Гранит в серебре. Перезагрузка

      Алекс с детства отличался самостоятельностью, которую родители и любящая бабушка успешно подавляли. Поэтому, достигнув совершеннолетия, он с превеликой радостью пустился в свободное плавание. Родители пытались протестовать, но, когда открылась его сексуальная ориентация, отличная от принятой в приличном обществе, от него отстали. Бабушка, впрочем, не прокляла его и не предала анафеме, и после её смерти Алекс унаследовал неплохую однокомнатную квартирку. Для молодого парня, неспешащего обременять себя женой и потомством, - предел мечтаний на первое время.       Алекс вернулся из армейки, окончил ВУЗ, получив бакалавра, но работать пошёл в общепит. Была у него мечта: открыть своё маленькое дело. Около года он поработал в нескольких кафешках и официантом "подай-принеси", и барменом, и баристой. Последнее ему особенно нравилось. Поэтому он определился в своих предпочтениях - он откроет кофейню, пусть небольшую, но уютную, из тех, где можно спокойно посидеть дружной компанией за неспешной беседой со свежесваренным кофе, вкусным густым шоколадом и домашними вафлями.       Когда в своём же районе он увидел на окне маленького магазинчика, где раньше торговали сувенирами, объявление об аренде, он счёл это хорошим знаком и снял пустующее помещение. Пришлось взять кредит и обратиться за помощью к родителям.       В итоге через месяц бывший сувенирный преобразился внутри и снаружи, обзавёлся маленьким крылечком с полукруглым козырьком над ним, застеклённой дверью с изящной решёткой и витой бронзовой ручкой. Это всё влетело в копеечку, но Алекс понимал, что встречают по одёжке и скупиться на внешний фасад не следует. Кроме того, был подписан договор долгосрочной аренды, и Алекс не боялся потерять свои вложенные в помещение деньги. В любом случае, лучше рискнуть, чем сидеть на попе ровно.       Несмотря на удачливость и вполне гладкое течение жизни, была у Алекса глобальная проблема и страшная тайна в одном флаконе. Алекс являлся омегой, возможно, единственной в своём городе, а то и в стране. Когда это открылось для него самого и родителей после осознания и обнародования в рамках семьи его гомосексуальной ориентации, то в шоке были все. Отец, и так не пришедший в себя после его камин-аута, теперь не знал, как относиться к сыну, который вроде и не сын, и не дочь, а неведома зверушка в свете того, что омеги были очень редкими. Мало кто мог похвастаться, что знаком с ними. Мама, узнав об этой особенности сына, сразу предупредила его, чтобы он был крайне осторожен и скрывал от всех, кем он является. Просто из сознания народа было сложно изжить страшилки, что омег забирают в научно-исследовательские институты, которые курируются военными ведомствами, и там, в секретных лабораториях, проводят над ними опыты. Мама же, которая работала медсестрой в районной поликлинике, доставала через знакомых в столице дефицитные и малоизвестные в провинции препараты для подавления течки и всех её симптомов. Таким образом, омега Александр Семёнович Зорин ухитрялся вести нормальную жизнь двадцатитрёхлетнего парня.       Константин, хромая и держась за стену, прошёл на кухню. Налил воды из графина в высокий стакан, нужно запить таблетки. После контузии мучили головные боли. Да и нога вечером разболелась, ночью плохо спал.       Он посмотрел в окно. Весна наступала полным ходом. Деревья зеленели, жухлая прошлогодняя трава в одночасье сменилась на свежую зелень. "Лишь в моей жизни постоянная осень", - подумал он, но всё-таки веяние весны затронуло какие-то струнки в его душе, он чувствовал ростки беспричинного ликования. Просто так, просто потому, что весна, и небо голубое, и солнце весь день сияет.       Отставной военный Константин Сергеевич Романов в свои неполные сорок лет остался за бортом жизни. Ранение и тяжёлая контузия в Дагестане уже в наши дни, где они были с миротворческой миссией, госпиталь - и он комиссован с вердиктом "Не годен" и т.д. и т.п.       Со времён Лермонтова и Толстого Северный Кавказ неспокоен. Независимый характер горцев не позволяет им покориться и спокойно оставаться под юрисдикцией великой державы, коей Константин, как патриот, считал Россию. Он сам сполна отдал Кавказу свою дань. Ранение в Чечне в девяносто восьмом во время срочной службы, затем вот Дагестан год назад и хромота на всю оставшуюся жизнь. Про головные боли и левый глаз, что видел, как в сумеречном тумане, он молчал. Хорошо, что жив остался, за это спасибо богу.       К сорока годам многие, особенно штабные, легко получали подполковника, но Константин никогда не отсиживался за спинами товарищей, да ещё отличался правдолюбием и принципиальностью, потому вышел в отставку в звании майора.       Жена - красавица Изольда - посмотрела на него, ковыляющего с палочкой по дому со скоростью черепахи первое время после госпиталя, и ушла, честно заявив стандартное "я ещё молодая, пожить хочу нормально, а не возиться с инвалидом".       Они тихо-мирно развелись - детей общих нет, имущество поделили, и Константин остался один в двухкомнатной квартире, которая принадлежала ему до брака.       Остался один и понял, что к мирной жизни на гражданке не приспособлен. Друзей нет, родственники в другом городе, бывшие сослуживцы заглянут хорошо если раз в год.       Чтобы совсем не расклеиться и не пойти на дно, он устроился охранником в торговый центр недалеко от дома. Платили сравнительно неплохо, спринтерских качеств не требовали, нужно было сидеть за пультом и следить. Глаза, правда, уставали, но на данный момент это была самая подходящая работа для человека в его положении.       Константин, как обычно, вышел из дома пораньше, с тем, чтобы, не торопясь, добраться до работы и принять смену без спешки и нервотрёпки. Нога не позволяла идти быстрее, чем прогулочным шагом, да ещё опираясь на трость.       Он заметил, что новое кафе, расположенное в здании, мимо которого он ходил на работу, уже открылось. Когда он возвращался с прошлой смены, двери были ещё заперты, и какой-то паренёк протирал окна изнутри. А сегодня - вывеска, колонны из шариков, слышна лёгкая музыка, а самое главное, аромат свежесваренного кофе разносится на всю улицу.       Отчаянно хромая, Константин свернул ко входу в новое заведение. Как знать, может, понравится настолько, что он будет заходить сюда по утрам выпить чашечку настоящего кофе.       Сквозь тонированную застеклённую дверь Алекс видел каждого посетителя прежде, чем тот переступал порог. Вот и теперь заметил, что к крылечку направляется какой-то седоватый мужчина с палочкой. Ага, первый на сегодня клиент! Здорово! Алекс улыбнулся сам себе и приготовился приветствовать гостя.       Кафе оказалось хоть и маленьким, но очень уютным, каким-то домашним. Парень за стойкой поздоровался и улыбнулся. Константин, ответив, скользнул по нему взглядом и уткнулся в меню.       - Ладно, давайте ваш капучино, - произнёс он наконец, чувствуя на себе пристальный взгляд баристы.       Оглядевшись, он заметил, что столиков ещё нет, а на высокий барный стул не рискнул взгромоздиться со своей плохо гнущейся ногой. Пришлось стоять, отставив трость в сторону.       Паренёк подал ему кофе в изящной белой чашечке с блюдцем, похожим на раскрытую раковину, что на картине Ботичелли "Рождение Венеры".       "Эстет", - усмехнулся про себя Константин, взглянув на него.       Кофе на самом деле оказался отменным. Видно, парень любит своё дело, поэтому устроил тут всё очень хорошо. Заметно, что ещё не вся обстановка закуплена, но постепенно здесь будет очень удобно и уютно. Константин невольно испытал симпатию к молоденькому пареньку, что решился открыть кафе вместо праздного шатания по ночным клубам.       Алекс осторожно разглядывал посетителя, пользуясь тем, что тот молча пил кофе, не обращая на него внимания и не пытаясь завести вежливую беседу. Мужчина выглядел хмурым и очень суровым. Поэтому Алекс рта не открывал, хотя обычно начинал щебетать с гостями, сходу очаровывая их. Но посмотреть-то можно! Мужчина был красив мужественной, брутальной красотой. Высокий, широкоплечий, мускулистый, как раз во вкусе Алекса. Парень бросил вороватый взгляд на руку мужчины - ни кольца, ни следа от него. Неженат либо давно разведён.       "Проявляются побочные эффекты от долгого воздержания", - со скепсисом подумал Алекс о себе, он уже готов флиртовать с этим добропорядочным гражданином, да только его суровость останавливает.       Опасаясь проявить излишнюю навязчивость, Алекс смущенно пошутил:       - Говорят, если первый гость - мужчина, то день будет удачным.       Хмурый гость слегка улыбнулся уголком рта и достал карту, чтобы расплатиться.       Алекс несколько раз попытался провести оплату, но тщетно - терминал был глух.       - Связь пропала, - он положил карту на стойку. - Может, у вас будет наличными?       Мужчина достал бумажник, вынул две купюры и, буркнув "сдачи не надо", пошёл к выходу, опираясь на трость.       Алекс смотрел ему вслед. Как пить дать, бывший военный - вон выправка какая - с боевым ранением либо спортсмен со спортивной травмой, а может, просто человек попал в автокатастрофу. Но в любом случае хромает он знатно, без палочки и шагу не сделает.       Когда мужчина вышел, взгляд Алекса упал на стойку. Вот досада, посетитель забыл свою карту. Схватив её, парень бросился к дверям, но ему навстречу входили новые гости - две девушки. Пришлось вернуться за стойку и обслуживать их.       После их ухода, пользуясь временным затишьем, он вновь взял карту в руки и рассмотрел её. "Константин Романов" было написано латиницей внизу. Красиво звучит. Ему идёт. Красивый мужчина и имя с фамилией красивые. Что же, придётся подождать, когда он зайдёт снова. Может быть, вспомнит, что оставил карту, и сегодня сможет забрать. Нет, скорее всего, завтра утром. Но, в любом случае, надо посматривать сквозь дверь на улицу, вдруг будет мимо проходить, тогда можно выскочить и вернуть.       Константин вышел из дверей гостеприимного кафе и поковылял на работу, размышляя о жизни вообще и своей в частности. Например, как получилось, что он полный сил, молодой ещё мужчина вдруг в одночасье оказался без семьи, жены, детей, без друзей и приятелей, да и вообще без личной жизни. "Можно подумать, она когда-то была, эта личная жизнь", - усмехнулся он. Секс с женой, когда он изредка бывал дома, возвращаясь из командировок, да и всё, пожалуй. Остальная личная жизнь сводилась к банальной дрочке в душе. А что делать? Не с сослуживцами же заводить интрижку. В армии за такое не жалуют. Да и не лежало сердце особо ни к кому.       Был когда-то в молодости паренёк один, Вадик, ещё до брака с Изольдой. Как они с ним любили друг друга! Со всем пылом сердца, познавшего первую любовь, и искренностью, присущей юности. И поцеловались впервые за КПП. А потом таились ото всех, встречаясь то в лесу, то в бане, а то и ночью в душевых, рискуя попасться. Он думал, что такой любви не бывает, это только в книжках, когда готов жизнь отдать за любимого. А жизнь и пришлось отдать, только не ему, а его любимому. Погиб в Аргунском ущелье, когда их взвод попал в окружение. И с тех пор у Константина как отрезало, ни на кого больше не смотрел, никто его не интересовал, а на сердце навсегда осталась незаживающая рана. Он потом и женился поспешно, чтобы забыть это всё, не вспоминать, не бередить душу. И почти удалось, с годами боль утихла, а вот сегодня зачем-то вспомнил.       Он ведь тогда и под пули лез, и на самые отчаянные вылазки соглашался, но ничто не брало его, получил только сквозное ранение в левое плечо, отлежался в госпитале и опять в бой. Жизнь продолжалась.       А ведь, если разобраться, с чего он так грузится? Ничего непоправимого не случилось с ним. Руки-ноги целы, ходить может, голова на месте, не инвалид какой-нибудь. Подумаешь, хромота! Это несмертельно, мешает да ограничивает сильно, но ведь ходить можно, пусть и с тростью.       Конечно, за годы службы он привык жить в определенном ритме, но что поделаешь, теперь надо привыкать к гражданке. А то уже почти год прошёл, а он всё ещё не может адаптироваться толком, чувствует себя чужим и ненужным.       За такими размышлениями Константин незаметно добрался до работы, там принял смену и уселся в кресло за пульт, с наслаждением вытянув натруженную, болезненно ноющую ногу.       Следил за мониторами, передавал по рации охране в зале, если видел что-то подозрительное. Таким образом время подошло к полудню. Обедать они ходили по очереди с напарником. Покупали что-нибудь в супермаркете внизу и ели прямо здесь, за колченогим столиком в углу, либо ходили в фудкорт на первом этаже. Константин предпочитал первый вариант. Сидишь, никому не мешаешь и тебе никто не мешает, да и ногу можно удобно вытянуть под столом.       - Иди, Костя, - напарник Вадим, пообедав, вернулся и сел к мониторам.       Чтобы не засиживаться подолгу на месте, не терять форму и поддерживать нормальное кровообращение в больной ноге, Константин предпочитал спускаться сам в супермаркет за продуктами, а не заказывать Вадиму.       Вот и сейчас он выбрал в отделе готовой продукции рис с курицей и салат, потом взял бутылку воды и подошёл к той кассе, где было меньше народа в очереди.       Достав бумажник, он хотел по привычке расплатиться картой, но не обнаружил её. "Наверное, оставил в кафе у того паренька, - вспомнил он, перебрав в уме варианты. - Ладно, всё равно хотел зайти туда утром, тогда и заберу". К счастью, при нём всегда были наличные деньги для таких досадных случаев.       Расплатившись за продукты, Константин побрёл к лифтам, стараясь избежать столкновения со спешащими покупателями. "А вот мне никуда спешить не надо, - с горечью подумал он, - иду на той скорости, что позволяет организм, и бежать не могу теперь, и, случись что на работе, даже злоумышленника задержать не сумею".       Примета сработала на все сто. После того первого гостя, Константина Романова, народ повалил косяком. "Срочно нужны столики, - в панике думал Алекс, - вот с сегодняшней выручки и закуплю". Нескольких барных стульев было катастрофически мало, посетители стояли. Хорошо, если человек высокий, а если нет? Улучив момент, Алекс заказал в интернет-магазине давно облюбованные столики и стулья, оплатил, добавив к выручке средства с накопительного счёта, и сел передохнуть. "Сложно в режиме нон-стоп, без выходных, нужен сменщик. Может, дать объявление? Вот ещё один гость, - Алекс отложил гаджеты. - Отпущу его и дам объявление".       В дверях показался высокий блондин с рюкзаком.       - Добрый день, - улыбнулся Алекс.       - Здравствуйте, - парень подошёл к стойке.       - Кофе? Какой предпочитаете?       - Нет, спасибо, я хотел узнать, может, вам требуется кто-то? Я могу работать после пар, а в выходные полный день, - парень смотрел с надеждой.       - Оу, конечно требуется! Я как раз собирался объявление давать! Как тебя зовут? Ничего, что на "ты"? - Алекс сразу воодушевился.       - Да не, нормально, я Слава, а ты?       - Алекс. Слава, ты прям сейчас свободен?       - Ну да, пары закончились, - Слава пожал плечами.       - Тогда давай, кидай свой рюкзак и айда за стойку, будем учиться! - Алекс потёр ладони, чрезвычайно довольный. Этот Константин Романов принёс ему удачу.       Слава оказался понятливым парнем и схватывал всё с полуслова. Руки у него тоже росли из нормального места, и Алекс понял, что ещё денёк постажирует сменщика и может брать выходной. К вечеру привезли заказ из интернет-магазина. Алекс со Славой собрали столики и стулья - сложным механизмом мебель не отличалась - расставили их наиболее эргономично и, довольные прошедшим днём и друг другом, собрались по домам. Алекс запер дверь и повернулся к сменщику.       - Ну, тогда я тебя завтра жду, Слава.       - Ок, после пар приду.       Парни разошлись в разные стороны. Алекс шагал домой и улыбался своим мыслям. Какой хороший день, удачный день: и клиентов было много, и мебель закупил, теперь никому не придётся стоять, и сменщик нашёлся. А если завтра тот мужчина зайдёт вновь, вообще будет замечательно.       Наутро, передав смену, Константин с Вадимом вышли из торгового центра через служебный вход. Утренняя прохлада заставила поёжиться и плотнее запахнуть лёгкую куртку.       - Ладно, бывай, Костя, - Вадим поспешил к остановке на первый утренний автобус.       Константин, проводив его взглядом, поковылял домой, хромая ещё сильнее. Сказалась ночь на неудобной кушетке. "Ладно, впереди два дня выходных, восстановлюсь", - подумал он.       Проходя мимо кафе, которое уже было открыто, Константин вспомнил, что собирался зайти узнать, не оставлял ли он тут карту, да и кофе выпить не помешало бы. Та растворимая субстанция, что они намутили с Вадимом перед уходом, нисколько его не взбодрила.       Уже около дверей витал восхитительный аромат свежесваренного кофе. Вздохнув полной грудью, Константин взялся за удобную витую ручку и потянул. Сразу пахнуло сладкой выпечкой и шоколадом. За стойкой сегодня стояли двое. Вчерашний парень поднял голову и, приветливо улыбнувшись, даже вышел из-за стойки.       - Доброе утро! - расцвёл он.       - Доброе, - ответил Константин, добравшись до стойки.       Только он открыл рот, намереваясь спросить о своей карте, как паренёк его опередил:       - Вы вчера оставили свою карту. Простите, не успел вовремя вернуть, поздно заметил.       - Ничего. Главное, нашлась, - Константин подтянул ближе положеный перед ним пластиковый прямоугольник.       - Капучино? - улыбнулся парень.       - Да, давайте, - Константин приткнул трость к высокому стулу, чтобы она не упала.       - Вы присаживайтесь, выбирайте любое понравившееся место, вы сегодня вновь наш первый гость, - приветливо улыбался бариста. - И у нас теперь есть столики и стулья, полный комплект. Будем рады видеть вас каждый день.       Второй парень, ещё моложе, похоже, был стажёром. Он вопросительно поглядывал на первого, помогая ему, словно не был уверен в правильности своих действий. Тот одобрительно кивал, подбадривая улыбкой.       Константин взял трость и пошёл к столику у окна. Сел на удобный, устойчивый стул, трость прислонил рядом. Парни вдвоём сделали кофе, а потом вчерашний принёс и поставил перед Константином чашечку с блюдцем.       - Могу предложить свежие вафли, венские, со сливочным кремом, - улыбнулся он.       - Нет, не нужно, дома позавтракаю. К сладостям равнодушен, - ответил Константин, сделав глоток кофе, который, как и вчера, был восхитительным.       Молодые люди, потихоньку переговариваясь, возились с бумагами и накладными. Похоже, вчерашний готовил своего сменщика, вводил в курс дела, попутно ненавязчиво показывая тонкости работы. Константин оценил его деликатность.       Допив кофе, он расплатился и в этот раз постарался не забыть карту. Попрощавшись, пошёл к выходу, слыша за спиной приглашение баристы прийти снова.       Теперь добраться до дома, принять душ и отдыхать. А завтра взяться за домашние дела.       - А я, кстати, знаю этого мужика! - сообщил Слава, когда мужчина вышел.       - Правда? - Алекс с любопытством взглянул на него. - А откуда?       - Он с моим отцом в одной смене работает, охранником в торговом центре "Русь", - объяснил Слава. - Я пару раз заходил к отцу, там и видел его.       - И что, кто он?       - Отец говорил, что он был военным, служил в какой-то горячей точке, там получил ранение, вот потому и хромает, да ещё контуженный он, что ли, как я понял.       Алекс задумался. Ему и так понравился этот хмурый Константин Романов, а после услышанного от Славы он приобрёл в глазах Алекса романтичный ореол таинственности и героизма.       - Слышишь, Слава, а ты не знаешь, он женат?       - Что? - рассмеялся парень, - Не знаю. А тебе зачем? Понравился, что ли?       - Много будешь знать - скоро состаришься! - Алекс со смехом дёрнул Славу за нос. - А ещё говорят, любопытной Варваре нос оторвали! Понял?       - Да понял, понял, - отмахнулся парень. - Понял, что ты втюрился. Ладно, спрошу у отца.       - Спасибо, ты понятливый мальчик. - Алекс улыбался, довольный и отчего-то счастливый.       После душа Константин позавтракал и лёг поспать, хотя бы часика два, со стоном вытянув больную ногу, которая просто гудела. Но сон не шёл, а мысли лезли. О будущем, да и о настоящем. Что он имел? Должность охранника в торговом центре, сутки через двое. Может, обучиться на какую-нибудь гражданскую специальность? Типа бухгалтера? Нет, только не бухгалтер. Программист? Он, конечно, разбирался в компьютерах на уровне опытного пользователя, но чтобы делать это своей профессией - нет. О военной карьере можно забыть навсегда. Если бы не нога, можно было тренировать бойцов в охранном агентстве. Чем заняться таким, чтобы не скиснуть в полном одиночестве? Как фрилансер, но в то же время, чтобы не было слишком тяжёлых нагрузок, после которых надо восстанавливаться. Работа в офисе? С 8 до 16? В общем-то неплохо, общение какое-никакое, два дня выходных, да и восемь часов легче выдержать, чем сутки. Надо на будущее подыскивать такую работу. С этими мыслями Константин заснул.       Проснулся почти в полдень. Потянувшись, с удовольствием отметил, что нога почти не ноет, тело после отдыха будто стало легче и спина не болит.       Хотелось нормально, основательно поесть. Константин решил приготовить борщ. Пожарил овощи, заложил все ингредиенты в кастрюлю и, залив их водой, поставил борщ вариться и пошёл делать уборку. Пропылесосил везде, благо ковры он не любил и после развода избавился от них. Потом помыл пол в прихожей, в комнатах решил, что полы и так чистые. Навёл порядок в ванной и туалете, продезинфицировав все поверхности: у него был пунктик на стерильной чистоте. Потом снова помылся и с чувством выполненного долга сел обедать, борщ как раз был готов. Его потом ещё потомить под крышкой и ближе к вечеру будет то, что надо.       Выходить никуда не хотелось, и Константин, вымыв посуду, сел на постель с ноутбуком, подложив под спину подушки. Решил просмотреть сайты с вакансиями, а после, вспомнив паренька из кафе, почитал инфу о кофе, сортах, способах приготовления и всяких изысках. Сам он заядлым кофеманом не был, просто ценил хороший качественный напиток, но не более того. Одной чашечки в день достаточно. Вот и будет заходить по утрам в это кафе, тем более парень, кажется, открыл своё первое дело, надо поддержать отечественного предпринимателя, тем более такого молодого.       Вечер закончил просмотром американского боевика и лёг спать, поставив борщ в холодильник. Завтра надо хоть выйти погулять, а то свежего воздуха не видит.       На следующее утро за завтраком Константин услышал гудение вибрирующего телефона в комнате. Гадая, кто это мог позвонить ему, он пошёл за телефоном. Вадим.       - Костя, привет. Не занят? Слушай, давай сходим вечером в бар, там будет трансляция чемпионата мира.       Это было очень неожиданно. Костя не сразу нашёлся, что ответить. Впервые такое на его памяти, чтобы Вадим звонил ему не по делу и тем более куда-то приглашал.       - Ты на работе не устал от меня? - пошутил он со смешком.       - Да не, ты что? Ну, как, пойдёшь?       Романов призадумался. Он знал этот бар с живым пивом недалеко от торгового центра, там собирались футбольные фанаты и смотрели трансляции матчей.       - Ладно, сходим, - ответил он, подумав, что вот и развеется, а то дикарь дикарём, ни с кем не общается, никуда не ходит, работа и дом.