Вишневый пирог +525

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Хоббит

Пэйринг и персонажи:
Торин Дубощит/Бильбо Бэггинс
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, PWP, AU, ER (Established Relationship)
Размер:
Мини, 6 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
АУ после канона. Все живы, Бильбо - невеста короля. Чтобы порадовать любимого, он печет ему пирог и приносит в кузницу, где работает Торин. Пока хоббит любуется работающим королем, у Торина зреет коварный план по продолжению акта поедания пирога...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Написано по заявке, и я очень рада, что у меня есть возможность написать фик по этому чудесному арту от любимой художницы.

Работа написана по заявке:
26 мая 2013, 15:00
Солнце ласкало своими лучами склоны Одинокой горы. По утрам, особенно сейчас, в летнюю пору, Эребор был потрясающе красив. Гора никогда не засыпала полностью, в ней всегда кто-то работал - ведь гномы просто не умели сидеть без дела. Многочисленные ювелиры перебирали россыпи бриллиантов, горняки спускались на нижние ярусы, чтобы добыть из чрева горы очередное сияющее чудо - драгоценный камень, подобного которому нет ни в одном другом краю Средиземья.
Эребор, великое королевство гномов, живет. Живет вновь, наполняясь голосами гномов - после многих лет разора и запустения, когда дракон по имени Смог занимал гору и безжалостно пожирал всех, кто осмелился к ней подойти достаточно близко.
И гномы, что когда-то были изгнанниками, теперь вновь обрели дом. В этом счастливом событии немалое участие принял и маленький хоббит по имени Бильбо Бэггинс, которого сейчас можно было увидеть крайне занятым.
Героическая роль маленького Взломщика не осталась незамеченной гномами. За то, что именно он нашел потайной вход в гору, открыл дверь к сокровищам и рисковал жизнью, выясняя, как убить дракона, ему полагалась богатая награда.
И мистер Бэггинс получил ее сполна! В его покоях, отведенных во дворце в его личное пользование, стояли сундуки, битком набитые золотом и драгоценностями, множество комнат в королевском дворце только и ждали его присутствия. Он обладал правом входа в королевскую сокровищницу в любое время - равно как и правом вынести оттуда любую понравившуюся вещь.
Это было прекрасно. Еще никогда Бильбо не был столь богат - ведь в родном Шире он был пусть зажиточным, но все же просто сквайром.
Но все богатства, принадлежащие ему отныне, по большей части так и остались лежать в сундуках и в сокровищнице. Единственной драгоценной вещью, что у Бильбо постоянно была при себе, было простое золотое колечко, найденное в пещере под Туманными горами. И, конечно же, над его постелью висела надежно закрепленная и тщательно вычищаемая мифрильная кольчужка, подаренная ему его королем.
Ох, Торин... Сильный король, великий король, далеко обошедший и затмивший своего деда по славе и могуществу. Прекрасный король.
Его король. Его гном. Его единственный.
Бильбо смущенно улыбнулся. Он так и не привык до сих пор, что после победы над орками и гоблинами в Битве Пяти Армий Торин, тогда еще едва дышащий, израненный, отталкивал исцеляющие его руки Гэндальфа, чтобы иметь возможность сказать Бильбо то, что хотел.
- Полурослик, прости меня за то, что я наговорил тебе тогда, на стене! - шепот его, сбивчивый и прерывистый, для Бильбо был всего дороже на этом свете.
- Я прощаю тебя, Торин! - торопливо уверил он тогда. - И я никогда на тебя не обижался.
Он держал руку короля в своих ладошках - и гном вдруг поднес его руки к губам, нежно целуя его пальцы и заставив бедного хоббита залиться краской смущения и стыда.
- Бильбо Бэггинс, - торжественно изрек Король-под-Горой, - ты - самый добрый, храбрый и самоотверженный хоббит на свете. И в тебе есть мудрость, свойственная разве что Великим. Я ни в ком так не нуждался в своей жизни - и никого так не любил. Скажи, будешь ли ты со мной? Окажешь ли мне честь и согласишься ли сделать меня самым счастливым гномом под этими небесами?
Хоббит в крайнем смущении посмотрел на Гэндальфа, с совершенно невозмутимым лицом касающегося ран короля, останавливавшего кровь и заживляющего жуткие порезы.
- Если ты думаешь, что у него предсмертный бред, то глубоко заблуждаешься, - чуть приподняв брови, сказал маг. - Я закончу исцелять его и уйду. Разговаривайте сколько душе угодно.
Смущенный хоббит дождался, пока маг объявит, что сделал для исцеления все, что только мог, и покинет походный шатер. И только после этого посмотрел на короля, с волнением ожидавшего ответа.
- Я не уверен, что смогу стать тем, кто нужен тебе... - пробормотал он.
- Наклонись! - попросил Торин и, когда полурослик выполнил его требование, шепнул ему на ухо: - Ты нужен мне. Я только сейчас понимаю, что все это время любил тебя, Бильбо Бэггинс. Стань моим - и я постараюсь, чтобы никогда более тень грусти не касалась твоего лица.

И, разумеется, Бильбо согласился. Он не смог отказать Торину - да и как откажешь, если предлагают то, чего давно втайне желал? Хоббита немного смущало лишь, что он тоже мужчина - но, как выяснилось, у народа гномов это не осуждалось. Они вообще оказались на диво мудры в этом вопросе и рассуждали так: "Если между двумя мужами и воинами вспыхивает взаимное чувство, любовь истинная и извечная - значит, сами боги благословляют их. И преступно было бы не дать им соединиться".
Поэтому сейчас, спустя полгода после Битвы Пяти Армий, когда Эребор начал подниматься из руин, а король и его отважные племянники окончательно выздоровели, во дворце полным ходом шла подготовка к свадьбе.
Бильбо немного волновался - особенно вспоминая о необходимости первой брачной ночи. Прежде он не позволял себе ничего более шалостей с хорошенькими хоббитяночками, да и то редко, так что до сих пор оставался девственником. Оставалось надеяться, что Торин более опытен - и что будет не очень больно.
Да еще все эти взгляды и добродушные смешки... О свадьбе, разумеется, знали все подданные короля - и все как один при виде Бильбо заговорщицки подмигивали, понижая голос. Это ужасно раздражало.
Чтобы отвлечься от волнений перед свадьбой, до которой оставалась всего неделя, Бильбо решил испечь пирог. Готовка всегда помогала ему сосредоточиться и расставить мысли на нужные места. Он повязал фартук и чистую косынку, чтобы челка не лезла в глаза, а затем, подумав, приоткрыл окно, с трудом дотянувшись до огромной створки и потянув ее на себя. Жаркое лето вступало в свои права уже сейчас, в начале июня, и дни были довольно душными.
Тихонько насвистывая себе под нос простенькую песенку, мистер Бэггинс принялся раскатывать тесто для пирога. Слуги, конечно, чуть в обморок не попадали, когда он непреклонно выставил их с кухни и занял под собственные нужды целую печь. Ну да ладно, никто, хвала богам, с голоду не умрет от этого! Благо кухня во дворце не одна и печей много. Должен же он, в конце концов, воспользоваться преимуществами своего уже почти королевского положения хоть раз?!
Отчасти Бильбо даже жалел, что Торин не видит его сейчас. Было бы так весело полюбоваться выражением его лица!
В порыве вдохновения он решил украсить испеченное тесто кремовыми узорами. Когда пирог будет готов, он хотел еще прибавить сверху несколько вишенок вдобавок к вкусной начинке.
Ожидая, пока тесто запечется, Бильбо сидел напротив печки на высоком стульчике и болтал не достающими до пола ногами. Смешно, наверное, что будущий супруг Короля-под-Горой сам печет пироги! Впрочем, на это хоббит мог бы ответить, что и пирог не абы для кого, а для его короля.
В конце концов, прихватив готовый пирог с собой, мистер Бэггинс заботливо прикрыл его полотенцем, чтобы не остыл, и отправился на поиски Торина.
- Эй, Фили, ты не знаешь, куда пропал твой дядюшка? - окликнул он старшего принца, раскладывавшего мечи на своей кровати и сосредоточенно оценивающего их балансировку.
Как всегда в последнее время, при виде Бильбо Фили расплылся в широкой улыбке и хитро подмигнул, услышав вопрос.
- Он отправился в кузницу на третьем уровне, господин тетушка! - радостно отрапортовал юноша. - Если хочешь, могу показать, куда именно!
Бильбо укоризненно покачал головой. С того самого дня, как было официально объявлено о предстоящей свадьбе, оба королевских племянника не прекращали дразнить его, называя тетушкой. Судя по всему, такой расклад приводил их в восторг - а сдерживать свои чувства эти два великовозрастных оболтуса никогда не умели.
Фили забросил перебирание оружия ("Нашел себе игру поинтереснее!" - с иронией подумал мистер Бэггинс) и повел хоббита вниз по многочисленным лестницам. Поскольку дворец короля находился на первом ярусе, до третьего отсюда было недалеко.
- Ух и повезло же дяде! - поведя носом и покосившись на пирог в руках у Бильбо, констатировал Фили. - У него теперь есть тот, кто печет ему такую вкуснятину!
- Женись на кухарке! - проворчал Бильбо. - И тоже будешь лопать пироги хоть каждый день, пока не достигнешь размеров Бомбура.
Впрочем, посмотрев на расстроенную физиономию старшего принца, Бильбо все же сжалился и отрезал ему довольно большой кусок пирога припрятанным под полотенцем кухонным ножом.
- О, спасибо! - просиял юноша. - Пойду, найду Кили, поделюсь с ним!
- Эй, корыстный похититель пирога! - возмутился мистер Бэггинс. - А как я найду ту кузницу, где работает Торин?
- Ты перед ней стоишь! - откликнулся Фили - и исчез со всей возможной поспешностью - видно, боялся, что пирог остынет.
Бильбо повернулся и посмотрел на широкую дверь, вделанную прямо в скалу. Створка была приоткрыта, и изнутри доносился шум и звон от ударов молота. Немного помявшись на пороге, Бильбо толкнул тяжелую дверь - и та, скрипнув массивными железными петлями, приоткрылась.
Хоббит вошел внутрь.
С самого порога его буквально оглушил звон молота. Кузница была наполнена клубами горячего пара, так что он не сразу разглядел в этом дыму Торина. А разглядев, понял, что совершенно зря пришел сюда именно сейчас.
Торин, по пояс обнаженный, в одних холщовых штанах, кожаных наручах и фартуке, размеренно взмахивал молотом, опуская его на раскаленную заготовку, зажатую в его руке. Длинные черные волосы были для удобства собраны в хвост, только две длинные косицы у висков выбивались из общей массы его буйной гривы и спускались на грудь.
Хоббит замер в дверях, широко распахнув глаза и чувствуя, как щеки наливаются алым румянцем. Торин был прекрасен. Его тело походило на статую, сильную и совершенную во всех своих деталях. Но при этом он был живым!
Бильбо вновь и вновь скользил взглядом по открытым широким плечам, могучим рукам, покрытым темными волосами, и многочисленным шрамам на голой спине. На то, как работает Торин, можно было смотреть бесконечно, наслаждаясь зрелищем ходящих под кожей мышц и блеском капелек пота на его загорелой коже.
Впрочем, король довольно быстро почувствовал на себе чужой взгляд и обернулся, опуская молот.
- О, п-прости, Торин, я... я не хотел тебе мешать! - торопливо пробормотал Бильбо, краснея до кончиков ушей и прикусывая губу. - Я только принес тебе пирог и...
Не дав ему договорить, гном шагнул вперед и, чуть наклонившись, коснулся губами губ полурослика. Он целовал хоббита и раньше, но сейчас все было немного по-другому. У Бильбо закружилась голова от силы и властности этого поцелуя.
Впрочем, король не стал углублять ласку и оторвался от губ мистера Бэггинса, слегка улыбаясь.
- Ты - самый заботливый маленький супруг, какого только можно пожелать! - сказал он, ласково коснувшись волос хоббита. - А запах этого пирога я почувствовал, еще когда ты даже не вошел сюда.
- Правда? - обрадовался Бильбо, почувствовав под ногами более надежную почву. Он все еще стеснялся говорить об их отношениях, а вот разговоры о еде были вполне нейтральной темой, в которой он, к тому же, хорошо разбирался. - Это вишневый пирог, я пек его все утро.
Торин взял из его рук мисочку, приподнял полотенце и улыбнулся:
- И, похоже, ты не удержался от того, чтобы продегустировать его самому?
- Нет, это на меня твой старший племянник напал! - пожаловался хоббит. - И нагло отобрал целый кусок, хотя я стойко сопротивлялся!
- Думаю, битва за сохранность пирога была грандиозной! - согласился Торин, поднимая кухонный нож и аккуратно отрезая кусочек с самой симпатичной вишенкой. - Но, боюсь, против Фили у тебя не было шансов. Когда дело доходит до сладкого, он просто зверь.
- То есть ты не сердишься, что я упустил часть угощения? - уточнил Бильбо. - Вот и хорошо! Ты угощайся, пожалуйста! Мне так приятно, когда кто-то кушает то, что я приготовил... Если, конечно, я сам ему это предложил! - добавил он, припомнив неожиданное вторжение Двалина в норку и его бесцеремонное поедание хозяйского ужина.
Торин неожиданно слегка улыбнулся и прошептал:
- Ты не боишься оставаться со мной наедине, мой маленький повар?
- Н-нет... - от неожиданности вопроса Бильбо поперхнулся воздухом. - Нет, я верю тебе. Ты ведь не сделаешь мне ничего плохого, правда же?
К концу фразы его голос снизился и стих. Он видел, как Торин снимает свой кожаный фартук и расстилает его на наковальне, отложив в сторону заготовку и все кузнечные принадлежности. Затем король шагнул к Бильбо и, подхватив его на руки, усадил на расстеленный фартук.
- Что ты делаешь? - тихо спросил хоббит, отчаянно сжимая в руках мисочку с пирогом, словно она могла защитить его от возможного посягательства.
- Хочу помочь тебе успокоиться, - пояснил гном, подходя чуть ближе. - Ты весь как натянутая струна, и мне это не нравится. К следующей неделе ты должен быть спокоен и счастлив.
Он взял из миски кусок пирога, разломил его на две части и протянул одну Бильбо.
- Разделите со мной эту трапезу, мистер Бэггинс, - предложил он. - И я гарантирую, что вам станет спокойнее.
Неуверенно улыбнувшись, Бильбо взял пирог и откусил кусочек, не отрывая взгляда от Торина. Ему всегда нравилось смотреть, как аккуратно ест король гномов, как блестит тонкая полоска зубов из-под тонких губ, как алый кончик языка слизывает крошки с густых усов...
Торин посмотрел на него и улыбнулся - не так ласково, как раньше, скорее, с каким-то намеком. Он подошел вплотную, заставив Бильбо раздвинуть ноги, чтобы не упираться в его колени, и взял с вершинки пирога ту самую симпатичную вишенку на длинном стебельке. Король поднес ее к губам полурослика, и Бильбо приоткрыл рот - совсем чуть-чуть - впуская вишенку в себя. Он прихватил ягодку губами и зубами, осторожно отделяя ее от стебелька и завороженно глядя в глаза Торина, где уже полыхало пламя темной, одержимой страсти.
- Ты прекрасен! - прошептал король, наклоняясь вперед и целуя мокрую растрепанную челку хоббита.

В кузнице было жарко, и этот жар передался телу Бильбо, когда Торин отставил в сторону пирог и опустился на колени перед наковальней, стоя между ног хоббита. Он осторожно расстегнул его штанишки, спуская их с бедер, и Бильбо, словно загипнотизированный, приподнял бедра, чтобы Торину удобнее было раздеть его.
Теперь на нем оставалась только рубашка. Ее король трогать не стал. Все так же стоя на коленях, он склонился над бедрами хоббита, любуясь картиной, открывшейся ему. Сильные пальцы легли на мягкий животик, провели вниз, следуя за тонкой дорожкой золотистых волос, к небольшому золотому треугольничку, окружавшему возбужденный член.
Бильбо прерывисто вздохнул. Он был благодарен Торину за то, что тот не торопился и давал ему время привыкнуть к себе и своим ласкам. И волнами накатывало облегчение от того, что не нужно ждать до первой брачной ночи. Торин сделает все сейчас.
Король погладил его затвердевшую плоть, нежно приласкал набухшую головку - и, наклонившись ниже, осторожно взял ее в рот.
Бильбо вскрикнул, тут же испуганно зажав себе рот рукой. Ощущения были запредельно хороши, и он не был уверен, что сможет сдержать крик или стон. Счастье еще, что дверь он запер... или нет?
- Не стесняйся! - шепнул Торин, поднимая голову и с улыбкой глядя на хоббита. - Я хочу слышать, как тебе хорошо со мной. Тебе нечего бояться, я ведь люблю тебя.
И он вернулся к своему занятию, прихватывая губами ствол, лаская языком головку, облизывая и посасывая, нежно и аккуратно. Бильбо всегда думал, что подобные вещи происходят на кроватях под покровом темноты ночи, и то, что Торин ласкает его прямо в кузнице, усадив на теплую наковальню, усиливало ощущение стыдливости до крайнего предела. И в то же время желание хоббита уже перевалило через все мыслимые пределы. Когда Торин ненадолго отстранялся, чтобы перевести дыхание, Бильбо с тихим всхлипом подавался за ним, приподнимая бедра. Это нежное тепло, умелый язык, осторожные пальцы, поглаживающие внутреннюю сторону его бедер - все это возносило его на вершины блаженства.
Он понимал, что не выдержит долго, и инстинктивно вцепился в волосы Торина, притягивая его ближе к себе и заставляя взять вставший член на всю длину.
- Торин! - вскрикнул он. - Я не могу больше, я... я сейчас...
Он выгнулся, выплескиваясь в рот короля, всхлипывая и почти плача от нахлынувшего удовольствия и облегчения.
Гном поднялся, вытирая усы и усмехаясь.
- Похоже, вас не на шутку заводит процесс еды, не так ли, мистер Бэггинс? - лукаво прищурился он, обнимая хоббита и прижимая его голову к своему обнаженному плечу.
Бильбо тихо простонал и обхватил ногами его бедра, потираясь носом о плечо и полизывая его украдкой. Торин был весь в саже и поту, но хоббита это возбуждало - до такой степени, что, едва кончив, он начал вновь тереться о короля, тихо вздыхая и ласкаясь.
- Мой прекрасный... - Торин приподнял его подбородок, целуя податливые губы. - Сколько же в тебе страсти!
- Возьми меня! - попросил Бильбо, прикрывая глаза и стараясь убедить себя, что краснеет только от жары, царившей в кузнице. - Возьми сейчас же!
Обняв его одной рукой за талию и чуть приподняв, словно мать, укачивающая не желающее уснуть дитя, Торин другой рукой приспустил штаны. Его собственный член уже был тверд как камень и умолял о проникновении, но гном не спешил. Он был очень опытным любовником и знал, что торопиться не нужно, если не хочешь испортить все дело.
Бильбо нетерпеливо застонал, когда почувствовал прижатую к своему маленькому отверстию твердость. Он хотел, чтобы все произошло быстро, сильно, чтобы Торин взял его без церемоний, глубоко и жестко. Стеснение и страх прошли совершенно. Осталась лишь любовь - такая всепоглощающая, что, наверное, ею можно было бы наполнить океан.
И он шептал королю, что любит, пока тот осторожно входил в него, и сам в полном безумии насаживался на твердую плоть, кусая губы и не обращая внимания на боль. Удовольствие и счастье от единения было куда сильнее!
Видя, что полурослик стонет и просит о большем, Торин перестал сдерживаться. Он оперся коленом о наковальню и входил размашисто, с силой, так часто, что у Бильбо прерывалось дыхание при каждом толчке.
- Еще! - шептал он, чувствуя, как пальцы скользят по мокрым от пота плечам Торина, как темнеет в глазах от жары и страсти. - Еще, Торин! Прошу тебя...
Удовольствие все нарастало, становясь почти нестерпимым, и хоббит закричал, срываясь в самую глубокую бездну Эребора, закрыв глаза и видя вспыхивающие перед глазами искры сотен драгоценных камней. Король стонал рядом с ним - глухо, хрипло, яростно.
Впрочем, почувствовав, что Бильбо излился ему на живот, Торин вышел из него, не желая причинять боль. Ведь сейчас полурослик уже не был во власти неистового порыва, и ему могло не понравиться, если он кончит в него.
Бильбо воспринял это по-своему и, одним движением соскользнув со своего сиденья, опустился на колени перед королем. На его лице был написан восторг от возможности попробовать такой способ доставить удовольствие любимому, так что Торин не стал протестовать, тем более что ему и самому хотелось того же.
Хоббит несколько секунд восхищенно рассматривал покачивавшийся перед его лицом огромный член - такой большой, что неясно было, как же ему удастся выполнить задуманное. А потом нежно обхватил ствол руками и принялся облизывать головку. На большее его пока не хватило - отчаянно недоставало опыта - но Торину, как оказалось, достаточно было и этого. Он протяжно застонал, быстро двигаясь в ладонях хоббита - и выдохнул его имя, кончая, даря все свои соки восхищенному полурослику, приоткрывшему рот шире, чтобы не упустить ни капли.
Когда страсть схлынула, Торин посмотрел на сидящего у его ног хоббита и погладил его волосы, с улыбкой разглядывая довольную перепачканную мордашку.
- Это не так вкусно, как пирог! - бесхитростно заявил Бильбо. - Но все равно неплохо!
- Тогда давай умоемся и примемся за твою волшебную выпечку! - согласился король, поднимая хоббита на руки и целуя залитые белой густой жидкостью губы.
Через неделю им предстоит стать супругами, счастливо подумал Бильбо. Для него было бы счастьем просто видеть своего короля живым. Но тот предпочел большее, подарил ему удовольствие, равного которому не было на земле. Пожалуй, это вполне стоило такой награды, как вкусный вишневый пирог, испеченный любящим маленьким хоббитом.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.