big game

      Прошло приблизительно две недели с того момента, как Даня и Лиза поселились в этом небольшом домишке в самой глуши леса под Питером. Все шло очень медленно и своим чередом. Русая выздоровела, не без помощи парня, конечно же, который каждый день напоминал ей о том, что стоит принимать таблетки и сиропы. Данила залечил «пробоину» в ноге почти полностью, даже без вмешательства врачей и сейчас просто надеялся, что в дальнейшем это немного халатное отношение к собственному здоровью никак не отразится на общем его состоянии. Каждый день они разбредались по комнатам, занимаясь какими-то своими личными делами, но иногда из комнаты парня Лиза слышала музыку и тихое шептание рыжего. А Даня слышал как Лиза разговаривала на английском будто бы сама с собой и это его немного пугало. Ну, а по вечерам они вместе сидели в гостиной, болтая обо всем на свете или смотря фильмы. Молодые люди научились более-менее общаться друг с другом и даже нашли общие темы для разговоров. Естественно, не сразу, но прогресс был…  — Какого хуя ты не убрал за собой ебучую кружку? — Девушка зло сверкнула глазами и развернулась лицом к, равнодушно смотрящему на неё, парню. — Так, блять, сложно донести её хотя бы до раковины? Я уже не говорю про то, чтобы мыть! — Лиза повысила голос, топнув ногой как маленький ребенок, чем вызвала улыбку со стороны рыжего и в него тут же прилетел тапок с ноги девушки, снятый ей секунду назад. — Ай! — Даня удивлённо вытянул лицо, а затем нахмурился, в груди неприятно начала колоться злость. — Ты охуела? Это просто кружка! — Сначала тарелка, потом носки, а сейчас кружка, ты весь дом засрал уже! — Лиза всплеснула руками. Сейчас они были похожи на очень пожилую семейную пару.       Вообще, ссоры из ничего не были похожи на Лизу, обычно она была спокойной и равнодушной, даже немного апатичной, стараясь сводить все конфликты на нет, но вчера она заметила, что обращает на Даню слишком много внимания. Намного больше, чем требовалось. И это ввело её в ступор, заставляя задуматься. И она поняла, что когда смотрит на него, то где-то в животе зарождается приятное покалывание, отдающееся в грудь и заставляющее сердце очень сильно колотиться, словно она пробежала марафон или, как минимум, кросс. Поняла, что хочет проводить с парнем все больше и больше времени вместе за просмотром очередного боевика или ужастика, которые она так ненавидит, но зачем-то терпит. Поняла, что когда они не общаются, она скучает по его глупым шуткам про члены и жопы, которые он так умело вставлял в абсолютно любой диалог, будь то обсуждение политики или обсуждение сортов козьего сыра. Поняла, что хочет, чтобы он прикасался к ней, согревая ладонями холодную кожу. И Лизу подобные наблюдения очень напрягали и из-за того, что она просто-напросто не может принять свои взявшиеся ниоткуда чувства, девушка срывается, пытаясь вывести молодого человека на конфликт раз за разом вот уже который день. Она прекрасно понимает что конкретно чувствует, не впервые с таким столкнулась. К сожалению. Он мог стать её самым заклятым врагом, он мог её хладнокровно убить и на этом бы все кончилось, но почему-то они здесь, в этом несчастном домике. Вместе. И она влюблена. Может, это судьба? Но, чувствует ли он хоть что-то в ответ? — А как убираться, так сразу я! Ты хоть бы раз чего сделал, ленивая задница, — продолжила русая, замечая как краснеют белки в глазах Кашина, — чё молчишь?       Парень ударил кулаком по стене рядом с лицом Неред, заставляя ту вжаться в плечи и поднять испуганные глаза на рыжего. Даня выдохнул, стараясь успокоиться и отошёл на пару шагов, а затем вовсе вышел на улицу, бросая виноватый, но всё ещё злой взгляд в сторону Лизы.       Закурив сигарету, он выдохнул, выпуская огромное облако дыма и потёр лицо ладонью, оттягивая кожу. Какого черта вообще происходит? Почему Лиза стала себя вести, как ебучая истеричка, а самое главное — почему ему это кажется чертовски привлекательным? Когда её русые волосы взлохмачены, щеки горят, а глаза блестят от злобы это кажется таким охуительным. Что с ним, блять, не так? Почему она такая красивая для него в абсолютно любом состоянии? Красивая, когда засыпает на его плече, приоткрывая рот. Красивая, когда танцует по утрам на кухне, готовя завтрак и думая, что он сидит в своей комнате и ничего не видит. Красивая, когда читает очередную книгу, кусая указательный палец и удивлённо вытягивая лицо. Красивая, когда протирает пыль с полок, вставая на носочки и красивая, когда пьет пиво из большого бокала, глядя ему прямо в глаза. Она безупречна всегда и в любых обстоятельствах. И, похоже, он капитально влип. Это совершенно точно было не по плану. Влюбиться было не по плану.       Даня плюнул на землю рядом с крыльцом и сделал ещё одну затяжку. Сейчас они оба успокоются и сделают вид, что ничего не произошло. Сделают вид, что безразличны друг другу. В прочем, как и всегда.

***

      Комната была погружена в полумрак. Девушка сидела на стуле, сгорбившись над ноутбуком. Темные волосы лежали на лопатках неровными кудрями, голубые глаза не выдавали ничего, кроме усталости. Брови были сведены к переносице, из-за чего на лбу образовались две морщинки. Уголки губ опущены, а по щекам скатилась одинокая слезинка. Даша была расстроена и взволнована вот уже третью неделю. Лиза не выходила на связь и будто провалилась сквозь землю. Из-за волнения шатенка не могла нормально работать, спать и есть. Все её мысли крутились только вокруг Неред и того, что же с ней могло случиться. Даже плакать уже не было сил, а стекающие слезы были скорее непроизвольными, они просто отражали всю её усталость и обеспокоенность происходящим. Время близилось почти к двенадцати ночи и Даша приняла решение немного поспать. В последнюю неделю сон абсолютно покинул её и это было видно по ярко выраженным мешкам под глазами. Зарыковская закрыла ноутбук, зевая и встала, потягиваясь и разминая затёкшие мышцы.       Вдруг раздалась трель дверного звонка и девушка, надеясь на то, что это подруга, выбежала в коридор и открыла входную дверь. Прежде, чем она успела что-либо понять, в квартиру влетели двое огромных парней с автоматами и прижали шатенку к стене, поднимая на пару сантиметров вверх. Дашу окатила неподдельная паника и она сглотнула вязкую слюну, стараясь не заплакать. Следом за молодыми людьми вошёл статный, но низенький мужчина примерно сорока лет в сопровождении ещё двух парней. Он поправил часы на левой руке, а затем воротник рубашки, укладывая его. — Ну, что же вы так грубо, — начал мужчина, жестом приказывая опустить Дашу на место, — мы пришли просто поговорить.       Девушка упала на колени, смотря на мужчину снизу вверх и прижимая ладони к груди, будто стараясь унять стучащее сердце. Барон присел на корточки, протягивая шатенке руку, но та её не пожала, а лишь сильнее вжалась в стену. — Ясно. — Сухо ответил он, вставая. — Девушка, я знаю, что мы немного не с того начали, но бояться меня не стоит. Меня зовут Александр, известный в своих кругах, как «Барон».       Зарыковская испуганно кивнула, показывая, что слушает мужчину. — Что вам от меня нужно? Зачем вы пришли? Кто вы вообще такой? — Даша поднялась, внимательно наблюдая за четырьмя амбалами, которые при каждом её движении сильнее сжимали оружие. — Конкретно вы мне не нужны, — Александр достал из кармана пиджака маленькое фото, показывая его девушке, — мне нужна она. — шатенка посмотрела на маленькую фотографию русой. — Лиза? Н-но зачем? — Зарыковская округлила голубые глаза, понимая, что этот загадочный незнакомец может быть связан с исчезновением подруги. — А вы не знаете, я полагаю? — Н-не знаю чего? — Видите ли, — Барон сделал шаг назад, щёлкая пальцами и один из парней принес из спальни брюнетки кресло, попутно сбросив с него вещи, — Елизавета работала на меня.       Он сел на кресло, доставая из упаковки элитную, на вид, сигару и поджигая её, а затем затягиваясь. — И работа у неё весьма-а-а интересная, — он сделал затяжку, — она убивает людей, которых я ей скажу убить и причем очень качественно, — глаза Даши округлились ещё больше, — да-да, дорогая…м-м? — Дарья. — Да, Дашечка, возможно вы можете посчитать, что я вас обманываю и это ваше право. Такая маленькая, худенькая, хрупкая, как статуэтка, Лиза разве может кого-то убить? — Он широко улыбнулся, стряхивая пепел. — Ну, конечно же нет. Так вы думаете, да? И считаете, что правы. Но нет. И ради своей же безопасности вам лучше поверить мне, — ещё затяжка, — к чему я это веду? Видите ли, последним заданием Лизы было убить одного о-очень важного и о-очень интересного человека, который мог помешать моему «маленькому» бизнесу. И всё, вроде, шло хорошо, пока Лизавета не пропала.       Даша вздохнула, боясь, что сейчас этот мужчина скажет, что её подругу убили или она пропала без вести, а Зарыковская её больше никогда не увидит. — Самое интересное, что их видели вместе с тем самым молодым человеком, а затем они оба будто сквозь землю провалились. И мы не можем их найти уже почти две недели. Не можем найти… Звучит странно от таких серьезных ребят, как мы, правда? — Барон рассмеялся, а шатенка лишь подавлено хихикнула, чтобы не получить лишних проблем. — Она жива, в этом я уверен на сто процентов, — Даша облегчённо выдохнула, — но человек, с которым она пропала, может убить или подставить её в любую минуту, а я слишком люблю эту девушку и ценю её, как профессионала, чтобы позволить какому-то барану просто так её прикончить.       Барон не врал. Лиза действительно была для него дорогим человеком. Он её буквально вырастил и обучил всему, что она умеет. Девушка была для него как дочь и он с самого начала говорил, что та может отказываться от любого задания, которое считает слишком опасным. Такой привилегии не было ни у кого, включая самых важных шишек, а у нее была и это уже о многом говорит. — И к чему вы мне это все рассказываете? — Зарыковская осмелела, вглядываясь прямо в черные зрачки напротив. — Мы решили, что вы можете знать где она и рассказать. — Чёрт, нет, — Даша опустилась на колени вновь, пытаясь перевести дух и остановить кружение в голове, а затем издала истеричный смешок, — я до этого момента даже не знала, что она таким занимается! — Шатенка была возмущена. Её лучшая подруга скрыла такую важную деталь, как так? — Я думала, что она просто сдает завалы по учебе и работает! — Вы точно уверены, что ничего не знаете? — Абсолютно, — девушка тяжело выдохнула, пытаясь сглотнуть ком подкатывающих слёз. — Очень жаль, — Барон встал, поправляя пиджак и щёлкнул пальцами. Охранники окружили его, хмуро смотря по сторонам, — было приятно познакомиться. И простите за такое невежество со стороны моих людей, мы вовсе не хотели вас пугать. — Бывает, — истерично хихикнула шатенка. — Я их обязательно накажу, — при этом словосочетании руки парней слегка дернулись, — до свидания. — До свидания. — Даша закрыла дверь за загадочным незнакомцем и сползла по стене, начиная содрогаться в беззвучных рыданиях.       В голове была абсолютная мешанина и одна мысль сменялась другой с такой скоростью, что казалось, что она на формуле-1. Теперь стало понятно куда Лиза пропадала на несколько суток, а возвращалась всегда с ссадинами и синяками. Понятно, каким образом такая хрупкая девушка могла поднять диван одной рукой и попасть в мусорное ведро бумажкой с расстояния пятнадцати метров. Понятно, почему она заявлялась домой только глубокой ночью и не отвечала часами на сообщения. Зарыковская вытерла дорожки слёз и поднялась, уходя в спальню. Сил убирать бардак за нежданными гостями не было совершенно и девушка просто упала на кровать. Эмоциональная нагрузка дала о себе знать и она тут же провалилась в крепкий сон.

***

      Даня зашёл в дом только спустя несколько часов после того, как они повздорили в Лизой. Всё это время он сидел в лесу рядом с домиком, пытаясь разобрать мысли по полочкам и пришёл к выводу, что неожиданный прилив тёплых чувств — это прекрасно и от этого никуда не надо бежать. Осталось только убедиться, что она готова отвечать взаимностью. Ну, а если нет, то придётся тяжело уживаться вместе.       Девушка сидела за барной стойкой, медленно потягивая виски и подпирая пухлую щеку кулачком. И откуда у неё столько алкоголя в доме, в котором она не бывает? Она смотрела куда-то вперёд себя, но её взгляд не был сосредоточен на чём-то. Русая смотрела будто в пустоту, не обращая внимания ни на что. Данила аккуратно подошёл, садясь напротив и заглядывая в чайные глаза. Она подняла на него свой затуманенный взгляд и без слов протянула стакан, наполненный до краёв. Парень без сомнения выпил его залпом, жмурясь. Они молча медленно разделили бутылку на двоих и через какое-то время Даня понял, что всё в глазах и голове плывёт. Лиза негромко включила музыку, всё ещё глядя в пустоту и периодически кусая губу. Оба будто хотели что-то сказать, но не знали с чего начать. Хотелось делиться всем подряд, как это обычно бывает, когда ты не трезв. Но пьяный мозг просто-напросто не генерировал никаких качественных мыслей и поэтому они просто продолжали смотреть друг на друга.       Через полчаса, когда уже вторая бутылка была опустошена на половину, девушка скатилась на пол, растягиваясь на холодной плитке. Даня лег рядом, переплетая их пальцы, а русая просто молча повернулась на бок, разглядывая профиль парня. Она выдохнула, сжимая его тёплую руку и проводя по ладони большим пальцем. — Ты хочешь знать, почему я такая? — внезапно ей захотелось поделиться всем, что так тревожит её столько лет. Он промолчал и Лиза уже было подумала, что рыжий вырубился, но вдруг он едва заметно кивнул головой.       Неред шмыгнула носом, готовясь к длительной тираде и собирая все мысли воедино. — Мне было всего лишь двенадцать, я была простым ребёнком, училась в школе, гуляла с друзьями, хотела получить на день рождения компьютер и мечтала поступить в самый хороший ВУЗ на исторический факультет, — начала она, поворачиваясь и втыкая обратно в потолок, её речь была тихой, но чёткой, будто бы она и не пила вовсе, — а потом умер мой отец, следом за ним мама повесилась, а через две недели скончалась бабушка, сердце не выдержало.       Даня прикрыл глаза, слушая нежный голос девушки и ощущая, как внутри всё сжимается. — У меня никого не осталось и меня привезли в детдом. Отвратительное место, признаться честно, — она испустила истеричный смешок, — а затем появился он. Барон. Он шастал по детским домам в поисках жертв для своего «бизнеса», если убийство людей на заказ можно назвать бизнесом. Когда он меня увидел, я отчаянно отбивалась от четырех парней старше меня на четыре года и, видимо, он увидел во мне задатки профессионального убийцы. — Её голос дрожал от подкатывающих слёз, воспоминания больно давили на голову, заставляя всё внутри трястись. — Он забрал меня с собой. Потом я очень плохо помню, что было. Мы очень долго ехали по Питеру, потом долго летели, а потом я оказалась где-то в другой стране. Я поняла это по тому, что другие не говорили по-русски. Ну, основная часть людей. Это был Ирак.       Даня удивленно вскинул брови, ещё сильнее переплетая их пальцы. — Там меня всему и научили. Я пахала как трое взрослых мужчин. Меня заставляли бегать, бить, стрелять, снова бегать, снова бить, снова стрелять. Это продолжалось четыре года. Изо дня в день я убивала. Меня перевозили в Сирию, в Афганистан, в Иран. И я везде убивала. Хладнокровно, без дрожи в руках и без жалости во взгляде. Как меня учили всегда и учат до сих пор. Для многих мужчин это было необычно, ведь это явно не женская профессия в их странах, поэтому меня унижали, оскорбляли, пытались задеть и почти всегда пытались убить. На теле куча шрамов от всего этого дерьма, но отказаться я просто не могла, иначе мгновенный расстрел. Пришлось коротко подстричься, чтобы было больше сходства с мальчишкой, от этого же я не крашусь и не ношу платьев или юбок. Кроме редких случаев, когда какое-то задание требует. Потом мне исполнилось шестнадцать и Барон забрал меня обратно в Россию. Я так радовалась, что меня привезли обратно, эти четыре года были самыми отвратительными в моей жизни и я никогда их не забуду. Но, только мы сошли с самолёта, меня тут же отправили на очередное убийство. В тот день я пристрелила какого-то полненького мужичка, даже толком не зная кто он и почему его нужно было убить. До сих пор в ушах стоит крик его жены и плач дочери, на глазах которых он умер. — Лиза вытерла подступающие слёзы тонкими пальцами. — А потом мне исполнилось восемнадцать и я встретила Дашу, мою лучшую подругу. Она была и есть для меня всем. Я никогда никого в жизни так не любила и не оберегала. И мне так плохо оттого, что я не могу быть с ней сейчас, когда она так нуждается в поддержке. И на задание с тобой я согласилась только потому, что мне обещали огромную сумму, которая могла бы покрыть все расходы на лечение Даши.       Парень внимательно всматривался в каждую веснушку на лице Лизы и пытался переварить поток информации, который девушка на него только что вывалила. Сейчас, лежа на этой холодной кухонной плитке, он понимает, что она всего лишь маленькая девочка, которая хотела совсем другой жизни, но ей пришлось быть такой, какая она есть ради того, чтобы просто жить. — Я не хотела этого никогда, Дань, — русая пустила поток слёз по щекам, сдаваясь и позволяя эмоциям охватить с головой, — я не хотела быть той, кто отнимает жизни. Не я их даю, я не могу их отнимать! Почему ты не выстрелил мне в голову тогда? Я этого заслуживаю, как никто другой!

Потому себя ты не любишь так Все что любишь ты — сразу рушится Целовать твои скулы бледные Только я увы не бессмертная

— Нет-нет-нет, — Даня поднялся, следом за собой поднимая девушку и обнимая её, прижимая маленькую русую голову к груди, а та лишь сжала в руках его футболку, позволяя слезам литься, — ты не достойна смерти, ты слишком прекрасна, чтобы быть убитой, — пьяный язык заплетался, но все слова были настолько искренними, что расплакаться хотелось только сильнее.       Он поднял её голову, аккуратно целуя сначала в одну щёку, а затем в другую. Лиза замерла, боясь пошевелиться и нарушить трогательный момент. В голове Дани был рой мыслей, которые кричали ему, что неправильно пользоваться таким беззащитным положением девушки, но сердце кричало совсем другое. Губы парня прошлись по лбу девушки, её носу, подбородку. И наконец остановились на тёплых, слегка шершавых губах русой. Парень поцеловал её, быстро и невинно, словно ребенка и она прикрыла глаза, падая в омут чувств с головой. Он отстранился, вглядываясь в радужку глаз Лизы, которая сейчас будто светилась ярким зелёным цветом.       Девушка схватилась за края Даниной футболки и потянула вниз, впиваясь в его губы. Парень мгновенно ответил, кладя руки на её шею и обжигая кожу холодом пальцев. Языки сплелись в какой-то дикой борьбе за лидерство, но в один момент Даня прикусил губу Лизы, показывая что он здесь главный и она растаяла, поддаваясь и прижимаясь к молодому человеку как можно сильнее.       Она не помнила, как они вдвоем оказались в её спальне, не помнила, как оказалась прижатой к прохладному постельному. Но помнила, что безумно этого хотела, хотела до дрожи в ногах.       Парень стянул с неё худи, открывая вид на абсолютно голое тело, что его ошарашило на доли секунд, но затем он пошло улыбнулся и наклонился ниже, целуя каждую грудь и оставляя багряные засосы на молочной коже. Девушка прогнулась в спине, тяжело выдыхая и ощущая пульсацию внизу живота. Хотелось больше, хотелось глубже, хотелось его. И она просто слепо поддалась желаниям, прижимаясь голой грудью к парню и целуя его в шею.       Даня снял с себя и девушки всю одежду, а затем раскатал по члену непонятно откуда взявшийся презерватив. «Готовился, сучёныш» — пронеслось в голове Лизы и она улыбнулась своим же мыслям, переворачивая парня.       Девушка села на него сверху, обнимая ногами за талию, а затем опустилась вниз, принимая в себя орган парня полностью и простонала, запуская руку в пепельные волосы. Она плавно двигалась вниз-вверх, периодически сжимаясь, выбивая из парня приглушённые стоны и хрипение. Он двигал бедрами в такт девушке, постепенно наращивая темп. А когда разрядка была совсем близко, перевернул её, положив на спину и начал вдалбливать в кровать, опираясь руками на тонкие девичьи запястья. Лиза развязно стонала, не скрывая того, насколько ей хорошо сейчас и прогибалась в спине, чтобы доставить ему как можно больше удовольствия. Спустя время, когда девушка уже буквально задыхалась в собственных стонах, а на лбу парня проступила испарина, он кончил с глухим животным рыком, но двигаться не перестал, доводя и Лизу до конечной точки. И вот она замерла, замолкая, а затем громко прокричала имя парня, начиная трястись.       Он наклонился ниже, целуя её в шею, оставляя и там ярко-фиолетовые засосы. Она мило улыбнулась, вытягивая шею ещё сильнее, открывая голые участки кожи. Даня медленно сполз с кровати, снимая презерватив, завязывая его и бросая куда-то в сторону, а затем вернулся в постель, целуя Лизу в живот, ключицы и плечи. Она прижалась к нему всем телом, запуская руки в рыжие локоны и оттягивая их, а затем поцеловала его. Так нежно и трепетно, что всё внутри Дани перевернулось с ног на голову. Возможно, утром она об этом даже не вспомнит, но сейчас им хорошо, как никогда.       Девушка натянула на себя трусики, не смотря на все возмущения со стороны молодого человека и футболку, падая в смятое постельное белье. Он прилёг рядом, обнимая русую за талию и накрывая их одеялом. Лиза тут же провалилась в сон, прижимаясь к рыжему и закидывая ногу на него. Даня не мог заснуть, перебирая волосы маленькой девушки, пропуская их через пальцы. Он думал о том, какой же он мерзотный подонок и как ему помочь ей, пока ничего из плана не пришло в действие.

***

      Утром Лиза проснулась, на удивление, без головной боли и тошноты. Каким-то волшебным образом похмелье обошло её стороной. А вот воспоминания о вчерашнем, к сожалению или к радости, нет. Она прекрасно помнила каждое движение парня и каждый его вздох, из-за чего щёки мигом вспыхнули, а сама она уткнулась лицом в подушку, топя в ней свою улыбку. Всё-таки, не смотря на всю её нелегкую жизнь, она осталась девочкой в душе, поэтому сейчас смущённо улыбалась, прокручивая в голове события вчерашнего вечера, плавно перетекающего в ночь. Что ж, видимо им нужно как следует поговорить о том, что произошло.       Русая лежала с закрытыми глазами, ощущая на лице тепло солнечных лучей. Настроение было просто прекрасным и вдруг она вспомнила, что заснула вчера в обнимку с молодым человеком. Похлопав по постели рядом с собой, она не обнаружила ничего, кроме мягкой ткани постельного белья. Место рядом с ней было всё ещё теплым, а это означало, что парень встал совсем недавно. Лиза встала и потянулась, выглядывая в окно. Листья на улице уже почти все опали, из-за чего на земле был очаровательный желто-красно-коричневый ковер.       Оглядев себя в зеркале, которое висело на двери, девушка обнаружила, что находится в Даниной футболке, отчего улыбка снова озарила милое личико. Может, у неё есть шанс на нормальную жизнь с классным парнем? После стольких лет у неё есть шанс быть просто счастливой, без всех этих погонь и убийств и это очень сильно окрыляло её.       Лиза зашла на кухню, осматривая футболку, на которой красовались пара каких-то красных пятен, из-за чего она легко рассмеялась. — Дань, а ты в этой футболке убил кого-то, что ли? — девушка подняла глаза и увидела сразу четыре автомата, направленных на неё.       Она сглотнула ком в горле и посмотрела на рыжего парня, виновато потупившего взгляд в пол. Он поднял на неё щенячий взгляд и потёр шею татуированной кистью. Один из огромных амбалов заговорил громким басом. — Неред Елизавета Романовна, вы обвиняетесь в одиночных убийствах, массовых терактах и в незаконном использовании холодного и огнестрельного оружия. Вы проходите обвиняемой в более, чем трёхстах делах, — мужчина начал медленно подходить к ней, расстегивая наручники, — мы получили ордер на ваш арест и сейчас направимся в СИЗО, в котором вы будете дожидаться суда.       Девушка нахмурила брови и посмотрела на парня, который свободно стоял. Наручников на нём не было, а это означало только одно: её предали. Глупая Лиза, чего ты ещё могла ожидать от него? Взаимной любви? Хотя бы элементарной доброты к тебе? Класс, теперь у тебя проблемы и очень большие, а всё из-за того, что ты доверилась очередному мудаку.       Браслеты наручников защёлкнулись на тонких запястьях и Лиза посмотрела в Данины аквамариновые глаза, в которых не было ничего, кроме сожаления. Она не была обижена на него, нет, всё-таки он не говорил ей, что любит её и что она даже нравится ему. Переспали? Ну, да, они взрослые люди, это было просто удовлетворение животного желания. Она не была зла на него, в их «бизнесе» каждый выживает как может. У неё был просто один вопрос, который не давал ей покоя. — Зачем? — одними губами сказала она, заглядывая в его лицо. Зачем он дал ей надежду, после того как узнал всю правду, если знал чем это всё закончится?       Парень промолчал, опуская взгляд вниз. По щекам девушки стекли две слезинки, которые тут же высохли, испаряясь. Лиза кивнула, улыбаясь, показывая, что всё понимает. Либо ты, либо тебя. Это нерушимый закон.       Неред посадили в огромную бронированную чёрную машину, которая уже буквально через пять минут скрылась из поля зрения Дани, оставшегося стоять на крыльце.