Сборник незаконченных фанфиков по Гарри Поттеру.

Глава первая На удобном, но потрёпанной временем кресле, сидела молодая женщина и тяжёлым взглядом смотрела в книгу, которую читала под мягким светом настольной лампы. «Последняя книга совсем никуда не годится» — тяжело вздохнув, она закрыла книгу и положила на стол. Сняв очки для чтения, убрала из в дорогой кожаный футляр и положила на место. «Такое ощущение, что мне всучили какую-то бесполезную и грязную вещь» — уголки губ женщины в презрительном порыве спустились, показывая уже свойственные ее возрасту морщинки. — «Без него книга совсем стала неадекватной.» — подняв руку, она прикрыла ей глаза и долгое время думала над сюжетом. Короткие тёмно-каштановые волосы светлевшими к кончикам обрамляли красивое худое лицо с тонкими чертами. Теплая зимняя одежда надёжно защищала женщину от холода. Бордовый свитер с свободными рукавами и обтягивающие брюки придавали ей домашний вид, а босые ноги делали ее по ребяческий милой. Она не боялась ходить босиком, так как в первую очередь, вселяясь в этот дом, все полы оснастила подогревом. «На что я потратила два дня выходных? Могла прогуляться по тихому лесу или навестить приют» — вспомнив о детишках в семейном доме, который превратила в приют для пятидесяти детей, женщина слегка нахмурилась, но вспомнив, что на нее никто не смотрит, позволила себе мимолетную улыбку. Оливия Снег. Женщина тридцати двух лет, тысяча девятьсот восьмидесятом года рождения была всегда холодна и спокойно, но это не отнимало того, что она могла проявлять свои чувства и отношения к людям посредством действий, даже во вред себе. Именно так ее родовой дом с десятью комнатами и всем прилегающим, который можно назвать исторической ценностью из-за своего возраста, стал приютом для сирот. Посещая однажды приют в России, она ужаснулись состоянию здания, да и персонал оставлял желать лучшего. Долго ей пришлой возиться с документами, чтобы перевести этих детей на попечение другой страны. Вообще по закону такое невозможно как в России, так и в Великобритании, но встретившись с зашуганными глазами детей, которые были одеты чуть ли не в наволочки, ее сердце не смогло с этим смириться. С тех пор она старается выискивать осиротевших детей по всему Лондону и городам, которые она посещает по работе. Тех детей чуть меньше десяти лет назад забрали новые семьи. Именно благодаря первым жителям приюта «Тихая надежда», следующее поколение сирот смогло безбедно жить в приюте. «Тихая надежда» стал признан и стоял на слуху. Дети в нем всегда ухожены и умны, а если не блестели умом, то были хороши в любом другом виде деятельности. Если дети были некрасивы или с какими-то отклонениями им из средств фонда «Тихое дуновение» выделяли деньги на операции и косметические процедуры. Проблемы были только с инвалидами, но и их забирали или же они взрослели в приюте и жили в нем до выпуска. Приют мог оставить некоторых при себе, если они могли принести пользу, но дом не резиновый, поэтому всем не пристроенным искали место в жизни. Индивидуально и с особым подходом. Первые жители приюта часто навещают Оливию, чтобы вновь и вновь говорить слова благодарности и помогать чем только можно детям. Сама женщина не только руководила приютом и фондом помощи сиротам, но и писала книги, которые приносили ей немалый доход. Никто не отменял также подработку в журналах и другие пункты в под завязку заполненном графике мисс Снег. Она пыталась сделать все возможное для детей, но при этом не любила находится в приюте, так как не хотела проводить время с детьми, точнее боялась. Оливия не знала, как можно, а как нельзя обращаться с маленькими существами. Если в мире взрослым достаточно было держать непроницаемую маску и жёстко пресекать какие-либо попытки нарушить планы женщины, то с детьми все по-другому. Их нельзя холодно и жёстко отстранить от себя. Они не поймут сарказм или язвительные высказывания. Оливия часто замечала испуганные и настороженные взгляды в ее сторону от сирот, но, в итоге, все они с улыбкой на лице покидали стены приюта и говорили слова любви женщине. Старшие «выпускники» часто посмеиваются, когда попадают на очередное «прощание», как прозвали дети день ухода из приюта в новую семью. Они знают, что все эти честные слова привязанности вызывают смущение у мисс Снег и она скрывает его за маской язвительности и сарказма, но всегда в итоге обнимает маленького «выпускника» и желает одно и тоже: «Будьте осторожны юная мисс/мистер, мир вне стен приюта бывает крайне жесток. Пусть вы не познаете его горечи и всегда останетесь оптимистичным». Сказать честно, мало кто из детей понимает ее слова, но всегда отвечают утвердительно. Свой нынешний дом женщина купила, спустя пять лет основания приюта. Это маленький двухэтажный коттедж рядом с приютом. Две комнаты, кухня, столовая, маленькая прихожая, ванная и туалет. Дом был маленьким, но для одного человека вполне годился. Никакой прилегающей территории, кроме маленького газона. Такая скромность притягивала новые пожертвования в фонд. Первые члены «Тихого дуновения» знали, что и сама Оливия отдает большую часть своих денег в фонд и живёт на то, чем обычно обходятся не самые благополучные семьи, которые могут встретиться в Лондоне. Даже органы опеки и всякие инспекции стали реже проводить проверки, так как отчёты исправно присылает им один из «выпускников», вернувшийся после обучения в юридическом факультете. Никогда не было у этого приюта проблем с детьми или законом, поэтому они стояли на хорошем счету у государства и где-то на пятый год работы приют получил поддержку государства, что сразу почувствовали все, включая детей. Еда стала разнообразнее, теперь Оливия могла позволить себе частые походы сирот в развлекательные места, а летом становилось совсем просто. Дети шли в лагерь. Лагерь, оплачиваемый государством. В этот период тишины, дом реставрировался и ремонтировался. Проводилась генеральный уборка и добавлялись пристройки. Так в этом году добавили зимний бассейн, в прошлом ещё десять комнат. На данный момент приют мог вместить в себя более сотни детей, десятка людей из персонала и различных животных. Даже небольшие грядки с натуральными продуктами имелись у приюта. Проходя мимо красивого забора, выполненного под стиль самого дома, люди слышат звонкий смех детей и топот десятка ножек. Вернувшись в нынешний момент, Оливия поднялась с кресла, которое было в этом доме ещё до женщины, она направилась в душ, чтобы впервые искупаться за эти два дня. Чтение всегда занимает много времени из-за отвлекающих факторов, поэтому времени на принятия водным процедур у мисс Снег не имеется. Открыв кран, пускающий по шлангу горячую воду, женщина подставил спину под горячие струи и постепенно выворачивал кран холодной воды. Потянув прядь своих темных волос, которые с трудом доходили до плеч она вновь ухмыльнулась. «Даже прическу сделала, как у него. Хотя представить его с кудрявыми кончиками сложно» — подставляя жёсткие плечи под теплые струи воды, мисс Снег продолжала накручивать прядь. Когда женщина вышла из душа, сразу завибрировал телефон. Оливия взяла тот в руки, при этом оставаясь лишь в одном полотенца на бедра и вторым протирая волосы. На экране высветилось сообщение от знакомого: «Мисс Снег, не могли бы встретится на *** улице в кофейне напротив супермаркета? Нужно обсудить план на конструкцию нового отдела приюта.» Оливия тяжело вздохнула, прогоняя лень. Этот мужчина ей совершенно не нравился. Он только и ждёт, когда мисс Снег передаст ему управление фондом. Уже сейчас этот негодяй обворовывает детей. Страшно представить, что будет, если его повысить. Он умный и это неоспоримо, но вместе с этим хитрый и алчный, а также ужасно обращается с детьми. «Как бы хотелось его послать» — раздражено подумала женщина. Мужчина уже в третий раз вызывает ее на это «обсуждение». Третий раз за ее законный отпуск. Послышался хруста костей. Это Оливия, положив смартфон на тумбу, разряда кисти и пальцы. Через три часа мужчина и женщина уже сидели в оговоренной кафе и бурно обсуждали новую постройку в приватной комнате. «Он пытается на всем сэкономить» — уже в который раз подумала мисс Снег. — «При этом запрашивает чуть ли не в три раза больше средств.» — Я не могу выделить подобную сумму, мистер Бин, — холодно заметила она, закинув ногу на ногу в обтягивающих джинсах, и, откинулись на спинку дизайнерского кожаного кресла красного цвета, отбивала ритм аккуратным ноготком, покрытым прозрачным лаком. — Как же вы не понимаете. — притворно обречённо воскликнул мужчина, — покупка новой территории в Лондоне обходится в круглую сумму! — он уже давно вскочил с кресла и маячил по комнате, заподозрив, что хозяйка не собирается давать ему карт-бланш на средства приюта. Ее расслабленная и слегка презрительная поза, показывала ему, что она даже слушать его не хочет. Мистер Бин опустил взгляд на упругую грудь женщины, которая была обтянута черным топом, а футболка сексуально открывала вид на округлости. Со временем в цели мистера Бина вошло и тело хозяйки. Пусть ей уже за тридцать, но она может дать фору любой милой дурочки. Да вот только характер этой грымзы подкачал. При таком теле да такие мозги. Теперь он кусает пальцы не только по ее деньгам, но и по телу. Заметив неприятный взгляд на себе, Оливия недовольно опустила уголки губ и резко поднялась. — Я сказал свое слова, мистер Бин. Больше десяти тысяч я не выделю на это. Или так или проваливайте, — по ее холодному тону мужчина понял, что разговор окончен и она сейчас уйдет. Неимоверная злость вскипела в нем и за секунду Бин накинулся на столь желанную особу и повалил ее на пол. Послышались звуки бьющегося стекла. Пара бутылок дорогостоящего виски, которое так любила Оливия разбились о мраморный пол. — Что вы творите, мистер Бин? — его голос стал обманчиво спокойным, а глаза не выражали и толики той ярости, которая плескалась в сердце женщины. — Я три года батрачу на тебя, сучка, — резко разрезал ее футболку непонятно откуда взятые рожок. — Три года каторги из-за каких-то сукиных детей. Три года подхалимства. — его глаза горели безумством. «Так и знала, что этот придурок чокнутый. И где только те рекомендации?» — недовольно подумала мисс Снег. — Вы сами пришли в приют, просясь на работу. — женщина и на толику не была испуганна. Пока безумец срезал с нее футболку, Оливия успела отправить экстренный вызов знакомому из полиции. Осталось только тянуть время. — Мне нужны были только деньги. Незачем этих бездомным иметь круглый счёт, — его губы раздвинулись в безумном оскале. Глаза мужчины постепенно спустились к груди, обтянутой топом. — А так же твое тело. Строишь из себя недотрогу. А я знаю, — он протянул последнее слово и хитро прищурил глаза, — Ты частенько развлекается со спонсорами своего несчастного приютика. Чтобы побольше денег положили, а сама тратишь их для себя. Небось уже целое состояние прибрала к рукам. — он спустил руку к ремню и начал расстёгивать. — Ты, наверное, имеешь огромный опыт в этом. Так обслужи и меня. «Безнадежно.» — отстраненно подумала женщина. — «Он псих» — И вы думаете, что стоите того, чтобы заняться со мной сексом? Не много ли о себе возомнили? — сарказм и формальное обращение сильнее разозлили безумца и он, прижав своим телом Оливию, спустил с той штаны. — Молчи, стерва, или я тебе живот вспорю, — в доказательство в его руке блеснуло лезвие. — Думаете вы сможете хоть что-то сделать с таким размером? — она иронично уставилась на причиндал мистера Бина. — Вы всего лишь, — тихим, вкрадчивым голосом начала она, — жалкое, трусливое и алчное насекомое. Вы и ногтя моих воспитанников не достойны! — сказав это она плюнула в лицо обидчика. Рука мужчины дрогнула и лезвие в следующее мгновение вонзилось в живот Оливии, принося с собой сильную боль. Но женщина привыкла превозмогать любую боль, поэтому даже не обратила внимание. — Заткнись, сучка! — заверещал Бин, словно ему отрезали самое драгоценное. Нож ещё несколько раз вонзился в женщину, но она продолжала говорить гадости, понимая, что от таких ран не выживет. Она лишь тянула время, чтобы полиция успела приехать и этот псих не сбежал. Если Бину удастся скрыться, то из мести он навредит приюту, а мисс Снег этого категорически не хотела. Она уже давно поняла, что жизнь готова отдать за воспитанников, да и завещание уже наготове. … … — И так. — начал седой мужчина, которому и пятидесяти ещё не было. Он был худощав, а под глазами пролегли темные круги. — Покойная мисс Оливия Снег, — он прикрыл глаза. Говорить о своей хорошей подруге было больно. Скорбь сковала его сердце, — пару лет назад составила завещание, — все в комнате замолкли. Так как у женщины не было никаких родственником и тем более собственных детей, то первыми на очереди стали жители приюта. — Я вскрываю, — он поднял наглухо запечатанный конверт, где на когда-то белоснежной бумаге пролегли следы времени. — Далее само завещание… «Оливия Снег великий человек современности» — подумал про себя полицейский, а по совместительству и нотариус Роберт Патрик, близкий друг покойной. — « Ещё десять лет назад я понял, что эта молодая особа таит в себе невероятно доброе и отважное сердце. Но она была слишком безрассудна» — испив немного жгучей русской водки, которую когда-то подарила ему подруга, полицейский вспомнил что и кому завещала женщина. — «Было довольно опрометчивым решением завещать приют государству, а землю своим первым «выпускникам».» — мужчина тяжело вздохнул и глотнул жгучую жидкость. — «Хорошо хоть оговорила, что дом навсегда останется приютом, как и второй, которой ушел, как пристройка к особняку. Вспомнить только все эти ошарашенные лица, когда они поняли, что ничего не смогут сделать ни с землёй, так как на ней государственная собственность, ни с домом, так как он на чужой территории. В итоге приют ещё долгое время будет оставаться приютом и дети будут защищены. Фонд перешёл надёжным людям. Удивительно, что среди «надежных» оказался и я, » — в груди Роберта потеплело. Он понимал, что это знак наибольшего доверия. Всё-таки они бок о бок прошли многие трудности. Он даже поседел рано. Мужчина продолжал сидеть напротив фотографии подруги и рассказывать, как прошел разговор с «наследниками» и сколько мороки она ему принесла. В конце он не выдержал и из левого глаза потекла скупая мужская слеза. — Ты была прекрасным человеком, Ливи, — ласково обратился к женщине, — твоей отваге и безрассудству позавидует любой. Иметь такую волю и целеустремленность, непреклонный характер и жгучее желание защищать никто и никогда не сможет. Не беспокойся, этот ублюдок понес самое жестокое наказание, — с громким хлопком стакан с янтарным алкоголем приземлился напротив фотографии Оливии Снег. — Твой любимый, — грустно уточнил мужчина, хотя знал, что она не слышит. Виски красиво переливался под лучами закатного солнца. — Если существует другая жизнь… — в пьяном бреду начал он, — то пусть ты познаешь, что такое «лучший друг» и что такое «любовь». Ведь в этой жестокой и короткой жизни ты этого не познала! — вскинув стопку он разом запрокинул в себя прозрачную огненную воду. — Я помню, что ты не любишь вспоминать минувшее, поэтому я уйду и буду держать тебя лишь в сердце, — полицейский отдал честь фото с черной лентой и, развернувшись на каблуках, ушел с кладбища, где покоилась его подруга, любовь и несбыточные мечты. Глава вторая — Ливи, Ливи, милая, очнись! — сквозь боль и шум в ушах мисс Снег слышала голос своей покойной матери. — Ну же, дорогая, все уже прошло. Ты молодец. Только проснись, очнись! — голос женщины был полным боли и испуга. «Мама? Я что в раю?» — пытаясь преодолеть боль, думала Оливия. — Ма… ма, — было такое ощущение, что в ее горло вонзили сотни гвоздей. — Да, да, мамочка тут, милая, — руку Оливии схватили две теплые ладони и нервно сжимали. — Я здесь, — негромко повторила она и на лицо мисс Снег упали прохладные капли. «Мама» — было последним, что подумала женщина перед тем, как уплыть в небытие. Новое пробуждение несло меньше боли и больше усталости. «Такое чувство, словно я вернулась в тот злополучный день.» — все ее тело пробирала резь, словно все тело это один большой синяк. С трудом открыв глаза, женщина увидела белую комнату. Над ней возвышалась капельница с несколькими растворами. Маленькая, но чистая и уютная больничная комната напоминала ту, в которой она находилась после инцидента 1990 года, когда девочке было десять лет. Прогнав плохие воспоминания, Оливия попыталась сесть, то тут же почувствовала сильное ленте в животе из-за чего упала назад. Заподозрив что-то неладное, она подняла руки и замерла, но две тонкие детские ладони упали назад из-за сильнейшей рези. «Что за чертовщина творится?» — кричала она в мыслях. — «Какого черта происходит?» Мгновение и в мозг Ливи словно вонзили большую толстую иглу и воспоминания последних минут жизни проявились. «Точно, я мертва, » — женщина не могла кричать, поэтому просто хотела, надрывая связки. — «Но я уверенна, что слышала топот ног за дверью, » — справившись с приступом тупой боли, она начала думать о воспитанниках. — «Я уверена и надёжности Роберта. Бин, скорее всего, уже в тюрьме, а завещание озвучено.» — ощущая такую острую боль, женщина поняла, что она умерла там и жива здесь. А где «здесь» ещё предстоит выяснить. За деревянной дверью, на которой краска было ещё совсем новой, послышался топот нескольких ног. Мисс Снег прикрыла глаза и решила послушать их разговор. — Да не беспокойтесь вы так, мисс Снег, — от обращения незнакомца, Оливия вздрогнула. — Просто скажите, как там моя доченька? — в заплаканное и надорванном голосе женщина узнала свою мать. — Все в порядке с юной мисс. Состояние стабилизировалось. Просто небольшие синяки по всему телу, — голос доктора был уставшим. Он одной рукой начал проверять пациентку, а второй держать фонарик. — Она уже пришла в сознание. Можете немного поговорить. — он приветственно кивнул девочке и вышел из комнаты. «Я его знаю.» — вдруг пролетела мысль в голове. — «Джек Порест. Мой лечащий врач в девяностые. Неужели я попала в прошлое?» — идея со сном сразу улетучилась, когда тело вновь пронзила резь. — Милая, как ты? — ласковый голос мамы, заставил сердце совершить кульбит. Вот уже много лет Оливия не слышала ее. — Нор… мально, — стараясь говорить четко, ответила она. Почему-то родительница говорила на русском. — Где… мы? — теперь снова девочка поинтересовалась Оливия. — В больнице Лондона. — грустно поведала женщина. — Мама забрала тебя из союза. Мы туда больше не вернёмся. Мама обещает. «Значит это всё-таки тот злополучный день, » — вспоминая тот период, девочка сморщилась. — «1990 год 14 декабря. Союз ещё существует и нам с мамой разрешили покинуть страну под общий ажиотаж.» — Я. люблю. тебя, — по щекам Оливии потекли слезы. Как долго она хотела произнести эти слова. В тот раз ей это не удалось, а сейчас она наконец может поведать матери о своих чувствах. «В этот раз я обязательно защищу тебя» — улыбаясь, подумала девочка. Взрослая мисс Снег залилась слезами вновь. — Я, я тоже люблю тебя, дорогая, — плача навзрыд, женщина пыталась говорить четко. — Все хорошо, — Ливи не обращала на боль в горле уже никакого внимания и пыталась говорить мягко. — Все хорошо, я в порядке, мама, — девочка подняла руку и погладила женщину по неаккуратно обрезанным волосам. На нее тут же подняли свой взор пара небесно-голубых глаз, точно таких же, как и у нее. — Прости, — вместо того, чтобы успокоиться, женщина заплакала, — Это все из-за того, что твоя мама такая слабая, — мисс Снег склонилась к сжатой в руках ладони девочки и поцеловала маленькие пальчики. — Мама больше не даст тебя в обиду, — голос ее становился все тише и в итоге голова упала на кушетку. Послышалось тихое сопение. — Поспи, — мягко улыбнулась Оливия и продолжала гладить волосы матери. — Вижу мисс Анна Снег наконец успокоилась, — в комнату вернулся лечащий врач, говоря уже на английском. — Мама много пережила, — автоматически переключилась Оливия. — Вы хорошо говорите на английском, — похвала от мистера Пореста была отстраненной. — И быстро идете на поправку. Если будете выполнять все указания, то уже через три месяца сможете выписаться. — на этот раз он позволил себе улыбнуться. «В прошлый раз это заняло в два раза больше. Но тогда я металась во сне из-за чего швы расходились и приходилось вновь зашивать. Одна длинная ножевая рана на плоском детском животе и сотни синяков. Помнится мне, что в зеркало лучше пока не смотреть. — Моя мама родом из Великобритании. Поэтому я хорошо говорю, — кивнула в согласии она, — Я постараюсь не приносить проблем. — вновь встретить доброго доктора было приятно. «Стоит посоветовать ему пройти обследование? Кажется сейчас у него должна быть только первая стадия рака.» — Да, дети пережившие такой ужас взрослеют слишком быстро, — недовольно покачал он головой. — Я отведу вашу маму в гостевую комнату. Она пока поживет там. Вам нужно иметь близкого человека рядом, — скорее для себя, чем для девочки говорил Роберт Порест. — Спасибо, — искренне поблагодарила его и откинула голову на подушку. «Почему же мне дали второй шанс? Моя жизнь была не такой уж и плохой. Конечно, было много плохого и болезненного, но, в целом, мне все нравилось. Да и желаний я никаких не загадывала, » — вспоминая всякие современные книжки про попаданцев, размышляла девочка. — «Может кто-то другой? Но настолько близких людей у меня нет». — о чувствах полицейского она даже не подозревала. Да и судьба вряд ли сведёт из вновь, даровав мужчине счастливую семейную жизнь. Дни летели быстро. Все наперед Оливия уже знала. То время, когда она проводилась каждый свой день в больнице, девочка запомнила четко. Поэтому знала время обследований и проверок. Через месяц она всё-таки набралась сил и завуалирована сказала Роберту пройти проверку на онкологию. Через пару недель пришли отрицательные результаты из-за чего мужчина сам лег на лечение. Он поблагодарил девочку, хотя даже не думал, что она знала о его болезни. Оливия лишь улыбнулась, посчитав, что отплатила ему за хорошее отношение к ней и к ее матери. Но, что девочка точно не ожидала, так это сближение Роберта и Анны. Они начали часто исчезать вместе, а мама возвращалась необычайно счастливой. Мисс Снег знала, что доктор хороший, поэтому ее удивило совершенно другое. «Теперь я понимаю, что такое «эффект бабочки». Когда он лег сам в больницу, то стал чаще проводить время с мамой» — однажды Оливия читала про теорию хаоса, но не ожидала испытать это на себе. — «Значит теперь история слегка изменится» — размышляла она, наблюдая за милующейся парой. Когда ее выписали из больницы, что заняло на месяц больше, так как были некоторые непредвиденные факторы. Так как девочка не металась в кошмарах, то и не знала, что может случиться с ее телом завтра. «По крайней мере мне не приходится вновь ощущать ту адскую боль» — безразлично пожимала плечами. Постепенно синяки сходили, а рана заживала. На девятой неделе рана начала понемногу гноиться, из-за чего пришлось продлить нахождение в больнице. Зато на выходе не огорошил, что теперь у нее будет новый папа. — Я понимаю, тебе будет сложно принять меня, — слегка дрожа от волнения, начал Роберт, присев на корточки, чтобы быть одной высоты с новоявленной дочкой. — Но я постараюсь сделать тебя и маму счастливой. — Хорошо, — безразлично ответила Оливия, а на удивленный взгляд родительницы пояснила: — Мама бы окружила меня чрезмерной заботой и опекой, но теперь я смогу хотя бы иногда побыть наедине с собой, — хитро улыбнулась она и пошла вперёд к красной машине. — Девочка слишком быстро выросла, — услышала Оливия успокаивающий голос будущего отчима, — Со временем она откроется… Хорошо, что она так просто это приняла… — он открыл дверь и пропустил Анну, а сам обещал машину и сел за руль. — Оливия, — обратился Роберт к девочке, когда начал движение, — Как тебе машина? — Красивая, — похоже мужчина любит свое средство передвижения. — MB W 123, а если проще, то Мерседес-Бенз, — гордо заявил он. — Угу, — безразлично кивнула Оливия, рассматривая окружение. Лондон выглядит точь в точь, как помнит девочка город в девяностые. Роберт оказался довольно разговорчивым и пытался то и дело захватить и Оливию. Она не сопротивлялась, но говорила кратко и по существу. «Мама так счастлива. Я рада» — подумала она, когда Анна вновь улыбнулась во все зубы. — «Они и правда влюблены» — Вы будете жить пока в своем родовом доме, а потом передним ко мне, — продолжал говорить мистер Порест. Оказалось, что он имеет приличный капитал. Помимо того, что профессия доктора почитаема, а положение глав-врача, которое он получил, когда предыдущий ушел на пенсию, тем более, оказалось, что в его семье поощряют увлечение акциями. То есть кроме врачей род Порестов имел и юристов и экономистов. И кое-кого более интересного. Поразительные вещи начали открываться, когда мы вошли в родовой дом. — Хозяева вернулись! — к нам подбежали три непонятных существа. — Мы так надеялись на ваше возвращение, а хозяева даже не предупредили, — пробурчал низкий мужчина с серо-зеленой коже и в смокинге Аля дворецкий. — Анна, — пораженно посмотрел возлюбленной в глаза Роберт, — так ты волшебница? — Кха, — поперхнулась собственными слюнями Оливия и зашлась кашлем. — Милая, что такое? — встревоженно кинулась к ней мама. — Волшебница? В каком смысле? — вся ледяная отстранённость в мгновение сошла с лица девочки, и на нем отразились шок, удивление, недоверие. — Ты что, даже дочке не сказала? — поражено, но не особо сильно осведомился мужчина. — А ты? — также поразилась Анна. — Я — свиб, — как само собой разумеющееся кивнул мужчина. И они оба рассмеялась, только Оливии не было смешно. — Стоп! — впервые за долгое время повысила она голос, — Что здесь вообще происходит?! — ее шокированная мордочка ещё сильнее развеселила взрослых и маленьких существ. Спустя пол часа, успокоившийся и довольные происходящим они разместились в прихожей, куда довольные возвращением хозяев домовики принесли кофе и чай для маленькой Оливии. — Видишь ли, Оливия, — мягко начала мама, прикоснувшись к пальцам девочки. — в мире существуют такие люди, которые могут колдовать. Ты ведь знаешь, что это значит? Их называют волшебниками. — продолжила Анна, приняв кивок дочки за согласие, — Среди них различаются: чистокровные, полукровки и маглорожденные. Я — чистокровка. — гордо заявила мама. Оливия впервые увидела ее с гордо поднятой головой. Роберт определенно действует на нее положительно. — Роберт, — кивнула она на возлюбленного, — Сквиб. Это такие люди, которые могут видеть волшебство, но не могут колдовать. И маглы. Так волшебники называют обычных людей. Маглов намного больше, чем волшебников или сквибов. Их больше, чем всех разумных волшебных существ, поэтому нас большинство считают вымыслом. А открытие маглам существование магии строго карается, — назидательным тоном говорила Анна. Она ещё долго рассказывала и даже показывала. И с каждым словом Оливия узнавала мир, описанный в книгах о Гарри Поттера. Последним доказательством стали слова: «магическая война» и «Тот-кого-нельзя-называть». Под конец маска холодной отстраненности становилась все толще, так как девочка погружалась все глубже в размышления. — Ливи… Ливи! — вдруг послышался встревоженный крик взрослых. — Что такое? — спокойно поинтересовалась девочка, выходя из раздумий. — Мы тебя уже долго зовём, а ты не отвечаешь и смотришь на нас остекленевшим взглядом. — Роберт почему-то стоял перед девочкой на коленях и держал ту за плечи. — Я задумалась, — для себя кивнула она и встала, — Раз, оказывается, вы… магические существа, а у нас в доме будут жить домовые эльфы… — маленькая волшебница, а мама ее уверила, что она именно волшебница, пыталась прийти к логической развязке, медленно проговаривая каждое слово, — Я бы хотела узнать больше об этом мире! — наконец заявила она. Оливии было наплевать, что никто из знакомых в союзе не знал об их положении. Даже правительство, как заверила мама. Она вообще перенесла разговор о том, как она нелегально оказалась в СССР и вышла за отца. — Конечно, милая, — радостно всплеснула женщина руками, словно этих слов только и ждала. А мужчина только улыбнулся, заметив, что девочка стала более похожей на десятилетнюю. До начала августа юная волшебница погрузилась в изучение чужого мира. В первую очередь прочитала все книги по истории волшебником. Все, включая все курсы школы чародейства и волшебства Хогвартса, о котором так много стала рассказывать мама. — А если так вспомнить, то сейчас там преподает один мой сокурсник, — радостно вещала Анна. И только эта новость заставила Оливию отложить учебник по зельеварению и вслушаться, так как мама училась в Слизерине, — Северус Снейп. Вначале был таким тихим мальчиком, но потом превзошёл в проказах отъявленных грифиндорцев, прозвавших себя мародерами! — весело жестикулируя, женщина и не заметила блестящие интересом глаза дочери, — Я часто с ним общалась на зельеварение и кое-как узнала, что он влюблен в одну грифиндорку, только имени вот не помню! — не слыша обычные холодные фразы дочери, Анна все сильнее распылялась, пытаясь в деталях описывать обучение. — Я даже поставила на то, что они в итоге будут вместе, но… — не скрывая презрение, присущее Слизеринке, мисс Снег сморщила в презрение носик, — Эта рыжая дура… — она очнулась и посмотрела быстро на дочку и продолжила, — Эта глупая девочка выбрала другого. Взбалмошного и грубого Джеймса Поттера, — при озвучивании его имени, век глазах блеснула лёгкая злоба, — О! — хлопнула она себя по лбу, словно что-то забыла, — Их сын теперь всеобщая знаменитость. Даже до меня в союзе доходили сплетни о нем. Его везде называют мальчик-который-выжил. Кажется его зовут Гарри Поттер, — в ее голову пришла какая-то мысль, которую Анна поспешила озвучить, — вы, кстати, родились почти в один день, — на Оливию словно таз с ледяной водой опрокинули. — Ты родилась тридцатого июля, а он тридцать первого. — мило улыбнулась женщина. — Понятно, — холодно заметила девочка, что обычно являлось намеком, чтобы прекратить разговор, — Значит мы с ним будем учиться на одном курсе? — Оливия редко задавала вопросы матери, когда та приходила рассказывать что-то про магический мир, поэтому обрадовавшаяся Анна присела ещё ближе к дочке. — Да! — на ее лице появилась широкая улыбка, — Хочешь на днях пойти в Гринготтс? — резко сменила тему волшебница, — Там на родовом счету Снегов лежит кругленькая сумма. Ма сможем прикупить тебе всяких магических вещей и… и палочку! Как же я могла про это забыть! — женщина вскочила и побежала к мужу. Поженились они в начале июля, а сейчас мы ждём, когда придет письмо из Хогвартса, чтобы сразу после этого переехать. Глава третья. Письмо пришло в день моего рождения, который мы отпраздновали в кругу семьи, без сопровождающего, так как Оливия была дочерью чистокровной родом из волшебной Великобритании. И роль сопровождающего ложилась на плечи матери, но отчим решил пройтись с ними. — Смотри-смотри, лавка Олливандера! — воодушевлено тянула Анна за собой дочь то в один магазин, то в другой. Девочке не удавалось даже толком рассмотреть обстановку, как ностальгирующая женщина тащила ее к следующему магазину, прикупив в предыдущем всего необходимого. Мама не солгала. У них на счету была приличная сумма, которую не трогали больше десяти лет, из-за чего та увеличилась в два раза. — Просто потрясающе! Просто так разбогатеть на пару миллионов галеонов! — радостно вещала Анна. «Что же, раз у тебя была такая сумма, ты не вернулась домой?» — девочке казалось, что у ее мамы, как и в прошлой жизни, было огромное количество тайн. Да и в прошлый раз она удивилась, когда узнала, что в Лондоне их ждет приличный особняк. Шок для бедной советской девочки узнать, что она из благородного английского рода. А в этом мире не простого, а довольно древнего магического. Все покупки они занесли в дом, купленный на территории магов в парах километров от косого переулка. Это был двухэтажный дом, выполненный в бежевых тонах, и с зелёной крышей. Приятно удивляли его округлые части. Ко входу вели две лестницы в виде полукруга, между которыми разместился небольшой прудик с магическими существами. На несколько сотен метров простиралась прилежащая территория, в которую входило небольшое озеро и лес. Пройдя внутрь, семья начала рассматривать новый дом изнутри. Предметов мебели не было. На облагораживание интерьера вызвалась мама. Мы дали ей украсить все, кроме собственный комнат, кабинетов и прилегающих ванные и туалетные комнаты. Так же Оливия даже не пустила Анну на подземные этажа, с розовыми обоями и детскими наклейками, ей в этом помогал Роберт. — Пустить ее в мою будущую лабораторию, себе дороже, — недовольно бурчала девочка. — Она же хочет, как лучше, — взъерошив волосы девочки, мистер Порест начал обход новой территории. Кстати полное имя девочки теперь — Оливия Анна Снег-Порест. Получается довольно длинно, но она отказалась менять фамилию полностью, так как тридцать три года прожила под материнской девичьей фамилией. — Давай договоримся, что один этаж твой, а другой наш? — всего дом насчитывал четыре этажа: два надземных с жилыми комнатами и два подземных для различных нужд волшебников. — Будет лучше разделить их на две части и сделать вход из наших комнат, — подумала она. Ведь не удобно будет кому-то проходить целый этаж. — Ладно, так и сделаем, а сейчас, юная леди, — нарочито серьезным тоном сказал Роберт, — Вам пора спать. «И правда, глаза уже слипаются» — заметила про себя девочка, потирая лицо. — «Оставшийся месяц буду оборудовать свои этажи. Один — лаборатория, другой — тренировочное поле» — с этими мыслями она уже опускала голову на новую кровать. Весь август девочка и правда обустраивали свою часть подземных этажей, к которых сделали ход прямиком из ее комнаты, хотя та была на второй наземном этаже. Свою комнату и кабинет она также обустраивали сам, но сдалась с ванной и туалетом, отдав на растерзание мамы. Когда уставала придумывать интерьер, садилась за книжки или тренировала заклинания за первый курс. Довольно трудно давалась трансфигурации, но и она со временем поддалась. Заметив, что Оливия стала чаще улыбаться, родители становились счастливыми. Она все больше походила на ребенка, а Роберт часто говорил, что магия заставила маленькую девочку забыть о случившемся. Также Оливия с самого перерождения начала рисовать. Как писатель она хотела видеть своих персонажей, поэтому научилась рисовать. От ее рисунков дети в приюте были не в себя от счастья, получая на праздники портреты или рисунок их друзей. Поэтому идею с рисованием девочка не откинула, а стала тренироваться, пытаясь вернуть былые способности. Это оказалось легче, чем она предполагала, достаточно было часто тренировать пальцы, делая их гибче и послушные, а знание пропорций и анатомии делали свое дело. К концу лета он уже рисовала на уровне прошлой жизни. Ещё одним увлечением, скорее вынужденным обстоятельства, стало придумывание одежды, так как одежда восьмидесятых ей совершено не нравилось. Особенно тяжёлые материалы, из которых она делалась. Оливии нравились слоистые образы, вроде: топик, майка, лёгкая куртка, чокер, юбка или шорты, колготки или гольфы, кроссовки на высокой подошве и украшения, под образ. Ей особенно нравилось подбирать вещи, не ограничивая себя классическими или прожитыми. К первому дню школы она даже умудрилась сшить форму из более лёгкого и послушного материала, а так как он должен был быть натуральным, то использовала в основном шелк или лёгкий хлопок и другие натуральные волокна. Теперь форма Хогвартса сидела на ней красиво, а не как мешок из-под картошки. За кругленькую сумму Оливия приобрела чары невидимого расширения на свою квадратную сумку в виде лисы, которую сама сшила. Все подивились милому дизайну, а Ливи просто нравились лисы. Теперь она могла все свое носить с собой без каких-либо усилий. К концу августа девочка почти все время ходила с улыбкой, то и дело погружаясь в мир магии. А родители только проверяли ее увлечения и, пользуясь тем, что Оливия напрочь забывает о реальности, уединялись в спальне. В итоге в преддверии первого сентября ее огорошил новостью о пополнении, как говорят целители это близнецы, предположительно разнополые. Весь вечер семья праздновала это событие. — Ливи, — на плечо девочки легла мягкая рука мамы. За месяцы жизни в Лондоне с ее ладоней сошли все следы ручного труда. — Тебе пора спать, — женщина видела, что девочка уже долгое время потирает глазки, но все продолжает читать учебники, которые уже были открыты на последних страницах. — Мам, ещё чуть-чуть, — умоляюще посмотрела в ее глаза Оливия, — Я почти дочитала последний учебник. — соное личико дочери было таким милым, что женщина не могла отказать. Через некоторое время, как дочка перелистнула страницу с посвящением, Анна услышала тихое сопение и приглушённо рассмеялась. — Ничего удивительного, — нежно прошептал Роберт, — пройти первый курс школы за пару месяцев, да ещё и на практике все испытать. У тебя дочь гений, — приобняв возлюбленную, мужчина смотрел на спокойно спящую в кресле девочку, которой не мешал треск поленьев. — Наша дочь, — развернувшись в кольце любимых рук, поправила Анна, обняв в ответ мужчину. — Наша, — согласился он и поцеловал жену в макушку. — Я отнесу ее в комнату, — не хотя, он разомкнул объятья и прошел к креслу, взяв дочку на руки. — В будущем она точно будет великой волшебницей, — мягко улыбнувшись, он склонился и поцеловал девочку в лоб. Не желая удивлять окружающих своим пристрастием в одежде, Оливия выбрала для поездки простой наряд, схожий с аристократическим. Это была хлопковая рубашка с короткими рукавами и красивым воротником в виде прямоугольника с округлыми углами, обрамлённый бледно-фиолетовым кружевом. Юбка серо-коричневая и подюбник с красиво выходящими с низу рюшками. Рубашка была крайне аккуратно заправлена в юбку, а два фиолетовых бантика приносили в образ детскую непосредственность. Один на воротнике вместо галстука, а второй на поясе. В довершение маленькая соломенная шляпка, серые капроновые гольфы и того же цвета туфельки на небольшом каблучке. — Какая же ты у нас красавица, Ливи, — мама, присев на корточки, тянула пухлые детские щёчки, которые отдела девочка за пол года жизни в Лондоне. — Совсем уже взрослая. Мама так не хочет тебя отпускать, — женщина прижала к груди дочку и уткнулись носом в аккуратно собранные в красивую прическу темные длинные волосы. — Мама, мы же так опоздаем, — Оливия не пыталась оттолкнуть Анну. Ее объятья хоть и не нравились девочке, но Ливи наслаждалась ими, так как этого ей не удалось в прошлой жизни. — Никуда не денется этот старый поезд, — недовольно пробурчала она, чиркнув в висок дочурку, и взяла Оливию за ручку. — Пошли. Папа наверное нас уже заждался, — радостно улыбнулась женщина, вспоминая о своем муже. Ливи лишь одобрительно кивнула. — Ты там главное не обижай никого. Многие знают о магии меньше, но о самом мире больше. Ты сильнее, но не забывай и друзей завести, — пока они шли к машине, Анна говорила обо всем и ни о чем. К Хогвартс-экспресс они добирались из родового дома Снегов в мире маглов. Девочке было приятно хоть на пару часов вернуться в этот дом, вспоминая, как в прошлой жизни по нему бегало много детей ее возраста. Весь август она жила либо в семейном доме на магической территории, либо в особняке мистера Пореста, где также обнаружился один домой. Он быстро подружился с новыми коллегами и юрко принялся знакомиться с новой территорией в виде двух новых поместий. Уже подъезжая к вокзалу, семья начала замечать разных людей в странной одежде. Остальные люди из словно не видели. «Волшебников легко различить даже без мантии» — недовольно скривила пухлые губы Оливия, — «Такое ощущение, что их мода остановилась пару десятков лет назад. Хотя бы ходили в нормально одежде. Ходят как бомжи» — даже мало мальски приличная одежда все равно выдавала волшебника. Фасоны их одежды были на уровне середины двадцатого века, но никак не конца. На маленькую девочку в красивом наряде, прямой спиной и аристократичной аурой оборачивались все волшебники, думая, что это какая-то магла или же аристократка богатого и древнего рода. — Ох, Ливи, смотри! — Анна указала на высокого мужчину в строгом смокинге, дизайн которого тоже уже устарел. Но это вовсе не портило вид мужчины. Прямая спина, надменный взгляд, высоко поднятая голова и платиновые волосы до лопаток. Его тонкие аристократические черты лица не выражали ничего, кроме презрения при взгляде на других волшебником или же маглов. — Это же староста Люциус Малфой! — мама потянула Ливи к мужчине. — Здравствуйте! — взгляд мистера Малфоя упал на широкую улыбку женщины, а потом в яркие голубые глаза с искрами веселья. — Мисс Анна Снег, не слышал о вас уже десять лет как, — он подцепил руку мамы и поцеловал воздух в сантиметре он ладони. — Рад, что с вами все в порядке. — его лицо оставалось непринуждённым, но мы почувствовали, что его слова искренне. — Ага, — Анна мило наклонила голову набок и выдвинула дочку вперед. — Это моя дочь. Оливия Анна Снег-Порест. Ливи, это мужчина, о котором я тебе рассказывала. «Мне вообще все равно, но стоит показать себя с лучшей стороны» — безразлично подумала девочка и присела в лёгком реверансе. — Приятно познакомиться, мистер Малфой, — под цепким взглядом взрослого, который казался невероятно высоким, хотелось показать себя с лучшей стороны. — За эти годы вы сильно изменились, мисс Снег, — одобрительно кивнул он Анне, — Позвольте представить моего сына и жену, — он отступил слегка в сторону, открывая вид на мальчика, как две капли воды похожего на него, и женщину со светлыми волосами. — Моя жена — Нарцисса Малфой и сын — Драко Малфой. — повинуясь ситуации они также склонили голову в приветствии. «Истинные аристократы, только одежда ужасна» — безразлично подумала Оливия, ловя взгляд младшего Малфоя. Простой кивок и все внимание на взрослых. Анна вспоминала былое в своей прыткой форме, мужчине оставалось лишь качать головой и комментировать рассказ короткими фразами. — Не вижу вашего мужа, он не пришел? — вдруг прервал Малфой рассказ Анны. — Ох, Роберт попрощался с Оливией на входе. Ему внезапно позвонили и пришлось расстаться, — огорченно поведала мама. — Как… — он не успел договорить, когда послышался сигнал к началу отправки. Женщина резко присела и обняла лицо дочери руками. — Не обижай там никого, — шутливо начала она, — Будь внимательна на уроках и не прогуливай. Иногда на уроках ты сможешь узнать больше, чем знаешь. Самое главное, — ее голос стал максимально мягким, — Найди там себе друзей и будь осторожна. — Конечно, мам, — успокаивающе улыбнулась девочка, — Мне пора, — они обнялись и, чиркнув дочку в щеку, Анна всё-таки отпустила ее в поезд. Женщина нервничала, ведь в стенах замка может быть довольно опасно. — Не переживайте, мисс Снег, — вдруг послышался холодный баритон, — Мой сын присмотрит за вашей дочерью, — кивнув Анне, он скрылся с помоста вместе с женой. Эта новость обрадовала женщину, но в ее сердце все равно забрался страх и волнение за дочурку. — Будь осторожна, — прошептала женщина, прижимая к груди руки и смотря в след уезжающему поезду. — Будь осторожна… — ещё тише прошептала Анна, смотря в след уносящемуся в даль поезду. … … — Так твоя мать знакома с моим отцом? — галантно пропустил вперёд девочку, — Отец очень вежливо с ней разговаривал, — Малфой закрыл дверь купе и присел напротив Оливии. — Мама рассказывала, что мистер Малфой был старостой, когда она поступила в Хогвартс и они часто общались, — сложив руки на колени, спокойно отвечала она. — Почему же о вашем роде не было ничего слышно? Я ни разу не видел упоминания о вас, — задумчиво протянул мальчик. — Мы долгое время жили в союзе и только пол года назад вернулись на родину матери, — Она не лгала, но и полную правду не говорила. — А что с род… — парня перебили двое вошедших. Один пухлый, а другой худой и высокий. — Винсент! Я уж думал, что ты не поступил, — иронично вскинул светлые брови парень и встал, чтобы поприветствовать своего последователя. — Грегори, — надменно кивнул он на своего второго подпевали. — Здравствуй, Драко, — не обижаюсь на мальчика, ответил Винсент Крэбб. Полноватый мальчик с черными волосами и неряшливо сидевшей на нем одежде. — Здравствуй, Малфой, — вежливо кивнул Гойл. Похоже отношения с этими двумя разнятся, но в будущем оба будут отъявленными подпевала и младшего Малфоя. Парни прошли и сели на свободные места. Крэбб рядом с блондином, а Гойл с Оливией. — Позвольте представить, — пафосно начал он, заметив удивлённые взгляды, обращённые к девочке. — Дочь знакомой моего отца, Оливия Анна Снег-Порест, — девочке осталось удивиться, как он запомнил это с первого раза. — Из благородного и древнего рода Снег. — Приятно познакомиться, — холодно кивнула она присутствующим. — Мисс Снег, это, — он указал на парней, — Мои друзья: Винсент Крэбб, — Драко указал жестом на пухлого парнишку, — чистокровный, и Грегори Гойл, также чистокровный, — девочке оставалось повторно кивать на приветствия мальчиков. Немного перекинувшись для знакомства типичными фразами, дети стали обсуждать факультеты. — А вы, мисс Снег, на какой факультет желаете попасть? — обернулся к ней Гойл. Малфой и Крэбб заинтересованно посмотрели на спокойно читавшую девочку. Оливия тихонько прикрыла книгу, оставив палец на нужный странице и медленно подняла голову, выходя из иллюзии, навеянной романом. — Как для меня, — спокойно начала она, формирую мысль, — Факультете не определяет будущее человека, но влияет на только формирующийся характер и видение мироздания. Но, если брать по каким-то стереотипным направлениям размышления, то я бы предпочла слизерин. — на нее смотрели одобрительно и не обратили внимание на первые слова. — И какие стереотипы позволили вам сделать такой выбор, — младший Малфой пытался подражать отцу и вести формальную беседу подобно взрослому, подстраиваясь под спокойную и холодную речь Оливии. — Матушка поведала, что в Слизерине самые спокойные дети. А я суматоху и хаос не люблю. Тишина и покой для меня главный критерий, — величественно, как посчитали мальчики, ответила она. На самом же деле просто говорила, как тридцати трёх летняя Оливия Снег из той жизни. Странную речь девочки родители замечали, но посчитали, что так даже лучше, если она пойдет учиться в школу, где многие ставят манеры превыше всего. — Да, вы правы! — тут же согласился Драко, — Отец говорил, что на слизерин попадают в основном аристократы, подобные нам, а значит никто не будет носиться взад вперёд, как грифиндорцы, — Оливия лишь кивнула, соглашаясь. Его подпевали уже сейчас согласно закивали головами. — Мисс Снег, — вдруг позвал пухлый мальчик, — А что у вас за кольцо на пальце? — он вдруг сместился, но потом продолжил, — Просто, пока вы читали, оно сменило цвет пару раз. — похоже остальные даже не замечали сей предмет до данного момента. — Оно? — безразлично девочка подняла левую руку, на которой на безымянном пальце было надето в этот момент кольцо светло-голубого цвета. Получив утвердительный кивок, девочка всё-таки соизволила ответить, — Кольцо, определяющее настроение носителя. Голубой — спокойствие. Синий — негодование, удивление. Черный — ярость, злость, ненависть. Зелёный — зависть. Коричневый — отвращение. Розовый… — она на мгновение задумалась. — Кажется расположенность или дружба. Красный — любовь или страсть. Белый — страх. Фиолетовый — ужас. Жёлтый — восхищение, восторг, счастье, веселье. Также цвета могут смешиваться. — ее медленный и мягкий голос восторженно слушали и смотрели на неведанный артефакт. — Зачем же вы его носите? — недоуменно спросил Малфой. — Родители сказали носить его, чтобы друзья могли понять, что я чувствую, потому что лицо не выражает особо эмоции, — в доказательство кольцо немного порозовело, а лицо девочки осталось таким же холодных, каким и было. — Невероятно! Оно же может показать эмоции даже самого Северуса Снейпа! — кольцо покрылось маленькими желтыми крапинками и парни рассмеялась, так как лицо Оливии снова не высказало эмоций. — Это невероятно удобно, мисс Снег. Так окружающие смогут понимать ваши чувства без того, чтобы что-то говорить… — начал Гойл. — А, если надо будет эмоции скрыть, то просто достаточно снять кольцо! — закончил Крэбб. — Где же вы купили такой артефакт? Он же особо не востребован. Могу предположить, что только вам он и необходим, — задумчиво озвучил свои мысли Драко. — Это мое изобретение, основанное на магловской науке, смешанной с магией для лучшего эффекта. — не без гордости ответила девочка и кольцо окрасилось в золотой. — А почему оно стало золотым? — недоуменно спросил пухлый мальчик, который первым заинтересовался артефактом. — А, — посмотрела она на кольцо, — Гордость, эгоизм, честолюбие и все присущие качества аристократа. Золото — благородный металл, вот я и решила посвятить ему все качества, присущие благородному волшебнику, — кольцо оставалось золотым под восхищённым взглядом присутствующих. Оливии было непривычно развлекать детей, но она почувствовала, что немного узнала о детях немного больше. Как ей хотелось в этот миг показать забавную побрякушек на пальце детям из приюта. Отринув грустные мысли, девочка вновь погрузилась в чтение романа. Это кольцо она решила создать, так как родители волновались, что со своей холодностью Оливия не найдет себе друзей и после тринадцатого намека мамы, она закрылась в лаборатории и придумала подобную игрушку. Родители оказались довольны и таким малым. Роберт предложил запатентовать изобретение, но Оливия, как и догадался Малфой, ответила, что подобное не будет популярно среди волшебников, где все пытаются лишь скрыть эмоции, а не показывать. Глава четвертая Толпа детей стояла на входе в большой зал Хогвартса и взволнованно обсуждали распределение. Все в форме, пока что без опознавательной окраски, нервно вздрагивали, перебирали ноги, накручивали пряди волос на палец, только Оливия в своей обновленной мантии спокойно рассматривала каменные своды помещения, в котором они находились. — Мисс Снег, — обратился к ней блондин, — Я не видел подобной формы в магазинах, где вы ее покупали? — заинтересованно приблизился мальчик. — Кажется, она намного легче и удобнее. — При виде формы Хогвартса меня подобрала лёгкая неприязнь и я решила сама создать форму, которая будет удобнее, но не нарушала правила школы, — вежливо ответила девушка. В платье аристократки ей было куда удобнее, чем, пусть даже более удобной, форме школы. — Вначале артефакторика с чарами, а теперь создание дизайна, подходящего благородному. Если бы было бы возможно, я хотел бы приобрести такое комплект. За любые деньги, — гордо вздернул подбородком младший Малфой, показывая всем видом, что он может себе позволить кинуть деньги на ветер. — Увидев, как отстала мода в магической Великобритании, я подумала, что не плохо было бы открыть магазин с подобной одеждой. В блокноте я накидала уже некоторые образы. — мальчик кинул взгляд на золотое кольцо и понимающе улыбнулся. — Думаю род Малфоев поддержит ваше рвение. Надеюсь нам удастся первым примерить вашу одежду, — магическое кольцо посинело, выдавая, что девочка удивилась, а парень смотрел в абсолютно спокойное лицо девочки и снова удивился ее способности держать себя, но вдруг уголки губ Оливии дрогнули и на лице девочки появилась легкая благодарная улыбка. — Я весьма польщён, что меня удостоила улыбки такая личность, как вы, — он склонился в полупоклоне и шутливо поцеловал воздух в сантиметре от кожи ладони Оливии. — Не надумаете себе, мистер Малфой, я не бесчувственная кукла и умею улыбаться, — даже не смотря на кольцо, парень знал, что она пошутила, пусть казалось, что это была фраза полная презрения. Оливию забавляло ребячество мальчика. Он казался ей таким же, как в книге и фильме. Она уже давно решила, что раз жизнь дала ей ещё один шанс, то она не будет зацикливать на плохом и постарается обрести истинное счастье, о котором часто говорил ее друг из прошлой жизни Роберт. Забавно, что и отца ее теперь так зовут. Это одна из причин, почему она так легко сблизилась с отчимом. Тот был очень похож на Роберта Патрика, он иногда даже ходил, как ее друг, заставляя мисс Снег погружаться в воспоминания молодости. «Найти истинное счастье пусть и сложно, но оно принесет тебе все лучшее, что имеет жизнь» — вспомнила слова Роберта девочка, — «И правда, даже в той жизни ей не удалось найти счастье», — хотя таковым она считала детей в своем приюте и их благополучие. — «Надеюсь Роберт взял все под свою опеку. Я могу доверять ему» — ее взгляд остекленел и смотрел сквозь толпу. — «Кажется шутку про улыбку я уже произносила. Да. Как раз, когда мы только познакомились с Робертом. Он в открытую заявил, что я бесчувственная снежная королева, что и вызвало ироничную усмешку» — при вспоминания весёлых моментов, на губы девочки спустилась нежная улыбка. — … Мисс Снег! — услышала она голос маленького светловолосого мальчика. — Нам уже надо входить. — он не смел коснуться девочки, поэтому просто немного повысил голос. Перед дверями осталось всего четыре человека: Оливия, Драко, Грегори и Винсент. — Прошу прощения, — виновато склонила она голову. Дети нагнали остальных. К тому времени шляпа уже спела приветственную песню и началось распределение. Малфой с шестерками, как и полагалось попали в слизерин, золотое трио в грифиндор. — Снег-Порест, Оливия, — похоже магия засчитали женитьбу двух волшебных существ. Девочка прошла к высокой женщине, которая держала слегка потрёпанный шляпу. Сев на старый табурет, Оливия почувствовала, как ей надевают шляпу и вокруг нее и магического предмета возникает сильный звуконепроницаемые барьер. — Вижу светлый ум, целеустремленность, отвагу, — начал женский голос, немного мягче, чем в фильме, но и до феи далеко. — вам определено подойдёт Гриффиндор, — и только она хотела объявить результат, как девочка резко пресекла ее и громко, не боясь, что кто-то услышит, заявила шляпе. — Я не хочу в обитель хаоса, — не поняв о чем она, шляпа замерла с приоткрытым ртом. — Не желаю учится на грифиндоре, вы только посмотрите, какие они шумные и энергичные, — пояснила уже спокойнее Оливия. — Да… — согласилась шляпа, — Грифиндорцы не спокойны. И только по этому критерию вы не желаете учиться с ними? — непонимающе осведомилась она. — Определенно. Спокойствие слизерина мне намного ближе. Там я смогу спокойно учиться и общаться. — одобрительно кивнула девочка. — Слизерин, — недовольно пробубнила шляпа, — в вас нет качеств присущих змейкам. — Думаю вы уже позабыли, что основными качества, которые завещал Салазар Слизнорт: честолюбие, умение добиваться поставленной цели любыми путями, хитрость, амбициозность и находчивость. А на данный момент вы размышляете и следуете лишь стереотипами, — гордо, чему свидетельствовал золотой цвет кольца, заявила Оливия. — Вы правы, вы правы, маленькая мисс Снег, — довольно отозвалась шляпа, — Вы наверное самая достойная представительница Слизерина. Вы действительно подходите под эти критерии и я рада наконец увидеть, спустя столько лет, настоящую змейку, — голос ее стал мягче, словно гордая мать хвалит чадо за успехи. — Сслиизерррин! — полным счастья и гордости воскликнула шляпа, — И только Слизерин, — вдруг добавила она, подчеркивая свой выбор. — Истинная Слизеринка, — уже прошептала шляпа, нежно обвив руку девочки, — Я надеюсь, что вы позаботьтесь о заплутавших змейках, — кинула она на последок и сняла барьер. Благодаря категорично у выбору шляпы, весь зелёный факультете от мала до велика подскочил и начал аплодировать. Никого ещё так не выделяла шляпа. Все только аплодировали и не пытались прикоснуться к девочки, хотя многие и хотели. — Поздравляю, мисс Снег! Я знал, что вы будете с нами, но шляпа, что-то слишком долго думала, — недовольно поведал мальчик, — Вы просидели на скамейке около десяти минут. Даже Поттер всего три, — злорадно посмотрел Малфой на стол грифов. — Что она вам говорила? — он галантно подождал, пока Оливия сядет и только потом задал вопрос. — Хотела вначале отправить на слизерин, — и лицо и кольцо показывали абсолютное спокойствие. — Как так, — по истине удивились подпевали Драко. — Она ведь так категорично направила вас в слизерин, отмечая, что вам нет пути в другой факультет. — Не нет пути, мистер Крэбб, а наиболее подхожу определенным качествам, которые завещал Салазар Слизнорт, о коих я ей и напомнила, — по золотому кольцу парни поняли, что девочка весьма горда сделанным. — В вас говорит настоящий слизеринец, — влез в разговор кто-то из старших курсов, — Я понимаю шляпу с ее категоричностью. Думаю на пятом курсе вы определено займет мое место, — на груди девушки блеснул значок старосты. — Джема Фарли, — гордо кивнула она и вернулась к своим друзьям. «Весьма некультурно влезать в чужой разговор» — мимолетом подумала девочка, но по привычке добавила, — «Это же дети, что с них взять, » — не обратив внимание, на вмешавшуюся персону, Оливия принялась есть, избегая сильно сладкого и тыквенных яств. Определенно пить сок тыквы она не собиралась. От одного запаха ее уже воротит. Ну не возлюбила она тыкву. Украшения из тыкв ещё сносно, даже красиво. Но есть ее? Увольте. — Почему не пьете, мисс Снег? — обратился к ней Крэбб. «Довольно внимательный юноша» — заметила Оливия. — Не люблю тыкву, мистер Крэбб, — в доказательство кольцо потемнело. — К сожалению, здесь нет ничего, кроме этого, — девочка согласно кивнула и опустила руки, знаменуя, что уже наелась. Оставшееся время она ни с кем не общалась. Драко с подпевала и обсуждал грифов, остальной Слизерин был погружен в свои темы разговоров. Для Оливии в данный момент был интересен всего один человек, тот у которого она взяла идею прически в прошлом. «Северус Снейп, мастер и профессор зельеварения и декан Слизерина. Тридцать один год отроду, самый молодой профессор Хогвартса. Довольно похож на актера, но выглядит на лет пятнадцать младше. Конечно, не на тридцать, но и не на пятьдесят» — подмечала мисс Снег, после каждого мимолётного взгляда на него, — «Не так много морщин, но одна глубокая между бровями все же присутствует, как и в фильме. Забавно, » — усмехнулась про себя девочка. — «Так же весь в черном, чтобы особо не казаться неряшливым. Костюм, как влитой. Знаменитая мантия и сальные волосы. Хотя не такие они и сальные, сколько тяжёлые, но то, что немытые пару дней — не отнять. Здесь множество подобных личностей. Взять ту же Гермиону, » — Оливия перевела взгляд на растрепанную дочь стоматологов. — «Темные глаза. Прекрасно» — смотреть в глаза человека девочке всегда нравилось, особенно, если эти глаза красивые. Свои голубые глаза Оливия просто обожала. Пусть это и звучит слегка нарцисстично, но она и правда иногда сидела напротив зеркала и смотрела себе в глаза. А такие глубокие черные ей доводилось видеть очень редко. Хочется подойти и разглядеть повнимательнее. Вскоре всех отпустили и старосты факультетов повели первокурсников к общежитиям. — Сейчас секретное слово, — обернувшись у тупиковой стены начали старосты, — «Гордость». Запомните. Мы меняем слово каждый месяц, так что к началу следующего вы должны разузнать новое слово, — наставительно качала пальцем Джема Фарли. — Мисс Снег, — Драко остановил девочку, когда та уже направлялась к комнатам, — Я слышал, что почти весь седьмой этаж свободен. Если желаете жить одна, то советую поселиться там, — не ожидая ответа, он развернулся и пошел в противоположный проем. «Если её ещё не заняли, то с радостью займу» — в мыслях ответила Оливия. На третьем этаже в самом конце коридора и вправду были свободная комната и не одна. «Почему же в них никто не заселяется?» — удивилась девочка. — Это этаж седьмого курса, но после пятого многие уходят или остаются на второй год, — сзади послышался голос старосты. «Такое ощущение, что она вездесуща» — недовольно заметила Ливи. — Я могу занять одну из них? — вежливо поинтересовалась мисс Снег. — Конечно. Просто обычно старшие курсы занимают этажи ниже, не желая подниматься сюда, — безразлично подала плечами девушка, — Сюда поселяются лишь одиночки, как вы. Располагайтесь, — кинула она, уже уходя восвояси. «И вот зачем только приходила?» Оливия заняла крайнюю комнату в конце коридора. Ей было без разницы насколько далеко находится комната. Встаёт она рано, ложится поздно, так что всегда и везде успеет. Зато ее никто не будет тревожить. В комнате оказалась всего одна кровать. «Похоже предыдущий жилец вынес остальные» — отстраненно подумала она, садясь на свежее постельное белье. Сама комната была намного меньше, чем ее личные в поместьях. — «Страшно представить, что в такой малютке ютятся обычно трое.» — но девочке было все равно на проблемы остальных. Простор был ещё одним плюсом седьмого пустынного этажа. Постельное белье Оливия предпочла свое, шёлковое, которое холодит кожу и приятно на ощупь. Постепенно комната приобретала бордовые оттенки, смешиваясь с серебряными простынями, занавесками и коврами. Все это она делала при помощи магии, перекрашивал стены и потолок. Благодаря невидимому расширению она могла носить все эти детали интерьера без чемодана. Все было в ее сумке-лисе. Каменные стены сменились бордовой тканью с красивым серебристым узором. Старая лампа, заменяющая люстру на новую и более искусную. Старые шкафы, зеркала и тумбы также были убраны из комнаты, которые были заменены теми, которые выбрала Ливи. Серое дерево хорошо сочеталось с двухцветной расцветкой комнаты. Третьим цветом стал черный, это были предметы обихода. Серебряная посуда для воды и чая расположилась на журнальном столике, к нему подставили два удобных бордовых кресла и серебристый ковер с высоким ворсом. Магический ремонт закончился и Оливия удовлетворено вздохнула. «Определено вкус у меня имеется» — гордо подумала она. На тумбу рядом с обновленной кроватью, где вместо зелёного балдахина висел бордовый, под ткань на стенах, стал магловской светильник, который Ливи слегка переделала и теперь отработал на магии и выполнял свои основные функции. Вытащив и разложив все оставшиеся вещи, девочка сколдовала заклинание времени. — Час ночи, что-то я заигралась в дизайнера, — хмыкнула Оливия и вытащила из шкафа одну из любимых шелковых пижам. Выбор пал на черный брючный костюм с белыми линиями по контуру. На следующий день Оливия встала с первыми лучами, хотя за бордовую непроницаемую гардину из тяжёлого материала ни один лучик не проник. Магией девочка раскрыла гардину и зафиксировала бантика и. Яркий лучики нежного солнышка в миг осветили темную комнату от чего серебряные узоры на стенах заблестели, делая комнату ещё светлее. Потянувшись всем телом, Ливи пошла на водные процедуры. Ещё один плюс: на каждом этаже свои душевые и следовательно всегда свободны. Ученики с этажей ниже иногда поднимаются сюда, если им срочно надо, а так три человека, которые живут на седьмом на данный момент, ещё не пересеклись. Вот и девочка без проблем приняла душ в одиночестве. Вернувшись в комнату она обнаружила расписание рядом с подсвечников на тумбочке. — Пара истории магии, потом пара заклинаний, обед, пара зельеварения и вводный урок по трансфигурации. — Оливия недовольно нахмурила брови, смотря с кем в основном будут проходить пары. Заклинания, зельеварение и трансфигурации с грифами, только История магии с барсука и. — Ну хотя бы не с утра знакомиться с моими паталогическими однокурсниками, — успокаивала себя она. На первой паре все было заунывно и тихо, как и любила мисс Снег. Под монотонный голос профессора Катберта Бинса отменно рисовалось. Оливию не мучали муки совести, потому что она уже знала материал за первый курс и краем сознания подмечала, что уже знает все то, что монотонно рассказывал учитель. «История магии прошла слишком быстро» — недовольно проворчала в мыслях девочка, собирая эскизы новых вещей. Родители сказали, что позволят реализовать эту идею, если Ливи создаст по двадцать образов мужской, женской и детской одежды, обуви и аксессуаров. Всего сто восемьдесят рисунков. Проблема возникла только с последним, но один эскиз диадемы уже был. Два образа для мужчин, один для женщин и три для детей. — «Они изначально проиграли, думая, что у меня не выйдет» — в мыслях усмехнулась девочка. «К выходным я уже создам образцы одежд. А на следующей займусь обувью. Это не много сложнее, но реально. А вот с аксесс… А ведь я могу просто нарисовать свою личную коллекцию из прошлой жизни!» — обрадованная этой мыслью, она уже не так была огорчена уроками с грифами. Глава пятая Урок начался с неуверенной перепалки факультетов, словно они только применяются друг к другу. К тому моменту, как в кабинет вошёл профессор Флитвик, низкий мужчина с седыми волосами. Было невооружённым глазом видно, что в предках имеется гоблин. Довольной милой наружности, так же считая со стороны гоблинов. По крайней мере можно смотреть без неприязни. Голос мужчины был писклявым, что не отнимало его лёгкие движения и приятный характер. — Итак, — начал он, не обращая внимания на спешки со всех сторон. — Давайте познакомимся. — встав на кипу книг, чтобы лучше видеть класс, Филиус Флитвик раскрыл небольшой свёрток и начал зачитывать список. — Малфой, Драко, — задорно произносил каждого, ожидая пока озвученный поднимет руку, чтобы хорошенько его рассмотреть, продолжал. — П-поттер, Гарри! — взволновано пропитал профессор да так разволновался, что оступился и начал заваливаться. «Если упадет с такой высоты, то пораниться» — Оливия и позабыла, что это магический мир, в котором могут запросто отрастить кости, поэтому невербального произнесла заклинание: «Вингардиум Левиоса!» — быстро выхватив палочку, направила ту на профессора и тихонько поставила на место. — «Кажется кроме профессора никто и не заметил» — облегчено выдохнула девочка. Мужчина заозирался вокруг, пытаясь отыскать гениального волшебника, чтобы похвалить, но заклинание было невербальным, поэтому поиск не увенчался успехом. Раздосадовано вздохнув, он уже и позабыл чему так удивился и продолжил перекличку. — Снег-Порест, Оливия, — голос его стал сосредоточеннее, но из-за писклявости этого почти никто не заметил, а профессор стал ещё тщательнее запоминать учеников. — Я, — подняла руку девочка, встретившись с глазами учителя, тот быстро ее осмотрел, не заподозрив в гениальности, продолжил знакомство. «Скорей он ищет заклинателя в грифиндоре» — усмехнулась она, — «Думаю первой кандидатской окажется Гермиона Грейнджер» — весело думала Оливия. Она уже давно решила, что выделяться не будет. Ещё не хватало, чтобы на нее обратил внимание темный лорд. Уж увольте. — Чего вы такая веселая, мисс Снег? — на небольшом перерыве между уроками к девочке подошёл блондин, который заметил, что кольцо окрасилось в жёлтый. А у самого также играла лёгкая улыбка. — Думаю из-за того же, что и вы, — вежливо кивнула, замечая взгляды на своей персоне. — Это ведь вы сколдовали заклинание левитирование, — шёпотом поинтересовался мальчик. — Не понимаю о чем вы, мистер Малфой, — холодно ответила она. — Ага, а кольцо просто так заискрилось золотом? — иронично поднял он бровь. — Я восхищаюсь вашими познаниями. — он легко кивнул и вернулся к своим подпевалам. «Похоже он присматривает за мной» — девочка не открывала взгляд от Драко, пока ее кольцо чернело, — «Не люблю, когда за мной наблюдают» — она часто за день замечала его взгляд. Ему ещё учиться и учиться незаметно следить за кем-то. Его взгляд прямо физически ощущается. Следующий урок заклинаний также был посвящен теории, так как дети ещё мало знали о заклинаниях, поэтому несколько пар будут посвящены теории, а потом перейдем к практике. Профессор Флитвик понравился Оливии. Он спокоен, не наказывает и не отбирает очков, располагает к себе даже змеек. «Следующее зельеварение» — эта новость слегка обрадовала девочку, даже не смотря на то, что пара с грифами. В большом зале было, как и предполагалось, оживлённо. Первокурсники бурно обсуждали уроки, старшие что-то своё, а Оливия вновь рассматривала профессора зельеварения. «Удивительно, он и правда походит чем-то на злодея, но его милые черты, которые мне нравятся остались. Всё-таки он должен наводить вид преданного Пожирателя смерти» — безразлично думала она, захватывая каждое движение мужчины. — «Да это даже лучше, чем сыграл Алан Рикман, хотя и он был ничего» За обедом с ней никто не разговаривал, поэтому он прошел быстро. «Надо бы что-то придумать с питьем. Стоит носить с собой чашку и заваривать при всех чай? Но мы ещё не проходили эти заклинания, хотя они и простые» — жалобно смотрела она на Градский оранжевый напиток. В кабинет зельеварения она заявилась чуть ли не первой. Разумеется первой оказалась Гермиона. — Добрый день, мисс Грейнджер, — садясь за первый длинный стол по левую руку девочки, так как по правую должен сидеть Поттер, поздоровались Оливия. — Э… П-привет, — неуверенность смешалась с недоверием и презрением. — Оливия Снег-Порест, приятно познакомиться, — холодно напомнила Ливи. — Г-гермиона Г-грейнджер, — кажется от волнения девочка из золотого трио начала заикаться. — Знаю, — безразлично кивнула Оливия. — Э… — выпучила глаза волшебница. — У нас была с вами пара по заклинаниям. Я запомнила вас. Вы так внимательно слушали учителя, — слегка приподняла уголки губ мисс Снег, пытаясь улыбнуться. — Э. Ну да, — смущённо почесала щеку. — Наверное поэтому тебя не помню. — пробубнила она. — Скорее всего, — Оливия не жаловалась на слух. — Я слышала, что профессор Снейп довольно требователен и язвителен, а так же недолюбливает грифиндор. С вашей прытью вы можете попасть под горячую руку. Мой совет вам: отвечайте на вопросы, обращённые именно вам. — Герми неопределенно кивнула и заметила входящего Гарри. Тот сел рядом со всезнайкой, а их третий позади. Оливия не хотела более общаться, тем более, что рядом сел Драко и его подпевалы. — Мисс Снег, вы так близко сели к грифам, не боитесь заразиться их бестолковостью, — кольцо вмиг почернело, Драко знал, что изначально шляпа хотела отправить девочку к грифам, но забылся, дразня их. — Мистер Малфой, единственная причина по которой я села за первую парту — знания. Если вы хотите испортить урок взаимной грызней, то попрошу вас сесть прямо позади Мистера Поттера и шептать ему на ушко, подобно змее искусительнице, — голос был как никогда холодным, но все ещё оставался спокойным. — Прошу прощения, я забылся, — виновато кивнул мальчик, взглянув на полностью чёрное кольцо. — Не злитесь, я был не прав. — И вы меня простите. Я сорвалась не подумав, — мальчик определено нравился Ливи, его поведение, за исключением поддразнивает я грифов, было сносно. Свидетели этой перепалки были удивлены. Кроме Драко с подпевала и никто не знал об особенности кольца, поэтому и не заметил изменения в настроение девочки, им казалось, что эти двое просто не в ладах. Дверь хлопнула, прерывая все разговоры, и в кабинет вошёл Снейп, взлетая плащ подобно крыльям летучей мыши. Дальше все было по сценарию, только Герми, вспомнив наставления Слизерина, опустила руку, не успев полностью распрямить. Таким образом ее не удостоили презрительным взглядом. Грейнджер кинула мимолётный благодарный взгляд на Снег, но та внимательно, словно заворожённая, слушала профессора. Оливия не испытывала каких-либо чувств к персонажам книг. Было лишь три отношения: положительное, неопределенное и отрицательное. Северус Снейп относился к тем персонажам, к которым девочка относилась положительно. «Наблюдать за событиями, которые я только читала и видела в фильмах просто невероятно. Словно я стала частью этой истории» — пораженно думала Ливи, вслушиваясь в низкий баритон зельевара — «Он, конечно, не в моем вкусе, но голос то какой» — в мыслях вздохнула девочка. Вся пара была посвящена любованию магом, нарезанию, натирания и выдавливанию всевозможных ингредиентов, язвительным замечаниям профессора, теории, рецепту зелья этого месяца и перепалка между грифами и змейками, из-за которых большая часть учеников ничего не усвоили, а Снейп был в ярости. — Все свободны! — выпалил зельевар, когда урок закончился. В его голосе было столько ярости, что даже Оливия решила поспешить. — Мисс Снег, вы видели, как профессор был зол? — окликнул девочку Драко. — Кажется грифиндору будет непросто на следующем уроке, — злорадно посмеялся Малфой, на что обернулись несколько человек с красного факультета, в том числе раздражённой золотое трио. Только Гарри хотел ответить, как Оливия решила подхватить разговор: — Мистер Малфой, вас то не пугает ярость профессора Снейпа? — спокойно осведомилась она. — Вы что. — наигранно удивился мальчик, — Снейп друг моего отца, да и к тому же декан Слизерина. Он не станет за такие маленькие проделки наказывать нас. Максимум отработка, — поведал «новость» Драко. — Не стоит так пользоваться связями, — выдохнула девочка, — Для учителя наверняка вы лишняя внеплановая работа, — на ошарашенный взгляд парня Ливи ничего не сказала и просто прошла в кабинет конфигурации. Как и говорилось в книгах, уроки мисс Макгонагалл просто неимоверно скучны, словно снова Оливия попала на уроки учителя биологии в советской школе. Благодаря тому, что девочка уже прошла первый курс, она могла набросать парочку эскизов, сев за последнюю парту. «Вот и первый день прошел» — устало подумала она, — «Все ещё не верится, что я переродилась в этом мире» — иступленным взглядом рассматривала окружающую обстановку, идя по направлению к общежитию. Приняв душ, Оливия набросала ещё несколько эскизов и поняла, что на сегодня рисования достаточно, когда линии стали выходить толстыми и слишком прямыми. «Устала» — промелькнула привычная мысль в ее голове. Немного позанимавшись, чтобы поддерживать тело в тонусе, девочка села на кровать и начала думать, что делать на выходные. «Было бы неплохо каждые выходные возвращаться домой и практиковаться в зельеварения, защитной и боевой магии. Маме как раз во время беременности нужно выплескивать излишки магии. Жалко, конечно, что эти излишки нельзя в родовой камень влить, но в нем и так полно энергии.» — сокрушалась Ливи, доставая учебники за второй курс и все оставшееся время посвятила саморазвитию. Время шло. Дни летели. Два месяца прошли незаметно, подгоняемые волшебной реальностью, которую Оливия хотела изучить досконально. «Пришло время взрослого горного огра» — безразлично обдумывала она, заваривая себе чай в большом зале. Девочка специально ходила к профессору Флитвику, делая вид, что изучает заклинания. Теперь никого не удивляет, что она может призвать воду и разогреть ее. — Я вам завидую, мисс Снег, — отношения с Малфоем так и оставались на уровне приятных знакомых, а с его подпевалам просто на знакомых, — Мне уже надоело пить эту бурду, — так он выразился о тыквенном соке в своем бокале. — Я предлагала вам, ходить вместе на дополнительные занятия к мистеру Флитвику, — холодно напомнила девочка, отпивая зелёный чай. — Вы же знаете, что из-за отработок у меня не было времени, — нотки обиды проскользнул в его голосе. — Я так же вам говорила не злоупотреблять связями, — девочка позволила себе приподнять бровь, выражая свое отношение к данному вопросу. — Но грифы сами начинают, — уже явственнее обиделся Драко. — Как говорит наш декан: главное — не попадаться. А вы, мистер Малфой, делаете всё, чтобы профессора узнали о ваших выходках, — надменно поднесла чашку к губам и нарочито медленно выпила содержимое, начав заваривать следующую порцию. — Вы как будто что вытворяли с красными, — фыркнул Драко, предполагая, что девочка на такое и вовсе не способна. — Вот как вы считаете? — Ливи захотелось вдруг поделиться своими проказами. — Да, вы на такое не способны, слишком замкнутая, — Оливия спрятала улыбку за чашкой. — Помните, как однажды близнецы Уизли появились на зельеварение с разноцветными волосами? — Драко в начале не понял, а потом пораженно посмотрел на собеседницу. — Н-но как? — приблизился он, — Никто из профессоров не смог найти виновника! — и он ахнул, ещё сильнее расширив глаза. — Они и не найдут, если парни сами нашли тайник с конфетами, по странной карте, которая валялась рядом с запретным коридором в комендантский час. Или они бы хотели рассказать учителям, как разгуливают в неположенном месте в неположенное время, — Малфой оценивающе рассмотрел Оливию и улыбнулся. — Оказывается вы ещё можете удивить, Мисс Снег, — довольно констатировал мальчик. — Я всего лишь вернула им долг за подмоченную репутацию змей, — загадочно сказала она, намекая на случай, когда компания слизеринцов, включая Оливию, шла по коридору к кабинету зельеварения и «случайно» разбили вазу со склизким веществом. Потом ещё разбирались откуда та ваза взялась и наказали виновников. — С вами страшно иметь дело, мисс Снег, — весело сказал парень и обернулся к друзьям. А девочка внимательно смотрела на двери. «Вот-вот должен влететь профессор Квиррелл с криками: Огр! Огр в подземелье!» — через пару минут это произошло, в конец убедив Оливию, что она в мире Гарри Поттера, хотя оный сидел за соседним столом. — Старосты, соберите всех первокурсников и уведите из зала, — нарочито спокойно велел директор, пытаясь не напугать учеников ещё больше. Оливия, заметив, как два горе-героя отделились от колоны грифиндоре, направилась за ними, чтобы проследить как бы их не пришибло по дороге. Пусть она и знала, что с ними все будет хорошо, но привычка следить за непоседами осталась. На всякий случай она стояла рядом со входом, наблюдая за происходящим. «И все же я считаю, что от падения дубинки с такой высоты, огр не должен был упасть беспамятства» — в глубине души она болела за великана, — «Либо у него черепная коробка тонкая, либо здесь сыграла немаловажную роль удача Гарри Поттера» — слыша шаги в коридоре, Оливия поспешила скрыться, чтобы ее не застукали. Всё-таки она ещё ни разу не попадала на отработки. За последующими сценами она наблюдала, затаившись за поворотом. — «Ну вот, Герми, ты и завела друзей. А я так и останусь одна» — едко подколола сама себя Ливи. Убедившись, что учителя ушли в другую сторону, девочка занесла ногу для шага. — Мисс Снег, — послышался сзади низкий баритон, — Совсем не ожидал от вас нарушения правил, — язвительно заметил Северус. — Профессор Снейп, — не растерявшись, спокойно обернулась девочка, — Я ничего не нарушила. Комендантский час ещё не наступил и я нахожусь в подземелье, где и находится общежитие Слизерина, — похоже Снейп оценил попытку девочки. — И что же вы делаете тут, когда все ученики в общежитиях? — надменно приподнял он бровь. На лице девочки и мускул не дрогнул. — По дороге я вспомнила, что выпила пять чашек чая на праздничном ужине и подумала, что не дотерплю до седьмого этажа, — мужчина опустил бровь. — Пять балов слизерину за качественную ложь, а теперь говорите честно, — его взгляд посуровел. — Профессор, я маленький ребенок, который не может «дотерпеть» — Ливи стояла на своем и не собиралась идти на попятную. — Не хотите говорить значит… — многозначительно протянул зельевар. — Я всего лишь хотела в туалет, но, благодаря трем грифам, так и не попала туда и теперь туалет разгромлен, а я все ещё хочу туда попасть. С вашего позволения, я поспешу в уборную Слизерина, — девочка подняла спокойные глаза и непрерывно посмотрела на лицо мага. — Хорошо, идите, — недовольно скривил губы Снейп. — Но это не значит, что я верю вашей лжи, мисс, — и, развернувшись, ушел прочь. Девочка выдохнула и поняла, что не такая эта была и ложь и поспешила к общежитию. Глава шестая. На выходных Оливия всё-таки выбралась домой и потратила все свободное время практике, которой так не хватало, при освоении материала за второй курс. Только в конце она вспомнила, что в Хогвартсе, на восьмом этаже есть многофункциональная выручай-комната. Выходные также были полны семейным уютом. Родители, узнав, что девочка приедет на выходные, с разрешения директора, выбрались в магический мир, чтобы провести с ней время и очень обрадовались, узнав, что теперь каждые выходные она будет проводить в этом доме. Узнав о скорости, с которой девочка придумывает одежду, обувь и украшения, Анна и Роберт обещали найти лучших мастеров к зимним каникулам. Хоть они и не ожидали такой прыти у одиннадцатилетней Ливи, но поддержали увлечение дочери, особенно Анна, увидев наброски одежды для младенцев. На утро понедельника, просыпаясь на своей кроватке в Хогвартсе, Оливия чувствовала сильную усталость. За два дня она переделала больше, чем за неделю летом. Зато это дало результаты. Ливи закрепила несколько заклинаний за второй курс. Ещё немного и она закончит с заклинаниями и перейдет к ЗОТИ. Из-за насыщенности графика, она и не заметила, как сменились сезоны и дети начали собираться по домам. Все эскизы были готовы, рабочие и территория для магазина найдены, документы оформлены, договор с банком подписан. Осталось только выбрать место и людей, обустроить магазин, купить манекены, пошить одежду и пустить слухи о новом магазине. — Нет, это повесьте над входом, — указала девочка на арку над входной дверью, — Хорошо, оставьте. — удовлетворённо кивнула Оливия, — На витрины поставьте манекены и украшения. Справа — мужская направленность, слева — женская, — глаза ее горели бы, если на лице не была извечная маска спокойствия. — Боже, Ливи! — вместе со звоном колокольчиков на входе послышался восхищённый голос мамы, — Впервые вижу такой дизайн! Все так ярко и просторно! Где ты подсмотрела такой стиль? — подойдя ближе, женщина обняла дочь для приветствия. — Мне не нравятся темные тона в магазинах. Обстановка должна быть благоприятной для покупателей. Это один из аспектов успешной торговли, — Оливию дрожь прошибает при вспоминании тех убогих магазинчиков, в которых она закупалась для школы. Не то что купить, касаться ничего не хотелось. — Откуда ты только все это знаешь, — обеспокоено пробубнил Роберт. — Много читаю. Я ведь умная у вас, — ехидно подмигнула Ливи отцу. — Бесспорно, — родители улыбнулись и прошлись по помещению. — А что с остальными этажами? — спросила Анна, поднимаясь по лестнице. — Первый этаж, — отвлекаясь от дел, начала объяснять девочка, — Будет в основном для обычных волшебников и цена не превысит десяти галеонов, второй этаж, — поднявшись вслед за мамой, продолжила Ливи, — Для обеспеченных. А третий — мастерская. Здесь, — она обвела пустую комнату-студию, — будет создаваться одежда. — Не кажется ли тебе, что места для мастерской маловато? — прикинул в уме количество рабочих и материалом Роберт и забеспокоился. — Все ткани и прочие материалы для одежды будут храниться в особых шкафах с невидимым расширением, доступ к которых будет только у мастеров и людей рода Снег. — гордо заявила Ливи, — Мастеров найдем хороших, а они себе подмастерьев. Человек десять здесь смогут развернуться. Всё-таки я выделила для этого двухуровневую студию, — оценивающе обвела она взглядом помещение. — Хорошо. С этим решили, — удовлетворённо кивнул Роберт, — А что с бухгалтерами? Кто будет вести финансы? — сразу видно человека, работающего с деньгами. — Об этом я тоже подумала. Лучше всего подобрать хорошего специалиста среди гномов. Они лучшие счетоводы и довольно верные. — задумчиво ответила девочка. — В банке можно спросить совета по этому поводу у нашего смотрителя. — Я этим займусь. Мистер Лор имеет обширные связи и я уверена, что сможет подобрать для нас подходящую кандидатуру, — мягко улыбнулась Анна, поглаживая растрепанные волосы Оливии. — Кстати, мам, — вдруг встрепенулась девочка, — в магазин же понадобится домовой эльф, а лучше два, чтобы отдельно убирали мастерскую. — эту идею Оливия записала в свой блокнот. — Это будет довольно дорого, милая, — по голосу женщины было заметно, что ее совсем это не беспокоит. — По моим расчетам все расходы окупятся в ближайший год, — что-то записывая в блокноте, тихо произнесла она. — Хорошо, я поговорю с мистером Лором. — радостно улыбнулась женщина, наблюдая, как погружена в свои мысли Ливи — Тебе с чем-то помочь в магазине? — Думаю, что ты хорошо справишься с оформлением детского отдела. Отдаю его тебе на растерзание. Не делай особого акцента на пол, но должно быть понятно, где для мальчиков, а где для девочек. — удовлетворительно кивнула Оливия. Анна обрадовалась, что дочка наконец попросила у нее помощи и помчалась осматривать будущее место работы. — Пап, — обратилась Ливи к отчиму, — Сможешь украсить мужскую сторону? Только поменьше темных оттенков, — предостерегла она. — Хорошо, Ливи. Нужна ещё какая-то помощь? — мистер Порест присел рядом с падчерицей и посмотрел ей в глаза, — Ты не слишком себя перенагружаешь? Уже три дня отсюда не выходишь. — Все в порядке, — счастливо улыбнулась Оливия, — Я хочу увидеть свою мечту поскорее, — смущённо поступила глаза Ливи, — Знаешь, я иногда даже на уроках мечтала о магазине. — Ха-ха, ты все ещё ребенок, — потормошил ее голову и ушел к месту своей работы. — Неплохо было бы начать присматривать местечко для магловского магазина. Всё-таки обычных людей больше и деньги так крутятся большие, — задумчиво бубнила себе под нос Ливи, заканчивая с оформлением входа. — Но стоит всё-таки поднять этот для начала, а потом и глобально взяться. Акции уже начали приносить первый доход, — размышляя о разном, она и не заметила, как наступила ночь и пора было идти спать. Асе эти дни сон был как никогда крепок, ведь девочка сильно уставала, совмещая работу в магазине с учебой и тренировками, также чтение романов отнимало огромное количество времени. Поэтому она ложилась спать всегда удовлетворённая. К концу каникул семья Снегов, наконец, объявила об открытии. Первая одежда ушла в руки Малфоев. — Мой сын говорил, что одежда юной мисс Снег намного легче и практичнее, — холодный голос старшего Малфоя отражался от стен второго этажа. — И я вижу, что он не преувеличивал, но ваш дизайн довольно смелый, мисс, — крутясь перед зеркалом все говорил мужчина. — Ваш костюм, в котором вы пришли, уже давно устарел, мистер Малфой. По моему мнению, этот, — указала она на Люциуса, — идёт вам куда больше, подчеркивая аристократическую натуру. Там, на вокзале, я сразу обратила внимание на вашу одежду и захотела сшить что-то достойное, — слова лести хорошо работали и мужчина гордо прохаживались взад вперёд, то надевая шляпу в виде цилиндра по цвет костюма, то снимая. — Обратите внимание также на туфли. Такой дизайн хоть и выглядит проще, но намного удобнее и утонченнее, а вместе с костюмом, создают неповторимый образ, — Оливия поднесла пару лакированный туфель на бархатной подушке. — Позвольте, — старший Малфой обул предоставленную обувь и удовлетворённо выдохнул. — Великолепно. Не только удобно, но и красиво, — кажется после этого самооценка Малфоев преодолеет небеса. — Кстати, для вашей жены я также подготовила наряд. К сожалению мы только начали работу, так что одежды пока мало. — спокойно поведала девочка, хотя чувствовала неудовлетворение сим фактом. — Это платье сделано из легчайшего бархата. Оно выделит все ваши достоинства, мисс Малфой, — женщина восхищённо смотрела на маникем, на котором висело