Львы и мотоциклы 51

Фемслэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между женщинами
The Hatters

Пэйринг и персонажи:
Анна Музыченко (Никитина)/Анна Личадеева (Смирнова), Павел Личадеев
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
«Слыш, Павлуша», – небрежно обронила Серговна, бросая взгляд на застывшего Личадеева, – «там в парке Юрка на своей скрипке пиликает, так что по-братски, мотай-ка туда, окей? И веник свой Музыченке подогнать можешь, ему приятно будет, а вот к моей девочке не лезь, уяснил, щегол?»

Посвящение:
паблику «музычеев чисто по кайфу» и, разумеется, нашей конфе шляп

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Написано к посту:
https://vk.com/wall-175404715_789
18 августа 2019, 14:36
      Как избавиться от чересчур навязчивых ухажеров? К примеру, можно сбросить их в жерло вулкана или скормить голодным львам. Но к огромному сожалению Анечки, в Питере вулканов не было, а вот приставучий и капающий на нервы своим непробиваемым тупизмом Паша имелся. Она даже подумывала согласиться с ним на одно (всего лишь одно) свидание, чтобы сходить в зоопарк и аккуратно, чисто случайно столкнуть Личадеева в вольер ко львам.       Только вот Пашка был тощий, а львы в Ленинградском — старые, еще поломают себе зубы о его кости.       — Смирнова, ну, Смирнова! — от нескончаемой и даже вызывающей изумление тупизны Паши хотелось выть волком: сотню раз Анечка давала ему от ворот поворот, но нет — он снова тут как тут, плетется за ней следом и чуть ли не в затылок дышит. — Я же знаю, что нет у тебя никого, все ты выдумываешь! Пойдем со мной в кино! Ну, Аня!       Анечка старательно его игнорировала, продолжая идти с каменным лицом, но Паша не отставал.       — Слушай, ну не хочешь в кино, давай в ресторан! Выбирай любой! Ну, Аня!       Анечка медленно вдохнула через нос, так же медленно выдохнула, спускаясь по лестнице. Паша продолжал тащиться следом за ней до самого выхода.       — Тебе розы не нравятся? Ну, хочешь, я другие цветы куплю? Любые, на твой выбор!       А букет и впрямь красивый, пышный, роскошный — видно было, что Личадеев неслабо так потратился на него. И Анечка даже хотела его взять. Но только для того, чтобы отлупить липучего поклонника по морде, чтобы и на километр к ней не приближался.       Анечка продолжала упорно игнорировать присутствие Паши, направляясь к остановке. Какое-то время позади нее царила тишина, а затем снова послышался полный трагизма вздох парня, и:       — Смирнова, прекрати ломаться, пойдем уже на свидание, а?       Вот тут Анечка остановилась, с пугающим спокойствием повернулась к нему. Паша даже воодушевился — контакт настроен, связь имеется, Анечка больше не принимает его за тумбочку в коридоре и обратила на него свое внимание. Да вот только радоваться было рано.       — Личадеев, возьми и засунь свой букет себе в задницу, — прошипела она, скашивая глаза на розы в его руке. — Я! С тобой! Никуда! Не пойду!       Неизвестно, что бы еще сказала Анечка, но вдруг послышался ни с чем не сравнимый рев мотоцикла. Смирнова тут же выдохнула, улыбнулась помимо воли — к дорожной обочине величественно подъехал черный хромированный харлей.       — Ну наконец-то, — пробормотала она, стараясь сдержать счастливую улыбку, но губы ее будто и не слушали.       На поребрик с подножки мотоцикла опустился тяжелый, обитый шипами ботинок. Мотор заглох, всадница железного коня медленно сняла шлем, тяжелые темные волосы рассыпались по кожаной косухе.       — Какие-то проблемы? — угрожающим тоном поинтересовалась байкерша, переводя взгляд с Анечки на Пашу и обратно. Подмигнула Смирновой, улыбнулась краем ярко-красных губ, снова вернула ледяной взгляд на Личадеева.       — А, Серговна… Ну привет, — недовольно буркнул он, опуская руку с букетом. Презрительный взгляд байкерши Серговны остановился на розах, она вскинула бровь в тихой усмешке.       — Солнце, я за тобой, — куда более ласковым и теплым голосом произнесла она, обращаясь к Анечке и теряя всякий интерес к Паше. Смирнова тут же села позади нее на мотоцикл, надевая протянутый шлем, крепко обхватила свою девушку за пояс. Серговна довольно улыбнулась, Паша же, наоборот помрачнел.       — Поехали уже, зай, — с нежностью ответила Анечка, прижимаясь к теплой кожаной косухе. Серговна кивнула, надевая уже свой шлем.       — Слыш, Павлуша, — небрежно обронила она, бросая взгляд на застывшего Личадеева, — там в парке Юрка на своей скрипке пиликает, так что по-братски, мотай-ка туда, окей? И веник свой Музыченке подогнать можешь, ему приятно будет, а вот к моей девочке не лезь, уяснил, щегол?       Паша недовольно нахмурился, вспыхнув помимо воли. Анечка все же не сдержала тихого смешка, и Личадеев, услышав его, нахмурился еще сильнее, ни слова не говоря, выбросил букет роз в урну, оскорбленно развернулся и ушел.       — Эй, Ромео! А цветочки-то зря выкинул, — весело выкрикнула Серговна. — Юрка белые розы любит, оценил бы твой презент! Эй, ты куда потопал? Парк в другой стороне! Ай, ну и фиг с тобой.       — Зря ты с ним так, — вздохнула Анечка, пока Серговна заводила байк. Сразу же послышался рев мотора, Анечка плотнее прижалась к спине девушки, зажмурилась, крепче обнимая ее за пояс.       — А нечего тут свои шары подкатывать, — недовольно перекрикивая шум мотоцикла, Серговна вырулила на дорогу.       Ну вот, все разрешилось само собой, подумала Анечка, и не пришлось даже скидывать Пашу в вулкан.       И старые львы в зоопарке свои зубы не поломают.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.