Поцелуй соседа

      - Аааа, - возмущенный сдавленный вопль Юнги заставляет парней заржать в голос. - Что за дерьмо, Намджун? Разве так обращаются со старшими? Хосок заливается смехом еще сильнее, глядя на виновника торжества — Юнги, тыкая пальцем на излюбленную отправную точку для издевательств над хёном: сморщенный нос, слепые лисьи глаза и приоткрытые тонкие растянутые в беззвучном крике губы. Намджун подхватывает гогот, запрокидывая голову и оглядываясь на Сокджина, который прикрывает рот рукой и хихикает, смутно напоминая своим смехом звуки свеженамытого до скрипа стекла.       - Ах, - кряхтит хмурый и смущенный Юнги, разворачивая подарочную упаковку, которую «творил» Хосок — хуже пытки и не придумаешь, кто вообще дал добро на то, чтобы замотать красивую гофрированную бумагу полосатой изолентой? - Не ждите комплиментов, чуваки. Это … спасибо.       Сдавленная благодарность заставляет Хосока сиять, словно начищенный медный таз, который слишком долго лежал под бабкиной кроватью, а Сокджина — толкнуть Намджуна в бок, чтобы тот перестал слишком «дружелюбно» смеяться. Подарок — черная повязка для волос — тут же был выхвачен из рук Шуги цепкими пальцами Хосока, который через мгновение уже одевает ее на голову хёна, продолжающего недовольно фыркать, бессильно вырываться для проформы, чтобы не прослыть размазней перед младшими — такой встречи он не ожидал и был сбит с толку, воспылавшими энергией хубе. Сокджин аккуратно помогает уложить волосы Юнги тонкими пальцами, прикасаясь к прядям Шуги практически невесомо.       - Хён, ты выглядишь как всегда круто, - Намджун сыпется в мягкой лести, подобно дырявому ведру с песком у нерадивого подслеповатого дворника, чем заставляет Юнги пихнуть его в плечо кулаком и начать нелепо отмахиваться от «фей красоты» - Хосока и Сокджина, увлеченно обсуждающих «брендовость» подарка и солидность внешнего вида друга.       - Пейте уже, - буркает Шуга, подливая слабоалкогольный напиток в стаканы друзей, пытаясь перевести тему.       - Злобный хе~н, - тянет Хосок, благодарно принимая жест Юнги. - Только вышел из академа и уже нарушаешь правила проживания в общежитии… Спаиваешь своих младших.       Хоуп мог бы канючить бесконечно, если бы не смешок Шуги, который тут же поднимает бокал и делает глоток, заочно отсалютовав остальным.       - Кстати, Юнги-хён, как твоя рука?       Вопрос Намджуна уколол Джина первым; парень демонстративно закатывает глаза и усилием воздерживается от тычка младшему — и просто продолжает выпивать.       - Уже зажила. Все в порядке, - дежурно отвечает Шуга, напоминая себе о вежливости и отвлекаясь на пакет с «грызлом», который и принимается попутно разбирать — спасибо Джину, который откликается и подключается к разбору ништяков, помогая делать вид, что в вопросе RM-а нет ничего для обсуждения и пристального внимания. - Сложный перелом кисти ведущей руки. Неприятность, но для будущего инженера — пустяк, не стоящий излишнего внимания. Впрочем, как и твой пресс.       - Э? - Намджун вскрикивает, округляя глаза и ища поддержки у друзей — но было поздно, парни неистово и бесстыдно ржут. - Юнги-хён!       Шуга смеется себе в бокал, предвкушая приятное легкое опьянение, пока RM ищет пятый угол, объясняя неподготовленность своего тренера и про искривленную носовую перегородку, которая якобы замедляла метаболизм из-за недостатка поступающего кислорода. Хосок катался по полу от смеха, а Сокджин имитировал смех, щупая щеки Намджуна — Юнги ловит себя на мысли, что точно скучал по этой нелепой разношерстной компании.       - Может все-таки продолжим играть в «правда или действие»? - напоминание Хоупа одобряет кивками Джин, а Намджун смотрит себе под худи через воротник.       - Тогда мне нужно еще выпить, - констатирует Шуга, оглядывая компанию.       Игра не заставила себя долго ждать: после ошеломительного танца «длинных рукавов» от Намджуна, откровений Хосока о количестве девушек, которые ему отказали за последний месяц и пары дедовских песен фальцетом от Джина, казалось, не будет в этом вечере чего-то из рамок выходящего, но алкоголь и сниженная критика делают свое грязное дело. Компания, разместившаяся на полу комнаты Юнги, постепенно сменяет свое положение из сидя в «лениво лежа». Разговоры становятся тише и откровеннее, а поступки — нелепее и смешнее. Шуга не щадит острот, Хосок — откровенно смеется и подначивает хёнов, Джин и Намджун — кричат и машут руками, до пены у рта настаивая на своем.       - Юнги-хён, правда или действие? - осоловелый от алкоголя и азарта взгляд Хосока впивается в лицо Шуги. - Что же ты выберешь?       - Оооо, - подвывает Джин, цепляясь к Хоупу, как клещ. - Хочу откровение от Юнги-а.       - Действие, - Шуга со смехом отмахивается от Джин-хёна, залпом допивая алкоголь из стакана.       - Хён, это мой бокал! - возмущенно обращает на себя внимание Джун, вытягивая рукава худи.       - Непрямой поцелуй! - верещит Хосок. - Как в манге! В седзе-манге!       - Ах~, - томно стонет Джин, обнимая самого себя за плечи и падая на пол с грохотом дубового стеллажа.       - Я не заражусь ничем от тебя? - Юнги со смехом и нарочито брезгливым выражением лица отползает от Намджуна, который обиженно строит глазки.       Хосок подползает к уху Шуги.       - Герпеc~, - тянет шепотом Хоуп.       - От тебя это звучит словно название духов от Диор, - Юнги беззвучно смеется, держась за живот и закрывая глаза.       - Но я же люблю тебя, хе~н, - Намджун по-девичьи пищит. - Ой, так вот же мой бокал. Сорри, ошибочка вышла.       - О, - Джин поднимается с пола и отвлекается от самолобызаний за плечи. - Значит Юнги-а остался без поцелуя?       - И без визита в кожно-венерологический диспансер, - добавляет Шуга, салютуя пустым стаканом.       - Эй, я чист, как и моя любовь, - обиженно откликается Джун, вызывая у компании смех.       - Он прав, хён, - включается в разговор Хосок. - От «волшебника» заразиться можно только девственностью.       Джин в истерике хохочет громче всех. Его смех не перебивают даже крики Намджуна, убеждающего всех в том, что он — не волшебник*, а быть девственником — не является проблемой ни для кого в современном обществе, потому что это личный выбор каждого.       - Тогда, - вытирая слезы, добавляет Джин, - действие для Юнги: поцелуй соседа.       Хосок изображает смущение и игриво потирает себя по груди, строя глазки хёну.       - Эй, - выпрямляется Шуга. - Я не собираюсь никого целовать!       - Идиот, - шикает на Хоупа Джин, неловко и ощутимо щелкая его в нос, отчего младший начинает дико орать на одной ноте. – Я говорил про соседа по комнате.       - Так он же живет один, - продолжает тупить Намджун.       - Серьезно? И у тебя IQ – 148? – Джин лупит от негодования Хосока по бедру, отчего последний как бы соглашаясь и, наверное, от боли снова продолжительно орет. – Сосед. По. Комнате.       - Аааа, - тупой дуэт из Намджуна и Хоупа сливается голосами в коварном звучании.       - О, такому красавчику как Юнги-хён никто не откажет — иди-иди, - как шакал, подначивает Хосок, строя премилейшее выражение лица из пьяного — получилось, откровенно говоря, плохо.       - Эй, я не сомневаюсь, что мне откажут…       - Вот и иди, - настаивает Джин, подмигивая младшему. - Иначе, придется раскрыть правду о своем первом поцелуе…       - Это очаровательная история, не правда ли, хён? - Хосок крутится на месте, словно юла.       - Ааа, - ворчит и воет Юнги, потирая переносицу. - Хорошо!       Силу алкоголя в принятии неправильных решений недооценивать не стоит — мысль бьется в голове Шуги, стоящего напротив дверей его соседки\соседа. Помимо этой мысли вьется и побочный шум из голоса Хосока, чмокающих звуков от Джина и крика отчаяния от Намджуна… При всем нежелании идти на поводу у идиотов, Юнги выбирает оступиться и все же шагнуть на тропу идиотских поступков. Этому есть причины и их несколько: алкоголь и алкоголь. И еще гордыня, приправленная алкоголем. Пожалуй, все.       Юнги стучит в дверь. С момента первого прикосновения костяшек пальцев к беленому дереву двери в голове парня проносится множество отголосков перепутанных между собой мыслей, начиная с отчаянья от представления поцелуя с прыщавой толстушкой-первокурсницей или перекачанным третьекурсником-дзюдоистом, от которого несет потом и гейством, до филосовских рассуждений — ради чего он совершает те или иные поступки, в частности этот — идиоты в соседней комнате настолько пьяны, что через 5 минут уже вырубятся, и никто же не проверит…       Образ толстушки и дзюдоиста покидают воображение Юнги.       - Привет, - мягкая полуулыбка по-девичьи пухлых губ.       Шуга ловит себя на мысли, что желает, чтобы ноги приросли к полу корнями, как в фэнтези-играх — это было бы отличное оправдание продолжить игру. Но парень не уходит сам. Почему-то в ту секунду он принимает решение фантазировать о нужде выиграть в споре и не двигается с места, к которому себя «привязал» воображаемыми «корнями».       - Привет, - «оттаивает» Юнги. - Я твой сосед, Юнги, второкурсник. Мин Юнги. Вот зашел.       - Пак Чимин, - улыбается парень напротив, опираясь плечом на все еще открытую дверь. Юнги стоит приятно подразнить себя за это? - Вижу, что зашел.       Смешок. Такой естественный и даже в чем-то милый, что Шуга шире улыбается, поймав себя на ощущении какого-то внутреннего драйва от нелепейшей ситуации. И приятной одновременно.       - Я зайду… Чимин?       - Да, проходи, - парень приоткрывает дверь и приглашает незваного гостя внутрь.       Юнги еще помнит цель визита? Скорее да, чем нет.       Комната. Типовая комната для общежития, но ощущения от нахождения в ней было совершенно иное — здесь был другой хозяин. От гнезд из одежды и музыкальных дисков, стопок-башен журналов веяло страстностью, юностью, одержимостью — хаотичностью, увлекающим потоком, который сменяется непредсказуемо. Шуга удивляется собственному впечатлению и поджимает губы в тонкой вежливой улыбке, когда замечает на себе заинтересованный взгляд со стороны — на расстоянии, дистанции для отступления.       - Первокурсник?       Чимин реагирует не только вздернутой от удивления бровью, но, кажется, всем телом «оживает»: глаза округляются, рот слегка приоткрывается, едва заметное движение кадыка, когда парень сглатывает от нетерпения, ослабляя узел из скрещенных рук на груди.       - Как ты угадал?       - Стены еще не увешаны атрибутикой вуза, - шутит Юнги, переглядываясь с улыбающимся Чимином. - Ну и не распакованный чемодан с именем и курсом тоже подсказал мне.       Первокурсник с копной непослушных рыжих волос смущенно смеется.       - Прошу прощения за беспорядок, Юнги-сомбеним, - парень быстро подходит к чемодану и захлопывает крышку. - Я на днях заехал в эту комнату и не спешил разбирать вещи.       Юнги отмахивается и позволяет себе сделать несколько шагов вглубь комнаты, чтобы рассмотреть диски, разложенные по нетипичной схеме: не могла классика уживаться с агрессивным рэпом и степенным фолком в одной стопке.       Чимин замечает заинтересованный взгляд сонбэ и увлеченно принимается тараторить. Шуга даже не слушает о чем говорит новоиспеченный хубе; его внимание привлекают крупные черты лица парня, парадоксально сочетание отстраненности и откровенности, которым пышет едва знакомый парень напротив.       - Твой факультет?       Юнги перебивает Чимина и ловит в его глазах секундную растерянность, мгновенно сменяющуюся смущенной улыбкой с чуть наклоненной вперед головой, мягким выдохом, чтобы дать время на обдумывание ответа.       - Хореографический, - лаконично отзывается первокурсник. - А у вас, сомбе?       - Инженерный.       - Это здорово, - отзывается Чимин. - Я слышал, что в нашем вузе очень сильная инженерная кафедра! Я ничего не смыслю в точных науках, да и не особо талантлив, но я буду прикладывать много сил, чтобы моим сонбэ не было стыдно…       - Это похвально, - пламенная искренняя речь первокурсника, его большие глаза, небрежно лежащие рыжие волосы — все это невольно вызвало у Шуги улыбку. - У тебя много записей фортепьянных концертов.       Сам того не ожидая, Юнги отмечает среди прочих свои любимые произведения.       - Да, - Чимин оживляется и, словно скатившийся со стола апельсин, отскочивший от пола с глухим ударом, внутри Шуги все ухает и проваливается вниз — с глухим ударом, рыжиной, запахом.       Он что-то говорит, лезет через Юнги к своей постели, шумный. Шумный. Незатыкающийся рот, торопливые губы, мягкий язык. Шуга думает, что идея изначально была неплохой. Идея, в отличие от шума, тихая, дразнящая что-то сонное зыбкое внутри. Юнги переминается на месте в ту же секунду, когда Чимин вновь лезет через него, что-то показывая и продолжая лепетать.       - Прости, - на одном коротком выдохе. Снова перебил.       Шуга сжимает пальцы еще ноющей после перелома кисти руки и притягивает Чимина к себе одним движением, крепко прихватывая его холодным прикосновением за шею. Он торопливо облизывает свои губы и прикасается в поцелуе к выразительным губам случайного первокурсника, не осознающего причин поведения сомбе в этот момент. Юнги пальцами ощущает, как он замирает в его хватке, губами - как дрожат на мгновение тронутые первым прикосновением в поцелуе губы, когда старший прихватывает своим ртом пухлую влажную нижнюю губу Чимина. Язык Шуги мягко облизывает губы младшего, пальцы давят на горячую кожу шеи. Он чувствует робкий ответ на поцелуй, который теряется, исчезает в кротком выдохе Чимина в рот Юнги. Горячее дыхание его рта застывает на губах. Звуки влажного медленного тягучего, как патока, поцелуя выбивают почву из под ног хубе, очнувшегося и тут же опирающего негнущиеся руки о грудь Шуги, который нехотя, слишком медленно отрывается от терзаний поцелуем губ Чимина.       - Юнги-сомбеним, - зовет шепотом, но не может выдавить из себя и слова младший.       - Прости, - вновь повторяет Шуга, не отрывая взгляда от губ Чимина.       Старший разворачивается и молча двигается к двери, а Чимин до сих пор ощущает на шее прикосновение, отпечатки пальцев и холод кожи рук Юнги.       - Это был спор, - коротко добавляет старший, останавливаясь у двери и не оборачиваясь.       - На меня?       - Нет, на поцелуй с соседом. В игре.       Шуга закрывает дверь за собой. ***       - Джин-хён, - тянет пьяным капризным тоном Хосок, развалившись на полу. - Юнги-хёна что-то долго нет. Может он нас надул?       - Замолчи, - строжит Сокджин, медленно и лениво прибирая, лавируя между двумя лежащими пьяными телами, находящими силы на жевание, но не на помощь в приборке. - Даже если Юнги-а красавчик, это вовсе не означает что он будет пренебрегать этикетом флирта и обманет или нас, или «соседа по поцелую».       - Этикет флирта, - вторит Намджун, сдавленно смеясь. - Хён, ты такой чопорный зануда.       - А ну-ка молчать, сопляк, - вопит старший, ускоряя темп и увеличивая громкость речи. - Как ты разговариваешь со своим хёном?!       - Джин-хён, - вновь тянет Хосок, поворачиваясь на бок и укладываясь на разбросанные подушки дремать. - А ты в курсе кто сосед Юнги-хёна?       - Может да, а может — нет, - не содержательно отвечает Джин, укрывая младших пледом. - И не смейте заблевать пол в комнате Юнги-а, я за вами прибирать не стану! Вышвырну в коридор!       - Да, Джин-хён, - дуэтом откликаются младшие. - Джин-хён страшный.       * в японии есть хохма, что если мужчина остается девственником до 30 лет — он обретает волшебные силы;