линды, но ее работу девушка похвалила и оставила себе. Тогда Кларисса не придала этому значения. Всё, что её заботило, это досадный проигрыш в споре. Она и подумать не могла, что Линда покажет её заметку главному редактору. - Но, увы, вы правы. За "просто так" вы это место, к сожалению, не получите. Недавние события вызвали большой интерес даже у владельцев нашей газеты. Вам, как никому другому, известно, как все издания роют землю, в надежде получить эксклюзивный материал о Тони Старке и о ваших с ним отношениях. Наша газета предлагает вам это место и денежное вознаграждение за эксклюзивные права. Мы станем единственным печатным источником который сделает большое интервью с Тони Старком. Мы с девяносто первого года пытаемся взять у него интервью. А сейчас, на волне популярности, это наиболее выгодно. А также на интервью с вами, Кларисса. Если о Старке то и дело гремят таблоиды, то вы для всех загадка. Вы, как журналист, сами прекрасно понимайте, что лучше самостоятельно расставить все точки над "i", чем опровергать досужие сплетни. Что скажите? Ей нечего было сказать. В глубине души она понимала, что в словах её начальника есть смысл, но голос разума заглушали метания обиды, злости и негодования. - Я вынуждена отказать. - Но... - Мне не требуется время на раздумья. Ваше предложение оскорбительно мистер Пруэтт. Поймите меня правильно, после такого я вряд ли смогу работать с вами. Я хочу написать заявление об уходе. Что касается интервью - она тяжело вздохнула и прикрыла глаза. - Я обсужу это с мистером Старком и сообщу вам. Заявление об увольнении будет на вашем столе после обеда. До свидания. - она встала, не дав ему что-то ответить, и покинула кабинет. Она шла по коридорам на негнущихся ногах, но с удивительно ровной спиной, будто палку проглотила. Кларисса села за свой стол, посидела, уставившись в гладкую деревянную поверхность, минуты две и разревелась по-детски горькими слезами. В чувство её перевела разъярённая Линда. Ее слова хорошо врезались ей в память. - Хватит ныть! - она хорошенько встряхнула девушку и заставила посмотреть на неё. В её инисто-голубых глазах не было ни капли жалости. Они были колючие, словно лёд, и впивались в ее покрасневшее опухшее лицо, отрезвляя. - Утри сопли и работай! У нас дедлайн. Мне нужен компетентный сотрудник, а не сопливая девица. Выбирай, либо ты начинаешь работать и доказываешь всем, что ты отличный работник, а не приложение к богатенькому мальчику, либо идёшь распускать нюни в другом месте и не мешаешь мне! - было удивительно, насколько коллега понимала её тайные страхи. После её слов слёзы сами высохли. Взгляд девушки стал уверенным, и Линда довольно улыбнулась. - Закончим со всем этим и пойдём в бар неподалёку. Расскажешь, что стряслось, может чем-то помогу. - губы Клариссы растянулись в благодарной улыбке. В тот день закончили они за полночь, но тем не менее все равно зашли в бар и пропустили пару стопок текилы. Кларисса излила душу, а Линда внимательно слушала. Девушка уже садилась в пригнанный водителем Старка автомобиль, когда ее окликнула Линда. - Знаешь, Клэр, ты хорошая девушка, амбициозная, как я в твои годы, но мягче. Следи, чтобы твоя мягкость не помешала твоим мечтам. Тебе может показаться, что он солнце, но это не так. Солнце - это ты. - девушка удивленно посмотрела на коллегу и медленно кивнув села в машину. Оставшиеся две недели, что она проработала перед увольнением, они не возвращались к этому разговору. Девушка с тоской вспоминала, как покидала ставшие родными стены редакции. Энди тогда догнал её и неловко обнял, желая удачи. Он сунул ей в коробку с вещами клочок бумаги с номером телефона и сказал, что всегда готов помочь. В тот момент она смягчилась и, с ласковой улыбкой, поблагодарила бывшего коллегу. И вот она сидит на кухне Тони и единственное, что осталась у неё из своей прошлой жизни - старая чашка из маминого сервиза. Глаза защипало от непрошеных слез, захотелось что-нибудь разбить. Пальцы безжалостно сжимали тонкий фарфор, и Кларисса буквально заставила себя их разжать, чтобы не повредить единственное, что у неё осталось. Больше у неё ничего не было. Дом пришлось оставить, работу бросить, в университет ходить через силу, но больше всего её выводило из себя поведение Тони. Он даже не пытался делать вид, что недоволен сложившейся ситуацией. Он получил, что хотел. От этой мысли становилось тошно, а желание что-нибудь разбить подступало с новой силой. Теперь у неё было много свободного времени, но в пустой холостяцкой квартире нечем было заняться. Здесь было много простора, какая-то свежесть. Такое часто можно почувствовать в отелях. Много места, нет ненужного хлама и какой либо атмосферы. Чистый лист. Но постепенно свежесть превращается в зябкий холод, пронизывающий необжитые стены. Хочется вернуться в старый дом с вековой пылью на чердаке, выцветшими обоями и стопкой журналов на кофейном столике, которым больше десятка лет. Именно такие незначащие мелочи, казавшиеся иногда обузой, создают уют. Согревают тёплом домашнего очага. Заглянув в гостевую спальню, она с тоской оглядела несколько картонных коробок с вещами, которые она успела перевести. Она взяла только самое необходимое, в надежде что скоро сможет вернутся в отчий дом. Аналитики из Stark Industries сказали, что ажиотаж вокруг их пары не стихнет ещё минимум месяц с учетом того, что они будут периодически подкармливать прессу. Сегодня должен состояться их первый выход в свет. Их пригласили на передачу «Сегодня Вечером» с Джеем Лено, чтобы они могли рассказать всему миру свою историю. Она долго отказывалась, но Тони убедил её, что лучше один раз потерпеть, чем всю жизнь скрываться от назойливых репортеров. До встречи оставалось несколько часов, и Кларисса все чаще обеспокоено поглядывала на часы. Скрежет замочной скважины вселил надежду на возвращение Тони. В последнее время, находясь рядом с ним, она испытывала смешанные чувства. Он был так заботлив, нежен, защищал её и не давал унывать, как настоящий рыцарь. Но все равно в глубине души она винила его в произошедшем, что выливалось в неконтролируемые вспышки раздражения. Она понимала, что ничьей вины тут нет, но ничего не могла с собой поделать. На душе скреблись кошки. Она все реже стала выходить на улицу, опасаясь неприятных встреч не только с репортерами, но и с безумными фанатками Тони Старка. Постепенно затяжное бессилие перед данной ситуацией и нежелание с ней мириться превратилось в депрессию. Ей все меньше хотелось что-то делать куда-то ходить, хотелось только лежать в большой мягкой кровати и смотреть в белый потолок. Только сила воли и поддержка близких не позволяли ей раскиснуть. Но наедине с собой она могла себя пожалеть и поплакать, свернувшись клубочком. Удариться в слёзы ей не дала Фиби. Ассистентка зашла в компании молодого мужчины с гривой темно-русых волос, спускающихся на плечи аккуратными волнами. Пронзительные карие глаза осмотрели её с головы до пят; она почувствовала, как лицо вспыхнуло жаром. Она была в небрежной домашней одежде, почти что в пижаме, а под его взглядом вообще почувствовала себя обнаженной. Фиби, как обычно сухо, поприветствовала Клариссу и представила ей импозантного мужчину. - Мисс Манчини, это Сильвио Гарони, личный стилист мистера Старка. Он будет готовить вас к сегодняшней съемке. - как всегда сухо и монотонно произнесла девушка. С Клариссой Фиби всегда была нарочита сдержанной и отстраненной. Так же она вела себя и с Тони, но девушку не покидало ощущение, что между ними что-то есть. После того, как она узнала, что девушка помолвлена, она стала спокойнее, но все равно смотрела на неё с легким подозрением. - Приятно познакомиться. - она все ещё слегка ошарашено протянула мужчине руку. К её удивлению, тыльной стороны ладони коснулись его губы. Клариссу как током ударило. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не одернуть ладонь. Сильвио, кажется, это заметил, и насмешливо прищурил глаза, явно довольный впечатлением, которое он произвёл. Он вежливо кивнул на ее приветствие. - Думаю нам стоит пройти в спальню. - он выдержал театральную паузу, наедаясь ещё больше засмущать Клариссу. - Выберем подходящий образ и начнём. Мои люди скоро будут здесь. - он кивнул Фиби и та принялась строчить сообщение на пейджере. - Я могу называть вас по имени? - в этот раз он обращался уже к Клариссе. - Да, конечно. Кларисса. - Красивое имя. Пройдемте. - он указал на дверь спальни. - У вас итальянские корни. Приятно встретить на чужбине своих. Хотя, вы наверное в Италии не разу не были. - они зашли в спальню и он начал распаковывать чехлы для одежды. - Не совсем. Моя семья до сих пор живет в Италии. Иногда я их навещаю. - Правда? Для эмигранта у вас безупречное произношение. - Я родилась и выросла в Нью-Йорке. - девушке не хотелось говорить ни о себе, ни о своей семье и она поспешила сменить тему. - Меня не предупредили, что вы придёте. Боюсь, я ещё не готова. - она кивком указала на одежду которую он развешивал в гардеробной. Мужчина ещё раз осмотрел ее с головы до ног, задержав взгляд на стройных лодыжках и улыбнулся. - Ничего страшного. Сейчас мы выберем ваш сегодняшний образ, а потом у вас будет время до приезда моих помощниц. - он протянул ей руку, приглашая в гардеробную. Перед ней висело три комплекта одежды, несомненно очень дорогой. Семья Клариссы была очень состоятельной. Она всегда носила качественную и дорогую одежду. Но, увидев перед собой эти костюмы, она почувствовала себя Золушкой. Она была уверена, что такой выбор был продиктован желанием Старка преподнести её как можно лучше. Ведь у Тони Старка всегда все самое лучшее. От своих мыслей она усмехнулась до конца не понимая, льстит ей это или оскорбляет. Внимательно осмотрев принесенную одежду, она остановила свой выбор на бежевом двубортном платье-тренче от Burberry. Оно открывало изящные руки и стройные ноги при этом было сдержанным и элегантным. Она пощупала плотную ткань и, улыбнувшись приятным ощущениям, кивнула Сильвио. - Прекрасный выбор. У вас чудесный вкус. - он взял вешалку и, повесив платье отдельно, принялся убирать оставшиеся костюмы обратно в чехлы. - Тут сложно ошибиться. - Не скажите. Не все варианты здесь соответствуют случаю. - он демонстративно огладил шелковое платье-комбинацию. - Тони очень экспрессивен. Когда мы говорили, он выражался весьма однозначно. Хотел видеть вас в по-королевски роскошном платье чтобы весь мир ему завидовал. Но, как видите, я оставил для вас лазейку, которой вы с успехом воспользовались. - Иногда он ведёт себя, как ребёнок. И забывает, что я не его вещь. Меня не нужно демонстрировать всему миру. - она говорила слегка раздраженно, а потом прикусила язык. Кого точно не стоит посвящать в подробности их личной жизни, так это стилиста, которого она знала от силы минут десять. На её реплику мужчина улыбнулся. - Тем не менее, в одном он не ошибся. - Сильвио пристально смотрел ей в глаза. - Такой бриллиант требует лучшей оправы. - еще несколько секунд они не могли отвести взгляд друг от друга. Она зажмурилась и греховное наваждение спало. - Если мы закончили, я бы хотела принять душ. - мужчина ничего не ответил - только кивнул и вышел из гардеробной, а потом и из спальни. Кларисса облегченно выдохнула. - И что это было? - проговорила девушка в пустоту. В ванной комнате она провела примерно час. Выходить и снова встречаться с Сильвио не хотелось. Было в нем что-то опасно-притягательное, и её это пугало. Животная тяга, такого с ней ещё не случалось. Когда внутренние часы подсказали, что прятаться больше нельзя, она с неохотой вышла из ванны. Надев простое светлое бесшовное белье, она накинула на себя шелковый халат. В этот момент в дверь аккуратно постучали. - Войдите. - дверь открылась и в спальню впорхнули три девушки. Сначала Кларисса даже подумала, что у неё троится в глазах, настолько они были одинаковые. Все трое были одеты в одинаковые платья и их волосы были убраны в схожие причёски. В своих мыслях она сравнила их со стюардессами. Такие же одинаковые и так же широко улыбаются. Несмотря на легкомысленный внешний вид, девушки оказались неразговорчивыми. Они поприветствовали её, пригласили в уже подготовленную гостевую спальню и начали работать. Спустя несколько часов Кларисса была полностью готова. Ещё раз осмотрев себя в зеркало, она с удовольствием отметила, что выглядит, как её любимые актрисы золотого века. Волосы спадали на плечи мягкими волнами, а на губах ярким всполохом блестела красная помада, что добавляло перчинку к довольно скромному платью. Она вышла в гостиную и встретила только лихорадочно что-то печатающую Фиби. Та, не отрываясь, махнула головой в сторону их с Тони спальни. Смерив помощницу Старка недовольным взглядом, Кларисса подошла к закрытой двери и глубоко вздохнув постучала. Из-за двери раздалось приглушенное «войдите». В кресле напротив большого зеркала сидел Тони. Парикмахеры уже закончили свою работу и убирали расчески и средства для укладки в сумки. Возле Тони осталась только уже знакомая ей девушка, гримируя его. Тони скосил глаза на Клариссу и улыбнулся ей, за что получил замечание от гримера. Тогда он вытянул руку в сторону Клариссы и растопырил ладонь, показывая, что закончит через пять минут. Решив лишний раз не нервировать девушку, которая то и дело поворачивала голову Старка, который все время пытался рассмотреть её получше, она покинула комнату. В зале все так же сидела поглощенная работой Фиби и сидеть с ней в неловкой тишине, нарушаемой только звуком клавиш пейджера, не хотелось. Девушка прошла на кухню, но и там оказалось занято. На её месте с чашкой кофе сидел Сильвио. Он выглядел задумчивым, но, увидев её, просиял и жестом пригласил сесть. Она аккуратно присела на краешек стула, стараясь не помять платье, и улыбнулась в ответ, пытаясь не смотреть ему в глаза. Мужчина как будто почувствовал, что разговаривать девушка не хочет, и продолжил потягивать свой кофе. Сначала ей было не уютно, но постепенно она расслабилась и погрузилась в свои беспокойные мысли, преследовавшие её с тех пор, как она согласилась на эфир. Она так задумалась, что не заметила, как на её плечи опустились тёплые руки с шершавой кожей, а ухо обожгло тёплое дыхание. - Ты прекрасно выглядишь. - от его тихого голоса кожа покрылась мурашками. И больше всего сейчас ей хотелось прикрыть глаза и остаться с ним в пустой квартире до самого утра. Она грустно улыбнулась своим мыслям и развернулась на стуле, встретившись с Тони лицом к лицу. - Ты тоже. Одолжишь тональный крем? - на её колкость он усмехнулся и отстранился. - Для тебя, всё что угодно. - в дверном проеме показалась Фиби, и Тони взглянул на своё запястье украшенное дорогими часами. - Нам пора. На студии их встретил сам Лено, тучный мужчина с выдающимся подбородком и постепенно седеющей шевелюрой чёрных волос. Он успел пожать им руки прежде, чем его увёл режиссёр. Их проводили к гримерам, которые поправили и без того идеальный макияж. Их пара должна была замыкать список гостей сегодняшнего эфира. За кулисы просачивалась музыка, смех телезрителей и аплодисменты. Время шло, и Клариссу начало заметно потряхивать, конечности похолодели и бледность лица стала заметной даже под толстым слоем макияжа. Заметив это, Тони взял её руки в свои и стал бережно растирать их, согревая собственным теплом. Это незатейливое проявление заботы возымело на девушку магическое действие. Бешено стучащее сердце стало успокаиваться, ноги и руки постепенно согреваться. Она почувствовала себя защищённой. Что бы ни случилось, Тони будет рядом. Как только она это поняла, к ним подошёл помощник режиссёра и попросил подойти к кулисам. Она слышала, как Лено объявил их имена и, крепче сжав ладонь Тони, вышла на встречу слепящему свету софитов с уверенной улыбкой.