За восемь шагов до

      Я не приму тебя больше. Я не приму тебя, хоть сотню раз повтори, что ты ошибся. Что я нужен. Что ты любишь.       Не надо, солнце мое, мне не нужен звучащий раз за разом запоздалый рефрен твоего раскаяния.       Не надо, солнце, давай обойдемся без громких слов, высокопарных фраз и драм.       Не надо, солнце, давай решим все бескровно.       Не надо, солнце, давай не станем выставлять меня тварью и мразью. (не надо, солнце, заставлять меня ощущать себя виноватым, беспомощным и бесполезным.) (не надо, солнце.)

×××

      Я улыбаюсь с бешенством на лице, прячу трясучку и не говорю, как сильно хочу тебя задушить. Не говорю, как мне больно, как я зол, как мне хочется ногтями и зубами рвать тебя на куски.       Ты возвращаешься, отходишь на шаг, но остаешься в моей жизни и приносишь с собой вопросы.       Может быть, тебе снова стал нужен я.       Может быть, ты дорос до меня в своей утомленности.       Может быть, я стал таким, каким ты желал меня видеть.       Может быть, не стоило начинать еще тогда. С самого начала.       Может быть, мне не стоило пытаться стать лучше для тебя. Стараться быть идеалом. (идеальных людей так скучно любить, верно?)

×××

      Гнев мой плетет мне косы из огня и стали. Я жажду криком своим объявить сечу.       Я кричу в небеса, и думаю, думаю: — З р я.       Зря я позволил себе так тебя любить.       Зря я так крепко привязался.       Зря я терпел до упора.       Зря мы продолжаем даже не видя один другого, шагать рука об руку, Отражение к Отражению.       Зря. Зря. Зрязрязря.       Тысячу раз зря, две тысячи раз — смеюсь бешено, хрипя, словно давлюсь своей черной от гнева кровью.       Зря.

×××

      Не надо, солнце, не пытайся вновь стать _моим_ солнцем. Силы во мне нет терпеть эту горечь. Силы нет бояться. Силы нет трястись, ревновать, плакать, любить отчаянно.       Силы нет.       Есть только гнев.       Я так устал.

×××

      Я стал тем, кем стал.       Я стал собой — новым собой сегодняшнего дня.       Завтра будет завтра, буду новый я. Снова не для тебя, не для нас — для кого-то другого. Кого-то, чей облик не будит во мне безумие и страшные желания. Не будит во мне чудище.       Кого-то, ради кого я буду плакать и смеяться, кто даст мне силы просто дышать без боли. Кто даст мне смысл. Кто даст мне любить, кто будет любить меня.       Я так хочу просто любить.

×××

      Хтонь глубин морских во мне скалит на тебя клыки вострые, а после сворачивается комком любви, боли и страхов на чужой груди. Целует скулы острые, крадет поцелуи с губ мягких, отдает себя с отчаянием умирающего.       Не для тебя, мертвое мое солнце.       Было ли оно для тебя, хоть когда-нибудь?       Был ли я твой когда-нибудь?       Тысячи лет слез, тысячи лет отрицания. (не был.)       Я стал таким без тебя и не для тебя.       Для себя.       Для него, для другого, чья любовь пьет сердце до дна, с осадком пепла, с солью слез. С гневом черным в сути моей, с огнем Инферно на кончике языка.       Того, которого у меня нет.       Того, которого ты выдумал для меня.       Того, из-за которого ты ломал меня.       Того, которого не существует.

×××

      Я больше не позволю использовать плоды своих рук. Я больше не позволю чему-то быть безответным, биться в горестных воплях, визжать от страха, дрожать от неуверенности.       Не спать ночами, кричать в трубку, плакать от того, как мучительно ты ломаешь себя и с мстительным мазохизмом идешь ломать меня. За компанию. От своей неуверенности.       Гнев мой дает мне силу, толкает идти вперед — возможно, к обрыву, чтобы пасть, чтобы умереть и не чувствовать ничего.       Пусть.       Гнев мой пляшет алым, рыжим и желтым в глазах моих на солнце, делает взгляд янтарно-диким-звериным.       Гнев мой обжигает и толкает меня то идти, ломая стены, то танцевать по карнизам, балансируя между желанием убить и умереть.

×××

      Есть гнев мой. Есть боль моя. Есть огонь моей души. Память о тебе горит в нем, кричит, кровит, заставляя бесноваться. С ума сходить. Заставляет бешено кричать.       Есть гнев мой.       И в гневе моем — извечная моя суть.       И нетленная моя сила.       Гори же. Гори, гнев мой. Дай мне разорвать того, от кого так больно и гневливо, жарко и холодно. Дай мне ломать кости, дай прах чужака развеять, дай мне упиться кровью, ненавистью, дай попрать ногами пепел чужих останков.       Дай мне убить то, что мы породили. То, что нам осталось. То, что было так мучительно сладко, но не было любовью любовников, пусть и было пропитано ядом одиночества, выкрашено в сладость.       Дай добить то, что было иллюзией и самообманом.       Дай добить.

×××

      Есть гнев мой, и есть любовь моя.       Но ночами, полными декабрьского холода, июльского жара, майской духоты, одиночества и воспоминаний,       гнев греет мои замерзшие руки             гораздо лучше.