unique

Грей поджигает сигарету со вкусом непонятным ему самому — ментолом, наверняка. Да, определённо ментолом — у Нацу чуткое обоняние, он, вероятно, может учуять даже людской страх. А в Грее страха нет, Грей не боится смерти или кого-то потерять, Грей только потрёт переносицу в десятый раз за вечер и ухватит тонкое запястье Нацу дабы разглядеть татуировку получше — заурядный дракон. Грей выдыхает дым через нос и Нацу на это по-дурацки жмурится, щуря выразительные глаза с намёком на то, что запах не из лучших, Грею стоит покупать сигареты хотя бы на пару долларов подороже. Грею смешно и совсем не одиноко впервые за эту неделю, может и за год проживания с Джувией, она не лучшая компания — Грей для себя отметил сразу. — Зачем ты этот отстой набил? — Фуллбастер насмешливо зыркает тёмными глазами и делает ещё затяжку. — Ничего получше не придумал? Нацу смеётся, почти глупо хлопает того по плечу и закидывает ноги на стол, абсолютно нагло и неуместно. А позже и вовсе принимается играться с огнём зажигалки, всем своим видом показывая — на вопрос отвечать не собирается. — Ты лучше расскажи как у вас там с Джувией, — Грей поправляет низ серой футболки и тушит сигарету, разбрасывающую маленькие огоньки и распыляющую в стороны пепел, теперь уже размазанный по дну пепельницы. — Вы, кажется, неплохо поладили, нет? Нацу говорит с искреннем интересом и присущей только ему, и ему одному, добротой. А в глазах всё ещё горит тусклое отражение яркого огня зажигалки, что принадлежит Грею и губы трогает лёгкая улыбка. Грей хоть и считает, что татуировка с драконом на руке — слишком заезжено, но наблюдая эту картину замечает: Нацу она как никому другому подходит. — Мы с ней в контрах, — Нацу слегка вскидывает брови и захлопнув зажигалку, бросает ту на деревянный, бликующий от света теплого фонаря, стол. А потом хмыкает, будто и не он секундой тому назад выглядел как самый добрый человек на свете, будто он это отчётливо знал и сейчас — лишь удостоверился в правоте. Он опускает ноги и улыбаясь какой-то совсем недоброй ухмылкой, ждёт непонятно чего. Должно быть, выжидает момент для язвительной шутки. — В последнее время ведёт себя как умалишённая. Драгнил тихо и коротко смеётся, закидывает голову назад, откидываясь на спинку стула и глядит будто заигрывающим взглядом из-под тёмных ресниц. Он открывает взору Грея свой маленький светлый шрам на золотистой коже шеи и вмиг садится слегка сгорбившись, непроизвольно пряча его под воротом куртки. Должно быть, это то, что рассказывать он бы ни стал никому и Грей даже не знает, что за секреты у Нацу могут быть, ведь хранить их он никогда не умел. — Тебе не кажется, что она всегда такая была? — Нацу вновь смеётся, но в этот раз уже более задорно, наблюдая за сменой эмоций на лице Грея и его вдруг появившимся из неоткуда убийственным взглядом. И тут же в Нацу летит пустая банка из-под, подобного сигаретам Грея, крайне дешёвого энергетика. Грей закидывает ногу на ногу и тянется за пачкой табачной отравы вновь, Драгнил замечая это, сводит тонкие брови к переносице и пристально, будто и не Нацу вовсе, смотрит не отводя взгляда. Цыкает языком и отворачивается в сторону, глядя за бьющимся об раскалённый плафон фонаря ночным мотыльком. — Я думаю тебе надо реже курить, — Щелчок зажигалки вместе с огнём перебивают слова, Грей захлопывает её когда уже дым струится лёгкой лентой по ветру и хмыкает, осознавая как грубо это выглядит. Но ему даже нравится, впрочем, как и курить. — Потом сам же пожалеешь. — Ты что, мамочка мне? — Грей застёгивает на себе куртку рваными рывками и стряхивает пепел сигареты почти мимо пепельницы. А Нацу всё хмурится. Грей ненавидит это недовольное лицо Нацу, но видит его чаще других — Грей провокатор и, между прочем, отменный. — Папочка, — Эмоций на лице Нацу не прибавилось, не убавилось, всё так же бесит Грея, а Нацу бесит, что его слова не воспринимаются серьёзно. Серьёзным бывает он не часто — в этом то и дело. Грея в виде Нацу смешит всё — его глаза, что не назвать ни большими изумрудами, ни камнем аквамарина — что-то намешанное природой, не яркое и не тусклое, но всё же почему-то необычное; крашеные волосы в розовый цвет, Нацу зовёт его «облачным» оттенком, и на деле это выглядит так, словно у него всё ещё подростковый трудный период, особенно когда корни волос отрастают и бросаются тёмными пятнами в глаза; загорелое лицо не сочетается ни с цветом глаз, ни с «облачным» оттенком волос и теперь ещё и татуировка, с драконом, глупая, заурядная без толики вложенного смысла. Грею смешно всё. И когда Нацу подходит к нему, хватает за меховой воротник куртки и шипит прямо в лицо, процеживая каждое слово — ему тоже смешно. — Ты ведь всё знаешь, — Нацу зол, растерян и падает куда-то в необъятную пропасть, в пучину отчаяния, вероятнее всего, в собственный кошмар, который никогда не кончится. Он сжимает чужой ворот всё сильнее и сильнее, и чувство что он вот-вот вскипит как старый чайник не покидает его ни на секунду. Его горячее дыхание опаляет Грея, стирает мнимые границы их существующей дружбы и смазывается вперемежку со словами Драгнила. — Мне не нравится, когда ты смеёшься надо мной, не слушаешь, — Его бегающие глаза и дрожащие руки выдают все эмоции, до единой. — Это далеко не игры, Грей, тебе давно пора понять. Грей смеётся прямо в лицо, нагло, надменно, смотрит — он не дрожит как Нацу, чего-то, вроде, ждёт и хватает того за руку, сжимая сильнее тисков. — А ты тот ещё придурок, Драгнил, — Его ухмылка и самодовольный вид всё ещё выводят из себя после стольких лет. — Мне не нужны твои нравоучения и любовь, кстати, тоже. Исчезнет в темноте холодной улицы, испарится будто из памяти, будто навсегда, разлетаясь на частицы и уносясь ветром куда-то поближе к Луне. Грей не любит, Грей не ценит и не боится смерти или кого-то потерять. Грей после этого уйдёт и не вернётся, застынет в памяти холодным айсбергом и в скором времени потонет, растает, у Нацу появятся новые знакомства — новые друзья, любовь и это всё что ему нужно. Он не знает, что будет с Греем, но думает, тот не пропадёт. Но сейчас Нацу утонет в баталии собственных чувств и по спине пробежит лёгкая дрожь от щекочущего запаха в носу. Должно быть, ментол. Да, определённо ментол — у Нацу чуткое обоняние.